Во мгле ночной

      Утро началось не с бодрящей чашки травяного чая, а оглушающего звона падающих на пол доспехов. Служанки, бывшие поблизости, тут же выбежали посмотреть, что случилось. Ромул шустро выбрался из-под останков манекена и помог брату вылезти следом. Как выяснилось позже графине ужасно наскучило сидеть в гостях у нудных баронов, без мужа, поэтому она решила уехать пораньше и разумеется, прихватила детей с собой.       Но уже в первые пятнадцать минут своего пребывания дома, братья успели разбить вазу и снести декоративные доспехи. Эмин отставил чашку с чаем, он даже не успел поздороваться с мальчиками, как уже был отчитан Боргом за плохое исполнение своих обязанностей.       Пока Жозе, тихо ругаясь, ставила доспехи на место, Эмин собирал осколки вазы. Резкий толчок сбил его с ног, юноша беспомощно растянулся на полу, он даже подняться не успел, как братья всем своим весом навалились на него, вновь прижимая к полу.       — Принцесса вернулась! — Закричал Рэм ему на ухо.       — Теперь ты больше не посмеешь надеть на меня эту дурацкую корону. — Решительно заявил Ромул.              Мальчик оттащил брата от ошалевшего Эмина и помог слуге подняться на ноги. Однако юноша лишь немного улыбнулся, потер ушибленную поясницу и вновь опустился на колени, чтобы обнять братьев.       — Я по вам тоже скучал.       Ромул нахмурился, Эмин выглядел так же как и раньше, но что-то в нем поменялось и это настораживало. Однако он решил не обращать на подобное внимание. Мало ли что произошло за этот месяц, может просто отвык от своего слуги. Братьям ранее сообщили, о том, что Эмину необходим отдых и что он будет отсутствовать какое-то время, что в целом показалось мальчику странным, но спустя пару мгновений, Ромул успешно позабыл о своих подозрениях. В конце - концов, в комнате его уже давно заждались игрушки.       Рэм кажется вообще не заметил подвоха, он просто искренне был рад видеть Эмина и отказывался покидать его хоть на секунду. Пришлось мыть полы и гладить постельное белье, параллельно рассказывая мальчику сказки и отвечать на его замысловатые детские вопросы. На занятие по музыке он идти отказался и даже угроза нажаловаться матушке не сработала. Тогда Эмин был вынужден бросить свои дела и просидеть два часа в кабинете, смиренно ожидая, когда мальчик все же освоит нужные ноты.       За весь день он сильно умотался, братья никогда не были столь активными. Юноша уже отбросил идею лечь спать вовремя, он играл с детьми и не успел выполнить прочие поручения, оставив их на потом. С другой стороны, время он провел крайне весело, впервые за долгое время ощущая себя по настоящему счастливым.       На особняк опустилась ночная мгла. Эмин уже собирался покинуть комнату старшего наследника, как вдруг резко замер в дверном проеме. Слуги еще не успели зажечь свечи, а света от ручного канделябра не хватало.       — В чем дело? Ты испугался темноты? — Ромул отложил книгу, которую намеревался прочесть перед сном и пристально взглянул на слугу.       — Вовсе нет. Просто вспомнил кое-что. Спокойной ночи.       Юноша сжал в дрожащей руке основание подсвечника и решительно шагнул в коридор. Темные помещения вызывали у него приступ непонятной паники. Сосредоточившись на свете от огоньков свечи, Эмин спешно брел по коридору, стараясь сохранять холодность своего рассудка. Наконец он вышел на ярко освещенные первый этаж и облегченно выдохнув, затушил свечи. Жозе как раз отдавала последние указы и готовилась завершать рабочий день.       — Ты такой бледный, Что-то случилось?       — Благодарю за беспокойство, я наверное слегка приболел, завтра уже будет лучше.       — Только освободился и уже простыл? Берешь дурной пример с Ив.       — Простите, я не планирую отлынивать от работы.       Женщина опустила свою руку на копну темных волос и слегка взъерошила их. Из всего штата прислуги, помимо Борга и Джонатана только она была осведомлена о произошедшем. В тот день граф и ей приказал отправиться на поиски беглого раба. Можно сказать, Эмину крупно повезло, что он наткнулся на Джонатана, а не на Жозе. В отличие от своего друга, женщина была куда более суровой и бескомпромиссной. Хотя она точно так же не желала юноше никакого зла. Его судьба и сложившаяся ситуация так же заставляли Жозе сопереживать Эмину. Знавала она как-то одного похожего на него паренька. Закончил в могиле, и ей оставалось надеяться, что хоть этот окажется поумнее и чуть везучее.       Ромул отставил подставку с книгой и буквально вперил свой взгляд в слугу. Эмин чувствовал, что его спину словно прожигают , но предпочел не обращать на это внимания и упорно продолжил вытирать пыль на полках книжного шкафа, который планировал перебрать вот уже какой месяц. После случившегося, юноша с головой ушел в работу по дому, что несказанно радовало старика дворецкого, от радости он даже расщедрился на подарок, вручив Эмину еще одно качественное шерстяное покрывало, которым можно было укрыться дополнительно в холодную зимнюю пору.       Странное поведение вот уже какой день смущало маленького Ромула. Эти мелкие изменения замечал только он один. Рэм был совсем малышом, а прочие слуги проводили с Эмином не так много времени. Юноша был каким - то притихшим. Вроде так же ярко улыбался, а его звонкий смех во время игр по прежнему вселял тепло в сердце мальчика, ему казалось, что несмотря на все это, Эмин был где-то совсем далеко. А по вечерам, в темное время суток становился совсем дерганным и отстраненным. Мог резко бледнеть и под очередным предлогом куда-то исчезал, затем вновь появлялся, будто ничего и не произошло.       — Пожалуйста, прекратите на меня пялиться.       — Хочу и пялюсь, я твой господин. — Пробурчал недовольный Ромул. Он не любил когда поток его мыслей так бесцеремонно перебивали.       — Верно, простите.       Эмин вновь выглядел растерянно. Принимаясь за очередное пятно, он тер его чрезвычайно усердно, при этом выглядел так, словно вновь отправился далеко в свои мысли.       — Где ты был этот месяц?       Ромул в силу своего малого возраста только сейчас начал складывать кусочки пазла в одну логическую цепочку и судя по всему, Этот вопрос застал Эмина врасплох. Все это время, он так и не придумал правдоподобной легенды для братьев. Ну отправился на отдых и все тут. А между тем, ни одна придуманная им версия не подходила. Провел время в деревне? Точно нет, братья там частые гости. Отправился на родину? В это даже Рэм не поверит. Эмин молчал, вызывая все больше непонимания со стороны Ромула. Говорить правду он не желал. В таком случае, ему бы пришлось сознаться, что он хотел бежать. Юноша боялся, что братья воспримут его поступок как предательство и не простят.       — Эмин, что случилось? Я имею право знать. — Настаивал мальчик.       Однако слуга, не придумав ничего лучше решил проигнорировать вопрос, возвращаясь к уборке. Братьям часто в голову приходили разного рода не очень здравые идеи и почти тут же забывались, если переключить их на что-то другое. Вот и сейчас Эмин предположил, что если он попросту будет игнорировать вопросы подобного толка, мальчик быстро про них забудет, но такая молчанка лишь разозлила Ромула. Он вскочил из-за стола и ухватив слугу за руку резко дернул на себя, оголяя старый почти заживший синяк от цепей, что некогда так неприятно натирали кожу.       