...И мой сурок со мною

***

Бобби наматывал круги по относительно небольшой комнате и изрыгал такие ругательства, что Дин бы непременно записал парочку, если бы были силы. — Вы два балбеса! Какого черта вы вообще поперлись к ней в одиночку?! Я английским по белому сказал твоему брату, чтобы вы сидели тихо и ждали нас! Это чудо, что вы с ней справились сами! Дин кашлянул. — Тише, Бобби. Сэма-то не тревожь. Это я его туда погнал. Бобби сплюнул и махнул рукой. — Лежи уже, защитничек. Что бы вы делали, если б мы с Эллен не приехали? Дин криво усмехнулся. — Но вы ведь приехали. Бобби покачал головой и уселся наконец в продавленное кресло. Рядом дремала вполглаза Эллен, а на кровати в углу лежал Сэм, опутанный капельницей с физраствором. Он потерял много крови и все еще был очень слаб. Дин колодой валялся рядом. Он то и дело порывался рвануть искать детей, но больше десятка шагов — до ближайшей стены — ему сделать не удавалось. Ноги подкашивались, колени дрожали, и он практически падал. Им несказанно повезло, что Бобби и Эллен приехали гораздо быстрее, чем рассчитывали, практически сразу же нашли их мотель и прочитали записку. Если бы промедлили еще немного, то вряд ли им было бы кого спасать. Сэм истекал кровью, а Дин словно надорвался после того, как ведьма вытянула из него все силы. Ремнями он в кровь изодрал запястья, пытаясь выпутаться и зажать раны брату. Теперь он нудел не переставая про детей. Эллен наведывалась было на кладбище под прикрытием Сингера, но не нашла ни склепа, ни детей. Бобби также постигла неудача, и он неоднократно высказывался, что ведьма, должно быть, их обманула. Дин стоял на своем и утверждал, что на единственном в городе кладбище он точно видел склеп. Ему поддакивал Сэм, у которого со склепами были свои счеты, и Дина он точно не собирался никуда отпускать в одиночку. Слишком свежо в памяти было видение с умирающим братом, и он приложит все усилия, чтобы оно не осуществилось. Бобби же, почесывая сивую бороду, никак не мог взять в толк, куда девался склеп, откуда они с Эллен все-таки достали этих великовозрастных идиотов. Не иначе, ведьма отводит глаза. Точнее, кто-то, кто ей помогал, коль самой ее уже не было в живых. — Знаешь, Дин, — хрипло сказала Эллен, открывая глаза, — я все думала над этой ситуацией и абсолютно уверена, что у вашей ведьмы был помощник. Как бы она проникла к вам в номер, если достоверно известно, что в это время она была в своей больнице, и более того, у нее был прием. Правда, я все еще никак не соображу, кто это мог быть. Дин нахмурился. — Эллен, мне неважно, кто ей помогал. Сейчас главное — спасти детей. Всех она убить явно не успела, значит, хоть кто-то да остался в живых. А мы тут валяемся! — То есть вы, молодой человек, предлагаете взять вас с братом в охапку, вытащить черт знает куда — и берите нас тепленькими кто угодно? — нехорошо прищурилась Эллен. Дин сдал назад. — Нет. Я предлагаю, чтобы ты отвезла меня на кладбище, я найду склеп, вытащу детей оттуда. Бобби обидно хмыкнул. — Ты до сортира по стеночке ходишь, какой уж тебе склеп! Отлеживайся пока, а мы с Эллен еще разок съездим да поищем на кладбище хоть что-то. Дин вспыхнул, но промолчал. Тем более, что Бобби был прав. Таким немощным он себя не чувствовал с тех пор, как у него остановилось сердце. Он терзался угрызениями совести — друзья из-за него подвергались опасности, брат лежал пластом и едва шевелился. А все из-за того, что он вспылил и ломанулся вперед и с песней брать ведьму. Ну надо же быть таким идиотом! От размышлений его отвлек щелчок дверного замка. Видимо, Эллен с Бобби решили не тратить время зря и проверить чертово кладбище прямо сейчас. Хорошо, что Джо осталась присматривать за «Домом у дороги», не хватало еще, чтобы она увидела его в таком плачевном состоянии. Сэм пошевелился и с резким выдохом открыл глаза. — Дин! Хватит разлеживаться, вставай давай! Дин удивленно приподнял бровь, невольно повторяя Бобби. — Сэмми, ты в своем уме? Ты только выкарабкался и даже ходить не можешь сам. Сэм фыркнул, спустил ноги с кровати и бодренько промаршировал по комнате. Дин вытаращил глаза. — Это что еще за магия? — Не знаю, — Сэм пожал плечами. — Мне снова привиделось кладбище, и ты там… В общем, после этого я как заново родился. Думаю, это как-то связано с… демонской кровью. Кстати, как ты думаешь, если мне полностью перелить кровь, вся эта демонская зараза выветрится? Дин поморщился. — Сэм, не начинай. Разгребемся с этим делом сначала, а потом будем думать, что там эта кикимора натрындела про черную кровь. Куда ты собрался, Супермен? Сэм смутился и даже отложил в сторону почти надетую рубаху. — Ну как куда? На кладбище. Бобби с Эллен сами так ничего и не найдут, и дети так и будут страдать. Зато, я уверен, именно мы сумеем найти этот проклятый склеп, а Эллен и Бобби будут в качестве подстраховки, — он осторожно посмотрел на брата. Лицо у Дина было таким, словно он слопал три кило лимонов в один присест и увидел справку о Сэмовой дебильности. — Гений, — убийственным тоном констатировал Дин. — Как тебя вообще в Стэнфорд взяли? Ты-то добежишь и туда, и оттуда, Терминатор. А я? — А что ты? — А я себя чувствую почти так же паршиво, как и в больнице. Будто во мне дырка, и туда со свистом утекаю я сам. Хотя ведьму мы уничтожили, и такого больше не должно быть. Сэм глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. — Значит, Эллен права, и у нашей кикиморы точно был помощник. И есть. И дети в опасности. Дин, тогда ты жди здесь, а я быстренько смотаюсь на кладбище, найдем с Бобби склеп и спасем детей. — Ну уж нет! — рыкнул Дин, вскакивая с кровати. Ноги почти не заплетались, и даже колени практически не дрожали. — Один ты туда точно не пойдешь! Стрелять я еще не разучился. Пошли!

