Глава 20: ПАРИ
13 сентября 2023 г., 19:55
~~~
На исходе ноября землю засыпал чистый снег, и, несмотря на все старания Драко, зелье сна без сновидений не сработало. Но Гарри не хотел говорить об этом Драко, потому что, во-первых, Драко наверняка подумает, что дело в его способностях в зельеварении, а Гарри не хотел заставлять его чувствовать себя плохо. Драко был великолепен в зельеварении. Он не должен был терять уверенность в себе из-за того, что у Гарри странное тело. Во-вторых, было очень приятно, что кто-то заботился о нём. Не то чтобы кроме Драко, Гермионы или Рона никто не заботился о нём. Это делали многие, но от того, как это делал Драко, сердце Гарри замирало. И, в-третьих, они стали проводить больше времени вместе. Не так уж много, но после уроков или во время обеда у них появлялись свободные минутки, чтобы побольше пообщаться. Это давало им повод побыть друг с другом, даже если Гарри приходилось чаще обычного врать об этом своим друзьям. Чёрт, этот год был просто ужасен. Было легко замкнуться в себе. Его друзья, будучи замечательными друзьями, давали ему свободу. Нужно было только попросить… хотя эта граница была установлена только после небольшой ссоры. — Почему ты не можешь просто открыться нам? — спросила его Гермиона. Он не хотел быть жестоким по отношению к ним, но ему просто хотелось побыть в одиночестве. — Мне просто нужно побыть одному. — Ты действительно один, или ты проводишь время со своей девушкой? Гарри нахмурился. — Разве это проблема? — Нет. Я к этому и веду. Тебе не нужно скрывать это от нас, — сказала она. — Черт возьми, — скрестил руки Рон, — ты все еще встречаешься с ней? — Гарри не стал отрицать. Прошло десять месяцев. Это большой срок. — Мы когда-нибудь узнаем, кто она такая? — Да, — стиснул зубы Гарри. — Когда-нибудь, может быть. — Разве не странно, что она не хочет, чтобы кто-то знал… — Учитывая, что Волдеморт вернулся, нет. Совсем нет, — сказал Гарри. — Но до этого. — У неё строгие родители, — возразил он. — Я понимаю, что ты хочешь знать, но… то, что мы делаем, останется между нами. Мне жаль. Вы знаете, что я люблю вас, ребята. — Просто ты вылез из своей скорлупы. Ты кажешься более счастливым благодаря ей, — сказал Рон. — Это замечательно. Жаль только, что я не знаю ее, чтобы поблагодарить. — Я стал счастливее, — сказал Гарри. — Ты любишь ее? — Да. — Без каких-либо колебаний. И тут он понял. Не было никаких сомнений. Он любил Драко? Подождите? Да?! — Неужели мы недостаточно хороши для нее? — Это совсем не так, я уверяю. Если это поможет, она спрашивала о вас. Она хотела бы узнать вас получше, если бы… ну, знаешь, все было иначе. — Ты стесняешься ее? — Нет, — сказал Гарри. — Я горжусь ей, правда. Ребята, нет ничего такого, о чем бы мы не хотели рассказывать людям. — Мы не будем мешать. Мы просто хотим, чтобы ты доверял нам настолько, чтобы рассказать хотя бы о том, кто она такая, чтобы мы могли помочь защитить ее, — нахмурилась Гермиона. — Она может вступить в Отряд Дамблдора. — Мы даже не знаем, будет ли Отряд Дамблдора. Это просто идея. И я не хочу этого. Она умная, и сильная. И чем меньше людей знает, тем лучше, тем мы в большей безопасности. Если Волдеморт узнает… — Мы никому не скажем, приятель. — Я знаю, Рон, правда знаю. — А ее друзья знают? — спросила Гермиона. — Нет, — солгал Гарри, хотя это и обожгло его. — Это обоюдно с обеих сторон. Пожалуйста, не следите за мной. Не пытайтесь выяснить что-то. Я этого не хочу. Пожалуйста, позвольте мне только одну вещь. Я больше не буду вам доверять, если вы попытаетесь это сделать. — Затем он добавил: — Вы ведь знаете, что наша дружба значит для меня очень много, правда? Они оба посмотрели на него и кивнули. — Я обещаю, что расскажу вам, когда это будет необходимо. А сейчас, если вы меня извините, я опаздываю, чтобы побыть в одиночестве. И Гарри думал об этом довольно долго. Он мог доверять своим друзьям, что они сохранят его секрет. Рон на какое-то время возненавидит его, но не прекратит их дружбу, а Гермиона, возможно, тоже обидится. Но это было слишком сложно, и он хотел узнать, что думает по этому поводу Драко. Когда он добрался до леса, Драко снова выставил два мольберта. — Порисуем? — Конечно, — ответил Гарри, — Ведь наша первая попытка была такой чудесной. — Гарри оглянулся на их жалкие портреты друг друга, прислоненные к одному из деревьев. Ни один человек на планете не увидит их. Они не покинут это место. И именно это делало их особенными. — Разные идеи, мысли? Как насчет того, что могло бы тебя удивить? — предложил Драко. Для Гарри это было просто. И не успел он додумать эту мысль до конца, как написал посреди холста слова «Я люблю тебя» и остановился. Но потом он понял, что это значит. Он посмотрел на Драко, чьё лицо сосредоточенно склонилось, и сердце Гарри дрогнуло. Не слишком ли рано? Подождите. Неужели? Он должен был. Он написал это без раздумий. Драко с другой стороны написал «Я хочу отсосать тебе» и нарисовал цыпленка, но потом закрасил все. — Ты в порядке? — спросил Драко. Сердце Гарри дрогнуло, и он сглотнул. — Да. Рон и Гермиона хотели передать тебе спасибо за то, что ты заставил меня улыбаться, — сказал Гарри. — Они не знают, что это ты, но они хотели, чтобы я передал это сообщение своей «девушке», потому что, видимо, я постоянно выгляжу подавленным, но после наших свиданий я всегда счастлив. — Это мило с их стороны. — Затем Драко задумался. — Пока они не узнают, кто я такой. Я знаю, что я не самая лучшая компания. Особенно для них. Гарри посмотрел на него. — Я не стесняюсь тебя. Надеюсь, ты это знаешь. Если бы Волдеморта не было в живых. Я бы им рассказал. Я был бы счастлив похвастаться тобой в коридорах. — Это очень мило, Гарри, — сказал Драко, убедившись, что все написанное им исчезло. Потом Гарри добавил: — Мне