Пески времени

Автор, наконец-то, сподобился выложить главу. Простите за огромную задержку, больше такого не повторится (надеюсь :D) - Месяц! Целый месяц! – с пеной у рта вопил Сириус. Джеймс согласно кивал. – Мы целый месяц тут сидим! Безвылазно! Драим чертовы комнаты как эльфы-домовики! Я подбоченилась, но ничего не сказала, не желая встревать в разгорающуюся ссору. - Сириус, - примирительно поднял руки Ремус. – Это наша работа. Мы должны сделать хоть что-то полезное для Ордена! - Должны, - подозрительно спокойно согласился Блэк. – Но это не значит, что мы должны вкалывать как проклятые без продыху! Я ВАМ НЕ ЗОЛУШКА! Я не выдержала и тихонько фыркнула. Воображение тотчас нарисовало Блэка в розовом чепце горничной и белом кружевном фартуке. Это смотрелось жутко комично в купе с трехдневной щетиной и волосатыми ногами, торчавшими из-под фартука. Я не выдержала и рассмеялась в голос. Все моментально обернулись ко мне. - Что? – гневно сверкая глазами, спросил Сириус. Чепец не выходил у меня из головы. Я снова расхохоталась. - Н-ничего, - отсмеявшись, выдавила я. – Я тоже за отдых. - Вот уж не думал, что меня поддержишь именно ты, - растянулся в улыбке Блэк. - А что? – пожала плечами я, мысленно сохраняя Сириуса-горничную в глубинах своей памяти. – За этот месяц мы отдраили все, кроме чердака и подвала. Мы имеем право на передышку. Ах, да, - громко вздохнула я, сердито прищурившись. – Еще осталась библиотека. - Не-е-е-ет, - простонали все хором. - А что? – начала заводиться я. – Разве справедливо то, что мы отдраили все, ВСЕ, кроме библиотеки! - Вот именно, - поддержал меня Ремус. – Было верхом наглости запереть от нас… - Хватит, - взмолился Джеймс. – Мы все знаем, что вы с Гермионой чокнутые ботаники! Даже Лили смирилась с тем, что библиотеку заперли на всевозможные заклинания!.. - Что?! – возмущенно воскликнула Лили. - Ничего-ничего, милая, - тут же капитулировал Поттер. - Вернемся к отдыху, - поспешно сказал Стерджис. - Как насчет пляжа? – с горящими глазами предложила Алиса. – Сейчас начало августа, последние жаркие деньки. Когда еще мы успеем искупаться? - Я за, - мигом вклинился Сириус. - И я, - пропыхтел Джеймс, высвобождая руку из ладошек дурачившейся Лили. Поттер покорно делал вид, что маленькие ручки Эванс вполне способны удержать его огромные, натренированные квиддичем и тренировками ОД лапищи. Оба были друг другом более чем довольны. Я умиленно глядела на них, представляя, как Лили, гневно сверкая глазами, с пеной у рта убеждала упрямого мужа-оленя не сажать маленького Гарри на большую метлу, а Джеймс лишь смеется и все равно упорно пытается научить сына полетам. Я вздохнула. Мерлин, я же похожа на старую бабку, мечтающую о внуках! - Тогда марш собираться, - весело велел Сириус. – Через пятнадцать минут в холле! Мы с Лили и Алисой поднялись в комнаты, которые за все время пребывания тут привыкли назвать своими, и достали из глубин шкафов купальные костюмы. Надев их прямо под одежду мы спустились вниз, где уже нетерпеливо переминался с ноги на ногу Стерджис. Вскоре спустились остальные. Мы, подхватив сумки, дружной ватагой вывалились во двор и, добравшись до края антиаппарационного барьера, остановились. - Ребята, - сдавленно, будто всеми силами сдерживая смех, произнес Ремус. – А на какой пляж-то мы пойдем? Все недоуменно переглянулись и прыснули. - Знаю я одно место, - сказал Сириус, подмигнув Джеймсу. Тот понял его без слов и расплылся в широкой, воистину, Мародерской, ухмылкой. Он схватил меня за руку так быстро, что я даже не успела среагировать, и аппарировал. В те краткие мгновения, что нас протискивало сквозь невидимый шланг, я успела разгневаться на себя и на свою ухудшившуюся реакцию. А что, если на месте Сириуса был