Во мгле ночной

      Это утро отличалось от тех, к которым привык Идрис: тихо, спокойно, никто не орет. Можно неторопливо приготовить завтрак, почитать что нибудь и неспешно готовиться к пробуждению хозяина. Мужчина сонно потянулся и широко зевнул, выходя в кухню. Прежде чем пойти умываться, он хотел поставить чайник на огонь.       — Доброе утро, милый Идрис. — На кухне уже во всю хозяйничал Рэм, опять выпекая что-то невероятно ароматное.       Мужчина впал в ступор, а затем прикрыл обнаженный торс руками и куда-то выбежал. Рэм пожал плечами, краем глаза он успел заметить многочисленные уродливые шрамы на теле Идриса. Должно быть, он сильно их стеснялся.       — Что вы делаете на кухне в такую рань? — Мужчина вернулся спустя минут десять, уже умытый и одетый.       — Мой особняк. Что хочу, то и делаю, где хочу, там и нахожусь. — Рэм вытащил из печи аппетитный мясной пирог. — Ты позаботился обо мне, вкусно накормил и уложил спать. Я решил приготовить завтрак. Ну и устроить небольшой выходной, а после вновь приняться за работу. Угощайся, у тебя ведь много дел.       Мужчина недоверчиво взглянул на хозяина, а после и на пирог. По началу он колебался, а потом все же поставил две кружки на стол. Его хозяин, несмотря на внешний вид, на сноба не походил и вряд ли бы оскорбился, поэтому Идрис все же налил чай и поставил две тарелки с кусочками пирога.       — Позвольте отметить ваш талант в готовке.       — Ну какой талант? Всего лишь хорошая книга рецептов. Ты, кстати, тоже, весьма не дурен на вкус.       Рэм хищно облизнулся, да так, что даже Идрису стало не по себе. Быстро окончив трапезу, он поставил тарелки в таз и утер руки о передник. На днях ему наконец доставили рабочую униформу довольно высокого качества, но Идрис предпочитал носить крестьянские одежды, не желая портить дорогой наряд.       — Особняк блестит от чистоты, сад приведен в порядок. Чем желаете заняться в свой выходной, будут ли какие-либо распоряжения?       Рэм завис, он так увлекся работой, что уже и забыл о том, каково это - отдыхать. В отцовском замке было полно развлечений от охоты и чтения, до театра и горячих источников. Вампира словно осенило: он столько работал, почему бы, как в былые времена не устроить себе банный день. Однако, совсем скоро его ждало очередное разочарование. Рэм осмотрел руки Идриса. Милых массажистов тут не было, а раб скорее просто по незнанию переломает ему хребет. Силы - то недюжие.       — Ладно, ограничусь ванной, согрей мне воду, а затем поднимись наверх, научу тебя себя обслуживать.       Прежде чем наполнить ванну и предложить хозяину искупаться, Идрис предпочел протереть все поверхности еще раз, несмотря на теплую погоду за окном, все же растопил камин и перед тем, как залить воду попросил господина самому определить нужную ему температуру. Рэм явился с корзиной, доверху наполненной разными баночками.       — Скажи, ты считаешь меня красивым?       — Разумеется, хозяин.       — А волосы и кожа?       — Как у самой нежной южной танцовщицы.       Рэм расплылся в улыбке. Ему нравилось слушать комплименты в свой адрес от людей, которые в первую очередь приятны ему. — Пока мы не переехали в замок, обязанности ухаживать за мной полностью лежат на тебе. Процедур у меня много, ровно как различных солей, кремов и масел, так что будем учиться.       Идрис внимательно осмотрел баночки, изучая этикетки, что были на них наклеены. Рэм продолжал:       — В основном здесь питание и сияние, я слежу за тем, чтобы кожа была увлажнена. В отцовском замке слишком сухой воздух, а про жуткие морозы вообще молчу. Даже у меня щеки после вылазок чешуйками идут. А я ведь вампир между прочим, и не слабый. Ладно, вернемся к ванне. Вначале засыпь соль, она должна раствориться, не люблю на камушках лежать.       — Но ведь ароматная соль сушит кожу.       — А ты быстро схватываешь, молодец, но она вкусно пахнет. Разве можно отказать себе в таком удовольствии? — Рэм вновь стукнул мужчину по носу, наблюдая за тем, как он морщится. — Ну а это - мое величайшее изобретение. Как мое, я подал идею, а ведьмы сделали. Специальная пена для ванн.       — Похоже на мыло. Только пахнет вкусно.       — Теоретически, так оно и есть. Это мыло с какими-то там добавками, от него очень много пены.       — Остальное мне знакомо...бальзамы, масла, я этим всем когда-то пользовался. Разумеется не столь дорогими. Ваши средства высшего качества.       — Ого, правда? А так сразу и не скажешь. Нет! Я не в том смысле, что ты уродлив или что-то еще, просто ты такой... суровый. И я не хотел называть тебя уродливым, я не про твои шрамы...ох беда.       — Это было много лет назад. Мой супруг любил баловать меня. Я был красив, во всяком случае, он так говорил. — Идрис словно и не обратил внимания на этот поток сознания.       — Расскажи мне как нибудь вашу историю.       — Хорошо. Ну а вы ответите на вопрос? Почему вы купили меня и доверяете столь щепетильные вещи? Мне кажется, я совсем для этого не подхожу.       — Разве ты не ответил на свой же вопрос минутой ранее? Идрис, ты ведь умен, образован, знаешь как ухаживать за телом и волосами, знаком с этикетом. Прекрати думать о себе, как о неотесанном деревенщине. Кто вообще сотворил с тобой такое?       Идрис поначалу обомлел от такой похвалы и смутился. Рэм мог найти подходящие слова, чтобы заставить краснеть даже такого прожженного и матерого мужчину, однако, он быстро погрустнел. Действительно, если бы не все эти трагедии, произошедшие в прошлом, каким он мог бы быть сейчас?       — Ох, милый Идрис. Я тебя расстроил? Прости. — Рэм протянул руки, заставляя мужчину посмотреть на себя. — Все тяготы позади, я хорошо забочусь о своих рабах.       — Благодарю за ваше беспокойство. Оно того не стоит. Позвольте мне сейчас позаботиться о вас.       Лицо молодого вампира озарила широкая улыбка. Он был рад. Рэм неплохо разбирался в людях и постоянно совершенствовал свои умения. И в этот раз он решил сделать ставку, разглядев в потрепанном жизнью, угрюмом разбойнике, таившуюся глубоко нежность и заботу, которые Идрис запрятал очень далеко и лишь самые близкие люди, знали какой он на самом деле, теперь это знал и Рэм.       Мужчина неловко провел мочалкой по тонкому плечу, словно боясь оставить следы на бледной коже. Рэм наслаждался горячей вкусно-пахнущей ванной. Он старался не хихикать, наблюдая за неуклюжими попытками своего раба. Все же учиться ему еще предстояло многому.       — Идрис, брось. Я голыми руками разорвал северного горного медведя. Вряд ли ты этой несчастной мочалкой сможешь нанести мне вред. Три сильнее. Ай! Ну не так же. — Рэм посмотрел на раскрасневшуюся кожу, силы в этом мужчине было не занимать.       — Простите. — Виновато пробормотал Идрис.       — Просто попробуй что-то среднее.       Идрис аккуратно обмакнул длинные волосы полотенцем и подал хозяину мягкие тапочки, легко придерживая его за руку, словно кавалер свою даму. Рэм вновь расплылся в улыбке, ему нравилась такая забота о себе. Он был изящным, хрупким юношей с женственными чертами лица. Младший наследник рода Вульфстрат был завидным женихом, неудивительно, что вокруг постоянно вились ухажеры, одаривавшие его цветами и драгоценностями. Они считали за честь помочь накинуть пальто, подать руку или донести что-нибудь тяжелое вроде стопки книг. Им ведь было совсем не обязательно знать, что этот нежный юноша по силе уступает лишь девятерым вампирам во всей империи.       — Ох, Идрис, ты такой заботливый. Иди согрей мне вина и подай в гостиную.       Мужчина приоткрыл дверь, пропуская хозяина вперед, а сам направился в погреб. Будет пара свободных минут, чтобы обдумать происходящее. Идрис остановился у зеркала в коридоре и осмотрел себя. Ладно уродства, что он скрывал под повязками, но эти черты лица, мощное тело, пронзительный взгляд. Да даже самый наивный человек безошибочно определит в нем чернорабочего с темным прошлым. Почему же этот вампир смотрел на него совсем по другому?       — Я принес вино, хозяин.       Рэм спал. На сей раз не крепко и Идрис решил не относить его на кровать, чтобы не будить. Лишь прикрыл покрывалом. Оставил бокал с вином, а рядом поставил еще один, который наполнил своей кровью. Молодому организму нужно много сил чтобы восстановиться.

