2. Пейнтбол
18 апреля 2023 г., 21:34
Полдень. Солнце достигло своей высшей точки и теперь ярко-жёлтым диском висело в небе, наказывая каждого, кто решился выйти из дома без очков. Городская суета позади, и пение птиц слышится отчётливо, когда Ромин выходит из машины.
Высокие молодые деревья с пышной листвой, мягкая трава под ногами – всё настолько насыщенно зелёное, что Ёнмин почти путает реальность со сном. Он отходит от транспортного средства, наслаждаясь безмятежностью природы, пока тишину не нарушают хлопки дверей за спиной.
Бён щурится, прикрываясь ладонью, Вонхёк восхищённо вздыхает, опуская очки на нос, а Вонджун потягивается, чтобы размять затёкшие конечности. Их группа хотела приехать пораньше, чтобы хорошенько осмотреться и выпросить у инструктора возможность пострелять из маркеров, но на автобус они опоздали, а таксист, кажется, решил повезти самым длинным путём из всех возможных. В итоге, друзья оказались в назначенном месте вовремя, что должно радовать, но не радует, потому что они этого совершенно не планировали.
— Ничего себе, ровно 12:30 и ни секунды больше, — железная решетка, расположенная в ограде, рядом с которой они стояли, открылась, и О, вышедший из неё, приветственно махнул ладонью. — Вы, ребята, невероятно пунктуальны, — он отошёл назад, жестом приглашая пройти внутрь.
— Ахах, вроде того, — потёр в затылке Вонджун, решая не раскрывать секретов компании.
— Но не обольщайтесь, потому что пунктуальность навряд ли поможет в этой игре, — поспешил добавить выглянувший из-за плеча Йеджуна Сынёп.
Ромин издал нервный смешок, не успевая подстроиться под неожиданный напор новых знакомых. Они их запугивают или хвалят вообще?
— В нашу первую встречу ты казался более добросердечным, — заметил он, вместе с остальными проходя на территорию частного сектора. И это правда. Ромин скорее бы поверил, что фраза принадлежит Бэкгёлю, если бы не записал его голос себе на подкорку и не увидел бы, что парня поблизости нет.
— Но тогда я ведь только молчал, — пожал плечами Сынёп, — В отличие от вас я не спешу выпускать когти на кого попало. Куда разумнее занять место наблюдателя и понять, подходят тебе люди или же с ними не стоит связываться.
— О, вы мне тоже сразу понравились! — Вонхёк зацепился за самую невинную часть монолога, к облегчению Ромина разбавляя этот круг саркастичных флегматиков и энергично пожимая каждому руку.
— Я рад, что ты понял мой посыл правильно, — скорее всего искренне произнёс Сынёп. Теперь Ромину страшно выдвигать какие-либо предположения, потому что с этими ребятами они странным образом не работают. Йеджун учится с ним в одной школе, и вокруг него всегда была настолько прочная аура отличника во всех смыслах, что сейчас, получая очередной жестокий словесный удар, начинает казаться, что Ромин его попросту с кем-то перепутал.
Сынёп – этакий джентльмен на первый взгляд, тоже за словом в карман не лезет. По сравнению с младшим, конечно, он всё ещё довольно уважительный и мирный, но с другой стороны, прошло всего пара минут с момента их встречи, и неизвестно сколько открытий ждёт впереди. Успокаивает лишь то, что хотя бы с одним из них Ромин уверен на сто процентов. Бэкгёль не разрушал, да и вряд ли разрушит выстроенный образ, ведь тот изначально был не самым радужным. А вот что касается Чхве Ина, улыбка с лица которого никогда не исчезает, то ему Ёнмин доверяет, хоть втайне и готовится к какому-нибудь подвоху. Ведь не может же человек быть настолько жизнерадостным, заведомо относясь ко всем хорошо.
С другой стороны, в каждой компании должен быть лучик света, уравновешивающий тяжёлые характеры остальных. Например, в их случае такую должность занимает Вонхёк.
— А вот и они! Всем привет!
Из единственного деревянного строения, выполняющего все необходимые функции и заменяющего все помещения, вышли трое: Чхве Ин, который и выкрикнул приветствие, словно действительно был рад всех видеть; Мужчина средних лет, одетый в форму и скорее всего являющийся инструктором; и Бэкгёль, кивающий на приглушённые фразы вышеназванного, но отвлекающийся на голос старшего и поднимающий голову.
