И вновь встретиться с прошлым

      Вэнь Сюй отложил книгу на рядом стоящий столик и перевел взгляд на четверку. — Значит, — мягко улыбнулся Сяо Синчень. — Сейчас мы узнаем причину, почему книга переместила нас сюда. — Причина вам не понравится, — покачал головой Лань Ванцзы.       Предварительно служанки обновили закуски на столах и заварили успокаивающий чай. Книгу в руки взял Сун Лань, но не успел он открыть на нужной главе, как книга взлетела. — Я скучала по симуляциям, — призналась Цзян Яньли. Многие кивнули, соглашаясь с девушкой.       На территории ордена ЛаньЛин Цзинь стояла угнетающая тишина. Не было слышно ни людей, ни птиц. Никто не слонялся туда сюда. Слуги ходили тихо, едва касаясь пятками земли. Адепты, сложив свои мечи, сидели в своих комнатах.       Ни от кого не скрылось как изменились в лице все путешественники во времени. — Мне не нравится эта симуляция, — тихо отозвался Цзинь Лин, опуская голову и смотря в упор на свои руки, лежащие на коленях. — Почему ЛаньЛин такой... — пыталась подобрать слова Мадам Цзинь, привыкшая к роскошному блеску верхушек зданий, а здесь даже они словно не блестели, и обычно ясное небо было заполнено тучами. — тусклый. — Вы поймете чуть позже, и причина вам не понравится, — скомкано сказал Цзиньи, ближе подсаживаясь к Сычжую. Вся атмосфера симуляции да и того дня ужасна.       На Вэй Усяня и вовсе старались не смотреть, даже Цзяны. Он сидел мрачным и о чем-то тихо перешептывался с Лань Ванцзы.       Так было на территории всех великих орденов. — Во всех? — не стал скрывать свое удивление Не Хуайсан.       Сегодня был день памяти и траура по погибшей Госпоже Цзинь, урожденной Цзян и Наследнику Цзинь, погибшего так и не став главой ордена.       Главы Четырех Великих Орденов прибыли в ЛаньЛин, дабы почтить их память.       Никто не решился говорить что-то. Окружающие сидели в оглушающей тишине. Казалось, что даже ветер перестал колыхать траву и листья, насекомые стрекотать, а вода журчать.       Цзян Яньли переглянулась с Цзинь Цзысюанем, а потом одновременно перевели взгляд на Цзинь Жуланя, который так и не поднял свой взгляд. — Теперь понятно, почему нам не понравится эта симуляция, — прокомментировал Вэнь Жохань. Ему было жаль этих детей. По лицу их сына из будущего, было видно, что это больная для него тема и что они даже не знали как именно погибла пара, хотя это удивительно, ведь хоть один из Дядей должен был рассказать.       Мадам Юй прикрыла глаза и сделала глубокой вдох пытаясь успокоиться. Они уже знали, что А-Ли вместе с Цзинь Цзысюанем погибли, но все равно она надеялась, что об этом будет упоминаться как можно реже. — Я считал, что все симуляции будут веселыми и смешными, — тихо подал голос Лань Сичень. — Слишком наивно, Наследник Лань, — вздохнула Вэнь Цин, качая головой. Хотя в душе надеялась на тоже самое.       Вечером в одном из дальних павильонов собрались Цзинь Жулань, Вэй Усянь, Цзян Ваньинь и Лань Ванцзы. — Столько лет прошло, а я все еще не могу смириться с этим, — глухо проговорил Цзян Ваньинь. Мужчине все еще тяжело говорить о смерти своей родной сестры. — Мы никогда не сможем смириться с этим, — тихо сказал Вэй Усянь безжизненным голосом. — А-Сянь, А-Чен, — позвала своих младших братьев Яньли, привлекая не только их внимания, но еще и окружающих. — Сейчас я вместе с вами здесь, мы не знаем, что будет после того как мы дочитаем книгу. Есть шанс, что после всего этого, вы вернетесь в будущее, и оно уже не будет таким, каким вы его помните. Может мы все будем живы и все будет хорошо. — Отлично сказано, Дева Цзян, — ухмыльнулся Не Миндзюэ. — Дева Цзян гордилась бы вами всеми, — отпивая чай, проговорил Лань Ванцзы. Могло показаться, что