Глава 3: ФАЗА ВТОРАЯ
4 апреля 2023 г., 17:52
~~~
Вместо обеда Драко остался с Панси и Блейзом в гостиной, чтобы насладиться одиночеством, пока все были в Большом зале. — Я не понимаю. Поттер думает, что я гей. Он гей, и он думает, что я влюблен в него, но он все равно не хочет меня. Разве не так строятся отношения? — Не совсем. Ты должен ему нравиться, чтобы это сработало. А ты ему наверняка не нравишься. — Откуда ты знаешь? Ты вообще разговариваешь с Тео, или вы просто обсасываете друг другу лица до онемения, а потом расходитесь? Не похоже, что вы друг другу нравитесь. — Эй, — встряхнулась Панси. — По крайней мере, я могу добиться хоть какого-то действия. — Драко криво ухмыльнулся ей в ответ. — Вам нужна химия, — Блейз прервал ссору, которая вот-вот должна была начаться. — У нас есть химия. У меня нет другого такого врага, как он. Это особые отношения. — Да, но есть большая разница между вражескими и романтическими отношениями. Вам нужна дружба и привязанность. — И у тебя есть прекрасная возможность, пока вы работаете над проектом вместе, — сказала Панси. Драко лишь насмешливо хмыкнул и отстранился. Он протянул руку вперед и взял газету, которая лежала рядом с его тарелкой на журнальном столике. Развернув ее, он почувствовал жгучую ненависть, глядя на Поттера, который занимал всю первую страницу. — Наверняка он упивается этим. Поттер такой выпендрежник. Затем он положил ее на стол и пролистал. Остальные индивидуальные анкеты находились на второй и третьей странице, но они были гораздо меньше, чем у Поттера. На четвертой странице были колдографии всех чемпионов вместе, и при её движении Поттер смотрел на Диггори. Затем Драко пролистал дальше. Там была колдография Поттера и Диггори вместе в статье про чемпионов Хогвартса. Рука Поттера лежала на спине Диггори немного ниже, чем должно быть. — Мерлин. Поттер влюблен в Диггори. Вот почему я ему не нравлюсь! — Ну, или, знаешь, это может быть из-за того, что из-за тебя он получил отработку на первом курсе и ты оставил его в Запретном лесу, а на втором курсе ты убедил большую часть школы, что Поттер — наследник Слизерина. О, а еще ты обзывал его друзей грязнокровками и предателями крови, и открыто желал им смерти. Еще ты хотел, чтобы убили гиппогрифа. Задирал незнакомых тебе людей, а еще хуже задирал его. Значки. Список довольно большой. — Да, но теперь то я влюблен в него. Это должно все исправить. Панси и Блейз переглянулись. — Что есть у Диггори такого, чего нет у меня? Конечно, он красавчик, но я — блондин. У меня более высокий статус. У меня столько денег, что Диггори даже и не снилось. — Он милый, искренний. Он хорош. — В чем? — возразил Драко. — В том, чтобы быть хорошим. Поттер по своей природе добр. Это у него в крови. Если бы это было не так, он бы просто позволил тебе продолжать издеваться над тем ребенком, как и все остальные, кто прошел мимо тебя. — Он сделал это не ради ребенка, он сделал это, потому что не хотел, чтобы я развлекался. — Ты не понимаешь, — сказала Панси. Глаза Драко сузились. — Знаешь, я начинаю вспоминать, почему мы не разговаривали друг с другом шесть лет. — О, неужели, пожалуйста, расскажи. — Ты так зациклилась на мне, потому что ты помешана на контроле. Что бы я ни сделал, все неправильно. — Потому что так и есть. Твой отец внезапно заинтересовался тобой и решил разорвать тебя в клочья. Он превратил тебя в пустую оболочку человека, одержимого властью, статусом и деньгами. Нам было так весело, когда нам было семь лет. А потом ты замкнулся и обзавелся Крэббом и Гойлом, словно они твои приспешники. Драко был ошеломлен, прошло несколько нерешительных секунд, прежде чем он заговорил. — Не строй из себя невинность. Ты тоже смеешься над людьми. Ты тоже издеваешься над ними. Ты, черт возьми, помогла мне придумать этот план. Панси покраснела, ее челюсть напряглась. — Ты должен был попросить Крэбба и Гойла помочь тебе. Когда она достигла арки, ведущей в спальни, Драко окликнул ее. — Нет, подожди. Мне нужна твоя помощь. Я должен знать, что делать. Она вернулась и притопнула ногой. — Поттер остановил тебя от издевательств над первокурсником потому, что так было правильно. Ты вел себя подло и грубо, и это несправедливо, что ты издеваешься над детьми, которые младше тебя и не могут за себя постоять. Тебе нужен Поттер? Если ты хочешь надурить его с этим планом, перестань приставать к первокурсникам. Будь как Седрик. В груди Драко вспыхнул дискомфорт. Это невозможно. — Я не собираюсь становиться хаффлпаффцем ради Поттера. — Тебе и не нужно. Не быть засранцем на самом деле не так уж и сложно. Попробуй.~~~
