Невезучая

Всю следующую неделю Элизабет не могла перестать пялиться на необычного парня. Она понимала, что это совершенно неприлично, но любопытство было сильнее. Оставалось только надеяться, что другие этого не замечают, хотя иногда она ловила на себе слегка насмешливый взгляд Сэллоу. На уроках она предпочитала общаться с Натти или своей соседкой по комнате, очень милой любительницей животных по имени Поппи. Она внезапно обнаружила, что девушка, с которой никто особенно не общался, оказалась очень доброй и целеустремленной. Хоть цель у них была и не одна, но большая ли разница между помощью животным и лечением людей? Они нашли друг друга очень похожими, и это быстро сделало из них подруг. Оминис на уроках ее показательно не замечал. Хотя он вообще разговаривал только с другом, так что в этом не было ничего удивительного. На зельях он старательно варил что-то отдаленно похожее на зелья, но ни с кем не разговаривал и помощи не просил. Хотя на глаз отмерить 5 капель сока мурлокомля он по понятным причинам не мог. На уроки полетов он тоже не ходил, но Элизабет все равно думала о нем даже там. Полет с видом на Хогвартс захватил ее до восторженной дрожи по всему телу и стало до безумия жаль, что ему это совсем недоступно. Профессора загружали ее всякими дополнительными уроками, большая часть из которых относилась к ЗоТИ. Девушка решила, что профессор Фиг подговорил других, чтобы научить ее защищаться от гоблинов. Это пугало, поэтому на всякий случай Элизабет заглянула в библиотеку и занялась дополнительным образованием. Она искала все доступное по колдомедицине и лечебным заклинаниям, надеясь, что в ближайшее время ей это не пригодится. Идти к медсестре она пока не решалась, считая, что это может быть воспринято плохо и начнутся ненужные вопросы. Наличие тайны раздражало. Внезапное сообщение о том, что ее ищет портрет бывшего министра магии, настигло Элизу в библиотеке, где она читала про заклинание наложения шины на переломы. Не слишком понимая, что происходит, она отправилась в гостиную и оттуда в мелкую деревушку недалеко от замка в поисках племянницы министра, которая могла помочь найти утраченные страницы из недавно найденной книги. Она и представить не могла, что внезапно окажется в Азкабане, но бывшая аврор не оставила ей выбора, переместив туда в мгновение ока. Разговор с несчастной жертвой ложных обвинений поразил ее и сердце болезненно сжалось от осознания, что все это произошло и исправить уже ничего нельзя. «Я никогда не позволю никому незаслуженно оказаться в таком месте, как это», — решительно подумала Элизабет, когда посещение подошло к концу и она оказалась на опушке Запретного Леса. — «Главное сейчас и самой не угодить туда». Ей совершенно не нравилась идея идти в лес в одиночку, но сделать с этим ничего было нельзя. Так что она, вздохнув и в который раз посетовав на свою несчастливую звезду, решительно отправилась в очередное приключение. В этот раз все прошло в разы хуже, чем до этого. Убивать тролля было страшно, но все произошло слишком неожиданно и оттого не очень осознанно. Крошить древних големов в подземельях тоже было приемлемо. Убивать мерзких пауков — необходимо и правильно. К чему жизнь совершенно не готовила пятнадцатилетнюю девушку, так это к тому, что найдутся люди, которые захотят ее убить. И что древняя магия возьмет контроль над ней и в азарте боя заставит убить в ответ. После первого боя с реальными, живыми людьми, Элизабет полчаса рвало, скручивая внутренности в узел. Повезло, что от нападавших остались только серые хлопья и мертвая курица, так что не пришлось видеть трупы и убирать последствия разбушевавшейся магии. Вскоре рвота сменилась слезами. Даже найденные страницы, которые лежали в сумке, не могли отвлечь девушку от осознания, что она натворила. Она с трудом поднялась с колен и побрела в сторону Хогвартса. *** Письмо от Себастьяна с приглашением поучиться новым заклинаниям настигло внезапно, через несколько дней после вылазки в лес. В этот вечер Поппи была занята подтягиванием хвостов по зельям, а Натти опять убежала в Хогсмид с самым невинным видом, так что формального повода отказаться не нашлось. Решив не сидеть в гостиной или библиотеке в одиночестве, Элизабет отправилась на встречу. Таинственная Крипта заинтересовала девушку и она с удовольствием согласилась изучить что-то новое. Конфринго оказалось чем-то схожим с Инсендио и слегка жгло руки, напоминая, что со взрывами лучше не шутить. Себастьян же был очень воодушевлен. Казалось, что этот взрывной огонь пляшет в его глазах. — А как ты нашел это место? — спросила Элиза и удивленно заметила, что парень смутился. Он выглядел так, будто его снова поймали в запретной секции. — Вообще-то это место мне показал Оминис, — на этих словах сердце девушки почему-то екнуло. — Он сказал, что только кто-то из его семьи знает, как его найти. Это наше секретное место, не говори ему, что я сказал! «Чем же ты думал, когда звал меня сюда, болван?» — раздраженно подумала Элизабет. После слов о том, что это место значит для светловолосого слизеринца, находиться здесь резко стало некомфортно. Будто бы она влезла туда, куда не должна была. Но вслух она только пообещала ничего не говорить. — Ты можешь приходить сюда в любое время! — Элизабет чуть не хлопнула себя по лбу от такой наивности. Она что-то пробормотала в ответ и быстрым шагом пошла к выходу. Не хватало еще столкнуться с Оминисом здесь. Он совершенно точно не обрадуется. Но было бы очень наивно полагать, что в этот раз ей повезет. Она осознала это в тот же миг, как вышла из крипты и услышала знакомый голос. Попытка слиться с местностью провалилась. На непроницаемом лице обычно спокойного парня явно застыло выражение бешенства. Темные брови изогнулись, уголок рта нервно подрагивал и только глаза оставались такими же непроницаемыми. Элизабет невольно вспомнила слова Себастьяна: «Ни одно заклинание не способно вылечить его слепоту». Но как бы слеп он ни был, он явно как-то отличил ее от друга и с этим нужно было что-то делать. — О, привет, Оминис! — девушка постаралась вложить в голос как можно больше доброжелательности. — Какая неожиданная встреча! — Ты! Я узнаю твой голос, Элизабет Браун, — в его голосе звенела ярость. — Как ты нашла это место? Себастьян притащил тебя сюда? Хуже и быть не могло. Несмотря на злые слова, угрозы и презрение, что он вылил на нее, Элизабет не могла отделаться от чувства вины. Ее словам, что она нашла это место случайно, он не поверил. «Чертов Сэллоу, это ты виноват», — мысленно кипятилась девушка, понимая, что теперь нормального общения с Оминисом ей не видать. Тот, кажется, тоже понял, что требовать ответы лучше у друга. Напоследок потребовав, чтобы она никому не говорила об этом месте, слизеринец скрылся в крипте. Элизабет опустила плечи и поникла. Ситуация совершенно выбила ее из хрупкого душевного равновесия, которое она кое-как восстановила за несколько дней. Она пошла в спальню, упала на кровать и расплакалась. Соседок еще не было в комнате, так что никто не мешал ей давать волю душившим ее слезам обиды. Она никак не могла понять, почему нельзя просто быть нормальной, никого не убивать и не обижать, не быть чьей-то целью и не владеть тайными силами. Все это настолько вымотало ее, что она уснула прямо в одежде и даже не заметила, как пришедшая спать Поппи сочувственно вздохнула, глядя на заплаканное лицо, сняла с нее обувь и накрыла запасным одеялом.