Gamble of hearts

      Ярко-фиолетовая газировка в прозрачном стаканчике стремительно убывала, оставляя после себя лишь не успевшие растаять кубики льда. Её принесли всего пару минут назад, сказав, что взяли нелюбимый Ромином виноградный вкус с надеждой подольше насладиться спокойствием, сидя на удобных диванах и обсуждая всё подряд, но это смешно, с учетом того, против кого они решили использовать этот метод.       Чхве презрительно на них зыркнул, усмехнувшись, а затем отвернулся от друзей, чтобы цена своих ближайших страданий была прямо перед глазами, и обхватил трубочку губами.       И вот, несколько больших глотков, последовавший за ними противный звук всасываемого воздуха, который парень нарочно продлил дольше необходимого - и стакан с пафосным хлопком возвращается на стол.       — Условие выполнено - идём играть! — воодушевлённо произносит Ромин, поднимаясь с дивана. Он почти уверен, что вся его небольшая компания самых близких друзей, состоящая из трёх человек, с ненавистью покосилась на него. Впрочем, ему плевать, потому что впереди ждёт интереснейший баттл в аэрохоккей - единственный развлекательный автомат в кафе, который Чхве заприметил, оповестив приятелей о своём намерении его опробовать.       — Ох, Ёнмин, ты кого хочешь своим упрямством достанешь, — самый старший из них - длинноволосый блондин Бён Ёнсоб - устало потёр переносицу, всё же вставая с нагретого места и хватая пустые подносы, чтобы отнести их в утиль.       — Но я ещё не доел свой маффин! — следя за удаляющимся десертом пожаловался Вонджун.       — Я видел, с каким ужасом ты на него смотрел, так что не ной, — погодка Вонджуна – Вонхёк – аккуратно встал вслед за Ромином. Его выцветшие фиолетовые волосы взметнулись за тонкими пальцами, поправившими их. — Нужно решить, кто будет первым, — обратился он к Чхве, но ответа не получил до тех пор, пока они не добрались до игрового автомата, ибо каштановолосый не был намерен терять свободное место из-за "чьих-то медлительных задниц!".       Хёк собирался отпустить едкий комментарий на тему того, кому в этом мире вообще может так остро понадобиться данная игра, как краем глаза увидел группу людей, остановившуюся неподалёку. А ещё услышал разочарованный вздох, донёсшийся из её эпицентра, что заставило его изумлённо перевести взгляд на друга. "Ты что, ясновидец?" - безмолвно спросил он, на что Ромин сделал выражение лица, одновременно отвечающее "Нет, просто здравомыслящий" и осуждающее его, после чего нетерпеливо помахал рукой подходящим Бёну и Ли.       — Как мы решим, кто будет первым? — наконец сказал он, — Зачем ломать голову, если существует проверенный временем способ? — а затем выставил перед собой кулак, который теперь, по правилам простой игры, являлся камнем.