И если бы вы спросили Ромина, он не смог бы описать их зрительный контакт, по очевидным и не очень причинам случившийся сразу после этого. Они просто посмотрели друг на друга, просто поняли, что сделали это одновременно, и просто двинулись дальше.
— Как у вас настрой? Готовы сразу перейти к тренировке? — продолжил Чхве Ин, оказавшись достаточно близко.
— Инн-и хён! — Вонхёк подлетел неожиданно, впрочем, как будто он вообще может делать что-то ожидаемое – этому фрукту особое приглашение ни на что не нужно. — Гёр-и хён! — и если первый парень отреагировал на новое обращение невозражающей улыбкой, то для второго такое нахальство, очевидно, было в новинку. Ёнмин не мог помочь своей издевательской ухмылке.
— Кто-кто?
— Гёр-и хён. А тебя что, никогда так не называли? — Вонхёк удивлённо приподнял брови, и на его лице Ёнмин сразу прочитал все промелькнувшие мысли. Озвучить, впрочем, Хёк решил только последнюю. — Но есть же, как минимум, Йеджун.
Взгляды ребят устремились на О. Тот прищурился, медля, явно перебарывая разные порывы и перебирая ответы: от насмешливых до серьезных.
— Я его так не называю, — в конце концов произнёс он, нехотя добавляя, ведь никто от него отставать не собирался. — Мне непривычно, — и больше никаких подробностей. Ромин сделал вид, что его не съедает любопытство, и отмахнулся.
— Это всё, конечно, интересно, но давайте начнем подготовку. Хочется поскорее вас сокрушить.
***
Недалеко от здания, а если быть точным, то прямо за ним, располагалась тренировочная площадка. Несколько круглых деревянных мишеней на разном расстоянии, и низкий заборчик, обозначающий зону стрельбы. К ней они на данный момент не приступили, так как проходили устный инструктаж по технике безопасности, и сейчас Хаджун – тренер, как раз закончил свою длинную речь. — Все всё запомнили? — поинтересовался он, получая незамедлительный многоголосый ответ. — Отлично, давайте закрепим: когда игрок считается поражённым? — Если пятно краски составляет два сантиметра в диаметре, — произнёс Ёнсоб. — На любой части тела? — Нет. Руки и ноги – до двух попаданий, голова и туловище – мгновенное поражение. — быстро исправился самый прилежный ученик. — Хорошо. Что нужно делать, если вас "убили"? — Поднять оружие над головой и направиться к выходу, — на этот раз опередил друзей Ромин. — Здорово, что ты запомнил именно это правило, — ну конечно, куда же без этого. Ёнмин закатил глаза, отказываясь даже смотреть в сторону Бэкгёля. — Хотя бы будешь знать, что делать через пару минут после начала игры. — Посмотрим, кому из нас эти знания понадобятся раньше, — лишь сказал он, и тренер жестом попросил их замолчать. — Так, вы двое, лучше скажите мне, с какого расстояния стрелять нельзя? — Ближе шести метров. Хён, ты думаешь, мы настолько войдём во вкус? Нет, я за него, конечно, не ручаюсь, но лично приближаться не планирую, — Бэкгёль одарил мужчину взглядом а-ля "Ты за кого меня принимаешь?" и показательно отошёл от Ромина. — А как иначе ты собираешься в меня попасть? — сделал ответный ход Чхве, натягивая мерзкую ухмылочку. А ведь он только начал забывать, какое раздражение вызывает у него брюнет. — О? — Гёль деланно удивился, и Ромин понял, что тот ждал этого момента. Парень подошёл к низкому заборчику и поднял свой маркер. — Ну смотри, — а затем встал в какую-то пафосную позу из боевиков, закрыл один глаз, сделал глубокий вдох, сразу задерживая воздух в лёгких, и... "Возможно, я влип" — подумал Ёнмин, глядя на пятно жёлтой краски, красующееся в центре самой дальней мишени, но произнёс совсем иное: — Какое удачное попадание. Бэкгёль с радостью проверил свою "удачу" на двух оставшихся мишенях. И нет, это не было безупречно. Парню требовалось довольно много времени на подготовку и прицеливание, а также его цели не двигались, что значительно облегчало задачу. Но сам факт того, что подобной "детской" пушкой, обладающей большим разносом, он смог попасть в приблизительные центры деревянных кругов... впечатлял. И