кажется, что если я кому-нибудь расскажу о тебе, то Вселенная заберет тебя у меня. — Я никуда не уйду. Никакая Вселенная не заберет меня у тебя. Они встретились взглядами, Гарри встал, подошёл к Драко и поцеловал его, достаточно сильно, чтобы Драко перевернулся со своего маленького табурета, и они оба упали на землю, пока Гарри продолжал его целовать. Их языки соприкасались, в то время как Гарри нависал над ним. Драко обхватил его за бедра, а затем стал поглаживать его спину, позволяя себе потеряться в ощущениях. Затем Гарри перевернулся так, чтобы Драко оказался сверху. Драко прервал поцелуй. Ооооххх. Это была интересная позиция. Это была отличная позиция. Слава Мерлину, что на нем было кольцо. — Думаю, ты заслужил засос. — Да, пожалуйста, — улыбнулся Гарри, положив руки на спину Драко. Драко осыпал поцелуями его щеки, челюсть и шею. Драко прикусывал кожу и посасывал ее, заставляя рот Гарри приоткрыться, а глаза закрыться от удовольствия. Он издал самый сладостный стон, вцепившись в рубашку Драко. — Получилось? — Драко посмотрел на свою работу. Пятно определенно было красным. — Хорошо. Я отомстил. — Это очень приятно. — Гарри посмотрел в глаза Драко. Его зрачки были расширены так же сильно, как и у Гарри. Они коснулись носами, прежде чем разделить еще один поцелуй. Он был таким сладким, теплым и полным любви. Когда они отстранились, Гарри погладил его по спине, но затем посмотрел куда-то за его спину. Увидев картину, он начал смеяться, что заворожило Драко. Смех Гарри был его любимым звуком. — Черный квадрат? — Тебя это не удивило? — Драко сглотнул, запустив руку в волосы Гарри. — Удивило. — Это изображение моей души. — Драко скатился с него и лег рядом — потому что если бы он этого не сделал, то вручил бы Гарри свое кольцо прямо сейчас. Они обнялись в траве, обхватив друг друга руками. — Я не думаю, что там настолько темно. А еще я не думаю, что она квадратная. Драко фыркнул. — Вообще-то, она треугольная. — Заостренная и несимметричная? — Эй! Гарри рассмеялся. — Я тут подумал, — сказал Гарри, глядя на звезды, проглядывающие сквозь темные снежные тучи, — я хочу рассказать об этом Рону и Гермионе. Драко сначала ничего не сказал. Он продолжал гладить Гарри по волосам, хотя его рука немного замедлилась. — Хорошо. Гарри ожидал, что он скажет «нет». — Это несправедливо, что Панси и Блейз знают, а Рон и Гермиона нет. — Согласен. — И я знаю, что твои друзья хорошо хранят секрет, но я думаю, что Рон и Гермиона тоже могли бы. — Возможно. — И я знаю, что возможно им не нравишься ты или тот факт, что мы встречаемся, но я хочу, чтобы я нравился им таким, какой я есть, и они заслуживают того, чтобы знать. — Как и должно быть. — И… подожди, ты согласен со мной? — Я сказал, что согласен. — Тон Драко ничуть не изменился. Он оставался нейтральным. — Правда? Драко кивнул, добавив вторую руку, чтобы непрерывно гладить волосы Гарри. — Странно, что ты не рассказал им раньше. — Гарри открыл рот, потом закрыл. — Чего ты боишься? Гарри потребовалось всего несколько секунд, чтобы ответить. — Потерять любого из вас. Я не хочу торговаться. Я не хочу выбирать своих друзей вместо тебя, и я не хочу выбирать тебя вместо своих друзей. — Гипотетически, кого бы ты выбрал? Ничего страшного, если ты не выберешь меня. Ты дружишь с ними с самого первого дня. — Хотя Драко не был уверен, что это правда. Конечно, он хотел, чтобы Гарри выбрал его. Но это не означало, что он выберет его. — Честно говоря, я не очень хочу с ними соревноваться. — Я бы никого не выбрал. Я выбрал бы никого. Вы все важны для меня, и если бы кто-то заставил меня выбирать, я бы ушел. Мне хочется думать, что я окружаю себя хорошими людьми. Драко глубоко вздохнул. — Я никогда не заставлю тебя выбирать. Я обещаю тебе, что не буду. И я серьезно. Гарри сел. — Правда? — Я не тупой. Твои друзья — это не просто друзья, Гарри, они твоя семья. У тебя можем быть все мы. — Думаешь, ты бы с ними поладил? — Абсолютно точно нет. Гарри нахмурился. — Вот чего я боюсь. Я просто постоянно разрываюсь между желанием рассказать им и желанием, чтобы то, что у нас есть, осталось нетронутым. Потому что если вы не поладите, то это означает конфликт, а конфликт означает выбор. — Тогда не говори им, пока не будешь готов. Если честно, если бы мы сошлись по собственной инициативе, Панси и Блейз тоже ничего бы не узнали. Гарри глубоко вздохнул. — Я подумаю об этом. — Хорошо. Решать тебе. Но я был бы очень признателен, если бы ты предупредил меня заранее, потому что мне нужно будет морально подготовиться к взрыву. — Я удивлен, что ты так спокойно к этому относишься. — Гарри не мог не почувствовать тепло и уют. Он не ожидал, что Драко будет так… хорошо относиться к его друзьям. — Это твой выбор, не мой. — Сердце Гарри растаяло. Он потянулся к нему и поцеловал его в губы. — За что это? — За то, что ты есть. Драко получил еще несколько поцелуев, которые были сладкими и нежными, но какая-то часть его была в полнейшем ужасе. Друзья Гарри хорошо относились к Гарри. Друзья Гарри не очень хорошо относились к Драко. А Драко относился к друзьям Гарри еще хуже. Но это был выбор Гарри. — Как твой сон? — спросил Драко, чтобы сменить тему. — Хорошо, — машинально ответил Гарри. — Лучше? — Да. — У Гарри скрутило живот от этой лжи. Не то чтобы ему хотелось врать, и не то чтобы он пытался манипулировать Драко. Он просто не хотел, чтобы Драко чувствовал себя виноватым за то, что заставил их спать в замке. — Хорошо. — Драко потянулся в карман и достал еще несколько флаконов. — Я сделал для тебя дополнительные, на всякий случай. И, хочу предупредить, было около двух часов ночи, так что если ты примешь это и у тебя начнутся галлюцинации, то это просто от крыльев летучей мыши. Я устал, поэтому забыл, положил ли я их, а без них зелье не успеет