***

Больше всего они смахивали на скульптурную композицию «Два больных идиота едут на верную смерть». На середине пути Дину полегчало, зато у Сэма пошла носом кровь, поэтому им пришлось поменяться местами, и теперь временно позаимствованную машину вел Дин. Сэм с запрокинутой головой сидел сзади и на ощупь заряжал солью обрез. — Вылезай, кисейная барышня, — хмыкнул Дин и хлопнул дверцей первым. Сэм выбрался вслед за ним и кинул брату обрез. Тот поймал его не глядя. Небо сегодня было серым в прозелень, под ногами чавкала раскисшая окончательно грязь. Неподалеку виднелась цепочка следов, ведущих на кладбище — две пары, видимо, Бобби и Эллен. Тут же стояла и машина Бобби. В туманной мороси виднелся каменный склеп. Сэма мороз продрал по коже. — Дин, погоди, надо позвонить Бобби, предупредить, что мы тут. Телефон молчал. На экране мигало «Нет сети». То же самое было и у Дина. Они переглянулись и зашагали по оставленным ранее следам. Сэм настоял, чтобы первым шел именно он. Перед глазами до сих пор стояло видение умирающего брата, насаженного на ржавые железяки. Склеп постепенно становился все ближе, но ни Бобби, ни Эллен не было видно. Зато нарастало непреходящее и все усиливающееся ощущения взгляда в спину. — Тебе не кажется, что мы топаем прямиком в ловушку? — нарушил тишину Дин. Сэм раздраженно обернулся. — У тебя есть еще какой-то план? Там где-то Бобби и Эллен, а еще дети и ведьмин помощник. — Вот именно, Сэмми, — Дин остановился и всем видом дал понять, что никуда дальше не пойдет. — Ведьмин помощник, гипотетические дети и реальные Эллен с Бобби, у которых охотничьего опыта раза в два больше, чем у нас с тобой. — И которые, я уверен, ни за что этот склеп не найдут. Хотя бы потому что там нет их крови — в отличие от нашей. Винчестеров и Кэмпбеллов, — сипло сказал Сэм, опираясь на лопату. — Это наше дело во всех смыслах. Дин вынужден был с ним согласиться. По всему, так и выходило. — Есть у меня кое-какая идейка, Сэмми, — загадочно проговорил он.