Эмин попытался отдернуть руку и натянуть рукав обратно, но Ромул крепче схватил его, не желая отпускать от себя. Ткань кофты треснула, демонстрируя сеть более свежих синяков и ссадин. Мальчик отшатнулся и рухнул на пол, сжимая в кулаке остатки ткани. Ему потребовалось время, чтобы подняться обратно на ноги и попытаться выдавить из себя хоть слово. Эмин все это время оставался недвижим, стыдливо прикрывая отметины.       — Что случилось? Тебя кто-то бьет? Это по приказу отца?       Голос Ромула сорвался, он старался не плакать и не кричать, по возможности сохраняя самообладание, но сдерживаться было крайне трудно. Его слуга молчал и не желала слушаться.       — Ответь, это приказ!       Эмин опустился на колени и склонил голову. — Прошу вас, не заставляйте меня. — Это был первый раз, когда он кого-то умолял, за исключением графа. Юноша не мог ослушаться приказа и Ромул это понимал. Он осознал, что этот человек, вот уже целый год посвящает всего себя заботе и воспитанию братьев. Эмин совсем не был похож на их нянечек. Несмотря на то, что он был вынужден подчиняться, юноша всегда находил способы влиять на решения братьев. Да и сами дети своим положением не пользовались. До сегодняшнего момента. Перед Ромулом еще никто никогда не стоял на коленях, особенно его дорогой воспитатель. Он ведь привык, что няньки его все время наставляли и возможности им приказывать не было никакой. Юноша выглядел смиренным, но разбитым, он продолжал молчать, ожидая, что Ромул внемлет его мольбе. Мальчик взглотнул и чуть более строго повторил.       — Этот приказ для твоего же блага, отвечай.       — Я подчинюсь. — Бесцветно ответил юноша. — Но у меня будет лишь одна просьба. Все что угодно, только не рассказывайте своему брату.       Ромул согласно кивнул, ему не нравилось возвышаться над Эмином, что все еще стоял на коленях, поэтому присел напротив скрестив ноги и внимательно остановился на слугу.       — Я хотел сбежать. Боялся, что вы посчитаете меня предателем, поэтому ничего не говорил. Меня поймали и держали взаперти, чтобы я поразмыслил над своим поступком. После произошедшего, я смертельно боюсь темноты и чтобы не поддаться панике иногда причиняю себе боль, это яркое чувство помогает сохранять самообладание. Сейчас уже немного легче. Простите, что молчал, я не хотел ранить вас, вы ведь все еще ребенок.       Ромул слушал Эмина, не произнося ни слова, руки дрожали. Из последних сил, мальчик подполз к любимому слуге и крепко обнял за шею. Детское сердце больше не могло сдерживать поток эмоций, нахлынувших на него и Ромул впервые за долгое время разрыдался в объятиях Эмина.       — Прости меня пожалуйста. Если бы я знал, я бы никогда не спросил.       — Значит, вы не злитесь?       — Нет конечно, только пообещай никогда не бросать меня. — Произнес мальчик, утирая выступившие слезы.       — Обещаю.       — А если ты боишься темноты, можешь оставаться ночевать у меня.       — Что? Ну нет, я предпочту оставаться у себя в комнате. — Возмутился Эмин.       — Не хочешь проводить время со своим господином? — Ромул надул губы. Впервые за долгое время он позволил себе вести себя как обычный ребенок.       — Не хочу работать 24 часа вместо 16 в день. — Пробурчал юноша, поправляя растрепанные волосы мальчика.       После такого разговора на душе стало легче, хоть и остался неприятный осадок, все же Эмин был рад. Полностью от своих страхов ему удалось избавиться лишь спустя некоторое время. К сожалению, без плохих последствий это не обошлось. Юноша не хотел расстраивать братьев, что платили ему своей детской бескорыстной любовью за всю заботу и старания, что он посвящал им, поэтому изо всех сил старался оставаться сильным и непоколебимым в их глазах.