на его лице как и всегда ледяная маска, но знающие понимали, что он так же опечален гибелью двух невероятных и очень важных для его семьи людей. — Горжусь, — утвердительно кивнула Яньли, приобнимая руками рядом сидящих брата и сына, так же посылая легкую улыбку Вэй Усяню. — Цзинь Цзысюань так же гордился бы тобой, А-Лин, — положив руку на плечо племянника, сказал Вэй Усянь. — В тебе присутствуют все лучшие качества твоих родителей. — Пару глав назад ты говорил обратное, — как-то грустно усмехнулся Цзысюань. — Ошибался, — пожал плечами Вэй Усянь, так же грустно ухмыляясь. — У А-Лина не может быть плохих качеств с такими родителями. — А если даже они и есть, то хорошие качества перекрывают их, — слегка хихикнула Мадам Цзинь.       Наконец-то душащая атмосфера рассеялась. — И не только лучшие, — слегка хмыкнул Цзинь Лин, прекрасно зная, каким был отец в молодости. — Если сейчас все вновь начнут плакать, думаю, вы расстроите Деву Цзян и Цзинь Цзысюаня, — подливая чай всем присутствующим, произнес Лань Ванцзы. — И вправду расстроили, — сказал Цзинь Цзысюань. — Давайте уже начнем читать новую главу, — прикрыв глаза, сказал Лань Цижень.       Книга вернулась в руки Сун Ланя, и, открыв нужную главу, он приступил к прочтению.       Войдя в город, шедшие бок о бок мужчины смешались с оживленно снующей толпой. Лань Ван Цзи неожиданно спросил: «Что с проклятой меткой?»       Вэй У Сянь ответил: «Цзинь Лина замуровали слишком близко к нашему дражайшему другу, и потому темная энергия довольно сильно его задела. Сейчас пятно немного уменьшилось, но все же до полного исчезновения еще далеко. Скорее всего, совсем избавиться от метки удастся только, когда мы отыщем весь труп или хотя бы голову. Но на самом деле, она ничем мне не мешает». — После того как вы, эм.. — попыталась подобрать корректное слова Вэнь Цин. — Собрали "Дражайшего друга", метка пропала? — Да, — утвердительно кивнул Лань Ванцзы, отвечая за Вэй Усяня. — Я мог продемонстрировать вам, но, к сожалению, я в своем прошлом теле, а не в теле Мо Сюаньюя, — беспечно ответил Вэй Ин, махнув рукой. — Не к сожалению, а к счастью, — запротестовал Лань Сычжуй.       Их «дражайший друг» был не кто иной, как мужчина, которого порубили на куски. — Не завидую я этому мужику, — почесав нос, прокомментировал Сюэ Ян. — Не повезло этому мужчине, — устало выдохнул Цзинь Цзысюань. — Что же он сделал такого плохого или непоправимого, чтобы получить такую судьбу? — Тут скорее не сделал плохое, — отрицательно покачал головой Лань Цзиньи, говоря совершенно серьезно, что довольно не привычно для него. — А просто встретил дерьмового человека на своем пути. — Лань Цзиньи! — отругал юношу за некультурную речь Лань Цижень. — По-моему мнению, — заговорила Мадам Юй. — Лань Цзиньи сказал все верно, даже нецензурную лексику использует уместно, а это еще уметь нужно.       До тех пор, пока они не выяснили, кто он такой, Вэй У Сянь предложил называть его «дражайший друг». Лань Ван Цзи ничего не сказал в ответ, хотя, с другой стороны, и не возражал, а молчание, как известно, — знак согласия. Но, конечно же, сам Лань Ван Цзи ни за что бы не стал использовать эту фразу. — Прекрасное прозвище, — хихикнула А-Цин. — Ну кто бы сомневался, что именно ты предложил такое дурацкое прозвище, — хмыкнул Цзян Чен, совершенно не удивленно. — Я всегда был гениален, — подмигнув Цзян Чену, хмыкнул Вэй Ин. — Но не в любовном плане, — подстебнул дядю Цзинь Лин с глумливой улыбкой. — А-Лин! — удрученно простонал Вэй Ин под смешки заклинателей.       Лань Ван Цзи спросил: «Немного» – это на сколько?»       