бы враг? Но вся злость улетучилась, как только я твердо встала на ноги и огляделась. Мы стояли на крутом обрыве, а под нашими ногами блестело зеркальной гладью синее, как небо, озеро. Его окружала роща, и на мгновение я ощутила его сходство с Хогвартским озером. - Где мы? – заворожено прошептала я, но Сириус оставил мой вопрос без ответа. Он тихо подошел сзади, осторожно отвел мои волосы и мягко обнял за талию, прижав меня к себе. Я наслаждалась его близостью, стараясь запомнить ощущение его крепких рук у себя на талии, его широкой груди, к которой я прижималась спиной, его дыхания у меня на затылке. На какое-то время я забыла обо всем на свете. О Волан-де-Морте, о войне, о том кто я такая, и что нас ждет. Сейчас для меня существовали только Сириус и неземная, чарующая красота этого места. Мне показалось, что мы стояли так вечность, но буквально через пару секунд где-то внизу послышались хлопки аппараций, и я мгновенно отстранилась от Сириуса. Тот понимающе и как-то разочаровано хмыкнул мне в спину. - Эй, чего вы туда забрались? – удивленно крикнул Джеймс, выпуская из объятий Лили. Ремус недовольно потирал руку, которую, видимо, слишком сильно сдавил Стерджис. Секундой спустя рядом появился Питер за руку с Алисой. - Сейчас спустимся, - пообещал Сириус и повернулся ко мне. – Гермиона, ты плавать умеешь? - Да, - ответила я, с подозрением глядя на шкодливую улыбку Блэка. – А что? - Ничего, - отозвался он, забирая у меня сумку и кидая ее вниз, на песчаную косу, где уже раскладывали вещи ребята. Я поняла, что он задумал, секундой раньше, чем Сириус, злорадно захихикав, столкнул меня с обрыва. Я, дико визжа, полетела вниз, громко желая Блэку скорой смерти. Даже вынырнув из воды и отплевываясь, я слышала его громкий смех, а затем боевой клич. Даже не успела отплыть подальше, как меня окатило волной брызг, а радостно улыбающийся Сириус вынырнул рядом! - Как ты мог! – возопила я с праведным гневом в голосе и откидывая мокрые пряди с лица. – Как ты посмел… - Как я посмел что? – перебил он меня, и его улыбка из радостной превратилась в ехидную. Я, не находя от возмущения слов, яростно брызнула в него водой. Сириус захохотал и попытался закрыть лицо руками, но я подплыла почти вплотную и сильно, насколько могла, окатила его водой. Парень, защищаясь, схватил мои руки, не позволяя больше брызгаться. Я пыталась вырваться, но что я могла сделать? Я зло тряхнула головой, пытаясь освободить лицо от вновь упавших на него волос, и перестала брыкаться. Сарафан надувался пузырем и жутко мешал, шлепки плавали где-то в стороне. Внезапно, я поняла, насколько двусмысленно мы выглядим со стороны и порадовалась, что остальным мы не видны из-за большого валуна, находившегося у подножья обрыва. Сириус, интуитивно угадав мои мысли, перестал смеяться и внимательно заглянул мне в глаза. Я замерла. Он осторожно отпустил одну мою руку и мягко убрал мокрую прядь от моего лица. Мое дыхание сбилось, и я внезапно поняла, что Сириус медленно, будто неуверенно, будто давая шанс отступить, наклоняется ко мне, не прерывая зрительного контакта. Я глубоко вздохнула и, мысленно попрощавшись со своим благоразумием, резко преодолела оставшиеся сантиметры между нами. Сириус сначала растерялся, видимо, думал, что я оттолкну его, но тут же ответил. Его губы сминали мои и я отвечала с не меньшим напором, целуя в ответ такие желанные и такие недосягаемые до этого момента губы. Его руки крепко обвили мою талию, а я запустила свои пальцы в его мокрые волосы. Я не знаю, сколько мы так целовались. Год или пять секунд, вечность или мгновение. Но когда мне стало нечем дышать, и я мягко отстранилась от него и открыла глаза, подсознательно страшась, что сейчас он исчезнет, рассыплется прахом, он