***

      — Мой выходной! Мой драгоценный выходной!       Утреннюю тишину прервал горестный крик. Идрис чуть не выронил тарелку. Его хозяин проспал весь день и мужчина был вынужден все же перенести его в кровать. Рэм проснулся только на следующий день, громко сокрушаясь о том, что он проспал единственный выходной. Виноватым в этой ситуации вновь оказался Идрис.       — Хозяин, пожалуйста, не кидайтесь вещами. — На сей раз мужчина увернулся от тапочка. — Вы так крепко заснули, я не смел вас будить.       — Я проспал свой единственный выходной! Жить-то когда? — Сокрушался Рэм.       — Полагаю в оставшиеся лет пятьсот. — Идрис пожал плечами.       — Дерзить мне смеешь? А ну собрал манатки и работать! Сегодня у меня посетителей хоть жопой жуй и все мерзкие до чертиков.       — Ожидаете местное баронство? Я встречу гостей и сделаю все в лучшем виде.       — Сюда вскоре придет стража, направишь их в мой кабинет, я отдам распоряжения. — Юный вампир наконец начал потихоньку успокаиваться.       — Слушаюсь. Вам передали посылку из главного замка. Ящик полный качественной крови. Вам подать?       — Ой, а ты и рад.       — Моя - не самый лучший вариант.       — Ступай, — Отмахнулся Рэм, а после спохватился, усаживаясь в кресло перед зеркалом. Он ведь был таким растрепанным. Расчески и противные ленты валились из рук и вампир вновь начинал потихоньку звереть.       Шеи коснулись теплые мозолистые руки. Идрис осторожно забрал расческу. Рэм прикрыл глаза. Он любил, когда о нем заботились люди. К сожалению, Ив прислуживала его матери, а Седрик был занят делами замка и в служанках у него оставались одни расторопные вампирши. Идрис собрал непослушные волнистые локоны вместе и завязал их в аккуратный бант.       Пока Рэм возился со своим прочим туалетом, на столик опустился поднос. Мужчина вновь принес бокал крови и чай с печеньями. Время на завтрак все еще оставалось. Местная знать была приглашена только к десяти, а часы показывали без пяти восемь. Рэм быстро осушил бокал и задумчиво надкусил печенье.       — Вкусно. Я был знаком с одним вампиром, он возглавлял стражу восточного крыла, так вот он готовил точно такое же.       — Это довольно популярный рецепт на севере. Даже в кулинарной книге он описан. Однако же, странные увлечения у вашей стражи, хозяин.       — На себя посмотри, с виду весь такой суровый, а косички плетешь не хуже любой деревенской кудесницы.       Идрис покраснел. — Да меня просто подруга научила. В любом случае, стража ожидает, сейчас приведу.       Мужчина поежился. Стоя в дверях он ощутил на себе пронзительный взгляд. Так дикая хищная кошка смотрит на свою добычу. Рэм прищурился, облизнулся и довольный собой, отвернулся к зеркалу. Что ни говори, а люди оставались людьми и даже такой суровый мужчина терялся перед его пронзительным взглядом.       Пока стражники получали инструкции, Идрис поспешил переодеться и вышел встречать гостей. Обязанности его были просты: проводить господ в кабинет, осведомиться нужно ли им что нибудь и в конце проводить их к выходу. К сожалению не все шло согласно установленному плану. В день Рэм принимал около трех - четырех человек. Не все из них были знатными особами, иногда заглядывали богатые купцы или чиновники. Кого-то Рэм отпускал быстро, а с кем-то диалог длился и по несколько часов.              