Глава 2
16 сентября 2023 г., 10:07
Округ Око
Омега долго разглядывал себя в зеркале, пока вдруг не скривился вместе с отражением, которое оно ему демонстрировало. А уж после того, как оно вывалило ему язык, так и вовсе плюнул в ответ самому себе. Оказывается, быть красавчиком — то ещё испытание. Потому что приходилось соответствовать… Постоянные процедуры, чтобы кожа была идеальной, чтобы губы всегда алыми, а глаза чтобы блестели из-под густых пушистых ресниц… Хорошо хоть природа сжалилась и наградила безупречной фигурой, которую нельзя было испортить никакими деликатесами в любых количествах. Сегодняшнее утро мало чем отличалось от каждодневных в жизни богатого, красивого и очень дальнего родственника императорской семьи. Настолько дальнего, что герцогская ветвь его отца считалась ненаследной. Омегу звали Сокджин, что означало, как говорил его папа — «великий дар», а отец уверял, что имя ему выбрали, потому, что он самое «большое сокровище» в их жизни… Он родился пятым поздним ребёнком в семье и единственным среди братьев омегой. Поэтому любили все младшего, помимо родителей и старших братьев-альф, все: и прислуга, и учителя, и даже «дядюшка»-император», частенько навещавший отца, с которым они были приятелями с детства. А ещё с Императором частенько приезжал наследник… И если раньше его привозили, чтобы тот играл в детской с братьями, то постепенно игры подрастающих молодых альф менялись: как только отец с Императором закрывались после обеда в его кабинете, братья и наследник пропадали из особняка — только их и видели. Когда кто-нибудь из старших всегда чмокал Джина, «спалившего» их, в нос, и заговорщицки шептал при этом, чтобы он их не выдавал, то Намджун всегда кривился, всем своим видом показывая, как ему противен мелкий омежка. Зато всеобщий любимчик Сокджин, благодаря наследнику, знал, что бывают люди, которым он может не нравиться. И это было очень неприятное чувство… За что не любил его наследник? Ведь маленький Джин ни разу не выдал тайных «вылазок» юных аристократов во главе с будущим Императором. Ведь он всегда был красиво одет и приветлив, как учил его папа. Он понимал, что наследник — очень важный человек в стране и что его нужно любить и уважать… Впрочем, детские обиды остались далеко в прошлом. Сокджину совсем скоро, через полгода, исполнится восемнадцать, и «дела» братьев-альф его совсем не интересовали теперь. Как не интересовали и чуть ли не еженедельные визиты Намджуна к Хёнджину. Брату, с которым наследник был особенно дружен. Хёнджин был четвёртым по старшинству после отца, наследника титула Лиама и его близнеца Лиёма, альфой в семье и ровесником Намджуна. Наверное, поэтому они, одногодки, так сдружились… «Сегодня пятница, значит, наследничек прискачет!» И Джин опять повернулся к опостылевшему зеркалу…***
Намджун действительно торопился на конюшню, чтобы отправиться в Око к братьям Ким, своим самым верным, давнишним, закадычным приятелям. Только в этот раз не один, а с молодым наследником округа Чон, который уже четвёртый день как прибыл в столицу, отправленный ко двору отцом налаживать полезные связи, а заодно и для инспекции столичного дома. Чонгук, так звали молоденького альфу, везде таскался за Намджуном, считая, что так он и выполняет поручение отца. А Джуну понравился наивный, неискушённый и не успевший погрязнуть в дворцовых интригах провинциальный альфа. И он, не задумываясь, взял его под своё крыло сразу после того, как закончилась аудиенция у отца, где Чон приветствовал Императора и просил позволения обучаться дипломатии и военному делу при дворе… До Око им было два часа неспешной рысью. Молодые альфы собирались провести в доме герцога округа Око два дня. — Ты вовремя прибыл в столицу, Чон, — у наследника хорошее настроение: он вырвался из столичного дворца. — Через пару недель начнётся брачный сезон… — Вы жениться надумали, Ваше Высочество? — О нет! Я рассчитываю сначала побыть важным гостем на свадьбах моих друзей! Так что из городского дома переселяйся-ка ты во дворец! Приедем, я распоряжусь насчёт комнат для тебя и Хёнджина рядом с моими покоями. А то обложат меня омегами… А так хоть на помощь прибежите, когда меня насиловать будут… — и оба заливисто расссмеялись, представляя, как здоровенного альфу валит и принуждает инфантильный омежка. — Откуда прибудут женихи к Вашему Высочеству? — Не интересовался… Папа точно никого не пропустит! У твоего дядюшки, например, вроде сын омега? — Да, но он маловат пока… Лет десять малышу Чону. Так что с наших округов кроме меня никого не будет. А во дворец — это я с удовольствием! Надоело мотаться каждый день от Вас в городской дом… — Вот и прекрасно. Хёнджин тоже рад будет. Вот уж кто у нас обольститель! Его советы насчёт омег дорого стоят. Он натаскан на них, как хорошая гончая на зайцев — издалека чует, кто есть кто и чем можно поживиться: несмелым поцелуем или смелыми ласками! И молодые альфы, переглянувшись, снова обмениваются белозубыми улыбками.***