если бы это был кто-то другой, Ромин не стал бы скрывать своё восхищение и попросил бы научить его также. Однако горький привкус раздражения на языке, чужое вычурное поведение и некоторая зависть притупили чувства. Ромин не любил признавать кого-то лучше себя. В случае с Бэкгёлем – отказывался. — Боже, выпендрёжник, — Хаджун неодобрительно покачал головой. — Я ещё не разрешал начинать стрельбу. — Извини, хён. Просто понимаешь, оказывается, поставить кого-то на место действительно приятно, — слишком явно наслаждаясь впечатлением, которое произвёл, протянул Бэкгёль. — Не то чтобы я собрался тебя запугивать, — голос Йеджуна разносится прямо под ухом, а сам парень стоит за спиной, говоря достаточно тихо, чтобы никто больше не слышал. — Но он занимается стрельбой с двенадцати лет. Мне жаль, но сегодня ты оказался на его территории. — Я уже однажды победил вашего лучшего игрока, — небрежно сказал Ёнмин, фыркая. — Смогу победить ещё раз. "Я обалдеть как влип"***
Поле боя представляло из себя огороженную сеткой лесную местность. Внутри находились различные деревянные баррикады, имитация заброшенного автомобиля, что-то вроде башни с лестницей, на которую можно было подняться, и многое другое. Строения были распределены таким образом, что большая их часть находилась на разных сторонах, и лишь некоторые стояли посередине, для самых смелых. Поделившись на две команды по четыре человека, чего "Мало для настоящей игры, но я сделаю исключение", ребята отправились в свои части поля. Синим – группе Ромина – досталась сторона с несколькими баррикадами и башней. Немного поразмышляв, Чхве забрался на неё, замечая, что прямо в центре есть дыра в полу, откуда растёт огромное ветвистое дерево. Владельцы пейнтбольного клуба не стали срубать его для своих планов, и эта мысль приятно согрела душу. — Все готовы? — донёсся голос инструктора из рации, которыми снабдили всех игроков. Ромин дождался, когда все откликнуться, и присоединился к ним. — Отлично. Тогда ждите звукового сигнала и можете начинать. Ёнмин невольно затаил дыхание, высовывая дуло маркера из удобной щели в стене. Стекло шлема было чистым, но всё равно создавало помеху обзора, отчего понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы начать различать силуэты вдали. Хаджун выстрелил в воздух из стартового пистолета и почти одновременно несколько чёрных фигур на противоположной стороне промелькнули среди деревьев. Ромин выбрал ту, что была доступнее, и стал следить за ней, выжидая удобный момент для открытия огня. Где-то внизу слышались крики друзей и их громкие передвижения, сопровождаемые шелестом травы и хрустом веток. — Ну, давай же, хватит прятаться, — прошептал парень, прицеливаясь. Маркер лежал в руках неестественно, чужеродно, но намного устойчивее, чем в прошлый раз. Во время тренировки инструктор показал ему базовые техники, и Ромин, в голову которому хлынули воспоминания с первого их пребывания здесь, усвоил урок лучше. Если честно, он думал, что ему вообще не удастся пострелять, так как Бэкгёль будет наблюдать, а перед ним позориться абсолютно не хотелось, но брюнет, к счастью, был занят Йеджуном. И Вонхёком, и всеми младшими, проявившими неожиданное стремление к получению советов именно от него. — Вот так, — Ромин неосознанно высунул кончик языка, сосредотачивая всё внимание на красном игроке, прячущимся за небольшой стенкой и явно собирающимся скоро из-за неё показаться. И, вообще-то, Ёнмин ожидал чужой ошибки, неаккуратного манёвра, в ходе которого под его траекторию попадёт кусочек руки, спины, головы. Он буквально замер, стал реже дышать, а потом из укрытия просто взяли и выбежали. На полной скорости кто-то маленький и юркий вскочил и побежал в его сторону. Ромин резко дёрнул дулом, не поспевая за целью. Он начал стрелять, чтобы иметь хоть какой-то шанс на попадание, даже если понимал, что таким образом лишь раскрывает своё местоположение. Возможно, именно это осознание, а может, резко проснувшееся