Так что Драко постарался стать добрее. Ради блага розыгрыша. А не по какой-то другой причине. Не потому, что он был слабым. Не потому, что он не достоин фамилии Малфой. Он мог с легкостью вернуть себе эту привычку. Сердце Драко бешено колотилось, пока он ждал, когда первокурсники выйдут с Зелий на следующий урок, и когда Хьюз вышел, Драко поспешил подойти к нему. — Мне нужно с тобой поговорить. Чистый ужас захлестнул веснушчатое лицо Хьюза. Драко сглотнул. — Послушай. Прости, что ударил тебя и… толкнул в стену, засунул твою голову в унитаз и заставил тебя есть хлеб, хотя у тебя аллергия на глютен, как у чудика, — Драко хмыкнул, потом поправил себя, — нормального человека, у которого аллергия. Я больше не буду тебя беспокоить. Тем не менее, глаза Хьюза расширились от страха, и он учащенно задышал. Бедный ребенок действительно был… напуган. И смотреть на него было… неловко. Грязнокровка… — Ты можешь идти, — сказал Драко, и Хьюз, воспользовавшись возможностью побежал к остальным первокурсникам. Драко посмотрел ему вслед, а затем встретился взглядом с Поттером, который стоял и наблюдал за ним от дверей класса зельеварения. — Чего тебе? — Драко задел плечом Поттера, проходя мимо. Ты заставил меня это сделать, придурок, хотел сказать он, но воздержался. Поттер ничего не сказал, а последовал за ним внутрь и сел рядом. У Снейпа не было никаких указаний, кроме как дальше работать над проектом. К счастью, они с Поттером почти не разговаривали. Сегодня он чувствовал себя по-другому, стоя рядом с ним. Другая энергия. Поттер не ненавидел его, как в прошлый раз. В тот момент, когда Поттер постукивая пальцами по столу рядом с его рукой, и в конце концов накрыв ее своей, Драко смог рассмотреть его мышцы, вены и кончики пальцев. И почему-то он представил себе, как обхватывает пальцами его руку. Его сердце учащенно забилось, и он моргнул, осознав свой порыв. Это просто потому, что это случилось в первый раз. Не потому, что ты хочешь этого. А потому что так нужно для розыгрыша. Помни, ты должен притвориться, что он тебе нравится, и поэтому ты должен так думать. Это не твои мысли, это просто твой мозг хорошо вошел в роль. Ближе к концу урока, Драко заставил себя набраться смелости и взять Поттера за руку, когда тот потянулся за листьями шлемника, которые лежали напротив него. Щеки Поттера порозовели. Затем он вспомнил, что им придется работать над зельем вместе. — Поттер, мы не успеем сделать его вовремя. То, что у тебя Турнир Трех Волшебников, не означает, что ты можешь халтурить и портить мне оценки. — Это ты предложил сделать за меня всю работу, потому что не хотел, чтобы я ее испортил. — Да… ну, планы изменились. Ты должен что-то сделать. Хотя бы написать работу. — Хорошо. — Может, встретимся после уроков? — Думаю, можно. — Хорошо. Мы сможем закончить первую половину. Поттер кивнул. Весь оставшийся день они не виделись. Драко проследил за тем, чтобы его волосы были гладко причесаны, и он использовал свой лучший одеколон, который явно понравился Поттеру, потому что, когда они сидели рядом в пустом классе зелий, было слышно, как он принюхивается. Сначала молчание было неловким, и Поттер, наконец, решил растопить лед. — Ты извинился ради меня перед тем первокурсником. Драко подождал несколько мгновений, стараясь говорить как можно спокойнее. — Это было не ради тебя. — Это было абсолютно точно ради тебя, и это было отвратительно, и я никогда больше так не поступлю. Поттер поднял бровь. — Я горжусь тобой, Малфой. Его слова были похожи на откровенную пощечину. Он никогда не слышал такого раньше. — Гордишься? — Да. За то, что ты стал лучше. — Я не… Я не стал лучше. Я все еще засранец. — Я знаю, — сказал Поттер. — Но ты поступил правильно. — и затем он замялся, прежде чем заговорить снова. — Тебе это идет. Черты лица Поттера смягчились, и он не отстранился, когда Драко подошел ближе к котлу. Неужели все было так просто? Глупое извинение — это все, что требовалось? Поттер был просто слаб или извинения имели такую силу? Он никогда не думал, что такое ничтожное слово может иметь такую силу, но, похоже, оно позволило Поттеру стать ближе к нему, а это уже было силой. Драко скрыл, что скривился, проверяя теорию. — Прости меня. — За что? — Лицо Поттера смягчилось еще больше. — За длинный список вещей. — Если он не сказал, за что, то технически он не извинялся за это. — Правда? Нет. — Да. — Спасибо. Молчание. — Ты собираешься извиниться передо мной? — спросил Драко. — За что? — За то, что был самодовольным, тупым болваном. Поттер фыркнул и покачал головой. — Тогда за что