Искусство великого самообмана

Что со мной происходит? Кто я вообще? Что со мной стало? Кем я был? Почему.. всё обернулось.. таким образом? После сегодняшнего "припадка" Хэйрэйн не нашел ничего лучше, как пойти готовить завтрак. И себе, и остальным. За старым и круглым столом у стены сидели Фишер и Лурус. От них невероятно воняло, но Рэйн не мог ничего с этим поделать. Да и к запаху он уже успел привыкнуть, в принципе.. В нем одновременно боролись две личности. Первая – это наш маленький мальчик, который повидал ужасы, которые не должен был. Прежний, боязливый, мягкий Хэйрэйн. А вторая – одержимый своей мечтой мужчина, который как заботливая мать, готовила и ухаживала за телами близких людей, но к сожалению мертвыми телами. И к сожалению, выигрывала вторая. Желание получить ту любовь, которую он не получил придушило истинную натуру Рэйна, буквально втоптала в землю. И, возможно, даже захоронила навсегда. Кто знает? Всё гнетущее.. оно как будто пряталось по углам, зловеще хихикая. Как будто наблюдало изо тьмы, в ожидании, когда можно будет полностью поглотить тело беловолосого. Никого кроме него здесь нет. Чего ему бояться? Кого ему бояться? Зачем ему бояться? Но вот сегодня в ванной он обнаружил одну находку. Проходя мимо расколотого зеркала, в осколках он не увидел привычных белых прядей волос или изумрудных глаз. Вместо этого он увидел там.. никого иного, как Фишера. Он пробил дно. Стал таким как он. Страх уже полностью охватил тело в свои холодные и душераздирающие объятия. Хэйрэн больше не верит себе. Он не видит себя в себе. Он видит только Фишера. Черные короткие волосы, волнами вились, а янтарные глаза золотистым горели. Он провалился в саму бездну. В ней так холодно и темно.. И казалось бы, лежит фонарь, освещающий всё вокруг. Но прикасаться к нему.. невыносимо больно. В руки не взять, он опекает, как настоящий и живой огонь. Парень ходит вокруг да около, но не возьмёт фонарь. Истерит, плачет, злится, кричит. Но всё это не помогает.. руки горят алым цветом, стоит только прислонить их к светилу. Что это такое? Хэйрэйн шумно выдохнул, глядя на только что приготовленные оладья. Аппетита совсем нет, уже как несколько дней. Если он и ест что-то – то неохотно и неторопливо. Хотя раньше живот кричал чтобы его покормили. Сейчас же все изменилось.. возможно ужасный запах отогнал аппетит? Но это уже не столь важно. Нужно покормить Лурус и Фишерфаера. А это процесс не из лёгких.. Беловласый подвелся, а стул жалостно и неприятно заскрипел. Разумеется, первым делом кормить он будет Ру, ведь она ребёнок. Вечный ребенок. Юноша медленно подошёл к той, отодвинув её ножки в сторону, да-бы ему было где сесть. Тело девчонки в плачевном состоянии, если быть честным. Но что-ж поделаешь.. Хэйрэн неспеша взял её за челюсть и раскрыл рот. —ох.. – немного брезгливо ахнул парень. Вся ротовая полость кишит медленно передвигающимся, жирными и скользкими личинками. Думаю, любой другой бы закричал и откинул от себя это тело. Но не Рэйн. Тот лишь хмыкнул, запуская пальцы прямо в рот к Ру. Юноша неспеша начал доставать живые личинки оттуда, откидывая их куда-то в сторону. Одна за одной. Они неприятно падали, с едва ли слышным хлюпом и оставляли за собой быстровысыхающие скользкие дорожки. Вскоре во рту не осталось ни одной личинки. Хэйрэн радостно заулыбался, отсаживаясь от голубоглазой девчонки. Тот уже и позабыл, сколько ей лет.. Десять? Двенадцать? Но знаете, это таки не столь важно. —извини, дорогой.. ты не сможешь немного подождать? – кому Рэйн это сказал? Ну, очевидно что Фишеру.. но по сути, он говорил это в пустоту и в никуда. Но что-ж, ладно. Обладатель