Хёнджин в ожидании друзей уже извёлся: новость, которую привёз обогнавший наследника и его нового приятеля гонец, действительно не могла не взбудоражить ловеласа и сердцееда, коим все заслуженно считали третьего наследника герцогства Око. Своими любовными похождениями молодой альфа славился не только на всю округу. Весть о его коварстве доходила и до самой столицы. Славные семейства, где подрастали «цветы»-омеги, пугали им своих невинных чад… Хёнджин о слухах знал, чаще шутил по этому поводу, отвечая на подколы друзей и братьев. А ещё чаще злился, когда невесть откуда принесенная сплетня, где он в который раз оказывался мерзавцем, не имела к нему никакого отношения. Но… Тут уж ничего не поделаешь! Прилипла дурная слава! Он успел узнать, с чем прибыл гонец из дворца. И пока Намджун и Чонгук были в пути, Хёнджин решил «обрадовать» младшего обожаемого братишку-омегу, к которому новость имела самое непосредственное отношение. — Котёнок, можно к тебе? — он заглянул в покои Джина. — Конечно! — расплылся в улыбке омежка. — Я видел срочную почту привёз из Кэдо гонец? — Да! Ты ни за что не догадаешься, какой сюрприз тебя ожидает! — Меня? — омега нахмурил ровные бровки. — Почему меня? — Потому что скоро у кого-то будет возможность провести пару месяцев в столице! — Ты знаешь, что я не очень… — И пожить во дворце! — Вот уж радость-то… — Джин скривился от предстоящих перспектив. — С чего вдруг? — Брачный сезон! Как только Хёнджин произнёс причину, Джину показалось, что воздух в комнате сгустился до состояния густого киселя. — А я при чём? — Приглашение для тебя! Но отец сказал: «Поедем все и… Стряхнём пыль с мебели в столичном особняке!» Джин захлопал длинными ресницами, и, разглядывая довольного брата, задал вопрос, от которого самому ему почему-то стало неприятно: — Его Высочество хочет жениться? — Хочет — не хочет, а придётся! Впрочем, как и всем нам когда-нибудь… Омега знал все сплетни, которые ходили по пятам за Хёнджином и не понимал почему тому было наплевать на слухи. Впрочем, брата он считал очень даже выгодной партией и ничего страшного, в том, что красивому альфе нравились омеги, не видел. Не принуждает же Хёнджин никого? Они сами ищут с ним встреч! Уж Джин-то знал: сколько раз его уговаривали «поспособствовать»…***
А герцог, отец семейства, как только отправил гонца с положительным ответом в столицу, начал готовиться к приёму дорогого гостя и своего лучшего друга со времён детских шалостей. Они выросли с Императором вместе и через годы пронесли крепкую дружбу. Вот только чтобы по-настоящему породниться у них был только один шанс… У Императора родился всего один сын, в то время как Тото, как все домашние звали грозного герцога, который держал в железном кулаке и сыновей и свой процветающий округ, настругал четырёх крепких альф и под «занавес» лапочку-омежку… Вот на всеобщего любимчика Джин-и и была надежда: и у них с мужем, и у правящей четы. Породниться мечтали представители старшего поколения. А вот императорский наследник и младшенький, лелеемый семьёй, омега Сокджин в силу разницы в возрасте были далеки от желаний старших… Друзей-омег у Джина никогда не было. Да если бы кто из знатных семейств и позволил бы своим сыновьям-омегам с ним дружить и разрешать посещать герцогское поместье, то только благодаря наличию четверых неженатых альф: крепких, высоких, образованных. С Джином водили знакомство по одной простой причине: подобраться к братьям. Которых было четверо. Старшим близнецам скоро должно было исполниться по двадцать семь лет. Того, который опередил брата на полчаса при рождении и этим выиграл себе титул виконта и наследника округа Око, звали Лиам. И он не зря появился на свет первенцем, унаследовав жёсткий характер и