***

Грязи на подошвы налипло с пару десятков тонн, пока они добрались до склепа. Уже видна была темная полоса внутри у приоткрытой двери.Над головой с неприятным шелестом проносилось что-то. Для простоты решили считать, что это откормившиеся нетопыри и летучие мыши. Хорошо, очень откормившиеся нетопыри и летучие мыши. Яростно громыхала невесть откуда взявшаяся сухая гроза не по сезону. Началась она абсолютно внезапно, на ровном месте, и от тумана и мороси не осталось и следа. Выжигающе слепящим светом полыхали молнии, и вслед за ними оглущающе отзывался гром. От бьющего пощечинами ветра приходилось щуриться и жмуриться — он норовил залепить глаза чем-то мелким и, несомненно, очень неприятным. Сэм дотронулся до братней руки. Дин отозвался ободряющим пожатием. Пожалуй, впервые они шли буквально связанные одной цепью. В роли цепи выступал небольшой, но прочный канатик, который при необходимости можно было легко скинуть. Канатик уже успел пригодиться — когда Дина, прямо как во сне, швырнуло было вверх, прямо на кусок арматуры, Сэм рванулся назад, упав спиной прямо в грязь и увлекая брата за собой. Дин отделался легким испугом — рваной царапиной на спине и прорванной там же курткой, что, конечно, не шло ни в какое сравнение с возможностью испустить дух на грязной железяке. Его до сих потряхивало, но он изо всех сил старался не показать этого Сэму. Крутой старший брат не может дрожать от страха. Сэм, в свою очередь, мысленно возносил хвалу всем святым угодникам, что натолкнули Дина на мысль буквально привязать Сэма к себе. В конце концов, они столько лет занимались этим в метафизическом плане, что пришло время вывести все на новый уровень. Дин, мраморно-бледный, со слишком яркими веснушками, сделал знак остановиться и осторожно вытащил из кармана фонарик. Сэм последовал его примеру. Уж что-что, а учиться на собственных примерах они умели. Он с тяжелым сердцем вытащил из-за пазухи пригревшуюся лягушку, прокрался поближе к склепу и бросил ее внутрь. В этот же самый момент Дин включил фонарик, и в его ярком свете лягушка застыла в прыжке, покрылась зеленью и окаменела, с гулким стуком упав на пол. Сэм едва сдержался, чтобы не выругаться. На месте лягушки могли оказаться они с Дином. Статуи получились бы, конечно, роскошные — но быть живым Сэму все еще нравилось больше. Дин, проворчав что-то вроде: «Подвинься-ка, Сэмми», выудил из кармана еще одну лягуху и закинул в склеп. Та протестующе уквакала в темноту и была такова. Он хотел было войти первым, но Сэм бескомпромиссно оттеснил его назад и перешагнул порог. Не случилось ровным счетом ничего. Сэм выдохнул и сделал еще шаг внутрь. И еще. И еще. Круглый луч света рассеял тьму. Сзади вполголоса ошеломленно выругался Дин, и в кои-то веки Сэм был с ним абсолютно согласен. Замурзанные и грязные мальчик и девочка, судя по всему, пропавшие Элис и Питер, спали, свернувшись калачиком, прямо на полу, укрытые, мягко говоря, грязноватым одеялом. На колченогом стуле корчилась та самая приветливая медсестрица, которая и сдала им Линн. Она не была привязана — по меньшей мере, веревок или стяжек не было видно, но явно не могла сдвинуться с места. Внезапно в голове словно подуло теплым ветром, мелькнуло, растворяясь, слышанное во сне «...la marmotte...», и все стало кристально ясно. Неважным стало, кто и чьим помощником был, медсестра у Линн или же наоборот, кто из них оставлял мешочки в домах у детей, но, скорее всего, это была медсестра. Все же доктор не настолько часто навещает своих пациентов. Вероятнее всего, после появления в городке двух залетных столичных федералов, улыбчивая медсестра осознала, что в этот раз они заигрались, и лучшим способом остаться живой, целой и на свободе было сдать то ли подругу, то ли сообщницу. Почему оставшихся двух детей не убили сразу, Сэм не успел додумать. Дин дернул его за руками и прошептал: — Уводи детей, Сэмми, а я займусь этой. Сэм собрался было запротестовать, но тут же понял, что Дин сейчас двух детей сразу не вынесет, а если и вынесет, то там же, рядом с ними, и ляжет. Он коротко кивнул и аккуратно взял сопящих детей на руки, направившись в сторону выхода и переступая длинными, как у цапли, ногами, чтобы не запнуться о горы кладбищенского хлама в темноте. Он завозился, пристраивая детей, где посуше, проверяя их дыхание и пульс. И маленькая Элис, и казавшийся совсем крошечным Питер дышали ровно и размеренно, и сердечки их стучали, будто они спали у себя в кроватях. Сэм вновь шагнул в темный провал склепа, оглянувшись напоследок на детей. Стоило ему оказаться внутри, как впереди свистнул нож, и Сэм, перекатившись, сбил брата с ног. Дин охнул и напряженно выругался. — Твою мать, поаккуратней, Сэмми! — Нож... — выдохнул Сэм. Дин сел и как-то совсем непривычно привалился к брату. — Это я ее. Я убил человека, Сэмми. Один-один, — растерянно сказал он и зажмурился. Сэм не мог этого видеть, но Дина он изучил как свои пять пальцев. — И, кажется, я теперь немного понимаю, что ты чувствуешь с видениями. Я... я увидел ту девушку, которые убили наши предки. Это она удерживала ведьму. Подумать только, Сэмми, я чуть не переспал с этой тварью! — Как — удерживала? — глупо спросил Сэм, спиной ощущая, какой Дин горячий. — Не спрашивай. Я как-то ощутил, что наша кровь дала ей силу, и она смогла упеленать вот эту вот. — Нэнси, Дин. Я вспомнил. Ее звали Нэнси. Медсестру. Сэм почувствовал, как Дин то ли пожал, то ли передернул плечами. Называть ведьму по имени для него сейчас было бы слишком. — Да хоть Аркадия-Пэнсифлора. Их изначально было двое, поэтому их и не смогли поймать ни наши предки, ни кто-то еще. А ту девушку они замечательно подставили. Тогда иметь колдовские способности автоматически приравнивало к злым ведьмам. Она занималась с пропавшими детьми и пела им песенку про сурка. Как раз ту, что мерещилась тебе и мне. — Это она тебе рассказала? — глухо спросил Сэм, чувствуя, как жесткие Диновы волосы колют щеку. Дин замялся. — Скорее уж показала и дала возможность ощутить. Ну и суки же были наши с тобой предки, Сэмми! Он помолчал, собираясь с силами, вздохнул и проговорил: — Давай вставать, Сэмми. Сожжем всю эту дрянь. Сэм кивнул, соглашаясь, и зная, что Дин это заметит.