белоснежных волос взял в руки вилку, которая лежала на столе рядом с тарелкой оладьев на которые уже успели позариться мухи. Немного повертев столовый прибор в руках, тот наколол на вилку один сыроватый оладушек, после чего поспешил запихнуть его в рот к черновласой девчонке. Разумеется, съесть она его не могла. По этому придется помогать, что ж? Хэйрэн вздохнул, начиная заталкивать оладушек глубоко в глотку Лурус. Так продолжалось до тех пор, пока все оладья не были съедены. ( К слову, с Шером был такой же процесс ) Оставшийся день проходил скучно, ничем интересным не отличался. Луру всё время спала в старой комнате Хэйрэ, а сам Хэйрэйн сидел в гостиной, пока его возлюбленный лежал у него на коленях. В прочем, относительно так прошёл весь день. Зеленоглазый что-то рассказывал, черновласый просто внимал и слушал. Вскоре они так и заснули, лёжа на ободранном диване. ••• Вокруг.. так темно. Беловласый был по колени в чем-то вязком.. и черном. Всё вокруг чёрное, как ночное небо. Единственное,что луны не видно, как и звёзд.. Заиграла странная, неразборчивая музыка. На фоне неё слышался кашель, который кажется тоже составлял мелодию.. Её было очень сложно понять. Она была громкой и неструктурированной, как будто кто-то не знающий ноты от слова вовсе написал все наугад. Резко под ногами что-то засветилось белым светлом.. как будто это глубинный океан, по дну которого разбросаны сияющие жемчужины. Они приятно щекотали пятки.. А музыка становилась громче, буквально крича что-то тебе в уши с помощью музыкальных инструментов. Она чуть ли не разбивала барабанные перепонки, оглушая навечно. Рэйн побежал. Побежал подальше от этой ужасной музыки, которая зло смеётся, порча всё настроение. Но с каждым шагом идти было все сложнее. Жемчужины блекли, вновь дав возможность темноте полностью завладеть всем вокруг. А вязкая жидкость, как будто обращалась в камень или бетон.. Ну или в вязкое болото, через которое не возможно пройти. Как тут вдалеке виднелся шар. Он находился.. погодите, это пень? Да, этот шар лежал на пне, который был на небольшом холмике, который был окутан покровом зелёной травы. Как давно он не видел траву.. Изумрудные глаза вспыхнули, а рот в удивлении раскрылся. Ноги не слушались хозяина, из-за чего парень чуть ли не падал с головой в вязкую воду, следом за последними потухшими жемчужинами. Но не смотря на это Рэйн пытался. Пытался кричать, пытался подойти и потрогать эту шелестящую траву.. Музыка не стихала, но она как будто растворилась в сером шуме. Тот шагал, шагал через адскую и невозможную боль, шагал к этому маленькому, выросшему из черной материи воды. А шар, он продолжал светить лишь ярче и ярче. Почему так сложно дойти? Почему? Почему он не может? Что случилось? Голос уже постепенно садился, а музыка стихала. Он.. дошёл?.. Перед глазами, в одном лишь шагу от Рэйя был островок. Он всё ещё в черной неизведанной материи, которая как будто острыми когтями вцепилась в ноги Хэйрэ и не давала пройти ему. Парень вытянул руку и заплакал. Кристальные слезы лились по лицу, по безжизненно белым щекам и с хлюпом падали в субстанцию. Ноги сами по себе подкосились, постепенно теряя контроль над собой. Они невероятно пекли, невероятно болели.. всё это убивало изнутри. Особенно желание ощутить хотя-бы кончиком пальца траву. И он ощутил. За секунду до полного поглощения угольною жидкостью кончик пальца коснулся зелёной травинки. Этого, разумеется, было не достаточно. Но даже маленькое ощущение шершавой травы.. заставило дрогнуть. Но всё это тут же исчезло. Музыка полностью закончилась, даже кашля не было слышно. Его полностью поглотила черная материя. Было