ты извинился? За первокурсника? — Я знаю, что ты завидовал, что я не цепляюсь к тебе, — с сарказмом сказал Драко, и Поттер фыркнул. — В точку. Мое лицо было зеленым от зависти, — сказал он с облегчением. — Да. Я заметил это. Как твои глаза. — Это работает, или Драко просто так заставляет себя выглядеть жалким? — Думаю, я не хочу быть… настолько ужасным. — Что ты несешь? — Только немного. Как мелкий вредитель. — Не волнуйся, ты все еще вредитель. — Поттер сохранял нейтралитет. — Хорошо. — Что? — Ты знаешь, что я думаю? Мне все равно. — Я весь внимание. — Я думаю, ты мог бы стать хорошим человеком, если бы постарался. Скрыв рвущийся наружу смех и желание сказать ему, что этого никогда не случится, Драко помедлил, скрывая свое любопытство за нарезанием листьев лаванды. — Зачем быть хорошим, если можно быть могущественным? Поттер задумался, прежде чем ответить. — Потому что власть не делает тебя счастливым. Она делает тебя холодным. А от хорошего человека — тепло. Теперь Поттер точно вел себя как карликовый пушистик. Драко потребовались все силы, чтобы побороть желание закатить глаза. — Как скажешь, Поттер.~~~
Драко и Поттер снова встретились через два дня. Когда они пришли, еще две пары четверокурсников работали над своими проектами, и они не заговаривали, пока не осталась только одна из них. — Разве ты не должен был положить мяту перед крокодильим сердцем? — Я знаю, что я делаю, — пробурчал Драко. — Так написано в учебнике. Драко выхватил его из рук Поттера. Черт побери. Драко никогда не путался в зельях. — Все в порядке. — Нет, не в порядке. Ты теряешь контроль. — Ты уверен? — Да. Я все сделал правильно. — Я не… — Почему ты следишь за каждым моим движением? — Я не слежу. Я просто заметил. — Тогда перестань замечать. Уйми свою гордость, Драко. Это разрушает план. Мерлин, все было так запутано. Словно реальная версия Драко и его слабая версия перетягивали канат в его голове. Прошло несколько напряженных секунд, прежде чем Драко снова заговорил. — Скучаешь по квиддичу? — Очень! — Это была самая сильная эмоция, которую проявил Поттер. Квиддич, да! Драко сделал блестящий выпад. — Я с нетерпением ждал этого года, чтобы полетать на Молнии и все такое. — То, что у тебя новая метла, еще не значит, что ты выиграешь, — сказал Драко, трижды помешивая зелье против часовой стрелки. — Ну, учитывая, что я побеждаю тебя каждый раз, ты можешь дать мне хоть Чистомет… — Придурок, — Драко бросил в него пучок лаванды. Ему хотелось, чтобы это был камень. Притворись, что он тебя заинтересовал. — Как ты думаешь, ты когда-нибудь станешь профессионалом? — Может быть, — сказал Поттер. — Это было бы весело. Не знаю, в какую команду я бы вступил. — Только не в «Нетопыри Ньюкасла». — Почему? — С какого перепуга они назвали команду в честь летучих мышей, когда практически вся лига названа в честь птиц? Это смешно. Летучие мыши — не птицы. Поттер рассмеялся. Он действительно смеялся. И это было так приятно. — Есть Уимбурнские осы, Татсхилл Торнадос, — начал он. — Это моя точка зрения. Если вы собираетесь создать лигу, сделайте ее единой. Это просто некрасиво, когда все разбросаны по разным темам. — У лиги Крама нет определенной тематики. — Их тема — это отсутствие темы. Вот почему они крутые. Драко закончил всю работу над зельем на этот день, и произошло то, чего никогда не случалось раньше. Они продолжали разговаривать. И Драко не спешил уходить, не говоря уже о том, чтобы хотеть этого. Развлекать Поттера было интересно и в какой-то степени даже приятно наблюдать, как светлеет его лицо. Это делал Драко. А не кто-то другой. Это было само по себе победой. — Катапульты Кайрфилли из Уэльса. Они довольно хороши. — Ни за что. Холихедские гарпии — лучшая команда Уэльса, — возразил Поттер. — Их охотники хороши, я согласен, это единственная причина, по которой они выиграли столько игр. Но их ловец — посмешище. Драко посмотрел на карманные часы, и у него свело живот. Они пробыли там на час дольше, чем должны были. Он посмотрел на место, где сидела другая пара, и увидел, что там пусто. Чтобы скрыть панику, Драко спросил. — Кто твой любимый ловец? — Крам — потрясающий. Думаю, что он и твой тоже. У Драко появилась идея. Зловещая. — Нет, не он. — Да, он. — Тогда кто же? Драко покачал головой. — Только не говори мне, что ты тайный фанат Пушек Педдл. — Нет. Точно нет. Мне нравятся болгары. — Значит, это должен быть Крам. — Нет, — повторил Драко, накрывая котел крышкой. — Нам пора. Драко продолжил собирать вещи, но Поттер так и остался сидеть. — Скажи мне! Проигнорировав его, Драко перекинул сумку через