***

Склеп, облитый изнутри бензином, полыхал, и даже прорвавшийся с неба ливень не мог его затушить. Сэм вначале отнес детей в машину, а затем на полпути приобнял Дина за талию. Конечно, из врожденной сентиментальности, и вовсе он не помогал брату добраться до машины. Они промокли насквозь, до самых костей, на ноги налипло неимоверное количество грязи, и Дин что-то бурчал про резиновые сапоги. Сэм едва сдерживал счастливую улыбку — лицо брата уже вовсе не белело алебастровой бледностью, и шел он явно увереннее, чем раньше. От шоссе донеслись чертыхания Бобби и насмешливый голос Элен. — Гляди-ка, Сэмми, мы их сделали, — выдохнул ему на ухо Дин. — Мы нашли склеп, спасли детей и закончили эту историю. — Один-ноль в нашу пользу, — усмехнулся Сэм, отводя с лица налипшие длинные волосы. — Лопата, правда, сгорела. — Какая лопата? — На которую ты опирался, пока мы тащились к склепу, — расчетливо фыркнул Сэм. Дин поддался на провокацию и немедленно взъерепенился. — Ты что, считаешь, что мне нужна паршивая лопата, чтобы ходить?! Уголки губ Сэма приподнялись в улыбке. Как бы там ни было, но кое-что точно останется неизменным, пусть даже земля напорется на небесную ось. Например, Дин, выставляющий иголки, стоит только намекнуть на его — исключительно воображаемую, конечно! — слабость.