Вэй У Сянь попытался показать отрезок руками: «Немного – это немного. Ну как тебе сказать?.. Хочешь, я разденусь и покажу?» — Какое бесстыдство, — скрывая ухмылку, произнес Лань Сичень.       Лань Ван Цзи слегка нахмурил брови, будто всерьез опасаясь, что Вэй У Сянь сорвет с себя одежду прямо здесь и сейчас. Он бесстрастно ответил: «Разденешься, когда мы придем на постоялый двор».       Мелкотрио были совершенно не удивлены тем, что Ханьгуань-Цзюнь ответил именно так, но вот люди из прошлого, кто-то смутился, кто-то посмеялся. А вот у Лань Циженя в отличии ото всех начал дергаться глаз, но, на удивление всех, он не стал это как-то комментировать.       Вэй У Сянь захохотал во весь голос, крутанулся на месте и пошел спиной вперед. Раньше он всеми правдами и неправдами стремился поскорее сбежать, поэтому держал себя нарочито развязно, изо всех сил старался вызвать у людей отвращение, прикидывался безумным и намеренно попадал в позорные ситуации. Сейчас же истинное имя Вэй У Сяня, наконец, раскрылось, и будь на его месте кто-то другой, он наверняка бы сквозь землю провалился, вспоминая все то, что натворил. Однако Вэй У Сянь никогда не отличался чрезмерной застенчивостью, и ему по-прежнему все было нипочем. — Даже в 15 он не был застенчивым? — поинтересовался Сяо Синчень. — Даже в 10 лет, когда прошел год после его появления в Пристани Лотоса, он по немногу становился бесстыжим, а вот в 12 он потерял крупицу благоразумия в этом плане, — ответил за своего брата и членов семьи Цзян Чен. — Весь в Цансэ, — не злобно проворчал Лань Цижень.       Впрочем, окажись на его месте кто-то хоть с толикой стыдливости, он ни за что не решился бы на поистине возмутительные поступки, например, забраться в чужую постель посреди ночи, назойливо требовать принять вместе ванну или же интересоваться, стал ли он красавчиком после прихорашивания. В итоге Вэй У Сянь притворился, что ничего не помнит, Лань Ван Цзи, само собой, тоже воздерживался поднимать эту тему, и оба мужчины вели себя как ни в чем не бывало.       Все промолчали. По мнению многих, если бы они попали в смущающую ситуацию и оппонент не напоминал про нее, они бы сделали как и Вэй Усянь, просто не напоминали про нее.       Сегодня Вэй У Сянь впервые с тех пор, как его разоблачили, пошутил подобным образом. Отсмеявшись, он тотчас же принял серьезный вид: «Хань Гуан Цзюнь, а как ты думаешь, те, кто подбросил призрачную руку в деревню Мо, тем самым натравив ее на учеников твоего Ордена, и те, кто пришил пару ног, принадлежащих нашему дражайшему другу, к другому трупу, а после захоронил в стене, – это одни и те же люди?» — Прежде, чем мы услышим ответ из книги, как вы сами считаете? — остановив Сун Ланя, попросил высказать свою точку зрения окружающих Цзян Фэнмянь. — Я считаю, что это разные люди, — подал голос Вэнь Жохань, с его мнением согласились Лань Цижень и Мадам Цзинь, остальные решили воздержаться, а юниоры решили просто оставить свое мнение при себе. — Так не привычно, что Старший Вэй называет нас "Учениками твоего Ордена", а не утята, — пробормотал Цзиньи так, чтобы лишь Сычжуй его услышал, на что тот кивнул.       И в прошлой жизни, и мысленно в нынешней Вэй У Сянь непосредственно называл Лань Ван Цзи именем, данным при рождении, но за последние несколько дней привык учтиво величать его по титулу. К тому же, обращение по титулу сразу же придавало беседе преувеличенно-степенный тон и от того звучало крайне забавно. Вот почему, когда они были у всех на глазах, Вэй У Сянь продолжал называть Лань Ван Цзи подобным полусерьезным образом. — Ханьгуань-Цзюнь, — хмыкнул Вэнь Сюй. — Это звучит и вправду почтительней, чем даже Второй Молодой Господин Лань.       Лань Ван Цзи сказал: «Это разные люди».       