плечо. — До встречи. — Он направился к двери, но Поттер встал и бросился ему наперерез. — Ты не можешь уйти, пока не скажешь мне, кто твой любимый ловец. — Поттер, я устал. Я хочу уйти. — Он смотрел мимо него, потому что не мог смотреть в глаза Поттеру, находясь так близко. Поттер покачал головой, загораживая дверь. — Почему это так важно? — Потому что я хочу знать. Драко наконец-то посмотрел ему в глаза. — Ты. Лицо Поттера вытянулось. — Нет, это не я. — Теперь я могу идти? — Не может быть. Ему было неприятно это говорить. — Ты хорош, Поттер. Ты знаешь это. — Не так хорош, как Крам. Драко смотрел в пол, скрывая свой румянец. — Я думаю… если бы состоялся матч… — Я бы не выиграл, — сказал Поттер, внимательно наблюдая за Драко. — Я бы поставил на твою победу, — Драко поднял голову. — Тебе несказанно везет, но у тебя есть и талант. Твоя удача — это то, что поможет тебе выиграть. Крам более техничен. Но если бы матч состоялся, я бы поставил на тебя. Поттер уставился на него, скорее смущенный, чем польщенный. — А как насчет денег, которые ты поставил на то, что я продержусь в Турнире Трех Волшебников всего десять минут? — Мой отец сказал, что только пять, — уточнил Драко. — Я верю в тебя больше, чем ты думаешь. Вообще-то, это был комплимент. Когда Поттер замер на месте, Драко обошел его и направился в подземелья. — Ты сказал правду? — окликнул его Поттер. — Спокойной ночи, Поттер. — Мерлин, это было мучительно. Но и забавно видеть Поттера таким легковерным.~~~
Занятия наедине были намного проще, когда рядом не было Панси или Блейза, которые хотели, чтобы он был идеален в попытках заставить Поттера влюбиться в него. К тому же, Поттер был менее запуганным, нежели в окружении друзей или других людей. Ему лишь частично приходилось поддерживать комплекс героя. Первые несколько встреч были не слишком насыщены событиями. Ни один разговор не стал более личным, чем их беседа об издевательствах. Они много говорили о квиддиче. Если что и было помимо этого, то в основном тишина, пока Поттер что-то писал. Драко проверял написанное, зачеркивал и заставлял его начинать сначала. — Gogi — это группа ракообразных, а не единственное число. Исправь свою чертову грамматику. — Но ты так хорошо исправляешь ее за меня, — проворчал в ответ Поттер. Драко только закатил глаза. А потом он моргнул. Комплимент. Это был комплимент. Он был замаскирован под колкость. Но это определенно комплимент. И Драко уставился в пространство — действительно ли Поттер сделал ему комплимент? Что это значило? Получилось ли? Что еще важнее, они не ругались, и Драко не задирал никого уже больше недели, хотя ему очень хотелось. Отсутствие доминирования заставляло его чувствовать себя… незначительным. Он чувствовал себя маленьким, когда шел по коридорам, и люди не боялись его. Лучше бы эта история с Поттером того стоила. — Эй, — позвал Поттер, выводя его из транса. Зелье выкипело, густой ярко-синий отвар вылился из котла и растекся по столу и эссе, которое Поттер почти закончил. Поттер потянулся вперед и схватил учебники и пергамент, лежавшие рядом с котлом. При этом он наклонился прямо над зельем, и его рубашка пропиталась яркой жидкостью. Это твой шанс! Величайший розыгрыш всех времен! Защити его. Прикоснись к нему. — Поттер, нет! — Драко схватил его и притянул обратно, ближе к себе. Их руки соприкасались. — Ты можешь покалечиться. Никогда не наклоняйся над зельем! — Прости, — Поттер бросил книги и бумаги в сторону, хотя они все промокли. — Ты в порядке? — спросил Драко. — Нигде не обжегся? — Успокаивающее зелье не могло ничего обжечь. — Зелье в порядке? — Ты в порядке? — Да, в порядке. — Поттер встал, нижняя половина его белой рубашки была испачкана. Драко метнулся к шкафу и взял несколько полотенец. Он мог бы просто наложить заклинание очищения. Но это было не очень романтично. Драко прижал полотенце к его животу. От удивления Поттер попятился назад. — Не двигайся. Драко приобнял его за спину, чтобы он не шевелился. Его поясница. Мерлин, это было так странно — прикасаться к людям. Кожа Поттера была теплой, а тело твердым. Драко не знал, чего еще ожидать, но это было просто… непривычно. Странно. Поттер позволил ему прикоснуться к себе, хотя Драко чувствовал, как он нервничает, потому что он замер. Драко изо всех сил старался быть нежным — Мерлин, разве может Драко когда-нибудь ассоциироваться со словом «нежный»? — Вот так. — Спасибо. — Не нужно портить свою одежду. Теперь ты только вполовину привлекателен. — Драко отступил. — Ты сказал, что я вполовину привлекателен? — хмыкнул Поттер. — Я этого не