нейтрализоваться, и это принесёт немного больше вреда, чем какие-то безумные видения. Извини. — Ты не спал до двух часов ночи, готовя для меня зелье? Это мило. — Ужасно мило. Гарри виновато скрестил руки. — Да, но твой сон важен для меня. Не очень весело дразнить тебя в коридоре, если ты и так похож на горгулью. А вот видеть, как эта придурковатая ухмылка превращается в хмурый взгляд, доставляет радость моему внутреннему Малфою. Гарри закатил глаза. Драко рассмеялся и потянулся к нему, чтобы поцеловать. Гарри тепло ответил на поцелуй. — Хотя я никогда не спал лучше, когда засыпал с тобой. — Мм. Ты устал? — Нет. Я хочу видеть тебя. Я всегда рад видеть тебя. — Ты выглядишь усталым. — На самом деле, я совсем не устал. Более того, я с удовольствием сыграл бы с тобой в квиддич. — И тут Гарри нахмурился. — Но я не могу. Амбридж забрала мою метлу. — О нет, мы позаботимся об этом, — встал Драко. — Нет, — сказал Гарри. — Пожалуйста, я не хочу, чтобы у тебя были неприятности. — Мне все равно. — А мне нет. — Ладно. Я просто возьму свою, и мы ее разделим. Сердце Гарри улыбнулось. — Как на наших первых свиданиях? Драко кивнул. — Я скоро вернусь. В его отсутствие Гарри смотрел на свой холст, на котором были намалеваны слова «Я люблю тебя». Он глубоко вздохнул. Не говори ему. Это все испортит. Но он подумал о том, как сильно он заботится о Драко. Прошла еще одна ужасная неделя, а Драко был для него настоящим источником света и счастья. Бывали дни, когда Драко был единственным, что заставляло его вставать с постели. Когда через 20 минут он вернулся с «Нимбусом-2001» в руках, Гарри не мог не подпрыгнуть от восторга. Он подбежал к метле и схватил её за древко. — Воу, чудо-мальчик, — сказал Драко, — Моя метла, мои правила. Садись назад. Лицо Гарри нахмурилось. — Хорошо, но только потому, что я смогу тебя обнять. Гарри крепче обнял его, и они встали по обе стороны метлы, усевшись на нее. Драко стремительно взлетел и постарался сделать это как можно веселее, делая сальто, трюки и кувырки. Гарри смеялся ему в ухо и крепко обнимал его. Некоторое время они летали между деревьями, над лесом и даже над озером. Ничего слишком заметного или слишком близкого к замку. Они не были настолько глупы, чтобы сделать это. Решив передохнуть, Драко притормозил и остановился в лесу, чтобы их никто не увидел. Они находились высоко над землей, отдыхая, и смотрели на снег внизу, на замок на фоне холодной зимней ночи сквозь просветы в ветвях. У них были одинаково обветренные щеки и слезящиеся глаза. — Может быть, я попрошу у отца новую метлу на Рождество, а эту оставлю как «запасную». У них вышла новая модель, он, наверное, подарит ее мне. — Зачем? — Для тебя, конечно. Мы могли бы спрятать ее в нашем специальном месте, чтобы никто не мог отнять ее у тебя, а если бы кто-нибудь увидел ее, я бы сказал, что она моя, чтобы ее не забрали. Наверное, мне стоило подождать с сюрпризом, раз уж Рождество так скоро. Гарри поцеловал его плечо, а затем снова. Он никогда раньше не целовал это место, но в этом пространстве на теле Драко было что-то такое, что вызывало у него определенные чувства. — Спасибо, но я хочу свою собственную метлу. Ее подарил мне очень важный для меня человек. Она напоминает мне о нем. В качестве подарка я бы предпочел, чтобы ты совершил поджог или что-нибудь такое. Драко нахмурил брови, а затем разразился хохотом. — Просто поджог? — Нет, — рассмеялся Гарри. — Поджог её. — Я бы очень хотел. — Драко накрыл руки Гарри, обхватывающие его талию, и переплел их пальцы, ладонь Драко накрыла ледяную руку Гарри. Его пальцы провели по шраму Амбридж. — Я больше не хочу с ней связываться, не после того, что случилось… хотя поджёг бы с удовольствием. Гарри поцеловал Драко между лопаток, а затем прислонил к нему голову, крепко прижимая его к себе и наслаждаясь тем, как он обнимает Драко. Это было его любимое ощущение. — Можно и помечтать, правда? Он отпустил его и развернулся на метле так, что обе его ноги оказались по одну сторону от неё. И тут он позволил себе завалиться назад, и Драко рефлекторно потянулся за ним. Метла вильнула в сторону, слегка заваливаясь в воздухе, но удержалась. — Какого черта ты делаешь, идиот? Гарри висел на согнутых в коленях ногах, раскачиваясь на ветру. Его джемпер задрался, обнажив тазобедренные кости Гарри. Драко не мог удержаться, чтобы не уставиться на них. — Хотел повеселиться. Как думаешь, я смогу удержаться на одной ноге? — Нет, — сказал Драко, его глаза расширились. — Считаю ли я тебя идиотом за то, что ты даже подумал об этом? Да. Тем не менее, Гарри попытался. Он высвободил ногу и потянулся вперед, ухватившись за древко, чтобы удержаться. — Гарри, прекрати, — в его голосе была чистая паника, — ты можешь пострадать. — Со мной все будет в порядке. — Он попытался опуститься ниже и сильнее отклониться назад, но вторая нога не выдержала его веса, и когда он зацепился ногой за древко, она соскользнула, и он потерял хватку. Как раз в тот момент, когда он начал падать, Драко потянулся вперед и схватил его. Гарри повис на его руке, раскачиваясь на ветру, вцепившись в запястье Драко, а Драко — в запястье Гарри. Он улыбнулся Драко, который, не будь он на высоте пятидесяти футов в воздухе, буквально убил бы его. Буквально убил бы его. — Что, по-твоему, ты делаешь?! — Развлекаюсь. — Это не развлечение! Неужели ты не понимаешь, что можешь серьезно покалечиться? А потом кто-нибудь спросит, что ты делал, и тебе придется все рассказать. — Я могу соврать. — Или ты можешь не быть мудаком! — Оу, кто-то беспокоится, используя язык больших мальчиков. — Конечно, беспокоюсь! — Ты милый, когда беспокоишься. — Я всегда милый! — Драко попытался подтянуть его к себе. Гарри не был тяжелым, но угол наклона был недостаточным, чтобы подтянуть его. Драко уже почти