так.. спокойно.. В ушах был слышен тот самый глубинный звук бурлящей воды, которая ласкала тело Хэйрэ. А перед глазами мелькали.. погодите, что? Он полностью под водой, а перед глазами мелькают силуэты? Так и должно быть? Как тут где-то неподалёку послышался смех. Девичий приятный смех.. Он так успокаивал. Будто бы он вновь перед мисс Кэйт, которая укладывает его спать, пока за окном гремит гроза. Невольно беловласый сомкнул глаза.. Навсегда ли? ••• Женский смех перемешался с какими-то фразами. Голова как будто набилась свинцом, её не поднять.. А веки такие тяжёлые. Они всегда были такими? Глаза не получается распахнуть с первого раза, лишь немного подергать черными ресничками. Но уже через пару попыток парень смог. Казалось, что это было чем-то невозможным.. Сначала всё было таким тёмным и размытым. Вокруг мелькали белые расплывчатые, как краска на холсте, пятна. А уже затем начали вырисовываться силуэты разнообразных дам. Куда он попал? Перед ним копошились и смеялись молодые девушки. Каждая из них выглядела.. потрясающе, безусловно. И все примерно его возраста. Кто-то был в коротких и открытых костюмах, кто-то в пышных и дорогих платьях, кто-то в мешковатых штанах. —ой, а ты уже проснулся? – одна из девчонок обернулась и тут же подпархнула к Рэйю. У неё были длинные, безусловно роскошные волосы ярко малинового цвета, которые хаотично торчали в разные стороны. А глаза.. Глаза были белыми и безжизненными. Это выглядело немного жутко, из-за чего беловласка отполз назад. Остальные девчата резко обернулись. У всех было два сходства – первое это белые, бездушные глаза. А второе.. это многочисленные побои на теле. Что с ними случилось? Почему они так между собой похожи? И погодите-ка. В толпе этих измученных с виду дам Хэйрэйн разглядел черную макушку.. —Лурус! – Вскрикнул Хэйр, после чего сразу же лихорадочно закашлял, хватаясь за грудную клетку. Неизвестная обладательница малиновых волос погладила Рэйя по голове, мило улыбаясь. Как тут одна блондинка заговорила. —Айра, ты уверена, что это он? Он не похож.. Я его другим помню! – голос у той был грубым и севшим.. но при этом приятным и молодым. —это ж точно он, погляди-ка. Даже Руньку нашу помнит, представляешь? Я уж думала, что он и вовсе о ней позабыл. – молвила так званая Айра, продолжая гладить беляша по голове. Тот с интересом и страхом изучал присутствующих персон, но конечно, всё его основное внимание было приковано к знакомой Лурус, которая мирно сидела и плела веночек из каких-то красивых голубоватых цветов. —а.. вы кто? – неуверенно спросил Рэйн, переводя свой взгляд на Айру, которая сидела рядом. —а Фишер тебе не рассказывал? – спросила одна из девушек. Она выглядела иначе.. у неё были темно-темно красные, почти черные волосы, которые волнами ложились на плечи и стекали дальше. Так же в её стеклянных белых глазах мерцал серый огонёк. Её губы были под цвет волос.. такие же темные. А руки окровавленные, как будто в неё воткнули тысячу шипов. —в прочем, это не важно.. зови нас всех иэрлины! – сказала какая-то блондинка, которая заплетала косичку синевласой девушке. —иэ.. иэрлины? – едва ли слышно переспросил юноша, подбирая в руки осколок зеркала, который валялся неподалёку. Тот уже готовился увидеть в нем Фишера, которого он видел обычно.. но какого было его удивление, когда в отражении он увидел себя. Правда, другого себя. Его волосы куда длиннее, чем обычно. Губы и щёчки розовые-розовые, а тело не такое худощавое. И главное, что глаза.. они белые. Правда, не до конца. Ещё виднелись яркие зелёные разводы. От перепуга тот выронил осколок, который вонзился ему в ногу. Это было.. не