говорил. — Нет, говорил. Нравится ли Поттеру, что Драко «запал» на него? Он почти хотел спросить… Он бы спросил, если бы думал, что это ничего не испортит. — Заткнись, — сказал Драко, но почувствовал, как румянец ползет по его шее. Это был фальшивый румянец. Если уж на то пошло, то это было чувство разоблачения — Поттер знал, что он в него влюблен, и не сбежал. Хах. Выкуси, Диггори. — Как эссе? — спросил Драко. — Испорчено. Теперь мне придется начинать все сначала. — Мы можем остаться здесь еще ненадолго. — Это означало, что ему придется дольше дурачить Поттера. Драко попытался скрыть ухмылку. Чем больше времени он проводил с Поттером, тем больше Поттер думал о нем. Интересно, как сработает игра в виноватого, подумал Драко. Драко откинул волосы назад. — Прости меня. Это была моя вина. Я должен был перемешать его, реакция не началась бы, если бы я разрушил кинетическую структуру болотного перца. — Все в порядке, — Поттер шагнул ближе к нему. — Правда. — Я мог покалечить тебя. — Что было бы потрясающе. — Нет, правда, все в порядке. — Не смей никому об этом говорить. — Я не скажу людям, что ты заботишься обо мне, Малфой. — Я не… — заикнулся Драко, но Поттер только усмехнулся. — Я имел в виду испорченное зелье. Мне нужно поддерживать репутацию. — Не сомневаюсь. — Я серьезно. — Я знаю. — Поттер подмигнул.~~~
Гермиона поймала Гарри на следующее утро за завтраком. — Как дела с Малфоем? — Вообще-то, все не так ужасно. Я думал, будет хуже. — Гарри изо всех сил старался говорить как можно спокойнее, хотя не мог сдержать трепета своего сердца. Почему оно трепетало? Он не был полностью уверен. Казалось, что его сердце работает в противоположном ритме от его мозга. Потому что мозг Гарри знал Малфоя таким, каким он был: задирой, приверженцем чистоты крови, который заставлял страдать его друзей. Он был омерзительным, ужасным человеком. Но его сердце было заинтересовано… не в отношениях. Может быть, в общении. Потому что если бы Малфой рассказал о том, что он гей, Гарри бы лучше понял себя. Гарри лишь признавал, что с ним было весело говорить о квиддиче, тем более что они с Роном не разговаривали. Ему просто нужно было… с кем-то поговорить, пока приближается Первое испытание. Вот и все. И если его собственный факультет не мог дать ему этого, почему бы не обратиться к тому, кто уже ненавидел его? Ему нечего было терять. — Вы не ссоритесь? Гарри покачал головой. — Он гораздо… более сдержан в одиночестве, чем с другими людьми. Это странно. Мы вежливы. Это радует. — Может, он чувствует себя менее зажатым? — Не знаю. — Хорошо, до тех пор, пока он не издевается над тобой. Мы с Роном переживали. — Рон переживал за меня? — съязвил Гарри. — Какая забота. — Он беспокоится о тебе. Просто иногда он… упрямый. — Да, но я тоже могу быть упрямым. Я никогда не думал, что Малфой будет относиться ко мне лучше, чем Рон. Гермиона глубоко вздохнула, на ее лице отразилось беспокойство.~~~
В последний раз, когда они с Поттером должны были встретится, Драко знал, что сможет закрепить успех: он сделает так, чтобы Поттеру было интересно проводить с ним время. Это должно стать переломным моментом. Он был достаточно терпелив. Теперь Поттеру будет невыносимо находиться вдали от него. Он захочет продолжать общаться с ним и говорить о квиддиче. Но когда Поттер вошел в класс зельеварения, лицо Драко вытянулось. — Ты выглядишь ужасно, — сказал Драко, а затем мысленно дал себе пощечину. Он должен был сделать Поттеру комплимент, а не говорить правду. Но Поттер кивнул, ничуть не обидевшись. — Может, тебе нужно немного? — Драко указал на котел. — Я подумаю. — выдохнул Поттер. — Разве ты не волнуешься? Первое испытание завтра. Готов? Поттер покачал головой. Ах. Поттер искал сочувствия. Ему нужно было потешить его самолюбие. — У тебя все получится. Ты же Гарри Поттер. Поттер никак не отреагировал, только шумно сглотнул. — Что ж, вот, я наору на тебя за эссе. Это тебя отвлечет. — Как зелье? — Проверь. Выглядит идеально. — Драко выхватил эссе из рук Поттера. — Я верю тебе на слово. Драко прочитал эссе. — Неплохо, Поттер. — Ну, учитывая, что я переписывал его три раза, и большую часть из этого ты говорил мне, что писать. — Тогда, наверное, мы закончили, — начал Драко. — Да. — Ты уверен, что не хочешь принять немного? Ты выглядишь совершенно убитым. Ты, наверное, не спал несколько дней. — Эта часть заботы о ком-то оказалась не такой ужасной, как он думал. Все, что нужно было сделать, это произнести глупые фразы вроде этой, когда Поттер был уязвим. — Я действительно не спал. — Предвкушение? — Поттер покачал