шестое чувство заставило его отвести взгляд от движущегося игрока и метнуть его в сторону деревьев. Другая тёмная фигура уже стояла там, направив своё оружие прямо на него. Чхве никогда ещё так быстро не двигался, как сейчас, отскакивая вбок и упираясь спиной в стену. Он мог бы попробовать опередить врага и выстрелить первым, но почему-то рисковать не стал. Наверное потому, что поза этого врага уж больно кого-то напоминала. Впрочем, Ромин совершил невероятно правильный поступок, ведь залп из жёлтых шариков прилетел в башню через мгновение, и один из них проскочил в щель, разбиваясь о ствол находящегося внутри дерева. А ведь там могла быть его голова... — Какого чёрта, — выдохнул Ёнмин, хватаясь за быстро бьющееся сердце. Ему не было страшно, но некоторая доза адреналина определённо брызнула в кровь, превращая простую игру в какое-то испытание. Парень нажал на кнопку рации на своём плече и произнёс: — Ребята, наши противники проходили подготовку в спецназе. — Я бьюсь с кем-то уже пару минут, — раздался следом голос Вонджуна. — Кажется, мы попали друг другу в руки. Это реально сложнее, чем в прошлый раз, но думаю, всё не так страшно. — Не так страшно? Я сижу за какой-то машиной и не могу даже выглянуть! — отозвался Вонхёк. — Выстрелы повсюду. Это пипец как страшно! — Но они же тебя не убьют, — проговорил запыхавшийся Бён. — Знаю. Я просто не хочу выбывать первым! Возможно, Ромин принял это как вызов. Нет, на самом деле парень перестал слушать переговоры соратников, вспомнив о том, что его местонахождение известно как минимум двоим. Он выдохнул и отключил ту часть сознания, которая отвечает за сомнения, чтобы начать действовать решительнее. Спрыгнув с половины лестницы, Чхве осмотрелся и шмыгнул за ближайшее дерево, теперь передвигаясь только так – от ствола к стволу, используя пару секунд на изучение местности. К удивлению, ни того коротышки – скорее всего Чхве Ина – ни снайпера поблизости не оказалось. Ромин решил, что их целью не было загонять в угол по одному. Но тогда что они планируют? Просто пробить себе дорогу к синим? — Советую всем поменять свои позиции, — кратко сказал Ёнмин, отпуская рацию и разворачиваясь, чтобы с приличного расстояния, на которое отошёл, оценить состояние своей базы. Как раз в этот момент в левую руку, где-то на уровне локтя, врезалось небольшое, но причиняющее реальную боль нечто. Скорее рефлекторно нежели осознанно парень определил, откуда стреляли, и сумел быстро прикрыть себя. Он прильнул к дереву всем телом, осторожно выглядывая и почти сразу замечая противника с красной повязкой на форме. Тот словно и не пытался слиться с окрестностями как в прошлый раз, лишь стоял, направив маркер на Ромина и наверняка ухмыляясь. Да, это снова был он – неудавшийся снайпер Бэкгёль. Несмотря на то, что у всех игроков была одинаковая камуфляжная форма и чёрные шлемы, парень умудрялся выделяться. Своей аурой, наверное. — Я специально не стал преследовать, — немного приглушённо из-за расстояния, но достаточно отчётливо проговорил противник. — Чтобы это не выглядело так, будто я нацелен именно на тебя. Однако ты сам меня нашёл. Неужели так хочется поскорее проиграть, Ромин-а? — "Потерялся в трёх соснах" и "не стал преследовать" имеют немного разное значение, — выкрикнул в ответ Чхве. — И если решил меня выбить, то почему я всё ещё здесь? Промахнулся, даже когда я стоял спиной и не двигался? Ну да, это всё-таки не огромные круглые мишени. — Ха-ха-ха, — настолько фальшиво, насколько возможно, рассмеялся Бэкгёль. — В отличие от тебя я просто не стремлюсь победить нечестно. Тем более, если могу сделать это лицом к лицу. Ромин на колкость никак не отреагировал. Ему это и не нужно было, ведь в чужом голосе сквозило недовольство, пусть Бэк и старался вести себя непоколебимо, а значит, задуманное удалось. "Надо же, уверенность в деле, которым занимается с детства, всё равно ему не помогла." — Ёнмин почувствовал себя злодеем из-за подобных мыслей, но "харизматичным злодеем", потому что они круче и всем нравятся. Однако, совсем подонком Чхве не был и быть не хотел, поэтому снисходительно выдал Бэкгёлю такую же роль. — Ну и чего ты там стоишь? — раздался нетерпеливый голос. — Боишься меня? Понимаю. Но я же сказал лицом к лицу, а значит стрелять не буду, пока ты не выйдешь и не будешь готов. До витающего в облаках Ромина начало доходить, что ему предложили дуэль. Он снова промолчал, выходя из укрытия и поднимая оружие, лежащее в руках ещё более чужеродно, чем прежде. Бэкгёль слово сдержал, просто стоя и смотря на противника, а вот Чхве никому ничего не обещал, что обеспечивало ему возможность одержать лёгкую победу, но в жульничестве ничего интересного нет, так что парень передумал. Красный игрок поднял правую руку, показав три пальца, и начал обратный отсчёт. Ромин прицелился, но частое дыхание мешало, а остановить его парень почему-то не мог. Охватило внезапное волнение, состоящее сразу из нескольких факторов: подготовки к боли, когда в него врежется – а Ёнмин, несмотря на издёвки, прекрасно понимал, что в него попадут – жёлтый шарик; желание не оплошать и не выстрелить слишком уж мимо; ну и расслабленный вид Бэкгёля, буквально говорящий "Я тебя за соперника не считаю". Что ж, интриги в результате действительно никакой нет, так что давайте остановимся на деталях. Ёнмин спустил курок в самый неподходящий на свой взгляд момент, но удача улыбнулась ему, и он попал в чужую ногу, однако ж, не успев порадоваться этому, ведь ответная "пуля" поразила середину живота. — Отличное сражение, хоть и не скажу, что мне было трудно, — весело произнёс Бэкгёль. — Не ожидал, что сможешь попасть. Молодец, — и как только хвальба может звучать настолько уничижительно? — А теперь твой звёздный час! Пора исполнить правило, которые ты так хорошо запомнил. — Вау, — Ромин тяжело выдохнул и, кажется, из его ушей готов был повалить невидимый пар. — Не представляешь, как хочется пустить ещё один залп в твою сторону, — но что-то подсказывало – представлял, оттого и звучал так ликующе. Парень медленно вознёс маркер над головой, попытавшись напоследок открыть у себя телепатические способности и испепелить человека взглядом, после чего собирался уже развернуться в сторону выхода с поля боя, как вдруг... Вонхёк появился неожиданно. Вернее, Чхве и подумать не мог, что тот до сих пор сидит за машиной, которая, оказывается, всё это время стояла неподалёку от Бэкгёля, скрываясь среди деревьев. Бэк на посторонний шум среагировал быстро, оборачиваясь в поисках источника, но недостаточно, чтобы опередить летящий в него шарик. Их было несколько, по правде говоря, но именно первый стал решающим, врезаясь в бок противника. Ромин шокировано застыл, глядя на разворачивающуюся сцену, вполне подходящую для какого-нибудь фильма, а затем его пробрало на злорадный смех. Недолгий смех, кончившийся тогда, когда пришло полное осознание увиденного. Гёль, в отличие от Ёнмина, согнулся на мгновение, хватаясь за поражённый участок тела, и тогда глазомер парня уловил, что между противником и машиной, возможно, нет шести метров. Какое-то неприятное чувство вины родилось внутри. Ему не хотелось жалеть Бэкгёля, и он не жалел, но сама ситуация вышла не очень красивой, неважно, кто в ней участвовал. — Ой, Гёр-и хён, прости, больно? — спохватился Вонхёк, будто только что не вылез из укрытия, чтобы хладнокровно нажать на курок. — Если и больно, то только от предательства ученика, — драматично отозвался брюнет, жестом останавливая Хёка, который почти сорвался к нему, и поднимая маркер вверх. Теперь он выглядел, будто в полном порядке. — Только в следующий раз, пожалуйста, отходи подальше. А ты, смотри не описайся от счастья, — обратился он к Ромину, и на лицо последнего сама собой вернулась ехидная улыбка.***