лежал на метле, изо всех сил стараясь не упасть тоже. Его рука затекла, а плечо горело. — Ты вообще планируешь помогать или ты там в какой-то своей мечте, где считаешь себя непобедимым? — Ты — мечта. — Он выглядел почти опьяненным, глядя в глаза Драко. — А ты — засранец! Хочешь довести меня до сердечного приступа? Клянусь Мерлином, если ты еще раз так меня напугаешь… — Я люблю тебя. — Ты что?! — Глаза Драко расширились, все его тело замерло, когда он ослабил хватку на руке Гарри. В ответ Гарри вскрикнул и, потеряв хватку на запястье Драко, рухнул на землю, приземлившись с достаточно громким звуком, чтобы вывести Драко из транса. Драко нырнул и приземлился рядом с ним, Гарри схватился за свою ногу, задыхаясь и постанывая. — Ах! — Что ты сказал? — Глаза Драко по-прежнему были широко раскрыты, а сердце билось быстрее, чем когда-либо прежде. Его нос заледенел, но внутренности ощущались горячими и скрученными. — Кажется, я что-то сломал. — Это не то, что ты сказал. Гарри задохнулся, пытаясь прижать больное место, чтобы хоть немного облегчить боль. В его волосах и на одежде был снег. — Прости, это просто вырвалось. Я не хотел этого говорить. Я… я просто подумал об этом, я не понял, что сказал… Может быть, мы поговорим об этом позже? — Он снова зарычал, перекатываясь на снегу. Да. Определенно, сломана нога. Но Драко все еще был неподвижен и, он честно говоря, занервничал. — Драко! Сердце Драко забилось быстрее, чем когда-либо прежде, но судорожные вздохи Гарри вывели его из транса. — Тебе нужно в больничное крыло. Давай, — Драко подхватил его на руки, и Гарри застонал. — Это действительно прекрасная идея, — процедил он. — А ты бы хотел пройтись на ней по снегу? — огрызнулся Драко. — Я должен заставить тебя сделать это за то, что ты такой тупица. Он начал выносить его из леса и поднимать на холм. Некоторое время они шли молча, Гарри смотрел на застывшее лицо Драко. Они прислушивались к шуму ветра, их щеки порозовели, зубы стучали. — Ты в порядке? — спросил Гарри. — Забавно, это я должен был спрашивать это у тебя. — Я напугал тебя. Драко кивнул, несмотря на неистовые бабочки в животе. — Я просто… не понимал, насколько мы стали близки. — Я не хотел этого говорить. Я… я вообще-то всегда думал, что это будет очень трудно сказать, потому что… ну, это так страшно сказать… — Гарри обнял его за шею. — Но это оказалось очень просто. — Как долго ты думал об этом? — Голос Драко был низким. Гарри сделал паузу, глядя на лицо Драко, которое оставалось по-прежнему обращено вперед, и заговорил уверенно, но в то же время робким тоном. — Некоторое время. Я чувствовал это какое-то время, но я… Я думаю, что первый раз это произошло, когда ты позволил мне устроить истерику, а потом позволил мне заснуть у тебя на руках. Это была моя последняя мысль. Драко глубоко вздохнул. — До того, как случилось то, что случилось на квиддиче? И ты до сих пор так думаешь? — Да. Правда, ты в порядке? Я не должен был… Дыхание Драко было тяжелым от того, что он торопился вверх по склону. — Я просто думал, что когда случился тот инцидент на квиддиче… Я не думал, что ты сможешь настолько простить меня. — Посмотри на меня. — Драко так и сделал. — Я бы не был с тобой, если бы не хотел. Прости, если я доставил тебе неудобства. Ты не обязан говорить это в ответ. — Драко тяжело вздохнул, но Гарри все равно прислонился головой к его плечу. Он нежно поцеловал Драко в шею, а затем укрылся в его плече, стараясь согреться. — Правда. Только не говори этого в ответ. — Наверное, я не ожидал услышать это, — проговорил он шепотом. — Я знаю, каково это. — прошептал Гарри. Драко чувствовал, что его любят. Любят. По-настоящему. И это было прекрасно и страшно одновременно. Гарри любил его. Любил его. И если бы его отец узнал, он был бы мертв. Если бы Темный Лорд узнал, они оба были бы мертвы. Драко просто не ожидал… они были так близки. Но должны ли они быть близки? Он не думал, что это возможно. Чтобы его кто-то любил. С учетом того, каким жестоким он был в детстве… да что там, даже сейчас. И уж точно он не думал, что они с Гарри зайдут так далеко. Что они вообще делали? Они были парой. И в одном Драко был абсолютно уверен. Гарри всё чувствовал правильно. Никогда не было сомнений в том, что они принадлежат друг другу в чистом виде. Разница между ними и остальным миром заключалась в войне. Тёмный Лорд, сделавший его семью холодной и жестокой, отнял у Гарри семью. Он задавался вопросом, смог бы он когда-нибудь найти общий язык с родителями Гарри, если бы они были живы. Если бы не было Тёмного Лорда, не было бы ни борьбы, ни давления, ни лжи. Были бы только поцелуи, объятия и любовь. Как у обычной пары. Они дошли до замка, но Драко все еще крепко сжимал Гарри. — Эй, отпусти меня, — сказал Гарри. — Люди увидят нас. — Но ведь Больничное крыло — этажами выше. Ты не сможешь дойти туда пешком. — Я попрошу префекта на посту помочь мне. Я лучше прикинусь, что я был один. Скажу, что залез на дерево и упал. Если ты вернешься на свой пост, нас никто не поймает. — Но Гарри… — Пожалуйста. Это не так уж и больно… ну, да, больно, но это очень быстро лечится. Через двадцать минут я буду в порядке. Если Амбридж узнает о нас, она найдёт способ запретить мне видеться с тобой. Мы никогда больше не сможем быть вместе. Я буду в порядке. Локхарт ведь здесь больше не работает. Правда, с меня снимут кучу очков. Драко виновато сглотнул и опустил его на землю. — Прости. Я должен был тебя поймать. — Это я виноват. Я просто ошеломил тебя, — Гарри рассмеялся и поцеловал его в щеку, пытаясь все переиграть, чтобы Драко не чувствовал себя виноватым, и чтобы не было так неловко. Гарри всё испортил. Он не должен был говорить ему. — Я хочу увидеть тебя перед Рождеством. Хочу вручить тебе твой подарок. — Хорошо, как насчет