головой. — Серьезно? — Серьезно. Я совсем не в предвкушении. — Тогда зачем ты кинул свое имя в кубок? — Я не кидал. Ох. Теперь Поттер врет. Отлично. Теперь Драко не так стыдно за то, что он так с ним поступал — не то, чтобы он действительно так чувствовал себя. Поттер отвернулся от него. Что-то было не так, но Драко не знал что. — Поттер, я не играл в квиддич уже… целую вечность. — Да? — Жаль, что в этом году мы не сможем сыграть друг против друга. Поттер посмотрел на него и осторожно кивнул. — Может быть, ты хочешь… сыграть матч ловцов или что-то в этом роде? — Драко снова и снова крутил кольцо Малфоя на пальце. — Это отвлечет тебя от первого испытания. — Поттер продолжал молчать, и тишина была оглушительной. — Я имею в виду, тебе не обязательно. Я понимаю, если ты хочешь отдохнуть. Но, может быть, когда-нибудь. Я думаю, что смогу победить тебя, — нервно пробормотал он. — Конечно, нет. Я могу победить тебя со связанными за спиной руками. — Лицо Поттера смягчилось, пока он размышлял над этим. — Я скучал по квиддичу. — Уверен, что скучал. — Да, да, да! Мероприятие, где ему не нужно было разговаривать с Поттером, но он все равно мог добиться прогресса. И он мог играть в квиддич! Гениально! — Встретимся на поле примерно через полчаса? Поттер кивнул, и через двадцать минут Драко оказался на метле в осеннем ночном небе, лицом к лицу с Поттером, как и во время матчей по квиддичу. — Люмос, — произнес он, и снитч засветился. Как только Драко выпустил его, он взмыл в небо, а вместе с ним взмыли и Драко с Поттером. Драко хотел победить его больше всего на свете. Это был тест, чтобы проверить, насколько Поттер отвлечен. Если бы Поттер победил, это означало бы, что он был недостаточно рассеянный. Его должен больше интересовать Драко, a не снитч. Однако так не казалось. Поттер взлетел на своей Молнии, которая была такой мощной, что Драко вздрогнул. Он летел за ним, но Поттер то пикировал, то крутился, то нырял — это чертовски раздражало, как и его идиотская метла. Но тут снитч резко повернул. Драко успел повернуть и последовать за ним, в то время как Поттер несся слишком быстро, и ему пришлось сделать более широкий поворот. В тот момент, когда Драко потянулся за снитчем, его пальцы были всего в нескольких дюймах от него, рука Поттера поднялась и схватила снитч, а Драко схватил руку Поттера. — Ха, — злорадствовал Поттер. — Это нечестно! — Драко отказывался отпускать его руку. — Я бы поймал его, если бы тебя там не было! Ты абсолютный засранец. Но Поттер только хмыкнул. — Должно быть, это больно, когда твой любимый ловец побеждает тебя снова и снова. Драко игриво стукнул его, хотя терпеть не мог этого делать. Драко никогда не думал, что он может стать пригодным для отношений. Но ведь люди, состоящие в отношениях, так поступают, не так ли? Это была лишь обработка Поттера, обхаживание его. Они спрыгнули с метел, но в этот момент Драко потянулся вперед и снова схватил Поттера за руку. — Почему у тебя такие маленькие руки? — Это не так. Драко выхватил снитч из руки Поттера и позволил ему упасть, только для того, чтобы он распустил свои крылья и порхал вокруг них. Драко приложил свою ладонь к ладони Поттера, его пальцы были намного длиннее. — Неудивительно, что Скитер думала, что тебе двенадцать. — Поттер откинул голову назад засмеявшись. — Как ты ловишь этот чертов снитч такими маленькими руками? — Они не маленькие, — сказал Гарри между приступами смеха. — Нет, они крошечные! Посмотри на это! — Драко повернул их руки так, чтобы Поттер мог видеть почти дюймовую разницу. — Но даже имея такое преимущество, как более длинные пальцы, ты не можешь меня победить, — поддразнил Поттер, опуская руку и разрывая контакт. Чтобы скрыть свое разочарование, Драко сменил тон. — Может, я позволил тебе победить? — И зачем ты это сделал? — Чтобы ты почувствовал себя лучше, — сымпровизировал Драко. Поттер улыбнулся, потом его лицо погрустнело, когда он вспомнил, что должно произойти завтра. И тут поняв, как близко они стоят, он сделал несколько шагов назад. — Я должен идти. Надо отдохнуть, — вздохнул Гарри. Слава Мерлину, от тебя воняет. Ты раздражаешь, и мне надоело проигрывать тебе. — Подожди… — Да? Драко сглотнул, внезапно занервничав. — Я хорошо провел время. И я просто… Я надеюсьчтотынеумрешьнаэтомтурнире. — Я надеюсь, что ты точно умрешь на этом турнире. — Что? — Ничего, не важно, — поморщился он. — Я сделаю все возможное, чтобы продержаться десять минут, — сказал Поттер. — Тогда ты выиграешь пари против своего отца. Драко открыл рот, затем закрыл его. Он почти рассмеялся, правда. Это было забавно. Это было почти мило. Когда Драко наконец придумал, что ответить, он поднял голову и увидел, что Поттер уже дошел до замка.~~~