***

      — Злосчастные ножницы! Два раза подряд!       Как вы поняли, Ромин проиграл.       Зная друзей как облупленных, предвидя все их ходы заранее, он всё равно показал проигрышный вариант, тем самым оказываясь в конце очереди на игру. На его горячих от досады щеках можно было смело жарить яичницу. Особенно после того, как Ли отодвинул его с дороги, чтобы занять позицию напротив Вонхёка.       Ёнмину оставалось лишь скрестить руки на груди, насупившись, и приготовиться к наблюдению.       Оно его быстро успокоило. Скольжение чёрной шайбы по полю завораживало, а крики младших вернули былой настрой. Их игра, однако ж, не была серьёзной: шайба умудрялась вылетать за борт, врезаясь в неготового к этому Ёнсоба, а баллы накапливались каким-то невероятным образом. Ромин честно не знает, как можно получать наслаждение от подобного беспорядка, но, по крайней мере, наблюдать за этим было весело.       Да, вы не ослышались. Было. Пока откуда-то сзади не донеслось вызывающее:       — И это всё, на что они способны?       Ёнмин обернулся, обнаружив ту самую группу людей, которую он опередил благодаря своим быстрым ногам и удаче. Они стояли немного сбоку, так, чтобы не мешать, но иметь обзор на происходящее. Четверо парней, близкие к ним по возрасту и выглядящие так, словно вылезли из американского фильма про трудных подростков. Однако Чхве не стал делать поспешных выводов. Потому что его компания, по сути, выглядела также.       Ромин просканировал каждого взглядом, но так и не смог определить владельца мелодичного насмешливого голоса. Зато нашёл то, что повысило уровень его смелости и окончательно отмело мысли о том, что данная компания может быть опасной. Там стоял парень, учащийся с ним в одной школе, но классом ниже – О Йеджун. Его пшеничного цвета волосы опускались мягкими завитками, удлиняясь ближе к затылку, а на переносице сидели очки броулайнеры в золотой оправе.       Кажется, он был единственным выделяющимся звеном в этом неформальном обществе, потому что был одет слишком прилежно, да и вёл себя так же. Однако именно этим он туда и вписывался, ведь, если приглядеться, никто из них не был похож на другого – будь то стиль одежды или даже выражение, с которым они смотрели на игру.       "Ладно, они меня заинтриговали" — подумал Ромин, разворачиваясь в их сторону полностью и вскидывая подбородок.       — По крайней мере, мы хоть на что-то способны, — бросил он достаточно громко, чтобы незнакомцы услышали. Рядом стоящий Ёнсоб тут же закатил глаза, качая головой. Старший всегда был против поведения, которое может привести к неприятным последствиям, и ему даже удавалось держать Вонхёка с Вонджуном в узде, однако Ромин... С ним приходилось мириться, так как было просто невозможно предугадать, когда этот чертёнок захочет найти проблем на свою пятую точку.       "Однажды меня не будет рядом, а люди не захотят понимать твоих шуток, — сказал он как-то, на что младший тут же оповестил, что никогда не шутит, вызвав тяжелый вздох, наполненный раздражением и волнением одновременно. — Будем считать, что ты меня услышал."       — Какая здравая оценка своих способностей, — из мыслей снова вырывает этот противный голос. Противный потому, что исходит от неизвестного источника, а не потому, что звучит как-то не так. Хотя, в неоправданной нахальности явно что-то не так.       Ромин проклинает себя за отвлечение на воспоминания о нравоучениях Бёна, и вновь фокусирует внимание на группе выскочек, однако успевает уловить лишь недовольное выражение лица Йеджуна и его тихое "Хён!". Значит, это кто-то из старших. Но они все выглядят старше Йеджуна!       — Что ж, раз так, полагаю, вы будете не против сыграть против нас? — решив не тратить время на пустые догадки, Чхве идёт в атаку, делая довольно выгодное для обеих сторон предложение. — Бояться за свою репутацию не придётся, ведь мы слабые противники, а сыграть получится быстрее, нежели в случае, если вы продолжите стоять и комментировать нашу технику.       Парни напротив переглядываются, один за другим пожимая плечами и кивая, и в конце концов вперёд выходит самый низкий из них. На его лице широкая добродушная улыбка, контрастирующая с тёмно-зелёной шевелюрой и правым ухом, полным серебряных серёжек.       — Сыграем, — выносит вердикт он своим неожиданно высоким голосом, и Ромин даже улыбается ему в ответ, мысленно вычёркивая из списка подозреваемых.       — О, отлично! — "просыпается" ранее молчавший Вонхёк — Я считаю, за нас должен выступить лучший игрок, — он подскакивает к темноволосому, слишком весёлый и переполненный энергией для того, кто минуту назад хотел спокойно пить коктейль, сидя за столом. — Ёнмин-и хён, давай, покажи им! — и смотрит, так призывно и радостно, что старший просто не может отказать, хоть его планом изначально и было скрываться до последнего.       Вонхёк – натуральная социальная бабочка, умеющая ладить даже с неодушевлёнными предметами. Новые знакомства и общение это словно вода, в которой он плавает с изяществом русалки и без которой не может существовать. Если бы Ромин записывал каждый раз, как Хёк рассказывает о своём новом знакомом, у него давно бы закончилась бумага, но тем не менее, фиолетоволосый всегда возвращается. Именно к ним, таким разным и немного странным одновременно. И это заставляет чувствовать себя особенным. Ведь если среди всех, кого парень повстречал, до сих пор не появилось кого-то "получше", значит, не такие уж они и безнадёжные.       — Лучший игрок? — тем временем отозвался незнакомец. — У нас тоже такой имеется, — добавил он, оборачиваясь к своим друзьям с ухмылкой, явно к чему-то призывающей.       Вперёд вышел именно тот, кого Ромин ожидал –короткостриженый брюнет с аристократическими чертами лица и бледной, словно у вампира кожей. Он не сказал ни слова, лишь встал напротив, склонил голову в уважительном приветствии и взял в руку биток. Ромин замешкался на секунду, но быстро принял правила, также не тратя время на разговоры и приготавливаясь к первому раунду.