Дебоширов выпроваживала стража. Не все были согласны с новыми порядками, установленными юнцом, которому и тридцати не исполнилось. Люди наивно полагали, что их махинации останутся незамеченными, поэтому ужасно злились, когда Рэм выводил их на чистую воду. Ни угрозы, ни подкуп не работали. Он был непреклонен. Нарушителям грозил либо большой штраф, либо заключение в темнице и исправительные работы. Так или иначе, но убытки графству они были обязаны возместить. Не деньгами, так усердной работой. Вся эта вакханалия продолжалась около недели. Идрис уже порядком замаялся, а вот его хозяин оставался таким же невозмутимым и, кажется, ни капли не устал. Мужчина забрал пустой кубок и легко поклонился, однако комнату не покинул.       — Хозяин, могу ли я узнать, как ваши успехи?        За последнее время Идрис проникся к юному вампиру уважением. Рэм может и производил впечатление капризной барышни, но не стоило забывать наследником какой семьи он был и в каких условиях рос. Дела он вести умел, во время переговоров оставался суров и бескомпромисен. Граф Вульфстрат сам позволил своим сыновьям выбрать свой жизненный путь и умения. Однако, позаботился о том, чтобы они стали в этом лучшими. К сожалению не все пошло так, как запланировали братья, но несомненно, оба наследника достигли небывалых высот. Рэм не был так же умен, как и его старший брат. Ромул разобрался бы здесь куда быстрее, но у него и другие дела были.       — Эта часть графства еще около десяти лет будет возмещать убытки, пять лет работать в ноль и только лет через двадцать вновь начнет приносить неплохую прибыль. Мои родители были заняты нашим воспитанием, а потом войной. Некоторые части графства совсем от рук отбились. Время наводить порядок. — Рэм откинулся на спинку кресла и устало вздохнул. — Надо устроить выходной.       — У вас еще посетитель.       — Посетитель? Кто? В списке больше никого нет. Ладно, пусть заходит и закончим на сегодня. Я вроде всех опросил кого нужно.       Идрис кивнул. В комнату прошел высокий молодой человек. Он был широкоплеч и статен, алые глаза смотрели на мир с толикой любопытства. Вошедший вампир явно был хорошо образован, а судя по одежде, еще и богат. Он тепло улыбнулся и поправил длинные каштановые волосы. Однако радости эта встреча у Рэма не вызывала.       — Не мог бы ты выйти?       Идрис взглянул на хозяина, тот кивнул и еле выдавил тихое “иди”. Мужчину такой расклад не устраивал, тут явно было что-то не так. Однако он не мог ослушаться приказа, поэтому вышел в коридор.       — Зачем ты явился? — Рэм залпом осушил бокал вина.       — Хотел спросить не передумал ли ты насчет помолвки?       — И речи быть не может. Забудь.       — Почему? Нам ведь было так хорошо, мы любим друг-друга. — Продолжал настаивать незнакомец.       — Нам? Хорошо?       — Признаю, местами я был вспыльчив, понимаю, что виноват. Вернись ко мне, я исправился клянусь. Хочешь на колени встану?       — Такие как ты не меняются. — Нахмурился Рэм.       — Я так и знал. Это все твой брат. Это его слова. Он настроил тебя против меня.       — Прекрати, Эдмонд. У меня своя голова на плечах имеется. — Рэм сделал шаг назад, как только вампир попытался приблизиться.       — Вернемся в мой замок. Мне так плохо без тебя. — Молодой человек опустился на колени. — Я совершил ужаснейшую ошибку и теперь всю жизнь буду сожалеть об этом.       