воскресенья, после похода в Хогсмид? — Да, звучит отлично. — Когда он, прихрамывая, направился к двери, Драко схватил его за плечо. — Можешь повторить это? — Хорошо, как насчет воскресенья, после похода в Хогсмид? — Драко не удержался и стукнул его по голове. — Ой! — Я мог бы пнуть тебя по ноге, считай, что тебе повезло. Гарри рассмеялся, и это был самый прекрасный звук в мире. Он всегда был таким. Гарри сделал паузу, внезапно занервничав, и заговорил медленно, но решительно. Он не хотел, чтобы Драко подумал, что он не уверен. — Я люблю тебя. Несмотря на зимний холод, на то, что он видел пар выходящий изо рта Гарри, когда тот говорил это, Драко почувствовал тепло во всем теле, от носа до кончиков пальцев на руках и ногах. Тепло, которое он всегда чувствовал рядом с Гарри, казалось, увеличилось в геометрической прогрессии. Это было почти невыносимо приятно. — Увидимся в воскресенье, — сказал Драко, поцеловал его в лоб и отошёл за угол, чтобы Гарри мог открыть дверь и войти внутрь один, умоляя о помощи ближайшего префекта и пытаясь скрыть улыбку.~~~
— Я идиот, я такой идиот, — плакался Драко, Панси и Блейзу, которые сидели на ее кровати. — Почему я не сказал этого в ответ? — Не знаю. Почему ты не сказал? — Я не знаю, я замер! — Он провел рукой по волосам. — Я просто… Я не знал, что я… — А ты? — Драко посмотрел на нее. — Ты любишь его? — То есть, я думаю, я не знаю, что это значит. Я… Я все время думаю о нем. Я хочу для него самого лучшего. Он делает меня счастливым. Он заставляет меня быть заботливым, и мне нравится заботиться о нем. — Он не мог не улыбнуться, когда говорил о Гарри и о том, как много он для него значит. — Я не думаю, что смогу жить без него. Мне было бы так грустно. — Он сделал глубокий вдох, а затем гордо сказал: — Да. Люблю. Я люблю его. — Тогда просто иди и скажи ему. — Нет, я хочу, чтобы это было так, как он заслуживает. Что-то грандиозное. Я не знаю что, но… — Он задумался на некоторое время. Он говорил о Гарри Поттере. Это был первый и единственный человек (кроме мамы), который сказал Драко, что любит его. Он чувствовал, что его любят. Очень сильно любят. Ведь вот что все это было, верно? Это была любовь. — Где я могу заказать розы? — Почему бы тебе просто не украсть несколько из теплиц? — Панси скрестила руки. — Потому что мне нужна тысяча этих роз. У меня есть идея. — Ох, Мерлин.***
На следующий день Драко прислал цветы, несмотря на то, что мадам Помфри уже его исцелила. В приложенной записке было написано: Я знаю, что ты сильно в меня влюблён, но тебе не нужно было доказывать это, ломая ногу. Я бы поверил тебе на слово. Это заставило Гарри громко рассмеяться. — Что там, приятель? — спросил Рон. — Ничего. — Боже, как ему хотелось рассказать ему об этом. Но нет. Пока нет. Их отношения были хрупкими, и появление в них постороннего человека пугало. К тому же Драко и Гарри определенно еще не во всем разобрались. Гарри не был плохим человеком, если хотел, чтобы вокруг них были стены. Он был защитником. Но он все равно боролся с этой идеей весь день во время их похода в Хогсмид. Он был так взволнован тем, что все остальные с таким же нетерпением ждали начала ОД, что почти не мог удержаться от желания пригласить Драко. Ему бы это понравилось. Вот и всё. Гарри собирался рассказать им сегодня вечером. Усадить их и рассказать, сорвать пластырь. И тогда, возможно, они позволят Драко присоединиться к ОД. Это было бы потрясающе. Драко на занятиях, Гарри учит его тому, что знал сам, все его друзья видят, какой Драко на самом деле, а не его маску, которую он им показывает. Драко будет поддерживать его. В открытую поддерживать его. Когда он, Рон и Гермиона шли обратно в общежитие, они столкнулись с Драко. Гарри загорелся, но при виде серебристого проблеска на его груди его лицо померкло. — Поттер, что ты и твои друзья делаете? Гуляете допоздна и выглядите подозрительно. — Гарри ничего не ответил, а только посмотрел на значок над его значком префекта. — Я префект, знаешь ли. Я бы не отказался от снятия очков. Хм, посмотрим, ах, Грейнджер. Десять очков за твои выпирающие зубы, десять очков с Уизли за твои Уизли-микробы, и десять очков с тебя, Поттер, потому что, честно говоря, ты мне не нравишься. Гермионе пришлось удерживать Рона, чтобы он не набросился на него, но Гарри не отрывал глаз от надписи на медали. — Что это? — Гарри указал на его грудь. — Разве ты не слышал? Амбридж набирает самых достойных учеников школы для участия в Инквизиторском отряде. Я не только префект, что означает, что я выше тебя, Поттер, я также являюсь частью команды Амбридж, что означает, что я имею власть над вами, двумя префектами, Грейнджер и Уизли. В конечном счёте, я лучше вас всех, поэтому если я заподозрю тебя или любого из твоих гриффиндорских друзей в нарушении правил, я отведу тебя к ней, и она сможет сделать с тобой всё, что захочет. Гарри искал его глаза. Маска дрогнула, и он увидел в глазах Драко беспокойство, несмотря на его оскал. Затем Драко шагнул ближе, и сердце Гарри учащенно забилось. Он собирался поцеловать его? На глазах у его друзей? Но его лицо остановилось в нескольких дюймах от его лица, и он угрожающе прорычал. — Следи за собой. Они столкнулись плечами, и Драко с силой вложил ему в руку небольшой клочок пергамента. Гарри тут же засунул его в мантию и прочитал, как только вернулся в общую гостиную. Поговорим сегодня вечером? Лес. Захвати свой рождественский подарок.***