Вэй У Сянь согласился: «Что ж, поддерживаю. Все-таки пришить пару ног к другому трупу, а потом запрятать в стене — не такое уж и плевое занятие, а, значит, те люди определенно не жаждали обнаружения конечностей. И уж если они так этого не хотели, то точно не стали бы подкидывать левую руку в деревню Мо, чтобы она напала на адептов Ордена Гу Су Лань, потому что подобное никак не осталось бы без внимания и потянуло бы за собой цепочку разбирательств. Одни прилагают огромные усилия, чтобы все скрыть, другие же без раздумий бросаются в гущу событий, словно только и ждут, чтобы их обнаружили. Скорее всего, это две разные группы людей». — По-моему, эти две организации не знают лиц друг друга, — прокомментировала Мадам Цзинь, а спустя минуту добавила. — Или же одна из организаций знает лицо другой и использует это в своих целях. — Меня больше всего интересует другое, — сказал Лань Цижень. — Цели этих двух организаций. Если одна организация знает лицо главного другой, то почему они не могут столкнуться в лоб. — Возможно, это верхушки будущего мира заклинателей, — решился влезть в раздумья взрослых Цзян Чен. — Мы вне политики, — тихо хихикнул Лань Цзиньи, заставляя Сычжуя слегка растянуть улыбку.       Вэй У Сянь разложил все по полочкам, и Лань Ван Цзи нечего было добавить, но все же он издал в ответ «мгм» в знак согласия.       Вэй У Сянь развернулся обратно, говоря на ходу: «Те, кто спрятал ноги, знают о крепости-некрополе Ордена Цин Хэ Не, а те, кто, оставили левую руку на видном месте, знакомы с типичными действиями Ордена Гу Су Лань. Боюсь, все не так-то просто, ни с теми, ни с другими. Чем больше мы выясняем, тем больше всплывает тайн».       Лань Ван Цзи сказал: «Всему свое время». — Думаю, еще не одна тайна будет раскрыта, — отозвался Вэнь Жохань.       Вэй У Сянь спросил: «Как ты узнал, что это я?»       Лань Ван Цзи ответил: «Подумай сам». — Как резко поменялась тема, — хмыкнул Цзинь Цзысюань. — Ты все еще пытаешься узнать, как тебя раскрыли? — хохотнул Не Хуайсан, отбивая неопределенный такт об руку своим веером. — В один момент я вспомнил сам, — усмехнулся Вэй Усянь. — Удивительно, — беззлобно проговорила Мадам Юй.       Они непрестанно обменивались вопросами и ответами, без единой секунды продыху. Вэй У Сянь с самого начала задумал дождаться, пока Лань Ван Цзи потеряет бдительность и, не чуя подвоха, сболтнет ответ на последний вопрос. Пока что попытка успеха не возымела, но Вэй У Сянь совсем не падал духом и продолжил стремительно менять тему разговора — Попытка провалилась, — хмыкнула Вэнь Цин. — Я-я думаю, что у В-вэй Усяня будут е-еще попытки поинтересоваться, сестра, — ответил Вэнь Нин, глянув на Вэнь Цин.       «Я раньше никогда не бывал в Юэ Яне. Кстати, до этого я все время расспрашивал людей о всяких происшествиях. Но сейчас мне хочется немного передохнуть и отправить тебя раскопать что-нибудь полезное. Что скажешь, Хань Гуан Цзюнь?»       Лань Ван Цзи развернулся и пошел прочь. Вэй У Сянь тут же остановил его: «Погоди. Хань Гуан Цзюнь, могу я полюбопытствовать, куда ты направляешься?»       Лань Ван Цзи ответил через плечо: «На поиски местного ордена заклинателей».       Многие не понимали, почему Вэй Усянь остановил Лань Ванцзы, ведь сам его отправил. Вэнь Жохань вместе с Мадам Юй понимающе хмыкнули.       