***

      Это было легко. Слишком легко. Настолько, что все семь раундов в сумме заняли около двух минут, после чего Ёнмин одержал безоговорочную победу. Однако вместо того, чтобы радоваться, он с замешательством смотрел на команду противников, абсолютно невозмутимо подбадривающую друга, смеющегося от отчаяния.       — Так вы просто любители поприкалываться? — спросил он, немного разочарованный. Ему хотелось настоящего баттла, беспощадного и напряжённого, и пусть небольшое облегчение чужое отсутствие навыков и принесло, в бо́льшей степени парень остался недоволен.       — Почему? — на этот раз в диалог вступил Йеджун. Его невинный тон казался настолько неестественным, что парень, кажется, сам это понял, быстро возвращая своё спокойствие и продолжая. — Мы сказали, что у нас тоже есть лучший игрок, но не говорили, что это Сынёп-хён.       Ромин не знал, как реагировать на подобное заявление. По факту, сейчас ему мягко намекнули на то, что выставили в противовес худшего, или одного из худших игроков, посчитав, что этого будет достаточно для его уничтожения. Оскорбительно ли это? Безусловно. Но в то же время интересно. Потому что беспощадный баттл, кажется, всё-таки состоится.       — Значит, это ты? — предположил Чхве, с трудом представляя школьника О, в свободное от учёбы время зависающего в аркадах с одноклассниками. Куда органичнее казался образ зубрящего учебники домоседа.       Однако, школьник О не ответил, вместо этого повернувшись к стоящему рядом приятелю и положив руку ему на плечо.       — Значит, это я, — произнёс последний из четвёрки, ещё не удостоенный особым вниманием Ёнмина, и у вышеназванного от удивления раскрылся рот.       Надменный и вызывающий. Его голос идеально совпадал с внешним видом, и теперь Ромин отчётливо это видел. Выбритая бровь, чёрные волосы, собранные в небольшой низкий хвост и отросшая чёлка, выпущенная спереди. Даже кожаные пиджак и перчатка без пальцев дополняли образ подростка, любящего выпускать наружу свою дерзкую натуру.       Что ж, Ромин свою вообще не прячет.       — А я всё думал, кто же из вас тот смельчак, способный лишь стоять в стороне и комментировать происходящее, — Ёнмин изогнул бровь, упираясь руками в конструкцию автомата и следя за тем, как парень медленно приближается, занимая позицию напротив.       — А ты тот смельчак, который лезет в самое пекло, чтобы доказать всем свои способности, вместо того, чтобы проанализировать противника и победить его стратегически? — брюнет скопировал чужую позу, наслаждаясь тем, как губы Чхве искривляются в саркастической улыбке.       — Ууу, да у нас тут битва титанов намечается! — воскликнул Вонджун, и они с Вонхёком начали издавать нечленораздельные звуки, то ли чтобы поддержать своего друга, то ли чтобы создать атмосферу.       — Говорите так, словно не в аэрохоккей, а на мечах биться собрались, — скептически выдал Йеджун, и рядом с ним орущие ребята стали выглядеть ещё комичнее.       — Даже в крестики-нолики нужно играть серьёзно, — заявил Ромин. — Иначе, в чём смысл?       — Ну, в веселье, как минимум? — протянул О, скрещивая руки на груди.       — Что весёлого в отсутствии азарта? — подключился черноволосый выскочка. — Главное не победа, а участие? Так говорят лузеры, способные победить только благодаря случайным стечениям обстоятельств, — он высокомерно хмыкнул, отлипая от бортов аэрохоккея, чтобы взять биток и положить шайбу на свою сторону.       — Согласен, — одобрительно сказал Ёнмин, наблюдая за действиями противника и тоже выпрямляясь.       — Как скажете, — отмахнулся Йеджун, закатывая глаза. — Просто сыграйте уже.       И никто не стал с ним спорить.       Брюнет включил аппарат, замирая на пару секунд, будто желая найти идеальное положение для первого удара, а затем отодвинул биток и... Мягко толкнул шайбу по диагонали, так, что она стала биться о противоположные стенки.       Ромин несдержанно фыркнул, наблюдая за медленно приближающейся целью и невольно сравнивая её с недавним подходом черноволосого. Кажется, он успел сменить сотню мыслей в своей голове, прежде чем шайба подобралась достаточно близко для удара.       Толчок, сильный и звонкий, направленный прямиком в чужие ворота. Зрители затаили дыхание, ожидая результата первого раунда, как вдруг шайбу снова отбили, и на этот раз она полетела в противоположную сторону со скоростью света.

