Игра судьбы 2: Испытание чувств на прочность

Друзья, на прошлой неделе меня сразила огромная депрессия, и я, поддавшись её порыву, думала плюнуть на всё и бросить писательство. Сказав об этом нескольким людям, я тут же пожалела об этом. Одна меня морально уничтожила, вторая чуть не убила и стала шантажировать, третья же просто сказала - что я дура. Я хочу сказать им спасибо за то, что вправили мне мозги))) Если бы не вы, я не знаю, что со мной бы было))) Как только дверь закрылась за спиной Александра, она со всей силы ударила кулаком в стену. «Сволочь. Сучка. Ненавижу. В аду сгоришь». Перекинув портфель через плечо, Александра пошла по коридору. Ещё никогда она так не злилась на преподавателей. Даже на Снегга, который был далеко не её любимый учитель. Идя мимо учительской, она представила, как МакГонагалл сейчас ругает Гарри. И как только она себе это представила, дверь учительской распахнулась, и из неё вышел Гарри. - О! – сказала Александра, приподняв уголки губ. – Гарри. - Александра, - растеряно сказал Гарри, закрывая за собой дверь учительской. – А ты чего здесь а не на уроке? - А, - махнула рукой Алекс и пошла вперёд. – Эта грымза меня тоже выгнала. И главное за что? Я же ничего такого не сказала. - Если ты так говоришь, - сказал Гарри, идя рядом с девушкой, - то ты как минимум морально её уничтожила. - Ну, - ухмыльнулась Алекс. – Уничтожила - это громко сказано. Просто сказала то, о чём думаю, и всё. Ужин у друзей прошёл в тишине. Пока они сидел за столом до них отовсюду долетали шепотки. - Я вот чего не могу взять в толк, — сказал Гарри нетвёрдым голосом, положив нож и вилку. — Почему они все, как один, поверили этой истории два месяца назад, когда услышали её от Дамблдора?.. - Дело вот в чём, Гарри. Я совсем не убеждена, что они даже тогда ей поверили, — мрачно проговорила Гермиона. — Слушайте, пошли отсюда. Она тоже положила нож и вилку, стукнув ими по столу; Рон, с тоской посмотрев на недоеденный кусок яблочного пирога, последовал её примеру. Александра же даже не притронулась с своему ужину и ограничилась только чашкой чая. Пока они шли из зала, все смотрели на них. - Как это ты не убеждена, что они поверили Дамблдору? — спросил Гарри Гермиону, когда они поднялись на площадку второго этажа. - Ты не до конца понимаешь, как обстояли дела после того, что с тобой случилось, — тихо сказала Гермиона. — Ты появляешься посреди лужайки с телом Седрика... Что произошло в лабиринте, никто, кроме Алекс, конечно, из нас не видел... О том, что Сам-Знаешь-Кто возродился, убил Седрика и дрался с тобой, Дамблдор сообщил нам на словах, и только. А о говорить кому-нибудь о том, что Алекс тоже была на том кладбище – нельзя. Да и вряд ли кто-нибудь в это поверит. - Но это правда! — воскликнул Гарри. - Я знаю, Гарри, поэтому, пожалуйста, перестань на меня бросаться, — утомлённо попросила его Гермиона. — Я хочу сказать, что, когда все поехали на каникулы по домам, правда ещё не улеглась в головах, а дома они два месяца читали, что ты идиот, а Дамблдор — выживший из ума старик. Пока они шли по пустым коридорам в башню Гриффиндора, по окнам барабанил дождь. Александра остановилась и посмотрела в окно. Она любила такую погоду, особенно летом. Девушка вспомнила, что, когда она была маленькой, бывало, на какое-то время её с Никитой отправляли на попечительство к бабушке в Англию. И когда на улице начинался дождь, брат и сестра выбегали из дома и бегали по лужам, подставляя лицо под капли падающие с неба. Правда, потом Орловы получали сильный нагоняй за это... От воспоминаний девушку вырвала Гермиона, которая, оказывается