Пески времени

И вот я снова здесь. Нет, не так. Я все еще здесь. Сижу над своей писаниной и пытаюсь разобраться в погрешностях представленного ритуала. Сижу, ни черта не понимаю и злюсь. Редко бывало так, чтобы я чего-то не понимала. Но это заставляет меня браться за дело с бо́льшим остервенением, как когда-то в Хогвартсе. Принцип и проведение сего ритуала мне ясны. Но так как этот ритуал никогда не был использован на практике, я хочу увериться в его безопасности хотя бы на семьдесят процентов. Так ни к чему и не придя, я с раздражением отшвыриваю тетрадь. В библиотеку заходит Гарри. Что-то он зачастил. Второй раз за две недели. - Привет, - здоровается он и садится на соседнее кресло. - Что это? Гарри взял мою тетрадь. Я ему не мешаю. Раз уж я ничего не поняла, то он точно ни в чем не разберется. - Интересно, - неторопливо перелистывая страницы, говорит он. Останавливается где-то ближе к концу. - «Часы есть абстрагированный, утрированный символ времени, созданный людьми. В чашу кладутся так называемые первочасы…» Что это, Гермиона? О, тут еще и примечание есть… Так понимаю, твое: «Первочасы – есть первопредмет. Существует несколько определений первопредмета. Согласно наиболее распространенному, первопредмет – это тот предмет, который был самым первым. В магическом мире первопредмет – несотворенный артефакт, возникший некогда сам собой по неясной причине*». Гарри удивленно замолчал. Посмотрел на меня. Пробежал глазами по записям. - Гермиона, - требовательно позвал он. - Что это такое? Какие к черту ритуалы? Первопредметы, первочасы… Что ты задумала? - Ничего, - бурчу я. - Просто решила перевести одну довольно интересную книжку, - Я помахала у него перед носом трудами Хроноса. - Дай-ка посмотреть… Оmnia fert aetas… Что за чертовщина? - Это не чертовщина, это латынь, - обиделась я. - И как это переводится? - «Время уносит все». - И о чем она? – подозрительно глядя на меня, спрашивает он. - О времени, - неопределенно отвечаю я. Гарри откидывается на спинку кресла. Сощурившись, смотрит на меня. Я прямо слышу как у него в голове со скрежетом крутятся шестеренки. Гарри напряженно думал. - Ритуал, время, первочасы… - бормочет он. - Гермиона! Только не говори мне, что ты собралась изменить ход истории! - Ничего я не собиралась, – недовольная тем, что меня так быстро раскусили, говорю я. - Гермиона, - угрожающе говорит он. - Гарри, - в тон ему отвечаю я. - Ты же сама говорила, что нельзя делать этого! Нельзя менять ход времени! Помнишь, на третьем курсе, когда мы спасали Клювокрыла и Сириуса! – Гарри, не в силах сдержать эмоции, соскочил с кресла и расхаживал туда-сюда, заложив руки за спину. - Ох, Гарри… Не заставляй меня сейчас тебе все объяснять… - Я вынужден настаивать. Я вздыхаю и прикрываю глаза, готовясь к долгим и нудным объяснениям. - Пожалуй, начну с того, что время очень тонкая материя. Хронос в своих трудах, которыми ты сейчас столь неуважительно размахивал, сравнивает время с зыбучими песками. То есть, если ты решишься влезть в течение времени, тебя затянет в него, как в водоворот. Гарри непонимающе уставился на меня. - Это как небольшая, но бурная горная река, - беспомощно привожу пример я. - Если постараться, можно повернуть ее в другое, более выгодное для себя русло. Лицо Гарри светлеет. - То есть ты хочешь… гм… нырнуть в эту реку и повернуть ее так, как тебе бы этого хотелось? - Да. - Но ты же говорила, что нельзя менять ход истории? А если ты случайно создашь временной парадокс? - Хронос рассматривает эту теорию с разных сторон. Например, гипотеза повреждения временной последовательности. Она предполагает, что любые действия путешественника во времени сильнейшим образом влияют на будущее и вызывают так называемый «эффект бабочки», то есть даже незначительное изменение прошлого ведет к полному изменению всей истории в будущем. Существует так же гипотеза о множественности вселенных, суть которой заключается в том, что существует бесконечное количество вселенных, по одной на каждую возможность выбора. Гарри недоуменно трясет головой. - Ты понимаешь, в чем вообще заключается временной парадокс? – недовольно спрашиваю я. Он виновато на меня смотрит. - Временной парадокс — парадоксальная ситуация, возникающая в результате путешествия во времени в обратную сторону, когда в результате каких-то действий в прошлом подобное путешествие не может быть предпринято. Типичным примером является дедушкин парадокс, когда герой, путешествуя в прошлое, убивает своего