— Я знаю, — вмешался Драко, прежде чем Гарри успел что-либо сказать. — Я как раз собирался спросить, как ты к этому относишься, когда получил письмо от отца, в котором он написал как гордится мной. Амбридж уже написала ему, что я принят, прежде чем я узнал об этом, и я не могу просто сказать: О, прости, отец, я бы с удовольствием присоединился к отряду инквизиторов, но мой парень Гарри Поттер ненавидит эту суку, и я хочу поддержать его. В любом случае, спасибо, что наконец-то сказал мне, что гордишься мной хоть за что-то, пока-пока!. Гарри в задумчивости наморщил лоб. Он скрестил руки на груди. — Но что это значит? Что ты собираешься делать? — Патрулировать. Следить за тобой. Вот почему мне так хотелось сделать это. Потому что я знаю, что она планирует. Гарри, у нее есть флаконы с Веритасерумом. Она думает, что ты и твои друзья что-то замышляют. — Откуда? — Видела большую группу, как вы вместе возвращались из Хогсмида. Так что давай, выкладывай. — Э-э… — Гарри замешкался. Проклятье. Как Драко сможет быть в инквизиторском отряде и в ОД? Это не сработает по сотне причин. — Я ей, конечно, не скажу. Да. Но мне самому интересно, почему ты отказался от свидания со мной, чтобы пойти потусоваться с кучкой людей, которые не так важны, как я. Он заколебался. — Я не могу сказать. — Что ты имеешь в виду? Я твой парень. — Я знаю, это здорово, — нахально сказал Гарри, и Драко заулыбался. — Смешно. Ты можешь сказать мне. Ты же знаешь, что я ей не скажу. — И поскольку Гарри не ответил, Драко нахмурился. — Верно? Я ни в коем случае не на ее стороне. — Я знаю, я доверяю тебе. Но я просто не хочу сейчас ничего говорить. Правда, ничего такого. Но Драко не сдвинулся с места. — Да ладно! Мне любопытно. Это что-то гадкое? Гарри покачал головой, а потом улыбнулся. — Может, это план, как перед каникулами скинуть твой матрас на середину озера. Вместе с тобой на нем. — Гарри! — Я ничего не скажу. Драко тоже нахмурился. Но потом он понял, что Гарри, скорее всего, действительно параноик. В целом. И Драко это не устраивало. — Ладно, как насчет пари? — Пари? — Раз уж ты не хочешь мне рассказывать. Если это действительно ерунда, то мы просто забудем об этом. Но если я догадаюсь, чем ты и твои друзья занимаются до весны, то я выиграю, а если нет, то выиграешь ты. Гарри поднял бровь. — Каковы условия? Драко на мгновение задумался. — Как насчет тысячи поцелуев? Губы Гарри слегка приоткрылись. — Это много. — Куда захотим, — добавил Драко, и Гарри поднял бровь. — Ты не ожидал этого? — Нет, я думал, что это будет что-то такое, что поставит друг друга в неловкое положение перед всеми. — Не хочешь ли ты изменить условия? — Нет. Они мне нравятся. — Хорошо, потому что, как только ты пожмешь мне руку, пути назад уже не будет. — Драко протянул ему руку. Это напомнило им обоим первый курс. Гарри пожалел, что не взял ее. Они могли бы стать друзьями. Они могли бы полюбить друг друга, и Драко не пришлось бы прибегать к хитрости. Им не пришлось бы скрывать от всего мира свои чувства друг к другу. Гарри крепко пожал ему руку, стараясь не повторить этой ошибки. Драко улыбнулся и отпустил его, обхватив лицо Гарри и поцеловав его. Они не переставали чувствовать тепло, сладость и чувство безопасности. Они потерлись носами. — Можно я подарю тебе твой рождественский подарок? — спросил Гарри. Драко кивнул, немного отстранившись. Гарри достал из кармана коробку. Это был широкий прямоугольник в красной оберточной бумаге. — Серьезно? Гарри фыркнул и засунул вспотевшие руки в карманы, ожидая, пока Драко сорвет бумагу. Драко открыл коробку и обнаружил украшение в виде двух переплетенных цепочек. Одна цепочка была золотой, другая — серебряной. Оно было великолепным, элегантным, простым и красивым. Оно заставило Драко улыбнуться. А когда он перевернул его, то увидел гравировку. На золотой цепочке курсивом было написано I love you, а на серебряной — I hate you. — Я знаю, что мы не совсем в тех отношениях, чтобы говорить это друг другу, и это может напугать тебя, но это правда, и это то, что я чувствую к тебе, и я хочу, чтобы ты знал это. Драко поднял на него глаза. — Ты удивительный. Гарри улыбнулся. — Вот, позволь мне. — Он взял цепочку и застегнул ее на шее Драко, а затем нежно поцеловал его в шею. — Я хотел убедиться, что она достаточно длинная, чтобы спрятать её под одеждой, если ты захочешь её носить. — Конечно, я буду ее носить. Я никогда ее не сниму. Спасибо. — Он потянулся и снова поцеловал Гарри. — У меня есть для тебя кое-что… это не… не делай из мухи слона. Гарри поднял бровь, и Драко достал квадратную коробку. Слава Мерлину, они были на одной волне в вопросе того, насколько причудливый подарок они дарили друг другу. Оберточная бумага была серебристой, а сверху красовался зеленый бант. — В тон твоим глазам. Он засмеялся и открыл его, затем его лицо исказилось. — Твои карманные часы? — Это карманные часы Малфоев. Они принадлежат моей семье уже несколько поколений. Всегда передавались по наследству. Гарри поднял на него глаза. — Драко. Это очень важная вещь. — Это не… — Да, это так. — Я говорил тебе, когда притворялся перед тобой до наших настоящих отношений, что я не очень хорошо разбираюсь в чувствах. Это была правда, и я до сих пор не разбираюсь. Но я решил, что, подарив тебе это, я расскажу тебе о своих чувствах без всякой путаницы. Честно говоря, просто потому что я не могу выразить словами, что я к тебе чувствую. На щеках Гарри появился ярко-красный румянец. Драко был прав. Они были действительно близки. — Драко, я не могу этого принять. — Нет, ты можешь. Ты должен. Никакого возврата. — Ты действительно так думаешь? Драко кивнул, его сердце бешено колотилось. Неужели он что-то напутал? Гарри уставился на часы. Они были действительно удивительны. Детализация, змейки, завитки и бриллианты, похожие на звёзды. На задней крышке большая буква «М» закручивалась в причудливый узор. На циферблате часов была еще одна заинтересовавшая его деталь — набор цифр. — 298? Что это значит? — Точно не знаю. Когда я посчитал, то получилось, что это первый день, когда мы поцеловались. Я никогда не видел их, до тех пор, пока мы не стали