больно. Как будто его тело отключено и он уже ничего не чувствует. Девушка с малиновыми волосами звонко засмеялась, но засмеялась по-доброму. —ты что, испугался, мертвячок? – сквозь хахатульки молвила барышня, глядя на перепуганное лицо Рэйя. —Мертвячок?.. Я мертв? – В ужасе выкрикнул Хэйрэн, хватаясь за свое лицо, как будто он сможет нащупать там что-то необычное. —ну, пока что нет.. – Айра остановила свой смех, немного виновато опуская взгляд вниз. —что значит пока что? Объясните мне наконец-то, какого черта тут творится! Где мы вообще? – Из испуганного Рэй стал злым и раздраженным. Голос стал громче и сильнее. Девочки все разом хмыкнули, даже бровью не повев. —Я не могу тебе сказать, извини.. Мы все не можем тебе сказать. – ответила малиновая. —вставай и срочно иди за мной. Сейчас же. – добродушная и веселая интонация девочки исчезла, на её смену пришла серьезная и холодная. Беловласый дрогнул, но кое как подвелся.. это было трудным, ноги всё ещё адски болели и ныли, а тело ломалось на тысячи кусков. Всё это вызывало тысячи вопросов, ответов на которых нету. Малинка ( Рэйн решил, что будет звать её малинкой, а не Айрой или иэрлином. ) тут же пошла куда-то вперёд. К слову, о окружении. Всё это происходило в поле.. в светлом поле, вокруг которого, как солдаты выстроились в круг численные ряды темных и устрашающих елей. И малинка шла как раз таки туда. Небо постепенно теряло свои голубые цвета, а тучи все росли, заполоняя небесное полотно собою. Не прошло и минуты, как всё небо и вовсе стало серым, а поле с девчонками скрылось за темными и острыми кустами, а так же листвой деревьев. Но девчонке это было не по чем, та уверенно шла прямо, буквально растворяясь в тех местах, где пройти нельзя. И удивительно, но с Рэйном происходило так же. —Эй, подожди! Куда мы вообще идём? – признаться, наш беловласка никак не поспевал за малиноволосой, которая даже на секунду не сбавляла быстрый темп. Вот это девушка, конечно.. ••• Сколько времени прошло? Тут есть вообще счёт времени? Хэйрэйн уже успел досчитать до пяти тысяч, а те с малинкой всё ещё идут прямо, даже не оминая деревья и шипастые кустарники. Всё было окутано серым туманом, в котором виднелись жёлтые горящие огоньки. Белый уже даже не спрашивал куда они идут, что это за огоньки, что вообще происходит, ведь ответ у той всегда один – гнетущее молчание. И почему ему постоянно приходится идти? И по итогу это всегда больно и сложно. Хэйрэн уже готов повалиться в эту приятную травичку и скрыться навеки под покровом густого тумана. Хотел было белый упасть, как бесконечный лес резко оборвался, а малинка остановилась. Те вышли на какую-то поляну.. посередине которой стоял деревянный сосновый стул. А на нём сидел улыбающийся Фишер. Хэйрэна передёрнуло. Фишерфаер.. он здесь.. он снова будет отправлять ему жизнь? Снова всё вернётся к прежнему? Юноша попятился назад, но тут девчонка его схватила за руку, одарив осуждающим и неприязненным взглядом. —Иди к нему. – строго и громко произнесла малиновая, слегка толкая Рэйя в сторону к черновласому мужчине. А тот, как будто к земле прирос. Даже шаг вперёд сделать боится. Малинка это, видимо, не очень понравилось, по этому та нахмурилась и уже сильнее толкнула Рэйна, заставив того сделать один шаг вперёд. Пятнадцать. Всего лишь пятнадцать шагов ему осталось. Девушка отпустила бледую ручку Хэйрэ, отходя немного назад. Парень нервно оглянулся на малиновую, но та лишь с лёгкой и тоскливой улыбкой стояла, сложив руки за спиною и медленно кивнула головой. Она верит в него. Беловласый вздохнул и пошёл вперёд. Каждый шаг давался тяжело.. Пятнадцать, всего навсего пятнадцать шагов осталось пройти. Как будто он вновь погряз в каком-то болоте, которое хватало его за ноги и утаскивало на дно. Это всё так..