— Итак, первые выбывшие! — громко прокомментировал Хаджун, хлопая проходящих мимо ребят по плечам. — Тут у нас Ромин и... Бэкгёль? Ух ты, видимо ваши сегодняшние соперники довольно сильные. — Возможно, — Бэкгёль стянул с себя шлем и сел на скамью, которая удобно располагалась возле сетки, огораживающей территорию и позволяла наблюдать за игрой. — Какой-то ты слишком спокойный, — недоверчиво покосился в его сторону тренер, однако быстро вернул взор на поле, чтобы контролировать происходящее издалека. — Главное не победа, а участие, — невозмутимо сказал парень, наблюдая за садящимся рядом Ёнмином, у которого от услышанного непроизвольно вырвался смешок. — Так вот ты значит какой? — осуждающе протянул Чхве. — Классный? Согласен. По словам отца – весь в мать, — самовлюблённо отозвался Бэкгёль. — Лицемерный, — исправил Ромин, следом цепляясь за формулировку — По словам отца? То есть ты сам не считаешь её классной? — Бэкгёль пожал плечами. — Что ж, буду рад передать ей эту информацию. — А тебе уже не терпится познакомится с моими родителями? — лукаво произнёс брюнет. — Прости, но меня такие перспективы не интересуют. — О нет, как же я расстроен, — Ёнмин закатил глаза, отворачиваясь от собеседника. Теперь они вдвоём смотрели на поле, и Ромин надеялся, что не только он просто делает вид, будто что-то видит. Какое-то время тишину разбавляли звуки выстрелов и чьи-то крики, после чего Чхве вздохнул, нехотя признавая: — У нас ничья. Один-один. — Да. Но ещё есть возможность это исправить, — Бэкгёль запнулся, прищурившись. — Или ты из тех, кто согласен на "победу дружбы"? — Во-первых, дружба у нас априори не может победить. Во-вторых, за дурака меня не держи и давай уже говори своё предложение. — Отлично, — Бэк одобрительно качнул головой. — Мы можем сделать ставки. — На того, кто победит? — Или того, кто выбудет следующим. — О, скорее всего это будет кто-то из моих, — печально произнёс Ромин. — Хотя, красные остались без тебя, а значит у них тоже немного шансов. — Неправильно мыслишь, — заступился за друзей Бэкгёль, гордо расправляя плечи. — Они в моей команде, а значит, сделают всё красиво. — Гёр-а, ты что, уже выбыл? — неожиданно вовремя из рации брюнета донёсся голос Сынёпа. — Да, хён, — быстро отозвался парень. — Вот блин, а я пропустил этот момент и совсем патроны не берёг... Ромин вопросительно посмотрел на Бэкгёля и улыбнулся. — Сделают всё красиво, говоришь? — Подожди, — выставил перед собеседником палец Бэк и выжидающе посмотрел на рацию. Молчание длилось всего минуту, но такое чувство, что вечность. — Сынёп, иди в нападение, а я займу твою позицию и буду прикрывать, у меня ещё половина осталась, — вступил в разговор Чхве Ин, и Ромин к своему сожалению понял, что всё это время члены противоположной команды рассчитывали свои патроны, чтобы решить возникшую дилемму. — Не расстраивайся, — усмехнулся Гёль, незаметно выдыхая задержанный в лёгких кислород. — Возможно, когда-нибудь, если ты хорошо попросишь, я дам тебе пару уроков. Это было странно и опрометчиво. Ромин посмотрел на него, и их взгляды пересеклись. — Никогда, — заявил парень, даже не зная, какой смысл вкладывает в слова. Может, он съязвил, как обычно, а может, напомнил Бэкгёлю о том, что они встретились в последний раз. Впрочем, оказалось, что ему об этом напоминать не надо. — Естественно, мы ведь больше не увидимся. Я просто пошутил, — легкомысленно отозвался брюнет, и за этим наверняка последовала бы неловкая тишина, в ходе которой Ёнмин задавался бы вопросом, почему так быстро и спокойно решил, что новый знакомый планирует быть знакомым и дальше, а Бэкгёль начал сомневаться в том, что действительно пошутил. Их спасло неожиданное появление, неизвестно какое по счёту, но очевидно самое удачное. — Не увидимся?! — Вонхёк стоял у выхода с поля боя, весь покрытый жёлтыми пятнами и до невозможности возмущённый, но, кажется, не фактом своего проигрыша. — Я на такое не соглашался! И два парня вспомнили, что у каждого из них есть по три друга, чьего мнения они не учли, и которое может поразительно отличаться от их собственного. А ещё, кажется, они совсем забыли сделать ставки...