деда до того, как тот успевает зачать его отца. Это является парадоксом, потому что, убивая дедушку, герой предотвращает собственное рождение и, таким образом, предотвращает путешествие во времени, предотвращающее его рождение. Теперь ты понимаешь? Гарри кивает. - Но я все равно не могу понять, почему теории твоего… этого… Хроноса исключают парадоксы. - Гарри, - мягко говорю я. - Не пытайся разобраться в этом. Я сама не до конца все понимаю. Но чисто теоретически, если временной парадокс все-таки случится, то это будет парадокс близнецов. Что в принципе невозможно в моем случае. - А что за парадокс близнецов? - Парадокс близнецов — мысленный эксперимент, при помощи которого пытаются «доказать» противоречивость специальной теории относительности. Согласно специальной теории относительности, с точки зрения «неподвижных» наблюдателей, все процессы у двигающихся объектов замедляются. С другой стороны, принцип относительности декларирует равноправие инерциальных систем отсчёта. На основании этого строится рассуждение, приводящее к кажущемуся противоречию. - Ладно-ладно, хватит, - замахал руками Гарри. - Я все равно ничего не пойму. Лучше скажи, есть ли какой-нибудь риск в этом самом путешествии? - Об этом я не могу ничего сказать. - Почему? – удивляется Гарри. Похоже, его озадачил тот факт, что я чего-то не знаю. - Потому что ритуал, которым я собираюсь воспользоваться, действенен только в теории. На практике его никто не проверял. Гарри хмурится. - Не проверял? То есть ты собираешься стать первой? Я не позволю тебе. - Гарри, я уверена, что все будет хорошо. - Гермиона, нет. Это слишком опасно. - Гарри, - начинаю сердиться я. - Это мое решение! Я не собираюсь спрашивать у тебя разрешения! - Гермиона, - тихо говорит он. - Я не хочу терять еще и тебя. Я замолкаю. - Гарри, - спокойно говорю я. - Ты понимаешь, что если я выполню задуманное, то ты не будешь меня помнить. То есть будешь, но не меня сегодняшнюю. - Поясни, - попросил он. - Что же, - задумчиво говорю я. - Наверное, пришло время раскрыть все свои карты. Я собираюсь вернуться в 1927 год, в то время, когда маленький Том Реддл попал в приют. - Но зачем тебе это? - потрясенно выдыхает Гарри. - Я хочу взять над ним опеку. Гарри молчит, только ошеломленно таращится на меня. - Этого убийцу? – цедит он сквозь зубы. - Тогда он еще не был убийцей. Тогда он был просто мальчиком-сиротой. Ты как никто должен понимать это. Гарри ничего не говорит. Лишь неодобрительно на меня смотрит. - Понимаешь, - возбужденно начинаю я. - Если у маленького Тома будет хоть кто-то, кто будет его любить и заботиться о нем, он не вырастет таким! Уже не будет Волан-де-Морта, будет обычный мальчик Том. - И ты будешь способна полюбить его? – недоверчиво спрашивает Гарри. - Да, - с уверенностью отвечаю я. Повисает неуютная пауза. - Гарри, - пускаю я в ход свой последний козырь. - У тебя будут родители. И крестный. - Но тогда у меня не будет тебя. - Кто тебе сказал? – весело осведомляюсь я. - Мы точно так же познакомимся в Хогвартсе, только с той разницей, что нам не нужно будет спасать философский камень. Тебе не нужно будет сражаться с василиском. Нам не нужно будет спасать Сириуса от поцелуя дементора и Клювокрыла от казни. Тебе не придется участвовать в Турнире трех волшебников. Ты не будешь мучиться кошмарами и ты не потеряешь Сириуса в Отделе тайн в Министерстве. Ничего этого не будет, Гарри! У тебя будет обычная жизнь простого мальчишки!.. Неужели ты этого не хочешь? - Хочу, - после минутного замешательства признает Гарри. - Но я не хочу рисковать тобой. - Никакого риска нет, Гарри, - самозабвенно вру я. - Я все рассчитала. Вот, смотри. Я сую ему по нос исчирканный пергамент с какой-то лабудой. Все равно он ничего не поймет. Гарри обреченно вздыхает и отодвигает от себя мою писанину. Поднимается с кресла. - Дело твое. Но знай. Я все равно категорически против. Он бросает на стол труды Хроноса и выходит за дверь, ни разу не оглянувшись. Я вздыхаю. Что же. Пора готовиться к проведению ритуала. Зачем откладывать? На это и так уйдет немало времени. Одно зелье чего стоит! Варится аж полмесяца. Еще нужно думать, где достать первочасы. А вот это проблема. Если даже ингредиенты для зелья худо-бедно, но достать можно, то с первопредметом все гораздо сложнее. Как известно, первые солнечные часы были привезены в Рим консулом Валерием Массала из Сицилии в 263 году до нашей эры. Вряд ли у кого-то завалялась столь древняя безделушка. А даже если и