сложно.. Больно. Нужно дышать. Дышать. Идти. Дыши. Иди. Дыши. Иди. ИДИДИДИДИДИДИДДЫШЫДЫШИДЫШИДЫШИДЫШИ. Четырнадцать. Больно, всё тело пронзило электрическим разрядом. Тринадцать. Боль росла, но переключилась на ноги. Двенадцать. Одиннадцать. Становится лишь больнее, сложно идти дальше. Десять. Девять. Ноги невероятно пекут, как будто ступаешь по расколенной лаве. Восемь. Семь. Шесть. Пять. Руки парализованы, я не могу ими двигать. Четыре. Три. Больно, но я почти дошел. Два. Два шага осталось. Это сложно.. ноги как будто разрывает стая до невозможности голодных волков, которые не видели еды больше месяца. Один. Один.. последний.. шаг. Фишер все сидит и улыбается, глядя на меня. Больно, я сейчас умру. В душе такая пустота.. я хочу исчезнуть навеки. Я хочу разреветься как маленькое дитя. Я хочу к миссис Кэйт. Мне больно, Блу, мне больно. Я смотрю на черноволосого, который сидел неподвижно, как статуя. Но он смотрел на меня, как тогда.. как тогда, когда сказал что ему пригляделась моя сестра. Как тогда, когда он убил свою дочь у меня на глазах. Он смотрел на меня с невероятной ненавистью. Подул ветер, который угрожающе завыл..тучи становились все темнее, а туман всё густее. Я заревел, как будто я маленькая и обиженная девчонка. Слезы скатывались по моим щекам, обжигая их. Куда ещё можно меня обжигать? Я как будто нахожусь в самом эпицентре пожара и со всех сторон языки пламени кусают меня, как дикие псы. Я готов сдаться, готов упасть на землю и представлять, как меня ласкают теплые руки моей нянечки миссис Кэйт, как рядом весело что-то рассказывает Блу, как я снова гуляю по полям. Но я не могу. Я должен сделать последний, мать вашу, шаг. Собравшись с силами, Хэйрэйн ступает вперёд. Из глотки вырвался громкий, душераздирающий вой, смешавшийся с убийственным криком. Фишер продолжал лыбиться. Но он.. смог. Он сделал последний шаг и сейчас стоит напротив довольного черноволосого. Рэйн потёр наполненные солёными слезами глаза. Боль.. её как будто и не было. Ничего больше не болело, всё чувствовалось совсем иначе. Как будто он правда дома, как будто все правда в норме. И стоило последней слезинке упасть на землю – перед глазами была совсем другая картина. На стуле лежал мерзкий труп Фишера, а не он сам. И нет, это не вызывало любви или романтического влечения. Лишь природное человеку отвращение. А запах.. о боги, какой он мерзкий! Хэйрэн закрыл нос ладонью и тут же обернулся назад. Там уже была не только малинка. Там был целый ряд этих прекрасных дам, среди которых затесалась и Луру. Правда, они уже выглядели иначе.. Они были полностью белыми и полупрозрачными. Из белоснежных глаз лились слезы не переставая. А ветер завыл. В этом завывнии можно было разобрать заветное "Ты смог" Это были.. духи? Неужто они.. Парень моргнул и тела девчонок колоссально изменились. У кого-то отсутствовали конечности, кто-то был с лезвием в шее/в животе, у кого-то был прострелен лоб, а кто-то был полностью мокрым. Это все те, кого угробил Фишер за столькие годы. Хэйрэн дёрнулся и не смог сдержать расцветающей на всем лице улыбки. Он больше не любил Фишерфаера. Ведь он знал, что этот тип мертв. Глаза вновь приобрели прежний ярко зелёный цвет, а тело к сожалению возвращалось в прежнее состояние. Тот хотел было что-то сказать девочкам, но тех уже окутал туман, который скрывал от взоров людских и весь лес. Рэйн блаженно закрыл глаза на несколько секунд. Он наслаждался шелестом травы, дуновением ветра. Но уже через мгновение это всё исчезло.. Хэйрэйн