был все-таки тут, со мной. Его руки по-прежнему крепко обнимали меня, и Сириус смотрел в мои глаза с такой нежностью, что у меня защемило сердце. - Надо возвращаться, - прошептала я. – Нас могут потерять. - Да, - нехотя согласился Сириус и выпустил меня из объятий. Я разочарованно вздохнула и поплыла вслед за ним к берегу. - Где вы были? – весело поинтересовался Джеймс, помогая Алисе выложить сэндвичи на одноразовые тарелки. – От вас какое-то время не было слышно ни звука, и мы решили, что ты, Гермиона, все-таки его утопила. Лили уже всерьез начала беспокоиться. Я смущенно улыбнулась, надеясь, что по моему счастливому лицу никто ничего не поймет. Но взглянув на Ремуса, я поняла, что он догадался. И его глаза радостно блестели, а губы тщательно скрывали насмешливую улыбку. Эх, вот он, Ремус Люпин, правильный мальчик-староста, великолепный преподаватель, но Мародерскую сущность из него не сможет вытравить ничто. Я почему-то виновато улыбнулась и чуть пожала плечами, стягивая с себя мокрый сарафан. Заклинанием призвав шлепки, я руками слегка отжала непослушные волосы, уже не надеясь на то, что сегодня они будут выглядеть хотя бы отдаленно похоже на человеческую прическу, и села на заботливо расстеленное кем-то покрывало. Сириус по-собачьи отряхнулся и Алиса, стоящая к нему ближе всех, возмущенно вскрикнула. - Как вы нашли это место? – спросил Стерджис, поедая бутерброд. - Случайно, - пожал плечами Джеймс. - Мы обнаружили его прошлым летом, - пояснил Питер, стягивая шорты и бросая их на покрывало. – Бродили по местному городку, потом вышли за его пределы. Бесцельно слонялись по окрестностям, и нашли это место. Кажется, о нем мало кто знает. Здесь почти не бывает людей. Мальчишки, быстро скинув с себя одежду, полезли на обрыв. Алиса пошла вслед за ними, Лили осталась на берегу загорать, а я, не решившись повторить свой печальный опыт в прыжках, просто зашла в воду и поплыла к ребятам. Внизу, задрав кверху голову, Сириус, Джеймс и Алиса громко уговаривали Питера спрыгнуть вниз. Тот с громким воплем рухнул с обрыва, и мне почему-то показалось, что ему помог нетерпеливый Стерджис. - Эй, Гермиона, не хочешь повторить? – весело подмигнул мне Джеймс. - Еще чего, - угрожающе прошипела я и хотела было на всякий случай отплыть подальше, но меня что-то внезапно с силой дернуло за ноги. Я даже не успела вскрикнуть, а только нелепо взмахнула руками и ушла под воду с головой. Рядом с собой я увидела Сириуса, у которого изо рта вырывались пузыри. Блохастая псина еще имела наглость смеяться надо мной! Попытавшись пнуть его, я потерпела крах, так как вода сильно притупляла реакцию, замедляля движения, и Блэк успел отплыть, спасая свою собачью задницу. Изрядно нахлебавшись воды, я вынырнула на поверхность. В голове всплыли воспоминания. Не так давно я точно так же выныривала из озера, после того, как мы с Гарри и Роном, сбежав из Гринготтса, спрыгнули в воду с дракона… Я вспомнила все это так четко, будто это было вчера. Будто это было минуту назад. Оглядевшись, я увидела широкую улыбку Сириуса в метре от меня, чуть дальше брызгались Алиса, Стерджис и Джеймс, а Ремус и Питер поплыли на другой берег. Мерлин… Я умудрилась потерять ориентацию как в пространстве, так и во времени. Пусть на пару секунд, но мне показалось, что я действительно нахожусь в холодных водах того озера, в той черной воде. А рядом барахтаются Гарри и Рон. В моей сумочке лежит украденная из сейфа Беллатрикс чаша Хаффлпафф, а в небе, широко раскинув крылья, летит украинский железобрюх, а не безобидная пташка… Раньше за мной такого не наблюдалось. Да, я часто вспоминала свое время, скучала по друзьям… Но я всегда четко понимала, где и с кем я. Списав все на потерю ориентации под водой, я поплыла к берегу. Выбравшись на песок, я прилегла рядом с задремавшей Лили. Постепенно солнце разморило меня и я стала засыпать. - Гермиона, - услышала я спокойный голос Гарри. – Вернись. - В чем дело? – поинтересовалась я, сбитая с толку. - Р.