Вэй У Сянь схватил его за кисточку, украшающую рукоять меча, и потащил в противоположную сторону: «Ну и зачем он тебе нужен? Это ведь их владение, так что даже если они что-то да знают, все равно не скажут. Тут два варианта: либо дельце оказалось им не по зубам, и местные заклинатели все скрыли, дабы не позориться; либо же они из кожи вон лезут, чтобы со всем разобраться, и явно не придут в восторг от постороннего вмешательства. Мой достопочтенный Хань Гуан Цзюнь, я вовсе не собираюсь тебя срамить, но когда дело доходит до общения с местными, без меня тебе не справиться. Если ты и впрямь примешься добывать сведения подобным образом, то я посчитаю чудом, если тебе удастся получить мало-мальски вразумительные ответы». — Соглашусь со словами Вэй Усяня, сам не раз сталкивался с такой ситуацией, — отозвался Цзинь Цзысюань со своего места. — Только после того, как проблема стала известной, только тогда они послали прошение о помощи. — Мелкие кланы слишком высокого мнения о себе, — закатил глаза Цзинь Лин, вновь вспоминая Главу Яо. — Не все! — запротестовал, на удивление всех, Вэнь Жохань. Он лично знал двух глав мелких орденов, что знали свое место и никогда просто так не высовывались и порядочно занимались своими делами кланов.       Несмотря на то, что слова эти прозвучали немного бестактно, взгляд Лань Ван Цзи заметно потеплел и смягчился, и он вновь тихо сказал: «Мгм».       Вэй У Сянь рассмеялся: «Ну кто так отвечает? Что это еще за «мгм»?». Про себя же он весело подумал: «Только и знает, что «мгм» да «мгм». Какой он все-таки скучный человек!»       Лань Ван Цзи спросил: «Тогда как мне следует добывать сведения?»       Вэй У Сянь махнул рукой в сторону: «Очень просто. Тебе нужно пойти вон туда». — В воду не гляди, это лавки с алкоголем, — закатил глаза Цзян Чен. — Почему именно это место? — спросил Лань Сичень, который всегда действовал, как хотел поступить его брат, то есть обратиться в Орден. — Будет рассказано дальше, — ответил брату Ванцзы.       Он указал в направлении широкой, мощеной улицы с яркими красными вывесками, свободно развевающимися по ветру по обеим сторонам дороги. Двери каждой лавки были приветливо распахнуты настежь, на лотках зазывно блестели круглые черные сосуды, а у входа стояли официанты, держа в руках подносы с маленькими чашами, полными молодого вина, и зычными голосами привлекали прохожих.       В воздухе витал стойкий аромат алкоголя, и Вэй У Сянь, по понятным причинам, все замедлял и замедлял шаг, а на перекрестке и вовсе остановился и даже потянул назад Лань Ван Цзи.       Вэй У Сянь изрек со всей важностью и серьезностью: «Официанты в подобных местах обычно юные, смекалистые и усердные. Каждый день через них проходит куча народу, и большинство из них не прочь посплетничать, поэтому ни одно из ряда вон выходящее событие не пройдет мимо их ушей».       Лань Ван Цзи не возражал: «Мгм». Однако на лице его ясно читалось: «Ты ведь просто хочешь выпить, разве нет?» — Как же хорошо Ванцзы-сюн знает тебя, Вэй-Сюн, — улыбнулся Не Хуайсан. — Да тут даже знать его хорошо не надо, вся поднебесная знает про его любовь к алкоголю, — фыркнула Мадам Юй. Не раз ее саму лично, ЕЕ - Хозяйку Пристани Лотоса просили передать этому беспризорнику сосуд другой ЮньМенского вина. — Ну не все, — пробубнил Вэй Ин.       Вэй У Сянь сделал вид, будто не понимает истинных мыслей Лань Ван Цзи, и, продолжая тянуть того за кисточку на рукояти меча, с сияющими глазами ступил на улицу, застроенную алкогольными лавками. К нему тут же подлетели пять или шесть официантов и принялись наперебой предлагать свой товар: «Не желаете ли отведать нашего напитка? Вино семьи Хе известно во всей округе!»       «Молодой господин, попробуйте-ка лучше вот это. Бесплатно. Если вам понравится, вы можете прийти в нашу лавку и купить столько, сколько пожелаете».       «Это вино может казаться не очень крепким по запаху, но посмотрим, что вы скажете, когда сделаете глоток!»       «Если прикончив всю тару, вы все еще сможете стоять на ногах, я возьму вашу фамилию!» — Интересно, — приложив два пальца к подбородку, имитирую позу Вэй Усяня, проговорил Лань Сычжуй. — Какое же ты предложение выбрал, А-Ньян. — Даже не знаю, А-Юань, — подхватила Цзян Яньли, улыбаясь "племяннику". — Мне кажется второе, — хихикнула А-Цин. — А мне третье, — отозвался Вэнь Сюй. — Нет, нет, нет, — качая головой, запротестовал Сюэ Ян. — Точно первое!       Вэй Усянь на это лишь закатил глаза и принялся бубнеть Лань Ванцзы на ухо, какие же все злые.       Услышав последнюю фразу, Вэй У Сянь сказал: «Будь по-твоему!», — затем взял из рук официанта чашу с алкоголем, в один присест осушил ее и, ухмыляясь, показал тому пустую посудину: «Ну что, возьмешь мою фамилию?»       Однако официант совсем не сконфузился, а наоборот, задрал нос и с еще большей уверенностью произнес: «Я говорил о целом сосуде, а не о какой-то чаше!» — Пф, — фыркнул Цзинь Лин. — Одним сосудом Дядю Вэй не подкосить. — Мне вот интересно, — привлекла внимание Мадам Цзинь. — Какую фамилию скажет Вэй Усянь? Свою он не сможет использовать по понятным нам причинам, значит Мо? — Нет, — покачал головой Вэй Усянь со шкодливой улыбкой на устах. — Там интереснее.       Вэй У Сянь ответил: «Раз так, то, дай мне… три сосуда».       Официант, вне себя от радости, поспешил в свою лавку. Вэй У Сянь повернулся к Лань Ван Цзи: «Мы здесь по делу, помнишь? Вот поэтому сначала мы содействуем их торгашескому делу, а потом уже переходим к нашему. Получив свое, они станут куда более разговорчивыми».       Лань Ван Цзи достал деньги, чтобы расплатиться. — Как по мне, официанты всегда слишком разговорчивы, — закатил глаза Цзян Чен. — Согласен, — кивнул Не Миндзюэ. Его подчиненные не раз, возвращаясь с города, приходили с докладами, которые всегда больше походили на сплетни.       Мужчины вошли в лавку, заставленную деревянными столами и стульями для отдыха и общения посетителей. Один из официантов заметил Лань Ван Цзи и по его внешнему виду и манере себя держать сразу же сообразил, что к ним заглянул далеко не обычный человек. Опасаясь показаться недостаточно церемонным и тем самым проявить неуважение к высокому гостю, он проводил их на место, только после того как тщательнейшим образом натер до блеска стол и стулья. — Какой сообразительный, — хмыкнул Цзинь Цзысюань. — Официант сразу понял, что сможет срубить не мало денег, — фыркнул Вэнь Сюй. — Учитывая, что с Лань Ванцзы А-Сянь, то они потратят немало денег, — вздохнула Яньли, прекрасно зная, что Вэй Ин никогда не следил за своими расходами.       Один сосуд вина Вэй У Сянь сразу же взял в руку, два других остались подле его ног. Он немного поболтал с официантом о том о сем, затем перешел к сути, спросив о странностях, творящихся в этой местности. Официант тоже оказался не прочь почесать языком, поэтому нетерпеливо потер руки и сказал: «Какие именно странности вас интересуют?»       «Дома с приведениями, заброшенные кладбища, расчлененные трупы и так далее». — А не испугают ли такие подробные расспросы обычных обывателей? — поинтересовался Цзиньи. Он хоть и заклинатель и пережил многое особенно в компании своих друзей и старших, но он все еще трясется при упоминании призраков, а видеть абсолютно живую и разговаривающую Деву А-Цин для него как триггер к воспоминаниям. — Даже если и бояться, они все равно будут следить за этим, — покачал головой Лань Цижень.       Взгляд официанта растерянно перебегал с одного на другого: «Хм… А чем вы вообще занимаетесь? Вы и он».       Вэй У Сянь спросил: «А ты разве еще не догадался?»       Официант понимающе кивнул: «Догадался, как не догадаться! Должно быть, вы одни из тех заклинателей, что парят в облаках и седлают туманы. — Эээ, — слегка замялся Не Хуайсан, нервно хихикая, — Так значит, именно так нас видят обыватели? — Обычные обыватели слишком восхваляют заклинателей, — проговорил Лань Сичень, качая головой. — По их мнению мы всесильны. — Даже Небожители не всесильны, — сказал Вэй Усянь. А он знал, про что говорит. Небожители могут погибнуть, даже если не потеряют последователей.       