— Где ты был? — крикнула Гермиона. У нее были мешки под глазами от недосыпания. — Я везде тебя искала. — Извини, — сказал Гарри. — Я просто… веселился. Мне было очень весело, вообще-то. Это было здорово. — Малфой… — Ты должен отсыпаться, если не готовишься! — Мне нужно было выпустить пар. Я иду спать. Он ушел, прежде чем Гермиона успела что-то сказать. Его последние мысли были не о драконе, с которым ему предстояло встретиться завтра. Вместо этого он не мог выбросить из головы ощущение руки Малфоя, сжимавшей его руку. Ощущение было приятным. Настолько, что его пальцы до сих пор помнили его. Он провалился в неглубокий сон.~~~
Драко вошел на стадион вместе с Панси, Блейзом, Крэббом и Гойлом. — Как ты думаешь, что это будет? — Мне все равно, — сказал Драко, осматривая заостренные камни, выложенные в центре арены. — Выглядит опасно. Несколько мгновений спустя прозвучал голос Дамблдора, усиленный заклинанием. — Время нашим чемпионам встретиться лицом к лицу со своим Драконом. Мистер Диггори из Хогвартса выйдет первым… — Драконы? — задохнулся Драко, с трудом сдерживаясь, чтобы не подпрыгнуть на месте. — Драконы! Поттера съест дракон? Это лучший день в моей жизни! — Позади него засмеялись Крэбб и Гойл. Хагрид привел первого дракона. — Это просто потрясающе. Как будто школа знает, чего мы хотим. Драко все больше и больше возбуждался по мере того, как каждый чемпион встречался со своим драконом. В его голове проносился миллион сценариев, о том, как все будет происходить. Проглотит ли дракон его целиком? Подожжет ли он сначала Поттера? Ударится ли Поттер о камни и свернет себе шею? В перерыве между выходами чемпионов, Драко, Блейз и Панси болтали. — Как продвигается проект, — спросила Панси, наклонившись к нему с волнением. — Кажется, я ему нравлюсь. Та связь, о которой вы с Блейзом говорили. Кажется, у меня получилось. — Правда? Драко кивнул. — Время покажет. Если он умрет сегодня, значит, я сделал свою работу. — А если нет, — спросил Блейз. — Ты пригласишь его на свидание, — сказала Панси. — На настоящее свидание! Где вы будете обниматься и все такое. — Нет, — прошипел Драко, его лицо скривилось от отвращения. — Не заставляй меня блевать. — Все будет идеально. Он бросится в твои объятия. А если ты будешь встречаться с ним между этим моментом и Вторым испытанием, он наверняка отвлечется. — Я хочу, чтобы он отвлекся сейчас. — Он отвлечется, я уверена. Но, к сожалению, когда ты смотришь на дракона, отвлечься довольно сложно. Не падай духом. У тебя все прекрасно получается. — Три наших чемпиона встретились со своими драконами, и каждый из них переходит к следующему испытанию, — некоторое время спустя объявил Дамблдор, используя заклинание усиления голоса. — А теперь наш четвертый и последний участник. Поттер вышел на арену и выглядел так, словно дементор высосал его душу. Позади Драко заржали Крэбб и Гойл, и он тоже едва сдержался, но был поражен Венгерской Хвосторогой. Она была огромной, шипастой и устрашающей. Неизбежно Поттер должен был пострадать. Сердце Драко бешено колотилось. В любой момент Поттер мог умереть. Он будет смотреть на Драко на трибунах, и, когда он отвлечется, дракон плюнет огнем, и он сгорит дотла. — Почему ты выглядишь таким напуганным, — поддразнила Панси. — Я не напуган, — передразнил ее Драко. — Я взволнован. Внезапно дракон метнул пламя в сторону Поттера, и Драко замер, разинув рот. Это было оно! Поттер должен был умереть! — Мы сделали это, — обратился он к Панси и Блейзу. Готовый праздновать, Драко захлопал. Но тут он услышал голос Поттера. — Акцио Молния! Лицо Драко поникло, когда он сел обратно. — Он собирается использовать свою чертову метлу. Вы издеваетесь надо мной? — Учитывая вчерашний вечер, Поттер, несомненно, победил бы. Он был слишком хорош на метле, чтобы этого не сделать. — Все в порядке. Третья фаза будет великолепной, — попыталась утешить его Панси. По стадиону прокатился сильный треск, и Поттер улетел с арены, как и дракон, освободившийся от цепей. В отчаянии Драко оглянулся на них. — Может, нам все-таки не понадобится Третья фаза? Но через несколько минут Поттер оказался в поле зрения, и стадион взорвался. Поттер схватил яйцо, и все учителя кинулись сковывать дракона цепями. Он улетел в безопасное место под трибунами, и сердце Драко ухнуло вниз. Проклятье. Панси обернулась к нему и ухмыльнулась. — Повеселись на свидании. Драко закатил глаза.~~~