лидерские качества отца. Его единоутробный брат Лиём был его зеркальным отражением только внешне… А внутри он был ранимым и нежным. Тем, кого нужно было оберегать и защищать. Но при этом — альфой. Третьим сыном герцога был закадычный приятель наследника Намджуна — Хёнджин. Тот, благодаря чьей внешности, ауре и нраву, Джина и поместье осаждали знакомые омеги с «израненными» сердцами… Четвертый сын был младше двадцатипятилетнего Хёнджина на год. Гонзо выбрал своим поприщем военное дело и подарком отца на его совершеннолетие стала купленная ему должность в Императорском полку… Как только Хёнджин выскочил за дверь комнаты омеги, услышав конский топот, Джин подошёл к окну. Жених всея Кигета, то есть наследник Намджун, а с ним незнакомый молодой альфа, уже спешились и, отдав поводья слугам, тискались с подоспевшим Хёнджином. Омега нахмурился и попытался представить наследника своим женихом. Бэ-э-э… Он даже отвернулся поскорее от окна, чтобы заглянуть в зеркало и полюбоваться своим отражением. Такая красота, — и для Намджуна? Ну уж нет! Сокджину нужен был нежный и изысканный альфа. Такой, к примеру, как братец Лиём. А не мужлан-принц, который мускулы накачал, как какой-то конюх… — Почему я узнаю такую новость от заполошного гонца, Джун? — Хёнджин, успевший поприветствовать друга и познакомиться с Чонгуком, несерьёзно хмурил густые брови. — Потому что он единственный, кто мог опередить с новостью меня! Зато то, что ты теперь мой «сосед» во дворце, я сообщаю тебе лично! — Ты просто спасаешь меня от общества родителей и братьев, которые будут жить весь сезон в столице! — Ваша семья перебирается на лето в столицу? Чего ради? — Джун и Чонгук разминали уставшие ноги. — Они сопровождают Джина, который получил индивидуальное приглашение от тебя! — Хёнджин засмеялся над выражением лица Намджуна. — Крошка Джин-и? — А что тебя удивляет? Ему восемнадцать почти, и он один из претендентов на твою руку. — Да ладно… — наследник даже не предполагал, что братишка-омежка его друзей такой «взрослый». — Что-то я, кажется, упустил за время поездок к тебе? — Но-но! За Джин-и даже Лиём меч возьмёт! Не поднимет, конечно, но… — Надеюсь, Лиём в женихи не метит? А то слухи о нём ходят… Разные. — Какие уж тут слухи! На приёме у титульного лорда в соседнем городе Унджу он затащил в постель его сына. — В Унджу у хёнбэка города только один сын — альфа! — А я про что? Ничего не понявший Чонгук, внимательно слушающий старших альф, наивно встрял в разговор: — Но если ваш брат альфа и сын хёнбэка альфа… Это же… — Скандал! — засмеялись одновременно Хёнджин и Намджун. А потом... Все трое, обладающие звериным чутьём, мгновенно вскинули головы на второй этаж дома, где чуть шевельнулась лёгкая занавеска. — С котёнком Джин-и надо что-то решать… Он нам может испортить всё веселье, — Хёнджин задумчиво потёр подбородок. — И подальше не отселишь… Всё-таки сын герцога! Да и присматривать придётся, чтоб никто не… Соблазнил! — старшие задумчиво уставились на Чона. — Кого из омег привезут и где расселят, я узнаю — выкраду у папы списки. А вот кого там у нас из альф ещё пригласят? — Знаю только «островных» — Юнги и Банчана. Вполне достойные альфы. — А деревенские? Из Гора и Покета? — Там вроде есть молодой альфа, твой однофамилец — Чон? — Хёнджин обратидся к Чонгуку, но тот лишь пожал плечами. — В Покете нет наследника. Там пятеро сыновей-омег у баронской четы. Старшему лет семнадцать-восемнадцать как раз. Я слышал, что его держат в «ежовых» рукавицах и дальше забора поместья не выпускают… — Ну, на отбор-то его точно отправят. Никто не посмеет не принять императорское приглашение. — Они бедны, как храмовые мыши, — вспомнил Чонгук. — Вечно приезжают побираться. Отец вздыхает каждый раз, но не отказывает. Они с отцом семейства, Пак Джиёмом, учёбу проходили вместе. — Тогда альфа-наследник в округе Гор, — вспомнил Намджун. — И ему тоже двадцать пять, как и нам с тобой, Хёнджин. Я вспомнил его. Он был таким болезненным альфой… Они с отцом затворники. — Я смотрю, компания собирается «подходящая», — Хёнджин хмыкнул. — А если компания подходящая, то это чаще всего надолго… — несмело улыбнулся Чонгук. — А попасть в такую компанию можно только в двух случаях: или тебя пригласили, или ты… Альфа! — ямочки — визитная карточка наследника, украсили разрумянившиеся от длительной прогулки щеки Намджуна.