Особенно ваш спутник. Среди всех живущих на земле я никогда в жизни еще не встречал такого… такого…»       Вэй У Сянь ухмыльнулся: «Такого невыразимо прекрасного человека». — Во всей поднебесной нет настолько прекрасного и холодного человека одновременно, ХаньГуань-Цзюнь может одним взглядом заморозить человека, — начал было Цзиньи, но его быстро остановил взгляд Лань Ванцзы. — Это какая-то нездоровая любовь, — прошептал Не Хуайсан на ухо Цзинь Цзысюаня, на что Наследник Цзинь кивнул. — Лань Сычжуй ведь упоминал, что Лань Цзиньи считает Старейшину Илин и ХаньГуань-Цзюня своими родителями, — встрял в разговор младших Не Минцзюэ, чем испугал их и заставил дернутся.       Официант рассмеялся: «Боюсь, молодому господину подле вас не понравится, если вы так скажете! Так значит, странности… У нас бывали странности, не без этого. Но не сейчас, а десять лет назад. Если вы отправитесь вниз по улице, и, покинув пределы города, пройдете около трех километров, то увидите довольно симпатичное жилище. Не знаю, есть ли там до сих пор табличка, но это имение клана Чан».       Вэй У Сянь спросил: «И что с этим имением не так?»       «Весь их клан погиб!»       Сюэ Ян сидел молча и внемлил всем словам, что читал Сун Лань. Он знал этот клан Чан и его вытянул с той улицы как только ему дали задание. — Погибли? — удивился Фэнмянь, сводя брови к переносице. — Рано, — оборвал Главу Ордена Цзян, Вэнь Жохань. — Глава Ордена Цзян, рано разводить панику. То, что весь клан погиб, это странно, да, но думаю нам стоит слушать дальше. — Кхм, — откашлялся Цзян Фэнмянь. — Вы правы, Глава Ордена Вэнь.       Официант продолжил: «Вы спросили меня о странностях, вот я и рассказываю вам о них. Дело в том, что целый клан был стерт с лица земли, и говорят, умерли они от страха!» — От страха? — удивилась Мадам Цзинь, скептически приподняв бровь. — Да невозможно это.       Все перевели взгляд на Вэй Усяня и Лань Ванцзы, понимая, что даже если они ничего конкретного не скажут, то как минимум они могут это подтвердить. — Погибли они от страха, — чеканя каждое слова, подтвердил Лань Ванцзы. От его слов у юниоров пошли мурашки по коже.       Услышав эти слова, Лань Ван Цзи погрузился в думы, словно что-то припоминая. Вэй У Сянь же, напротив, ничего не заметил: «У вас здесь есть какие-то местные ордены заклинателей?» Тварь, что способна до смерти напугать весь клан, должна быть весьма и весьма злобной. В конце концов, не у всех орденов, подобно Ордену Цин Хэ Не, есть свои тайны, которые они ревностно оберегают от посторонних. Большинство кланов не стали бы терпеть подобное чудовище в своих владениях. Официант ответил: «Конечно, есть».       Вэй У Сянь поинтересовался: «И что они предприняли?»       «Предприняли?»       Официант перекинул через плечо посудное полотенце и присел за стол, выдавая секрет, что уже давно жег ему язык: «Молодой господин, а вам известна фамилия ордена, обитавшего в Юэ Яне? Чан. Клан, что умер от страха, это он и был! И раз все мертвы, то как они могут что-то предпринять?»       Полностью уничтоженный клан Чан был местным орденом заклинателей?! — Это начинает напрягать, — озвучил мысли многих Цзян Чен. — Это становиться все интереснее и интереснее, — ухмыльнулся Не Минцзюэ, растянувший губы в улыбке. — Тебе вся жуть интересна, Дагэ, — проворчал Не Хуайсан.       