завалялась, то никаких денег не хватит, чтобы ее выкупить. А что если все гораздо проще? Я же сама только что говорила Гарри, что часы есть абстрагированный, утрированный символ времени, созданный людьми. Это наводит меня на мысль. Необязательно использовать именно первочасы для ритуала. Сгодятся любые. В данном ритуале они служат символом, обобщением всего понятия «время»! Оказалось, все настолько просто, что мне захотелось треснуть себя по голове за недогадливость. А ведь если бы не любопытство Гарри, я бы еще долго думала. Так же нужна чаша для жертвоприношений. Ну, с этим совсем просто. Я видела ее в одной из комнат этого дома. Главное, чтобы не оказалось, что Джинни ее выбросила, когда убиралась. Стоит пойти поискать эту чашу сейчас, чтобы потом не стало поздно. Я методично обшариваю весь дом, начиная с первого этажа. Вряд ли она на втором, ведь там жилые комнаты. Меня бы не особо вдохновило, если бы в моей спальне стояла бы такая чаша. Хотя, кто знает Вальбургу Блэк… С нее станется. А вот и она. Стоит в кухонном серванте. Жуть. Надеюсь, из нее никто не успел попить. Серебро чаши уже давно почернело, и поэтому было практически не видно рунических и кабалистических символов, шедших по ободку. Разобрав рецепт зелья, я отправила сову в аптеку на Косом переулке и профессору МакГонагалл. Вскоре из аптеки прислали все заказанные мною товары. Заплатив по счетам, я открыла посылку. Вроде все на месте. Правда, пришлось расстаться с довольно таки кругленькой суммой, но это мелочи. Профессор, а теперь уже и директор, МакГонагалл ответила тоже довольно быстро. Я попросила ее посмотреть кое-какие ингредиенты из личных запасов Снейпа, которых нет в аптеке, и она без вопросов их выслала. Осталось наведаться в Лютный переулок за нелегальными товарами. Будет довольно странно увидеть в столь сомнительном месте Героиню Войны, поэтому пришлось воспользоваться остатками Оборотного зелья, что осталось у меня еще с тех пор, как мы скитались по лесам в поисках крестражей. Превратившись в обычного неприметного маггла, я трансгрессировала в Лютный переулок. Сделав покупки в лавке неприятного человека, чем-то похожего на Наземникуса Флетчера, я вернулась на площадь Гриммо. Слава Мерлину, Гарри не было дома, иначе он бы запретил бы мне идти туда. Что ж, можно приступать. *** Готово. Я сделала это! Даже Снейп не смог бы придраться к моему зелью. Правда, оно стоило очень больших трудов, но я справилась. Сначала приходилось обходиться вообще без сна, так как на первых стадиях зелье требовало постоянного контроля. Потом я ставила будильник и просыпалась каждый час, чтобы проверить состояние зелья. Я жутко вымоталась за период его приготовления. Гарри не раз срывался на крик, требуя, чтобы я пустила за котел его, а сама пошла отдыхать. И жутко обижался, что я не доверяю ему и не пускаю к зелью. Извини, Гарри, но твои способности к зельеварению ограничиваются лишь школьным курсом. Сегодня попрощаться со мной пришли только Гарри и Джинни. Рона я не видела уже больше месяца, а больше к нам никто не заходит. Я поставила чашу на стол, даже не потрудившись ее вычистить. Я вообще старалась лишний раз к ней не прикасаться. Положив в нее маленькие старинные карманные часики, я коротким Секо, под шокированный вздох Джинни, полоснула себе по руке. В чашу закапала кровь. Достала из кармана джинсов маленький флакончик с зельем. На последней стадии варево стало стремительно выкипать, и из целого котла получилась маленькая колбочка. - Я не прощаюсь, - отсалютовала я мрачным друзьям. - Еще увидимся! Джинни, всхлипнув, кинулась мне на шею. Погладив ее по вздрагивающим плечам, я аккуратно отстранилась. Следом меня обнял Гарри. - Надеюсь, все пройдет гладко, - хмуро заявил он. - Но почему ты так одета? Джинсы и майка вряд ли были писком моды в двадцатых годах. - Потом разберусь, - махнула рукой я. Вылив зелье из флакона в чашу и мрачно проследив, как оно смешивается с моей кровью, я достала заранее заготовленный листочек с заклинанием и волшебную палочку. Сжав покрепче бисерную сумочку со всем своим имуществом, я подожгла содержимое чаши и прочитала заклятие. Пару секунд ничего не происходило, но потом меня словно потянуло в невидимый водоворот. Да, это даже хуже чем портал или трансгрессия. Последнее, что я увидела, была Джинни, прижавшаяся к Гарри и вытирающая слезы о его рубашку. Потом меня поглотила тьма. _______________________________________________ * - определение первопредмета украдено у Д. Емца.