Любопытство сгубило кошку

      Наруто лежит под старым дубом на своем любимом месте. Еще даже не рассвело, но приготовив два бенто, Наруто решил, что пора начинать этот день.       Они практически не ссорятся с Саске. Они не так много разговаривают в принципе, а когда дело доходит до личного, то у них… другие способы коммуникации.       Теперь, когда они нашли способ устраивать спарринги без угрозы уничтожения половины города, без разрушения друг друга кулаками и словами, они очень сильно спрогрессировали в плане техник и дзюцу. Теперь они знают, что после хорошего, интересного боя они могут доставить друг другу еще и наслаждение.       Саске — потрясающий любовник, это не было для Наруто неожиданностью, но он также и большой любитель объятий, и это вроде бы тоже должно было быть ясно, ведь кошки в душе те ещё булочки (о чем он никогда не сказал бы Саске, чтобы не быть убитым с особой жестокостью). И Наруто быстро уяснил, что ласка — ключ к Саске. Когда Саске переступал черту, когда удар был слишком сильным, гендзюцу чересчур интенсивным, когда Саске забывал, что сражается не ради победы, а ради улучшения навыков, Наруто отказывал ему в ласке так долго, сколько сам мог это вынести. И Саске медленно (очень медленно) запоминал границы, учился распознавать, когда его слова просто дразнят, а когда ранят, и где та черта, рядом с которой нужно остановиться. Когда их бой полезный и интересный, и когда он начинает использовать свои знания против Наруто.       Наруто, конечно, немного боялся, что Саске просто перестанет приходить, если не будет получать то, зачем пришел (оргазмы или объятия), но он обнаружил, что Саске и вправду это нужно и что поцелуи, объятия и секс нужны ему гораздо больше, чем выпендриваться на тренировках.       Сейчас они практически ровня. У Саске по-прежнему преимущество в гендзюцу, но режим отшельника Наруто уравнивает его по силе с кекке генкай Учих, и теперь Саске не только выигрывает, но временами и проигрывает на тренировочном поле. А когда он переходит черту, Наруто сразу прекращает бой, останавливает взаимодействие и уходит.       Саске рано или поздно приходит, иногда через несколько дней, но он всегда возвращается. Сначала он держится на расстоянии — прямо как сейчас.       Наруто, лежа под дубом, знает, что за ним наблюдают. Ещё он знает, что Саске следил за ним из самого дома, наблюдая своими красными глазами, пока он делал бенто. Для Наруто это уже не ново. Саске налажал во время тренировки, сказал то, чего не стоило говорить, и Наруто, прекрасно зная, как общаться с раздраженными, разозлившимися или недовольными котами, просто взял свою сумку и молча ушел с поля. Он знал, что Саске рано или поздно поймёт, что поступил плохо, и попытается всё исправить, но он также знал, что это может произойти далеко не сразу.       Есть вещи, которые нельзя говорить людям, которых считаешь друзьями. Даже во время спарринга и даже когда проигрываешь. Есть слова, которые нельзя говорить людям, с которыми любишь проводить время. Они ранят Наруто и ранят глубоко. И так сильно, что он целую неделю не хотел видеть Саске. И Саске должен был почувствовать это, потому что когда они увиделись на собрании, посвященном экзамену на чунина, Наруто даже не поздоровался со своим лучшим другом и намеренно сел между Сакурой и Шикамару, чтобы быть подальше от него.       С тех пор прошло уже около двух недель, и Наруто готов позволить Саске попытку подойти, отсюда и бенто. Он знает, что немного пристыженный Учиха наблюдал за ним всю последнюю неделю, но даже самые гордые и сильные кошки должны понимать границы дозволенного и что иногда нужно дать человеку время прийти в себя, а сердцу — отболеть, прежде чем можно подойти и попытаться помириться.       Наруто тяжело вздыхает. Саске видел, что он сделал два бенто, и должен бы подойти, но пока продолжает держаться поодаль. Наруто начинает раздражаться, но когда солнце провозглашает новый день, Саске наконец оказывается под деревом, всего в паре метров от него.       Наруто поглядывает на него, но молчит и никак не показывает, что ему есть какое-то дело до своего товарища. Саске требуется ещё час, чтобы подвинуться ближе. И только через три часа ожидания их безответственного джонина он садится рядом с Наруто.       — Прости меня за то, что я сказал. Я не… я так не считаю, я просто… я проигрывал, а на нас смотрели восьмая и девятая команда, поэтому я… запаниковал. Мне очень жаль. Мне не стоило этого говорить.       Вполне хорошее извинение, отмечает Наруто.       — Ты готовился?       — Д-да. Я… — и Саске действительно краснеет, когда признает: — Я попросил Сакуру помочь мне.       Интересно.       — Зачем?       — Я не мог понять, что тебя разозлило. Не мог сам разобраться, поэтому пришлось спросить. Чтобы… чтобы извиниться за это.       — Ты не понял, что сделал не так? — Наруто неосознанно выгибает брови, и, похоже, он звучит очень сердито, потому что Саске повторяет этот жест.       — Ты сам знаешь, что я не живу прошлым. Ты знаешь, что мне плевать на наши детские ошибки. Знаешь, что я уважаю тебя за силу и за то, каким человеком ты стал. Мне казалось, ты знаешь, что я не стану принижать тебя за прошлое, когда ты был слаб, ведь сейчас твоя сила сокрушит любого, кто не верил в тебя, — объясняет Саске, и это так странно — слышать от него столько слов без оскорблений, скрытой ярости или ненависти. — Я не думал, что тебя заденет отголосок из прошлого.       — Некоторые слова до сих пор колятся, Саске, — объясняет Наруто неспешно и вкрадчиво, понимая, что Саске переступил через гордость и вышел из зоны комфорта, чтобы попросить помощи. Одно это должно было знатно выбить его из колеи. — Неважно, что время обточило их, и кажется, что я оставил всё в прошлом. Я все еще помню, как чувствовал себя тогда, и мне всё ещё не по себе из-за некоторых вещей, которые делал я или которые случались со мной.       — Прости меня, — повторяет Саске, серьезный и искренний. — Я был неправ.       — Да, был, — подтверждает Наруто и чувствует детскую радость от того, что произносит это, глядя Саске в глаза.       Саске выглядит как человек, жаждущий объятий, но Наруто и этот шаг делать за него не собирается. Поэтому Саске через некоторое время ложится и сам прижимается к груди Наруто. Наруто вглядывается в глубину его глаз. Их поцелуй сейчас другой. В нем чувствуется рост их отношений. И их прочность.       Саске углубляет поцелуй, и Наруто потворствует ему, разводя его ноги, вклиниваясь между ними и прижимая Саске к теплой траве. Саске стонет в поцелуй и скользит рукой в штаны Наруто, мгновенно обхватывая стояк. Теперь очередь Наруто беспомощно стонать. Он наклоняет голову, целует шею Саске, ключицы. Снимает с него рубашку, а Саске опускает руку ниже, ласкает мошонку. Наруто чуть опускается, чтобы обнять поджарое, гибкое тело Саске полностью, и начинает плавно двигать бедрами, чтобы Саске тоже получил удовольствие. Саске спускает свои штаны, член стоит так, что ударяется о живот. Он обхватывает рукой оба их члена, Наруто смотрит вниз и стонет от одного вида. Их члены трутся друг о друга, у Саске он длинный и слегка загнутый влево, а у Наруто толстый и большой. Саске приходится обхватывать их двумя руками, чтобы ласкать, но Наруто этого недостаточно — он слишком сильно скучал по своему лучшему другу. Он заводит руки Саске ему за голову, Саске сопротивляется, но Наруто физически сильнее. (Саске непросто признать, но это чертовски его заводит.) Наруто порывисто, быстро двигает бедрами, их члены трутся друг о друга и о животы, и Саске ничего не остается, как двигаться в одном ритме с ним, подталкивая их всё ближе к удовольствию — с каждым толчком, каждым движением, каждым поцелуем. Когда наслаждение уже близко, Саске хочется коснуться себя, он хочет кончить быстро, чтобы удовольствие закончилось и к нему вернулась ясность ума, но Наруто не позволяет ему. Он крепко и сильно держит Саске, чтобы тот получил ровно то, что Наруто дает ему.       Саске, понимая, что он полностью в руках своего любовника, испытывает оргазм от одной этой мысли. Наруто кончает вслед за ним не только от осознания, что Саске не может выпутаться из его сильной хватки, но и потому что он принимает покорную роль в этом сценарии, даже не пытаясь бороться.       Какаши стоит неподалеку и улыбается под маской — он был свидетелем их разговора и того, что последовало за ним. Мальчишки, конечно, очень темпераментные, но они научились ценить то, что им досталось, и то, чего они достигли сами.