***

      — Была еще парочка неприятных моментов, но в целом, ничего важного. — Эмин выглядел крайне недовольно. Уве умело выболтал все что нужно и даже больше. Юноша не собирался раскрывать все детали произошедшего, но его развели как ребенка.       — Что же, полагаю, тебе тут весело живется. Может оно и к лучшему, пока ты под защитой графа, никто из Северной империи не смеет тебя тронуть, даже Фадий или я.       — Благодарю, но я не нуждаюсь в вашей заботе. Я не маленький мальчик и сам за себя в ответе. Я и так взболтнул лишнего и не по своей вине, так что теперь ваша очередь говорить.       — Ну, тут большой тайны нет. Гедеон в молодости был тем еще вспыльчивым юнцом, герой Лаиса, хорош собой, никто не смел ему отказывать, будь-то девушка или юноша и вот представь себе, какой-то лакей южанин отказывается от его внимания. Поначалу в нем взыграл азарт. Я не могу сказать, что это было сродни любви. Малыш Гедеон всегда был скуп на такие чувства. За всю свою жизнь он по настоящему любил только парочку людей, включая свою семью. То, что он испытывал к тому юноше было сродни желанию обладать и владеть безраздельно, но только через года он отступился от своих тщетных попыток завоевать его. В конце концов тот человек вызыввл у него уважение своей несгибаемой волей и железными принципами. Уже на тот момент Гедеон обладал огромной властью. Насильно оставить мальчишку подле себя не составило бы и труда, но он отступил...— Уве резко прервал рассказ, внимательно взглянул на Эмина и хитро улыбнулся.       — Да, если так подумать, то много знатных родов, существующих и по ныне, своим появлением были обязаны принцу. Я слышал, что мой предок - основатель рода был слугой, помог принцу Филиппу, а впоследствии получил титул и влияние.       — Не верно. Первый герцог Аль-Фахим был королевичем одного из 12 государств, подчинившимся Лаису. Твой предок, в отличие от прочих сам сдал свой город и присягнул на верность Принцу. Этот факт скрывается, но в твоих жилах течёт настоящая королевская кровь, что делает тебя еще ближе к Императорскому трону, нежели твоего дядю. Совсем забыл отметить, — Уве вдруг резко сменил тему, — Ты почти точная копия первого герцога. Твой предок нанес сокрушающий удар по гордости Гедеона. Это дорого стоит. Восемь сотен лет прошло, а тараканы у него в голове все те же. Он ужасно бесится, когда чувствует, что теряет контроль над своей собственностью. Так что, когда я уеду, тебе крепко достанется, но ты крепись там. — Уве потрепал юношу по голове. — Не думаю, что он выкупил тебя намеренно, скорее, это все стечение обстоятельств. Хотел бы я, чтобы ты поехал со мной, но ты взрослый мальчик, решаешь сам.       Вампир ненадолго умолк, будто задумался, затем поднял голову и оглядевшись по сторонам свистнул в сторону леса. Спустя мгновение послышался шелест крыльев и на подставленную руку приземлилась белая сова с золотистым оперением, она внимательно уставилась на хозяина и склонила голову.       — Это - Пух, одна из моих почтовых сов. Если Гедеон совсем тебя замучает или ты просто передумаешь, всегда можно отправить мне письмо. Я примчусь и спасу тебя, как настоящую принцессу из лап ужасного зверя, правда за это нужно будет заплатить.       — Я не буду продавать свою родину. — Эмин скрестил руки на груди. Улыбка Вампира и его театральная жеманность явно не предвещала ничего хорошего.       — Ну почему сразу политика, может я тебя дворецким хочу нанять?       — У вас во дворце прислуга со многовековым опытом, нанимать меня смысла нет.       Уве нахмурился и встал со скамейки. Его добродушная улыбка тут же исчезла с лица. Какое-то время он молчал, наблюдая за тем, как ветерок легко колышет вершины сосен.       — Знаешь, иногда просто хочется помогать хорошим людям. Вампир жестом остановил подорвавшегося Эмина, не позволяя следовать за собой. Сам же Уве вновь кинул краткий взгляд в сторону шумевшего леса и неспешно побрел в сторону особняка, видимо желая осмыслить все, что услышал ранее.