встречаться. Гарри поднял на него глаза. — Мне нравится. Спасибо. Скажи ему сейчас, подумал он. Но он не хотел портить сюрприз, хотя это был бы идеальный момент. Нет, у него была тысяча роз, которые уже скоро доставят. Время придет. Но в голове у него пронеслось: Я люблю тебя, Гарри. Драко усмехнулся, и Гарри не удержался и поцеловал его. Крепко. Страстно. С любовью. Их сердца взметнулись, и они почувствовали себя легче воздуха, искры летели так, как никогда раньше. Драко обнял его, а Гарри гладил его по бокам. Их тела были прижаты друг к другу. Гарри посасывал язык Драко, а потом Драко прикусил губу Гарри. Гарри не смог удержаться от стона. А потом он отстранился, внезапно опечалившись. — Что случилось? — Я не могу рассказать о тебе своим друзьям, если ты в команде Амбридж. Они никогда не поверят тебе. — Драко глубоко вздохнул. Он продолжал держать его, обхватив руками за спину. — Я переживаю, что они никогда не поймут нас. Они никогда не поймут этого. — Он поднял карманные часы. — А им и не нужно. Никому не нужно. — Я не хочу, чтобы они заставляли тебя чувствовать себя неловко или недостойно меня. Они никогда не поймут, как много ты для меня значишь. — Ты не обязан говорить им об этом прямо сейчас. Никто никому ничего не должен рассказывать. Мы будем секретом друг друга. Навсегда, если ты этого захочешь. — Я хочу, чтобы мы оставались такими. Всегда. Драко кивнул. — Я тоже. — Счастливого Рождества, — прошептал Гарри, наклонясь и приникая к его губам. — Счастливого Рождества, — ответил Драко, прежде чем погрузиться в привилегию целоваться с Гарри Поттером.~~~
— Панси! — Как только их свидание закончилось, Драко помчался обратно в общежитие и стал стучать кулаком в дверь. Кто-то любил его настолько, что выгравировал это на металле. А еще лучше. Гарри Поттер любил его. Панси открыла дверь. — Что на этот раз? — ответила Панси в пижаме. — Посмотри, какой он идеальный! Смотри! — Драко показал ей цепочку. Когда она закончила читать надпись, она запрыгала от радости, и он вместе с ней. Они оба радостно смеялись, когда мимо прошел Блейз. — Смотри, как здорово! — Поттер? — Да! — Панси и Драко сказали одновременно. Блейз только хмыкнул.~~~
Весь вечер четверга и почти всю ночь Драко провел на поле для квиддича, выкладывая несколько сотен роз в форме фразы «Я люблю тебя». Это должно было быть великолепно. Они взлетят в воздух на метле, Гарри обнимет его за спину, и они пролетят над полем, Гарри, задыхаясь от восторга, обнимет его покрепче и будет смеяться ему в ухо. Несмотря на то, что его нос был практически отморожен, все остальное вспотело. Но тепло от того, каким будет лицо Гарри, согревало его до глубины души. Это того стоило. Когда он закончил, то почувствовал удовлетворение, вот только уже наступил рассвет, и его чуть не поймали, вынуждая наложить Вингардиум Левиосса Максима на все розы, чтобы его не заметили. Поэтому ему пришлось отложить их свидание до субботы и повторить всё заново в пятницу вечером. Измученный и израненный, Драко закончил работу после полуночи и вернулся в Хогвартс, когда на небе появилась луна. Когда он дошел до Большого зала, то, к своему удивлению, столкнулся с Гарри. — Привет, ты — прошептал Драко, осматривая холл. Его сердце бешено колотилось при мысли о том, что он может сделать это прямо сейчас. Именно сейчас, в этот момент, Гарри должен был узнать о его любви к нему. — Как вовремя я тебя встретил. Хочешь полетать? — Мы не можем. — Гарри посмотрел на него вытаращенными глазами. — Мы больше не можем. У Драко свело желудок. — Что ты имеешь в виду? Гарри схватил его за руку и бросился к первому попавшемуся тайному ходу. Его рука была липкой и дрожащей, волосы влажными. Его рубашка была мокрой от пота. — Волдеморт является причиной моих кошмаров, — сказал он между паническими вдохами. — О-он в моей голове… Артур Уизли подвергся нападению! Я видел его во сне. Драко нахмурился. — Ты же говорил, что тебе больше не снятся кошмары. — Я солгал. И мне очень жаль. Но их ничто не останавливает. Только сон с тобой, но я просто не хотел, чтобы ты чем-то рисковал. Прости. В общем, на Артура Уизли напали. Сейчас они направляются в Министерство. Я не знаю, будет ли он в порядке. Я… я не… — Эй, все в порядке, — Драко погладил его по спине. — Нет, не в порядке, — сказал Гарри. — Он может заглянуть мне в голову! Мою собственную голову… Он может сделать с ней все, что угодно. Он может свести меня с ума, он может… — Ш-ш-ш. — Драко отвлекся от подкравшегося страха, отдав предпочтение успокоению Гарри. — Драко, у него есть доступ к моим воспоминаниям. Что, если он увидит тебя? Драко побледнел. — Не знаю. Думаешь, он уже увидел? Гарри сглотнул, пытаясь перевести дыхание. — Они не знают, знает ли он, что у нас есть эта… связь. Я связан с человеком, который убил моих родителей. Я же говорил тебе, что что-то не так. Драко крепко обнял его, хотя у него самого мысли метались. Что же теперь будет? Они были в полной опасности — Драко был в полной заднице. Они оба. — С тобой всё в порядке. Ты ни в чём не виноват. — Он собирается убить меня. — Голос Гарри прозвучал прерывистым шепотом. — Нет, не убьет. — Эта мысль вызвала у Драко панику, которая зеркально отражала Третье испытание. У него было плохое предчувствие. Но Гарри не нужно было сейчас с этим разбираться. — Шшш, ты в Хогвартсе, ты в безопасности. У тебя есть Дамблдор. У тебя есть я. У тебя есть друзья. — Как я могу быть в безопасности, когда он у меня в мозгах? — Ты не пострадаешь. — Драко погладил его по плечам. — Если бы он уже знал об этом, он бы напал на замок. Он бы уже свел тебя с ума, если бы именно это хотел сделать. Он не стал бы устраивать тебе какие-то кошмары чтобы позлить тебя. Гарри сделал несколько неглубоких вдохов, прежде чем кивнуть. Наступила тишина. — Драко, я