А.Б. По-моему, я его нашел. Я вскрикнула и… проснулась. - Что с тобой? – поинтересовался сидящий рядом со мной Ремус. Он был весь мокрый, видимо, только вышел из воды. - Кошмар, - выдавила я и прикрыла глаза. Ремус как-то сразу растерял огоньки в лукавых желто-карх глазах, подозрительно нахмурился, вспоминая, видимо, то, что видел в Омуте Памяти Дамблдора, и, судя по всему, придя к какому-то выводу, грустно кивнул. Все было настолько реально, что я даже не поняла, что сплю. Я действительно была там, я была с Гарри и Роном на площади Гриммо. Я была в 1997. Пусть и во сне. На берег, хохоча и отплевываясь, выбрались мокрые ребята. - Что это? – внезапно произнес Питер, указывая куда-то в чащу. Я открыла глаза и уставилась туда, куда он указывал. - Патронус, - догадалась я. На берег выскочила серебристая рысь и голосом Кингсли рявкнула: - Где вас носит? Быстро дуйте обратно. Нападение на МакКинонов, нужна ваша помощь! Патронус растаял и секунду висела звенящая тишина. Но через мгновение мы все подскочили и, собрав вещи в рекордно короткое время, аппарировали к поместью. На ходу натягивая одежду на мокрые купальники, мы бежали к крыльцу, где нетерпеливо махал нам Кингсли, курировавший нас все это время. - Нападения сразу в нескольких точках, - прокричал он, когда мы подбежали настолько близко, чтобы его услышать. – Орден не был готов к этому. Поэтому нужна любая помощь! Петтигрю, остаешься здесь и ждешь вестей. Если что, сразу отправляй патронуса мне. Питер мужественно кивнул, очевидно, втайне радуясь, что его не отправили в гущу сражения. - Поттер, Люпин, Стоун, вот координаты, - продолжал Кингсли, сунув какую-то бумажку Ремусу. – Аппарируйте туда. Там требуется подкрепление… - Я не оставлю Лили одну, - вмешался Джеймс. - Поттер, на это нет времени, - прорычал Бруствер. – На помощь МакКинонам аппарировали всего два человека и каждая секунда промедления может стоить им жизни! - Я не остав… - попробовал настоять на своем Джеймс. - Эванс, меняйся со Стоун, - громко рявкнул Кингсли, взглядом обещая Поттеру страшную кару. – Остальные, к МакКинонам. Он сунул Алисе координаты и принялся что-то втолковывать Питеру. - Я знаю, где живет Марлен, - заявил Сириус и, схватив меня и Стерджиса за руки, аппарировал. Мы появились во дворе небольшого, но уютного домика с высоким крыльцом. Внутри слышались характерные звуки борьбы, заклинаний и брани. Секундой позже рядом с нами появилась Алиса и, сердито покосившись на Сириуса, первая рванула в дом. Мы, отставая лишь на шаг, спешили следом. Ворвавшись в дом, первое, что я увидела, это мертвое тело женщины, лежавшее прямо в центре прихожей. Очевидно, это была мать Марлен, миссис МакКинон. Подавив ужас и тошноту, я первая прошла вперед, хладнокровно перешагнув через лежащее на проходе тело. Я слышала, как за моей спиной вскрикнула Алиса. Я чувствовала, как застыли в ступоре мальчики. Что ж, поздравляю с первым трупом, ребята. Привыкайте. В гостиной вовсю шло сражение. Марлен, с такой странной для нее остервенелостью, билась с одним из Пожирателей. На ее щеках застыли черные дорожки размазанных слез и туши, но это не выглядело как признак нарастающего отчаянья. Наоборот, если бы я не знала, что эта девушка - белокурая хохотушка МакКинон, я бы побоялась подойти к этой валькирии в боевом раскрасе. Вот что делает с людьми война. Еще два Орденца, те, о которых нам говорил Кингсли, сражались сразу с тремя Пожирателями. Один из них неловко прижимал к себе раненную руку, у