На следующем уроке зелий Поттер сидел рядом с Уизли. Драко не скучал по нему, и никогда бы в этом не признался, но без Поттера рядом с ним ему уже не так хотелось ходить на зелья. Нет, он не был рад видеть Поттера. Ты с ума сошел? Поттер — вредитель. Он просто чувствовал, что без него не сможет так же быстро осуществить задуманное. За две недели превратить своего врага в человека, который мог бы играть с тобой в квиддич и получать от этого удовольствие, было нелегко. Снейп раздал им оценки, и Панси рядом с ним застонала. — Нам с Уизли сняли сорок баллов, потому что этот болван забыл добавить крокодилье сердце, но уверял, что положил. Я говорила ему, что нет. Бред, — фыркнула она. Драко оглянулся через плечо. Уизли и Поттер, казалось, подшучивали друг над другом, болтая. Они снова были друзьями… должно быть, помирились. И они казались такими близкими. Это чертовски несправедливо! Драко потребовалось две недели, чтобы просто начать общаться, и сыграть один матч по квиддичу, а Уизли может обращаться с ним как с полным отбросом, и вот спустя ночь они уже толкаются плечами и смеются. — Почему у тебя щеки красные, — спросила Панси. — У тебя настолько плохая оценка? — Хм? — Драко оглянулся на нее, а затем на свою работу. У зелья была высокая оценка, но у письменной работы — минус двадцать. — Не трагично. Затем Снейп перешел к следующему проекту, над которым они с Поттером не работали вместе. Драко большую часть времени думал о Поттере и Уизли. Что этот ублюдок вообще в нем нашел? Он беден. Да и пахнет от него странно. Отец Уизли работал в одном из худших отделов Министерства — у него вообще не было никакого статуса. Работать в Министерстве на таком уровне было более позорно, чем вообще не иметь там работы. Прозвенел звонок, и все встали. Драко и Поттер встретились взглядами. — Обедать, приятель? — спросил Уизли. — Я задержусь на секунду. Ты иди. — Ты уверен? — Да. Встретимся там? — Я возьму твою сумку, — сказал Уизли и взял ее. — Тебе не обязательно. — Нет, ты же ранен. — Спасибо, — сказал Поттер, и когда Уизли ушел, в классе остались только он и Драко. — Как мило. Ты используешь Уизли как своего прислужника. Наконец-то догадался, да? Дракон подарил тебе уверенность? — Поттер сморщил нос, почти усмехнувшись (разве Золотой Мальчик Поттер вообще может усмехаться?). Возможно, это было слишком грубо. Милым. Будь милым. — Зелье получило отличную оценку. — За эссе сняли баллы, извини. Ты должен был написать его. Снейп, наверное, узнал мой почерк, — сказал Поттер. Или ты просто идиот. — Моя оценка не сильно пострадала. Честно говоря, это было лучше, чем я думал. Мы могли провалиться. — Это самая высокая оценка, которую я когда-либо получал на зельях, так что спасибо, — сказал Поттер. Повторяю, ты идиот. Вот почему. Наступил неловкий момент. — Я, эм, увидимся… — Слава Мерлину, ты в порядке, — Драко поспешил позаботиться о том, чтобы Поттер не ушел. Почему ты не умер? Ты должен был умереть! Столько возможностей. Огонь. Падение с метлы. Стать съеденным. Растоптанным. Удариться головой. Да что угодно! Тебя окружала опасность. Почему ты не подумал обо мне? Ты должен был думать обо мне. Так поступают люди, когда влюбляются в кого-то. А потом ты должен был отвлечься и погибнуть от дракона. — Да, — выдохнул Поттер. — Что случилось с твоей рукой? — Дракон задел меня. Точно. Да. Драко был там. — Прости, мне пришлось закрыть глаза. Не мог видеть, как тебе больно… Это смертельно? — Нет, — Поттер нахмурил брови на слегка странный тон Драко. — Через несколько недель все должно пройти. Проклятье. — Хорошо. — Прошло несколько мгновений. — Играть в квиддич было весело. — Да. — Ээ… Я тут подумал, что нам стоит повторить. Или, я думаю, тебе нужно подлечиться. — Проклятье! — Никаких полетов на некоторое время, приказ мадам Помфри, к сожалению. Действуй, Драко. — Ах. Хочет обезопасить и все такое. Может, мы могли бы просто… пообщаться? Прошло несколько секунд молчания, но Поттеру потребовалось гораздо меньше времени для ответа, чем думал Драко. — Конечно, — сказал Гарри через несколько мгновений. — Правда? — Это ведь не может быть так же плохо, как сражаться с драконом, верно? — Драко рассмеялся над шуткой, но потом замер. Он никогда раньше не смеялся. Не смеялся по-настоящему. Не над чем-то, что не было оскорблением или не должно было причинить кому-то боль. — Хорошо, как насчет пятницы в семь? — Э… да. Звучит, эм, хорошо. — Драко сглотнул, его желудок свело. Ты засмеялся только потому, что пытаешься произвести на него впечатление. Это не потому, что ты слабый. Поттер кивнул, и Драко готов был обнять его… что было неслыханно. Наконец-то.