Вэй У Сянь никогда раньше не слышал ни о каком Ордене Юэ Ян Чан, а, значит, он явно не входил в число именитых, но, тем не менее, абсолютное истребление целого клана было событием, из ряда вон выходящим. Он тут же спросил: «Как они умерли?»       Официант ответил: «По слухам, как-то ночью со стороны имения Чан раздался звук, словно кто-то со страшной силой колотил в двери».       Вэй У Сянь удивился: «Колотил в двери?»       «Вот именно! Звук был таким громким, что доходил до самих Небес. Изнутри доносились отчаянные крики и рыдания, будто, те, кто находился там, не могли выбраться на свободу. Чудно, верно? Все щеколды закрывались с внутренней стороны, так что, даже если обитатели и заперлись каким-то образом, то могли бы просто отодвинуть засовы. Зачем же тарабанить по дверям? Даже если бы их услышал кто-то снаружи, все равно им никоим образом не удалось бы оказать помощь! К тому же, если с воротами ничего не выходило, можно ведь было просто перелезть через стену, не так ли?»       «Люди, явившиеся на шум, стояли в нерешительности. Все знали, что клан Чан был весьма могущественен и состоял из одних заклинателей. Я даже думаю, что их глава, Чан Пин, владел мечом, на который можно встать и полететь! Посудите сами, если внутри и вправду что-то случилось, да такое, что даже его клан не мог справиться, то зачем простым людям лезть за своей смертью? Вот почему никто не стал ставить лестниц или перебираться через стены, чтобы увидеть, что же там творится. Так прошла ночь, и стенания и вой постепенно затихли. А на следующее утро, на рассвете, все двери клана Чан распахнулись сами по себе».       «В доме обнаружили и мужчин, и женщин: около десяти господ и примерно пятьдесят слуг; некоторые сидели, некоторые лежали ничком, извергнув свои внутренности. Все они умерли от страха». — Если врата закрывались на щеколду изнутри и они тарабанили, не значит ли это, что с другой стороны кто-то мог держать врата? — предположил Сяо Синчень, высказывая свою мысль. — Все возможно, — не споря и не соглашаясь, сказала Вэнь Цин. — Эти обыватели слишком восхваляют клан Чан, даже если они могут парить на мечах, это не значит, что они были выдающимися заклинателями, — сказала Мадам Юй с неприкрытой неприязнью.       Владелец лавки повернулся к ним и забранился: «Ах ты паразит! А ну хватит травить байки про мертвецов и принимайся за работу!»       Вэй У Сянь сказал: «Еще пять сосудов, пожалуйста».       Лань Ван Цзи заплатил за десять. Владелец тут же расцвел и наказал официанту: «Хорошенько развлеки гостей! Не носись попусту!»       Вэй У Сянь произнес: «Можешь продолжать». — Оказывается, что лавки не плохие места для получения информации, — хмыкнул Вэнь Сюй, глянув на Вэй Усяня, который ответил ему кивком. — Это искусство узнавать так информацию, — хмыкнул Цзян Чен, что не раз сам пользовался этим методом.       Все заботы официанта вмиг рассеялись, и он изо всех сил постарался угодить гостям, живо и выразительно продолжив свой рассказ: «С тех самых пор и довольно продолжительное время любой, кто проходил мимо имения клана Чан ночью, мог услышать, как кто-то изнутри колотит по стенам!»       «Вы только представьте себе, люди, вроде них, что парят в небесах и, наверняка, видели в своей жизни тысячи и тысячи монстров, оказались перепуганными до смерти! Что же такое ужасающее предстало перед ними? А лет десять назад там можно было наткнуться на призраков. Даже после смерти они продолжали колотить по крышкам своих гробов! И хотя глава клана, Чан Пин, был в отъезде и выжил…»       Вэй У Сянь перебил его: «Ты же сказал, что погиб целый клан?!» — Он говорит, то одно, то другое. Стоит ли ему верить? — приподнял бровь в легком скепсисе Лань Сичень. — Чан Пин тоже мертв, — просто сказал Цзинь Жулань. — Глава закончилась, — сказал Сун Лань.