1:0

      Ёнмин не успел опомниться, как счёт на табло изменился, а пространство наполнили радостные вопли противоположной команды.       — Это было круто! — предатель, а.к.а Вонхёк показал противнику большие пальцы, и тот самодовольно улыбнулся, тем не менее смотря на Ромина. Когда их взгляды встретились, он произнёс:       — Даже после того, как я сказал тебе, что сначала анализирую, а потом играю, ты не сменил свою тактику. Похоже, это будет лёгкая победа.       Ромин хмыкнул, чудом скрывая пожар из самых неприятных чувств, начавшийся у него внутри.       — Что ж, я потешил твоё эго, — процедил он сквозь зубы, наклоняясь, чтобы достать шайбу и вернуть её на поле. — Теперь можно сыграть по-настоящему.

***

5:5

      — На самом деле, мы тоже любим такое времяпрепровождение, — Ёнсоб, до этого молча наблюдавший за разворачивающимся сражением, которое с каждым раундом становилось всё напряжённее, отошёл назад, вставая рядом с низким зеленоволосым парнем, так как разглядел в нём местного лидера. — Просто не так сильно, как Ромин, — Бён кивнул в сторону своего друга и добавил. — Он сходит по нему с ума.       — Та же история, — рассмеялся в ответ собеседник. — Бэкгёль абсолютно не умеет проигрывать.       — Вы что, обсуждаете нас, будто мы не слышим? — возмущение черноволосого было неожиданным. По крайней мере для Бёна, который думал, что этим двум сейчас совершенно не до мира, существующего за пределами игрового автомата. — Так ещё и врёте! Хён, не стыдно?       Парень всего на секунду подарил старшему укоризненный взгляд, получая в ответ легкомысленный кивок, отсутствие хоть какого-то сожаления и... проигрыш. Ромин воспользовался ситуацией и беспрепятственно забил очередной гол.

5:6

      — Эй! Я же не смотрел, это было нечестно! — взъелся парень, возвращая внимание сладостно улыбающемуся противнику.       — Умей проигрывать, Бэкгёль~ — использовал только что полученную информацию Ромин, произнеся чужое имя так медленно и чётко, будто смаковал. Ну или же пытался максимально задеть.       У него получилось.       — Я умею проигрывать только достойным противникам, — как получилось и игнорировать едкое чувство, последовавшее за этим точечным уколом.       — Ну и встреча, — обречённо выдал Ёнсоб, задерживая взгляд на чересчур ликующем Чхве. — Боюсь представить, что нам делать, когда кто-то из них победит.       — На это у меня всегда есть два решения, — с готовностью отозвался зеленоволосый, выставляя перед собой палец. — Первое – не дать им убить друг друга.

6:6

      — Эй! Я праздновал победу, ты не мог просто взять и начать следующий раунд!       — Не просто мог, а сделал это~       — Ну всё, держись!       — Второе – предложить реванш.       — Реванш? — повторил с сомнением Бён. — Это, безусловно, хороший вариант, но я бы не хотел торчать тут ещё час. Да и разве шанс на драку из-за этого не увеличится?       — Необязательно снова использовать аэрохоккей, — на чужом лице расцвела широкая улыбка, когда Ёнсоб озадаченно нахмурил брови. Наконец, парень повернулся к нему и протянул свою руку. — Меня зовут Чхве Ин. Какие у вас планы на, скажем, следующую субботу?