Сердце в груди дрогнуло. Тяжело видеть некогда любимого человека в таком положении, в таком отчаянии. Рэм опустил голову и потер запястье. Чтобы гордый герцог Оулстрат из семьи старше чем Вульфстраты стоял перед кем-то на коленях и умолял? Кому расскажи не поверят. Рэм прерывисто вздохнул. Ему было больно, мерзкое тяжелое чувство сжимало сердце. Ему хотелось заключить любимого человека в объятия, забыть о всех его прегрешениях и в то же время убежать от него как можно дальше. В голове вновь пронеслись слова брата, “Такие как он не меняются.”       — Я расторг помолвку. Уходи. — Рэм прикрыл глаза и опустил голову. Он знал, что ожидать от этого человека и был готов.       — Почему? Что тебе еще нужно!? Я осыпал тебя драгоценностями, ткани, любые сокровища, все клал к твоим ногам. Ты! Неблагодарное создание, пародия на аристократа.        Молодой человек, что до этого казался воплощением благородства и добродеятели вдруг резко изменился. Разве можно было представить, что на столь прекрасном лице отразиться настолько ужасная яростная гримаса? Рэм молчал, глядя куда-то в пол. Было лучше просто переждать бурю. Бывало, Эдмонд часто повышал голос и оскорблял его, особенно, когда дела в герцогстве шли плохо. Просто не стоило попадаться ему под горячую руку.       — Почему ты молчишь? Я настолько тебе безразличен? Посмотри на меня! — Эдмонд ухватил Рэма за волосы. Он тряс его и продолжал что-то кричать.       — Ромул бы прав, ты совсем не изменился.       — Почему? Я желаю тебе только добра. Ты бы мог получить герцогский титул, стать частью древнейшей семьи. Неужели тебе хватит роли виконта? Так почему ты продолжаешь себя вести, как самая последняя неблагодарная тварь? — Эдмонд казалось начинал успокаиваться, голос его стал куда спокойнее, но это было только затишьем перед настоящей бурей.        — Уходи пожалуйста. Мне плохо рядом с тобой. Я не хочу дальше ругаться, не хочу причинять тебе боль, уходи.       — Вот значит как. Прогоняешь меня после всего, что было? Это твоя благодарность?!       Рэм закрыл голову руками, он прекрасно знал, что Эдмонд бил не сильно, он не мог нанести вред столь могущественному вампиру. Все синяки и ссадины исчезали прежде чем жених возвращался с чашкой вкусного чая и извинениями. Рэм терпел и прощал, он надеялся, что и в этот раз все пройдет точно так же. Разве что, он вновь попробует спровадить надоедливого бывшего и распорядится впредь не впускать его, как только тот выплеснет всю злость и успокоится.       Послышался грохот, а затем короткий вскрик. Рэм опустил руки и приоткрыл глаза. Идрис стоял сзади, держа Эдмонда за горло. Вампир грозно зашипел, силясь вырваться из хватки, однако медная заточка возле его горла быстро поубавила весь пыл.       — Двинешься, и я перережу тебе маленькую артерию прямо вот тут и поверь мне, сил чтобы восстановиться тебе не хватит.       — Да ты хоть знаешь кто я?       — Вампир, напавший на моего хозяина.       — Мне хватит одного удара, чтобы переломить тебе шею.       — Благородство семьи совсем не значит, что ее наследник будет силен. Проверим кто быстрее? — Лезвие угрожающе сверкнуло возле горла.       — Идрис, довольно. Выпроводи его. — Рэм вновь опустил голову.       — Как прикажете.       — Ты все равно будешь моим. Моего интеллекта, влияния рода хватит, чтобы заставить тебя заключить брак. Хочешь ли ты того или нет!       Идрис, что уже собирался вывести наглеца за дверь, вдруг резко остановился, а после направился к приоткрытому окну, буквально вышвыривая герцога вон. Рэм намеревался подскочить к подоконнику, но сильная рука остановила его.       — Ты что творишь?       — Мусор выбрасываю. — Идрис отряхнулся. — Может расскажете, что вы здесь устроили?       — Прости за этот балаган.       Мужчина прикрыл окно, чтобы с улицы не докучали крики герцога. — Не извиняйтесь. Я понимаю, это личное, но может скажете, почему вы позволили ему с собой так обращаться?       Рэм опустился на пол, обнимая свои колени. Выглядел он очень печально. Уложенные волосы теперь торчали во все стороны, дорогая подводка растеклась по щекам. Идрис присел рядом, гладя хозяина по спине.       — Понимаешь, это мой жених, бывший. Вначале нашего знакомства он таким не был. Он был...таким добрым, чутким, обходительным и нежным. Брат постоянно занят, родители тоже. Все в разъездах, а я один. Я был совсем молод, думал, обо мне все забыли и как же я обрадовался, когда в моей жизни появился любящий и заботливый человек. Я влюбился без памяти. Родители предупреждали, что он не самая лучшая партия, но разве я их послушал? Да и к тому же Оулстраты - боковая ветвь правящей династии, а Эдмонд - старший наследник. Как ни посмотри, идеальный кандидат.       — А что случилось потом?       — Потом? — Рэм тяжело вздохнул. — Мы были помолвлены. Я переехал в их родовое гнездо, поначалу все шло хорошо, но постепенно его приступы ревности превратились в настоящую агрессию. Я не знаю как это произошло, я словно лягушка, которую поместили в медленно нагревающийся котел, оказался в ловушке. В какой-то момент происходящее стало казаться настолько нормальным. Я во всем виноват.       Идрис придвинулся и осторожно прижал Рэма к себе. Все же, несмотря на выдающийся ум, его хозяин был таким молодым и не зрелым, к тому же наредкость добрым и жалостливым. Неудивительно, что он угодил в такую передрягу.       — Но вы теперь здесь, все прошло.       — За меня вступился Ромул. Он вытащил меня из этого болота. Эдмонду крепко досталось. Отцу кое-как удалось замять дипломатический скандал и я надеялся, что он больше не явится, даже в такую глушь сбежал.       — И все же, вы ведь так сильны. Почему не ответили?       — Я люблю этого человека, надеялся провести с ним всю свою жизнь. Как я могу навредить ему? — Рэм утер выступившие слезы.       — Судя по всему, ваш жених так не думает. В любом случае, он к вам не приблизится, пока рядом я.       — Наверное это все моя вина. Он ведь был таким хорошим, а потом все изменилось.       — Господин Оулстрат лишь показал свое истинное лицо, не более. Реальность расходится с книгами и даже самые добрые герои могут не встретить хороший конец. А вы теперь научены горьким опытом.       — Не хочу его видеть. Как думаешь, он вернется? — Рэм печально уставился в пол.       — Такие люди всегда возвращаются. Им нужно давать отпор. Не позволяйте больше с собой так обращаться, даже если это любовь всей вашей жизни.        Идрис попытался подбодрить хозяина. Ему довелось быть знакомым с такими людьми. Все они по сути своей были мягкими и добрыми, как и его нежный хозяин. Кого-то жизнь ломала, они озлоблялись, становились жестче и враждебнее. Рэм был не таким. Он все еще сожалел о том, что его несостоявшийся жених, его возлюбленный не захотел меняться. Если бы не Идрис, он бы точно простил Эдмонда и все вновь пошло по замкнутому кругу.       — Я уберу здесь бардак, а после мы приведем и вас в порядок.       Рэм не позволил мужчине встать с пола, он ухватил его за рукав и потянул на себя, хватая за щеки, а после легко прильнул к губам. Идрис не успел даже разозлиться, он просто был ошеломлен происходящим.       — Спасибо, милый Идрис, я и правда почувствовал себя лучше.