резко раскрыл глаза. Впереди долгий, серый, мрачный коридор. Он как будто не совсем настоящий.. Беловласый сглотнул, оглядывая серые стены. Это всё напоминает.. коридор его квартиры. Ну, не совсем его, но вы поняли о чем речь. Парень сделал несколько неуверенных шагов вперёд. Они давались так просто.. как будто пару мгновений назад тот не умирал, едва ли передвигаясь. Нету девчонок, которые издаля наблюдали и тихо хихикали, пока Хэйрэйн справлялся. Но с чем он справляется? В руках как будто что-то тяжёлое.. коридор начал постепенно превращаться в бесконечную лестницу, которая ступенями тянулась вниз. Такое ощущение, как будто он что-то тащит. Что-то невероятно тяжёлое, ну и судя по всему не одно. Шаги стали более смелыми, а Рэйн в целом начал ускоряться. Сейчас тот спускался. Ступенька за ступенькой, ведущая.. куда? В темноту? Ведь чем ниже Хэйрэйн спускался, тем темнее всё становилось. Не видно фонарей, не видно люстр, не видно звезд, не видно луны и солнца.. Темень. Одна лишь темень. Каждая ступенька была пронумерована, что весьма странно. Обычно номера отдают лишь этажам, а не ступеням. На 30й Рэйн сбился, ведь стало настолько темно, что даже номера ступенек невозможно было разглядеть. Как тут перед глазами явилась раскрытая, широкая дверь. Вёл коридор с лестницей.. Обратно? Где всё и началось? И нет, не в квартиру. А в то самое чёрное море с зелёным островком. Черная материя почти что не двигалась, порой вздымались лёгкие волны, быстро исчезающие в черной, всепоглощающей тьме. И стоило Хэрэну только ступить на территорию вязкого моря ( будем звать это так. ), как тысячи жемчужин ярко засветили, освещая путь вперёд. К острову с шаром. Этим. Чертовым. Шаром. Рэйн в удивлении открыл рот, тут же прикрывая его одной рукой. Невероятная тяжесть всё ещё ощущалась, но она как будто растворилась и слилась с темнотой вокруг.. Парень сделал несколько шагов вперед и заиграла торжественная музыка. Где-то позади неё можно было услышать дуновение ветерка, шелест листьев и плеск воды. Где он? И что тут происходит? Парень неуверенно таки пошёл вперёд, таща с собой невидимые тяжести. Жемчужины под ногами щекотали пятки и вызывали приятные мурашки. Вдали, даже сквозь беспросветную темноту виднелись светлые, белые силуэты. А из черной пучины вытянулись руки, которые окрашивали небольшие участки территории вокруг себя в ярко алый. Когда-то ему снился подобный сон.. с ним, а так же кровавым морем, из которого тянулись тысячи рук. Стойкое ощущение дежавю настигло Хэйрэна моментально и тут же обняло. Как будто это.. что-то.. когда-то уже такое было. Всё так..непонятно, неструктурированно, странно. Но знаете, в этом странном есть что-то своё, что-то родное. Как будто частичка Хэйрэ всегда была такой.. и лишь ждала своего момента, да-бы приголубить к себе белобрысика. Юноша уже прошел достаточно много, а остров становился всё ближе и ближе.. это было таким торжественным моментом. Где-то в глубине чертогов разума закладывалась тревога, переживание. Вдруг прямо сейчас всё провалится? Ничего не получится? Вдруг он тут умрёт сейчас? Вдруг тьма под ногами поглотит его, а жемчужины погаснут навсегда? Мысли вправду пугающие и напрягающие.. Но вот, он вновь у того холмика, на котором расположился пенёк с шаром. Таки дошёл. И на сей раз он не в тягучей жидкости, а стоит на траве.. Это ж то чего он хотел. Жемчужины на дне вновь загорелись ещё ярче, но этого всё равно было не достаточно, чтобы прогнать темноту вокруг и залить всё светом. Осветить этот океан сможет лишь.. Шар? Что это вообще? С виду круглое, но светит невероятно ярко. Белый обернулся к светящейся фигуре, лежащей