второго была повреждена нога. Сомневаюсь, что они бы смогли продержаться, если бы не помощь. Но увидев меня, они как-то воспряли духом и с новой силой принялись атаковать своих противников. Я запустила оглушающим в одного из Пожирателей, но промазала. Зато тот, заметив просвистевшее мимо него заклинание, оглянулся на меня и злобно оскалился. И только сейчас я поняла, что масок на них не было. Оставив Орденцев своим «коллегам», Пожиратель шагнул в мою сторону, одновременно делая палочкой еле уловимое движение. Я чудом успела выставить щит, об который разбилось неизвестное мне заклинание. Где-то сзади меня в комнату, наконец, вошли остальные, и одновременно с ними с лестницы, ведущей наверх, спустились еще два Пожирателя, а из кухни вышел один. «Мой» Пожиратель наступал, и мне пришлось уйти в глухую оборону. Я досадовала на себя, на отсутствие практики. И одновременно думала, зачем для зачистки простой маггловской семьи нужно послать целый отряд. Скорее всего, это была хорошая возможность избавиться от какой-то части Ордена. Они знали, что мы не бросим ни одну семью, подвергшуюся нападению. Они знали, что у нас каждый человек на счету, когда как у них чуть ли не целая армия. В очередной раз выставив щит, я услышала громкий вскрик и падение тела. Один из ребят, тот, что с раненой ногой, упал на пол, оглушенный. Его товарищ мгновенно встал перед ним, заслоняя тело друга и не давая Пожирателям добить его. У меня сжалось сердце, от мысли, что он долго не протянет. Как, кажется, и все мы. Я, отвлекшись, пропустила одно заклятие своего противника и увернулась недостаточно быстро. Его Секо царапнуло меня по щеке и плечу, к счастью, левому. Я чувствовала обжигающую боль, чувствовала, как сочится и стекает по руке кровь, но не позволяла себе отвлекаться на рану. Это могло стоить мне жизни. Я услышала громкий крик Сириуса «Остолбеней!» и грохот упавшего Пожирателя. «Минус один» - промелькнуло у меня в голове и я почувствовала невольную гордость за Сириуса. Тот, наложив Инкарцеро на сраженного им врага, попытался оглушить в спину Пожирателя, с которым сражалась я, но тот оказался на удивление проворен. Выставив щит, он с легкостью отбил заклинание Сириуса и продолжил атаковать меня. Но Сириус был упрям. Он пробился ко мне и, встав практически плечом к плечу со мной, задорно подмигнул и выставил Щит, что позволило мне запустить Петрификусом в Пожирателя. Теперь тому приходилось туго. Сейчас мне не нужно было отвлекаться на защиту, потому что рядом был Сириус, на которого я могла целиком и полностью положиться. И когда мне, наконец, удалось оглушить его, я услышала громкий вскрик и злобный хохот Пожирателя. - Марлен! – выкрикнула я в ужасе и, не обращая внимания на предупреждающий выпад Сириуса, на летящие в меня заклинания, я кинулась к медленно оседающей МакКинон. Кажется, в меня попало элементарным Инсендио. Я, застонав, упала на пол, ударившись виском об журнальный столик, но не потеряла сознание. Я чувствовала запах горящей ткани и еще более отвратительный, паленой плоти. Моей плоти. Правый бок горел практически в прямом смысле слова. Я со стоном потушила тлеющую ткань. Хорошо, что заклинание попало не напрямую, а прошло вскользь. Краем глаза я видела тело Марлен и медленно растекающуюся вокруг лужу крови. Преодолевая боль, я со стоном попыталась подняться хотя бы на колени, но не смогла. Тогда, стараясь как можно меньше шевелить правой рукой, я поползла в направлении Марлен, как мантру повторяя: «Хоть бы она была жива, хоть бы была жива». Словно под водой я слышала яростный выкрик Сириуса, а следом крик Пожирателя, который сразил Марлен и запустил Инсендио в меня. Но я не обращала внимания. У меня в голове билось только одно имя. Марлен. С