понимаю, если ты не захочешь связывать себя со мной. Мысль о том, что он может покинуть Гарри, была хуже, чем мысль о том, что он пострадает от Сами-Знаете-Кого. — Я выбираю тебя. Я выбираю твою сторону. Альтернатива — поддержка его. А я не хочу. Гарри отступил от него. — Со мной опасно находиться рядом. Мы не должны этого делать. Я подвергаю тебя опасности, просто думая о тебе. — Теперь уже слишком поздно. — А что, если он причинит тебе боль? Драко не мог сейчас думать об этом. Он мог думать только о том, как утешить его. — Он не станет. Ты сказал, что они не думают, что он знает. Он не знает. Он бы уже точно напал на тебя. — Это не имеет значения. Потому что как только он узнает, все будет в его власти. Он может свести меня с ума. Черт, я могу стать тем, кто причинит тебе боль. — Мы не расстанемся, — сказал Драко. — Мы не можем. Мы разберемся с этим. Вместе. — Тебе нужно держаться от меня подальше. Тем более, учитывая, что ты живешь с ним. — У нас есть безопасные места, Гарри. Я могу спрятаться. Я могу спрятаться с тобой. Ты не можешь быть один. — Как ты можешь спрятаться со мной, если он завладел моим мозгом? Мое собственное тело не в безопасности. — Руки Гарри дрожали. — Гарри, ты сходишь с ума. Успокойся. — Волдеморт в моей голове, — прошипел Гарри. Гнев, который он умел контролировать, вернулся, выплеснувшись наружу и наполнив вены Гарри. — Как мне не сойти с ума? — Потому что теперь ты знаешь, и теперь мы все сможем понять, как его вытащить. Гарри оттолкнул его. — Тебе нужно держаться от меня подальше. — Эй, эй, эй, — сказал Драко. — Сейчас ты ничего не можешь сделать. У тебя уже есть воспоминания обо мне. Оттолкнув меня, ты не избавишься от них. Драко был бы проклят, если бы Гарри попрощался с ним сейчас. Они любили друг друга. Они любили друг друга. Это было глубокое, почти невозможное чудо, что такое случилось, и они потратили месяцы на то, чтобы добиться этого, ошибки и все такое. Какой-то глупый диктатор не может перевернуть жизнь Гарри и лишить его этого. Они были против всего мира, в буквальном смысле. И Драко не собирался с этим мириться. — Снейп будет учить меня Окклюменции. Он начнет обучать меня в марте. — Он обучал меня. Ты научишься. Все будет хорошо. Вот и все, это все, что тебе нужно сделать, просто научись Окклюменции, и это не будет проблемой. Он даже не узнает. — Да, после того, как Снейп просмотрит все мои воспоминания. Ты думаешь, он нас не поймает? — А потом расскажет моему отцу. — Драко выдохнул, но решил твердо. — Мы не можем провести все эти ночи вместе, получить столько удовольствия, чтобы Снейп это отнял. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Как ещё я могу защитить нас? — Ты обучишься Окклюменции. Всё будет хорошо. Только не заканчивай с этим. Я не хочу, чтобы ты это заканчивал. — Драко снова обнял его. — Я не хочу, чтобы тебе было больно, — сказал Гарри ему в плечо. — Мы разберемся с этим. Мы умные. Гарри, ты не можешь быть один. — Я не могу причинить боль тем, кто мне дорог. — Тише, все будет хорошо, — Драко убрал волосы за ухо. — Все будет хорошо. Гарри только крепче обнял его.~~~
На следующее утро Панси встретила Драко у дверей его спальни и втолкнула его обратно внутрь. У нее были любопытные и взволнованные глаза. — Как прошла вся эта история с признанием? — Замечательно, — сказал Драко. — Я узнал, что у Темного Лорда есть ментальная связь с моим парнем, поэтому он может видеть все его воспоминания, включая те, в которых мы обжимаемся. Я бы сказал, что это не совсем то, что планировалось. — У Панси открылся рот. — Что же нам делать? — Я… я не знаю, — сказала она. — Они говорят, что не уверены, знает ли он об этом, так что, возможно, и не знает, но это не значит, что не узнает. Я понятия не имею, что делать. И он сходит с ума. А я не успел сказать ему, что люблю его. — Не стоит, — сказала она. — Почему? — Темному Лорду не нужно видеть воспоминания о том, как ты признавался ему в любви. — Я уже сказал ему, что я на его стороне. — Просто… заявил. Чтобы обезопасить себя. Не говори этого. — Но он должен знать! — Просто подожди, пока все это не закончится. Темному Лорду не нужно знать, что у Гарри Поттера есть родственная душа. — Даже Гарри Поттер не знает, что у Гарри Поттера есть родственная душа, — сказал Драко. — Пусть так и будет. Он сглотнул. Казалось, что в горле у него камень. — Я не могу его потерять. Что, если я его потеряю? — А если ты пострадаешь? — Меня не волнует, что я пострадаю. Я всю жизнь страдал. С этим я могу справиться. Но потерять его… Это была страшная мысль — потерять Гарри. Но еще страшнее было думать, что Драко не потеряет Гарри. Год назад он хотел, чтобы Поттер исчез с лица земли, но теперь он не мог представить свой мир без Гарри. Он не мог проснуться в мире, где его не существовало. Даже мысль об этом, о том, что Гарри не существует, вызывала тошноту, с которой он не мог справиться. Даже не говоря о том, что Гарри может пострадать. Драко не мог этого вынести. И это было самым страшным: он понял, что хочет жить с ним — нет, это было слишком сильно, слишком много, чтобы думать об этом сейчас. Им было всего пятнадцать. Но, по правде говоря, он не мог представить себе и дня без встречи с ним, даже если бы это было в другом конце коридора. Или после Хогвартса… Что, если Гарри тогда не будет в его жизни? Что, если с ним что-то случится после окончания школы или, что ещё хуже, раньше? И, возможно, Драко не задумывался об этом раньше, потому что его волновало здоровье Гарри, и он полагал, что Гарри будет в безопасности ещё долгие годы в Хогвартсе и в маггловском мире, но Волдеморт был в его голове. Это было реально. И была еще более реальная возможность того, что Драко может потерять Гарри. В море неопределённостей была только одна уверенность: он не может.
