My fiary and my safety

      Настроение части: Not Strong Enough — Apocalyptica

Май 2000

      «На нашем месте, завтра.        Астория.»        Молодой мужчина уже четверть часа мерил нервными шагами комнату — раз за разом он перечитывал эти несчастные две строчки. Возможно, эта картина выглядела жалко, но ему было всё равно. За всю свою жизнь он не расставался с сестрой дольше чем на двенадцать часов. А теперь они не виделись без малого месяц. Вот уже двадцать семь дней он не вкушал тонкий аромат её кожи, не касался её волос. Но всё это ничто, в сравнении с тем, что теперь она не принадлежала ему. Во всяком случае, не так как раньше, когда она была только его — вся, без остатка. А теперь не только ему позволено её касаться. И этот факт сводил Малфоя с ума.       Мерлин!       Драко обессиленно рухнул в кресло и припал губами к стакану с огневиски. В последнее время он слишком пристрастился к алкоголю — это на несколько мгновений притупляло чувство собственной беспомощности. А может ему так только казалось. В любом случае, его устраивал подобный расклад.       Без Тори в Мэноре стало слишком пусто и холодно. Со дня церемонии Драко не обмолвился с Нарциссой ни единым словом. Трапеза их проходила в гнетущей тишине, сопровождаемой лишь едва уловимым стуком столовых приборов, который с глухим эхом отскакивал от каменных стен. Нарцисса искренне не могла понять настроения сына, ведь, в её понимании, Астория выполнила своё предназначение — спасла семью от неминуемого банкротства — и Драко должен был быть этому рад. В её картину мира не укладывалось, что её дочь достойна иной судьбы, кроме как служить подстилкой похотливого Пожирателя. Для их нынешнего положения в обществе чистота крови почти не имела значения, и Долохов явно не относится к Тори, как к королеве. А она всегда была слишком мягкой, чтобы дать достойный отпор. И в этом только его — Драко — вина. Слишком сильно он опекал сестру, не давая возможности самой за себя постоять. По этой причине он сейчас сидел в кабинете, который после смерти Люциуса перешёл в его распоряжение, и в одиночестве распивал пряный напиток.        На самом деле, этот месяц он потратил на раздумья, в перерывах между приступами самобичевания. Вдруг это действительно к лучшему? Ведь, их отношения нельзя назвать здоровыми... Или можно? Драко находил сотни причин, по которым они с Асторией должны все прекратить, но каждая из них разбивалась лишь об одно его похуй. Если им суждено гореть в аду — они разделят один котел. Самому дьяволу не под силу их оторвать друг от друга. Никогда. Ни в этой жизни, ни в иной. Не просто так они пришли в этом мир вместе. Он просто не сможет, да и не хочет искать в себе силы, чтобы отдалиться от Тори.       На протяжении всей учебы в Хогвартсе не только ученики, но и некоторые преподаватели посмеивались, дескать их любовь друг к другу чрезмерна, и даже фанатична. Окрестили их неразлучниками. Блейз шутил, что, если бы не наложенные на спальни чары, они и спали бы тоже вместе. А близнецы на это лишь фыркали и зеркально ухмылялись.       Да что они вообще понимают?       ***       Драко хорошо помнит момент, когда глядя на Асторию впервые ощутил это неожиданное и совершенно неуместное движение в штанах. И хвала четверым создателям, мантия скрыла это преступное недоразумение, хотя рука на секунду дёрнулась к ширинке. Увиденная картина словно отпечаталась на внутренней стороне век Малфоя и преследовала его, стоило только прикрыть глаза. Это был их шестой курс.       

Хогвартс, 1997 год.

      Вжатая в нишу девушка, запрокинув голову назад и рвано дыша чуть приоткрытым ртом, принимала влажные поцелуи какого-то смертника из Рейвенкло. Нога её покоилась на его бедре, а руки были прижаты к стене над головой. Полностью расстегнутая блузка открывала прозрачный лиф, мокрый от слюны этого блондина. Он комкал свободной рукой школьную юбку Астории, сжимая задницу, и не прекращал бесстыдно облизывать -кхм- целовать её шею.       На проходившего мимо Драко будто вылили ушат ледяной воды. Какого чёрта?! Он не был готов к такому. Только не сейчас. Он не согласен делить её! И уж точно не жаждал узнать, что его сестрёнка повзрослела.       — В гостиную, Астория! Живо!— Его ровный, тяжелый тон не предвещал ничего хорошего. Малфой прожигал парочку грозовым взлядом, пока те, резко отскочив друг от друга приводили себя в надлежащий вид.       По дороге в подземелья Драко старался не смотреть на взлохмаченную сестру, так как в паху все ещё ныло.       — Хочешь прослыть шлюхой, как Браун? Ты что творишь? — прошипел сквозь зубы.       — Мы лишь целовались, Драко, только и всего. Ничего не было!       — Разумеется, — он оскалился, — ещё скажи, что ты не текла, как сучка, прижимаясь к его чл...       Звонкий удар пощёчины растворился в просторах коридора. Рука Астории горела, однако задетое самолюбие пострадало сильнее.       — Не смей так говорить со мной! Это не твоё дело!       — Не моё дело, говоришь? Я, чёрт возьми, твой брат и это — моё дело! Хочешь ты того или нет!       — Да что с тобой не так? Это просто нелепо!       И правда... Драко и сам себе не мог внятно объяснить своё поведение. Просто этот доходяга позарился на его. Да,точно. Разве нужны ещё причины?       — Я уже большая девочка, Драко! И пусть я пока ещё девственница, но у меня есть потребности, нравится тебе или нет!       — Девственница? —переспросил, словно хотел что-то для себя уточнить.       —Да, девственница.       Злость на брата потихоньку отступала, уступая место какому-то другому чувству. Девушка давила его в себе уже долгое время, однако сейчас, глядя на потерянного парня напротив, она не совладала с этими мерзкими насекомыми, которые нагло размахивали крыльями где-то внизу живота.       — А теперь договоримся,— Астория подошла к брату плотнее и коснулась прохладной ладонью его щеки, заставляя посмотреть себе в глаза,— не будет секса у меня — значит и ты будешь довольствоваться сухим пайком, — она облизнула пересохшие губы. — Мы друг друга поняли? — Значит, с этого момента, Тори, мы оба на диете.       

Май 2000

       Сколько же воды утекло с тех пор... За размышлениями и потоком нахлынувших воспоминаний, Драко не заметил, как из кабинета ноги перенесли его к спальне Астории. Двери их комнат были смежными и, будучи ребёнком, Астория часто, когда бушевала непогода, прибегала спать к брату. Так что Забини, в какой-то степени, был прав. С приходом в Менор Тёмного Лорда, Тори тоже находила покой в комнате Драко — ночевать одной в пустой комнате было невыносимо. В то время бледное предплечье младшего Малфоя уже украшала метка. Однако, он так и не смог ею гордиться, и всячески оттягивал церемонию принятия Астории в ряды Пожирателей. Он не хотел окроплять кровью руки своей лучшей половины — она была слишком невинна, словно не из их семьи. И когда Драко смотрел на свернувшуюся рядом калачиком сестру, он снова убеждался в верности своих решений. Сейчас же Драко вперился невидящим взглядом на пустую кровать Астории и и горько усмехнулся.