трудом я подползла к ее телу и со стоном села на колени. В нее попали Сектумсемпрой, это было бы сразу ясно тому, кто был знаком с этим преотвратным заклинанием. Оно пришлось на грудь, лицо и… шею. Марлен тихо хрипела, веки на открытых глазах судорожно дергались, с каждым вздохом на ее губах надувались розовые кровавые пузыри, а из разодранного горла толчками выливалась кровь. - Нет, нет, - бормотала я, пытаясь залечить такую ужасную рану. Смертельную рану. Руки были алые от крови Марлен, палочка скользила. Но я упорно бормотала заживляющее, контрзаклятие от Сектумсемпры, бормотала все, что знаю. Лишь бы я смогла, лишь бы успела! - Вулнера санентур... В-в-вулнера санентур... Вулнера санентур... Где-то за моей спиной Стерджис вырубил последнего Пожирателя. Интуитивно я чувствовала, как ко мне сзади подошли Сириус и Алиса. Как Стоун в ужасе застонала и прикрыла рот руками. Но я не желала обращать внимания ни на что, кроме умирающей девушки передо мной. - Вулнера санентур... И когда я уже хотела было отчаяться, когда кровь уже почти перестала литься, и когда глаза Марлен стали понемногу стекленеть, раны на ней стали затягиваться. Мерлин, затягиваться! Словно под микроскопом я видела, как срастаются поврежденные, разрезанные ткани. И облегченно выдохнула, принявшись за менее страшные порезы на груди. Последними я залечила царапины на лице, с сожалением отмечая, что у красавицы-Марлен на всю жизнь останутся шрамы. Я отрешенно рассматривала пряди светлых волос, отрезанных, лежащих рядом с головой МакКинон и абсолютно мокрых от крови. С раздражающим облегчением я думала, что все кончено, начинала постепенно чувствовать собственную боль. И почувствовала, как кто-то тронул меня за плечо. - Как она? – спросила бледная, как полотно Алиса. - Ей срочно нужно в больницу, - отозвалась я хрипло. – Она потеряла много крови. - Но она будет жить? - Да. - Спасибо, - со слезами на глазах прошептала Алиса. - Наверх лучше не ходить, - глухо сказал Стерджис. – Там… Там… Эти ублюдки убили ребенка. Прирезали прямо в колыбельке. Мальчику едва год был… - На кухне два… трупа, - сглотнув, произнес Сириус. – Мистер МакКинон и, очевидно, брат Марлен. - Сколько было ему? – зачем-то спросила Алиса, хлюпая носом. - Лет десять-одиннадцать, - отозвался Сириус отвернувшись. - Нужно отправить Патронус в Орден, - сказала я. - Я уже отправил, - кивнул Стерджис, потирая зеленоватую щеку. Видно, до сих пор не мог оправиться от увиденного. – И Майк, тот парень со сломанной рукой, он аппарировал туда с напарником. Скоро кто-нибудь будет тут. - Может, мы пока доставим Марлен в Мунго? – робко спросила Алиса. - Аппарировать нельзя. Она в тяжелом состоянии, - сказала я, стараясь лишний раз не шевелиться. – Нужно дождаться Орден. Они позаботятся о ней… Я не плакала. Я не была в ужасе или удивлении. Я знала, что так будет. Знала, когда перемещалась в это время. Знала, когда шла поступать в Хогвартс. Знала, когда знакомилась со всем Гриффиндором. Знала всегда. Но во мне что-то умерло еще во время первой войны. Первой для меня. Умерло, как и во всех. Как в Гарри, Роне, как во всех переживших битву за Хогвартс… Мои размышления прервал тихий стон. Вокруг очнувшейся Марлен собрались все. Я не понимала, как она смогла очнуться, ведь она потеряла уйму крови. - Я… - прохрипела Марлен. – Я… - Тише, тише, - заговорила я мягко. – Не говори ничего. - Я убью… их… Их… всех… Я отомщу… - проговорила Марлен с небывалой жестокостью в тихом, еле теплящемся голосе. Голубые глаза, сухие, воспаленные, с черными кругами туши вокруг, закрылись. Марлен потеряла сознание. И я, почувствовав острую боль в боку, и отстраненно подумав о том, что в этом времени хотя бы саму МакКинон мне все-таки удалось спасти, тоже.