на пеньку и не долго думая, подбежал к ней. Это.. тот самый фонарь? Фонарь, который ему всё время снился. Фонарь.. В голову ударили воспоминания, которые только что отворили. Он помнит всё так чётко, как будто он переживал это мгновение назад. Всё такое же темное.. К слову, это все так похоже! Только вот там не было жемчужин, а так же вязкого моря. А тут не было острой и колючей лозы воспоминаний, которая душит Рэйя до беспамятства, а шипами впивается в кожу и протыкает её, оставляя багровые следы крови. Тут не настолько холодно.. здесь значительно теплее. В отличие от того места, там складывалось ощущение – что они находятся в самой холодной точке мира. И единственное, что обогревало и отгоняло ужасную лозу – это фонарь. Яркий, белый фонарь.. вокруг которого летали и кружились в вальсе такие же яркие бабочки. Но стоило попробовать хотя-бы словить их – они рассыпались и обращались в жалкий пепел, который был невероятно холодным. А к фонарю не прикоснуться.. он как настоящий огонь, от прикосновения к которому оставался болючий и неприятный ожог. И сейчас перед ним шар.. Он же сейчас не обожжет его руки, как тот фонарь? Не оставит болезненные ожоги? Всё это немного напрягало юношу, ведь ему очень хотелось прикоснуться и почувствовать это тепло, исходящее от светила. Беляшик сглотнул и вытянул руку, уже подготавливаясь к очередному разряду боли. Но.. ничего не произошло. Ладонь приятно загрела, а шар стал светить только ярче. Он спокойно к нему прикасался и на коже не оставалось болезненных ожогов. Зеленоглазый восторженно ахнул и моментально подхватил к себе в руки этот шар. Теперь ему не будет темно, одиноко и холодно.. Но неужто он обречён сидеть на этом маленьком холме вечность? Рэйн задумался. На травянистом холме..это бессмысленно. А пока эта субстанция вокруг.. и она не освещается – он не сможет покинуть этот островок никогда. Парень повертел в своих руках теплый и яркий шар, а после хмыкнул, усмехнувшись. Неспешно тот подошёл к краю холмика. Он так хотел взять в руки этот шар.. а сейчас что? Хэйрэн выдохнул и с размаха выбросил шар куда-то в воду. Резко всё осветилось.. Настолько, что Хэйрэйну пришлось зажмуриться, да-бы белый свет буквально не ослепил юношу. Через пару секунд тот таки распахнул глаза.. Он стоит на улице, у моря, которое было неподалёку от квартиры Фишерфаера. У ног валялись два трупа.. Лурус и Фишера. Так вот что это были за тяжести.. он правда их тащил по коридору и лестнице на улицу? А шаром.. являлся выход на улицу и избавление от трупов? Чем же тогда был фонарь.. Небо было темным-темным, на нем как жемчужины океана рассыпаны звёзды, а луна, судя по всему, как раз таки и являлась тем самым шаром. Ну или нет? Так тихо.. Никого вокруг нет, всё спокойно, умиротворенно.. Хэйрэйн выдохнул и нагнулся, да-бы взять за волосы Фишера. ••• Никто никогда не узнает о том, что в этом ночном море покоятся две души Фишерфаеров. Одна святая, другая грешная. Рэйн ещё постоит пару минут, понадоблюдает за тем как бушуют волны, а затем уйдёт. Уйдет обратно, уйдет домой. А вернее – уйдёт на его поиски, ведь теперь у него дома нет. Он свободен, как птица, пролетающая над его головой. По щекам невольно текли слезы, глаза краснели, а на лице образовывалась счастливая улыбка. Парень обессиленно упал на колени, немного пачкая их в сухом, приятном песке. Уши и тело ласкает игривый ветерок, а в ноздри не бьёт запах трупов и гнили. Вокруг нету серых, угнетающих стен, а основная проблема – решена. Хоть тот и убил супруга, хоть тот и терпел по своему желанию все издевательства ранее.. он свободен. Как и мечтал. Но.. счастлив ли он по правде?..