***

7:6

      Выходя сегодня из дома, Бэкгёль не предполагал, что окажется в подобной ситуации. Свои друзья сочувственно мычат, чужие – ещё пару минут назад абсолютно незнакомые, но сейчас кажущиеся довольно весёлыми – радостно орут, а напротив стоит гадёныш, вместо того, чтобы праздновать, наблюдающий за его реакцией на проигрыш.       — В следующий раз тренируйся лучше, — произносит Ромин, и Бэкгёль машинально изгибает бровь, с готовностью перерабатывая горечь поражения в новую колкость.       — Следующий раз? О, тебе так понравилось со мной играть? — его глаза скользят по каштановым волосам, в которых слишком явно выделялась одна осветлённая прядь, и по лицу, которое всё ещё выглядело невозмутимым, вызывая этим лишь большее раздражение.       — Ну знаешь, всегда приятно поставить кого-то на место, — Чхве пафосно отставляет свой биток, освобождая руки для Вонхёка, желающего подарить ему свои объятия.       — Вот оно как, — Бэк огибает игровой автомат, оказываясь в толпе знакомых и не очень людей, — Тогда нам действительно следует сыграть ещё, чтобы и я мог прочувствовать это.       Вонхёк отлипает от старшего, разворачиваясь и теперь направляясь к нему. Предчувствуя неладное, Гёль делает шаг назад, как раз в момент, когда чужие руки раскрываются, и Хёк, заметив это, сразу сдаётся.       — Ладно, понимаю, мы пока не настолько близки, — оптимистично выдаёт парень, отступая, и, задумавшись на мгновение, указывает на них с Ромином. — В конце хорошего матча соперники всегда проявляют друг к другу уважение. Вы должны пожать руки!       Названные переглядываются, ощутимо сомневаясь, но в конце концов Чхве сдвигается с места, повторяя маршрут Вонхёка. Оказавшись достаточно близко, Ромин понимает – их рост почти идентичен, что делает зрительный контакт более удобным и взрывоопасным.       — Отвечая на твою реплику – не думаю, что тебе это когда-либо удастся, — он протягивает ладонь и ухмыляется.       — На твоём месте я бы не зарекался, — отвечает Бэкгёль и их руки соединяются в быстром, но крепком рукопожатии.       — А проверить это мы сможем уже в следующую субботу! — неожиданно хлопает в ладони Чхве Ин. — Все остальные согласны, осталось лишь ваше мнение, ребята.       — Согласны на что? — Ромин вопросительно оглядывает парней.       — Пейнтбол, — слова Бёна звучат словно приговор. — Мы там уже были один раз, помнишь?       Ёнмин помнит. Сложно забыть болезненные удары шариков с краской о твоё тело и неуверенность, с которым он использовал оружие. Воспоминания проносятся перед глазами, и кажется отражаются на лице, потому что в следующую секунду раздаётся насмешливый голос Бэкгёля.       — Что, испугался? — он и сам был бы не прочь узнать, когда его друзья решили, что эти недо-хулиганы подходят им, но сомнения Ромина и удачная возможность бросить в него очередную издёвку оказались важнее. Тем более, тот выглядит лёгким на подъём, и Бэкгёль намерен использовать любые нажимы, чтобы добиться реванша и растоптать чужую самоуверенность, поднявшуюся слишком высоко.       — Не дождёшься, — попадается на крючок Ромин, и парень еле сдерживает ехидную улыбку. — Я согласен, — добавляет парень, оставляя последнее слово за Бэкгёлем.       — Я, естественно, тоже, — произносит он, и теперь, когда все формальности решены, может выяснить кое-что ещё. — А теперь, ответьте на вопрос... Вы когда успели подружиться?       Но Йеджун, на которого в первую очередь упал взгляд карих глаз, лишь пожимает плечами, облокачиваясь на стоящего рядом Вонджуна.