Запретная страсть Эмилии. Турецкие приключения

Первый турок держал дверь женского туалета, а второй уже пристраивался сзади, задрав мое легкое летнее платье на талию. Я пыталась вырваться, но мне приказали вести себя тихо иначе будет хуже. Я покорно фыркала, сдерживая свое дыхание и вырывающееся из груди сердце. В отражении в зеркало я видела только молодую красивую сучку, которую нагло лапают за грудь волосатые руки незнакомого турка… Лицо было раскрасневшееся и румяное от насилия. Я знала, что мне предстоит и хотела, чтобы всё побыстрее закончилось, потому что по аэропорту уже объявляли мое имя и муж наверняка меня искал. Я расставила ноги и прогнулась, чтобы все это произошло побыстрее, ведь их было двое. Как я попала сюда? В женский туалет в аэропорту с двумя турецкими полицейскими, которые решили поразвлечься со славянской сучкой? Доигралась. Допрыгалась. В последний день нашего с мужем турецкого отдыха я надела легкое платье, открытые сабо, шляпку от палящего средиземноморского солнца и алые бусы, которые купил муж в подарок на турецком базаре. И мы отправились в аэропорт на индивидуальном шатле. Максим как всегда скупился и хотел поехать вместе со всеми этими орущими и вопящими семейками, но я знала, что туристов перед аэропортом нарочно вывозят из отеля на четыре часа раньше, чтобы прокатить по всем лавочкам и рыночкам, где изможденные жарой они будут покупать воду, мороженное и тратить последние деньги на турецкие сладости и прочую мишуру. Я же решительно отказалась от этой затеи, заплатив 400$ за индивидуальный трансферт. Слава богу я неплохо «подзаработала» в этом отпуске своей крепенькой задницей, хоть и Максиму сказала, что «сэкономила» на экскурсиях. И правда, вместо экскурсий мы шикарно поразвлеклись с Джамбулой и Богданом на яхте. Особенно пока Максим спал. Подъехав к аэропорту, я отправилась в дьюти фри, а водитель услужливо сдал наш багаж. Пока я выбирала духи, я буквально физически почувствовала взгляд пары турецких глаз на мои гладкие ножки. Я оглянулась. Два скучающих охранника разглядывали меня. Я пошла якобы выбирать шляпку и взяла зеркало, чтобы как-будто бы посмотреть на себя, а сама разглядывала их. Офицерская форма всегда возбуждала меня. Вот и сейчас эти двое полицейских с обильной растительностью на лицах. Четкими черными бровями злобно изогнутыми. Строгие взгляды, по-хозяйски оглядывающие свою территорию… Я невольно стала дефилировать перед ними в своем коротеньком летнем платьем, под которым были только маленькие беленькие трусики. В зеркало я могла разглядеть сильные волосатые руки с упругими бицепсами, выпирающими из-под рубашек с коротким рукавом. Широкие грудные мышцы и постоянно шатающиеся из стороны в сторону жующие челюсти. Два громилы охранника, которые прикрикивали на уборщиков и строго раздающие указания кассирам. Я подзавелась от их властности и доминантности. Максим втыкал в телефон у выхода на посадку и присматривал за нашим сыном, а мне, как не стыдно в этом признаться, уже захотелось приключений напоследок. От жары я уже и так была очень мокрая, но то, что они обсуждали меня за моей спиной, пока я примеряла шляпки и солнечные очки, сводило меня с ума. Ситуацию усложняло то, что уже началась посадка на наш рейс. Я нарочно «незаметно» положила солнечные очки в сумочку так, что они не могли этого не видеть и попыталась выйти не заплатив. Сигнализация сработала и я изо всех сил пыталась изобразить испуг на своем лице. Полицейские как с цепи сорвались и ринулись ко мне. Я уже почувствовала горячие руки на талии и бедрах. Меня обыскивали прямо при всех. При туристах. При иностранцах. При уродливом извращенце уборщике, у которого явно стоял на меня. Было стыдно, что, ощупывая меня через невесомое летнее платье турки понимали, что на мне только стринги. Они видели, что лифчика на мне нет и соски на идеальной формы груди проступают через ткань от каждого их прикосновения. Я нарочно попыталась вырваться, словно я против того, что меня досматривают мужчины, но турки только теснее сжали кольцо и я оказалась зажата между ними. Я терлась о дубинки и униформу. Моя девочка уже набухла и я хотела, чтобы меня поимели как легкодоступную телку прямо здесь. Попка округлилась и я встала на цыпочки, чтобы попой почувствовать их пульсирующую плоть. С двух сторон мне не давали уйти двое высоких крепких турецких парней. Они говорили на своем языке и их грубые голоса глубоко проникали в мое розовое набухшее сознание.