стояла и ждала, когда Алекс оторвётся от созерцания погоды за окном. - Ну, ты идёшь или как? Нам ещё домашку делать. - Да, я помню. Когда они подошли к портрету Полной Дамы, Гермиона, не дожидаясь вопроса, назвала пароль. Портрет распахнулся, и друзья полезли в проём. Общая гостиная была почти пуста — мало кто успел к этому времени покончить с ужином. Живоглот свернулся клубком на одном из кресел, а Кузя лежал, расстелившись «колбаской» перед камином. И как только друзья сели на свои любимые места, кот вскочил и залез на плечи Александры так, что со стороны был похож на воротник, с которыми ходят богатые леди. - Как мог Дамблдор это допустить? — вдруг воскликнула Гермиона, заставив Гарри и Рона вздрогнуть; Алекс устало повернулась в её сторону. Она с такой яростью стукнула кулаками по мягким подлокотникам кресла, что из швов посыпались кусочки подкладки. - Как он мог позволить этой ужасной тётке нас учить? Да ещё в год, когда нам сдавать СОВ! - Закон подлости, Гермиона... Всеми не любимый закон подлости... - лениво протянула Александра. - Ну, и выдающихся учителей защиты от Тёмных искусств у нас пока ещё не было, — сказал Гарри. — Помните, что Хагрид говорил? Никто не хочет идти на эту должность, потому что она проклята. - Да, но нанять такую, которая запрещает нам применять волшебство? Что Дамблдор делает? Не понимаю. - И к тому же она будет вербовать доносчиков, — хмуро заметил Рон. — Помните её слова? Она хочет, чтобы к ней приходили и рассказывали про тех, кто говорит, что Сами-Знаете-Кто возродился. - Ну ещё бы! Она сама здесь для того, чтобы за нами всеми шпионить. Это же очевидно — иначе зачем Фадж её сюда прислал? — резким тоном сказала Гермиона. - Только не начинайте опять спорить, — обессиленно промолвил Гарри, когда Рон открыл рот, чтобы ответить. — Может, мы просто... просто займёмся домашней работой, это хотя бы скинем... Они взяли сумки и вернулись к креслам у камина. Гриффиндорцы уже начали возвращаться с ужина. - Давайте сперва со Снеггом разберёмся, — предложил Рон, обмакнув перо в чернила. — «Свойства... лунного камня... и его использование... в зельеварении...» — бормотал он, выводя эти слова вдоль верхней кромки пергамента. — Так. — Он подчеркнул заголовок и с надеждой посмотрел на Гермиону. - Ну, и какие же свойства у лунного камня и как он используется в зельеварении? Алекс испустила смешок. Рон в своём репертуаре. Надеется, что Гермиона ему всю домашку на блюдечке преподнесёт. Но Гермиона не слушала его. Она смотрела в дальний угол гостиной, где сидели теперь Фред, Джордж и Ли Джордан, окружённые невинного вида первокурсниками, которые все до единого жевали нечто, взятое, судя по всему, из большого бумажного пакета в руках у Фреда. При виде парня, у Алекс перехватило дыхание. Александра не могла понять, почему такие странные чувства охватывают её при виде старого друга. Это очень её настораживало. Орлова поняла, что сейчас вряд ли сможет сосредоточится, и поэтому, схватив портфель и кота подмышку, девушка направилась в сторону спален. - Эй, - окликнул её Гарри, пока Гермиона с Роном решали, пойдёт ли последний с девушкой разбираться с братьями. – Ты куда? А как же уроки? - Завтра всё равно нет в расписании того, чтобы было сегодня. Можно и побездельничать. - Ну ладно. До завтра тогда. - Ага, пока. Вбежав в спальню, Александра бросила вещи в угол, а кота на кровать, и сама уселась рядом, уткнувшись лицом в ладони. «Чёрт! Почему в последнее время я так странно реагирую на Фреда?! Как же это бесит! Что со мной происходит?! Неужели, я что-то такое забыла, о чём знает лишь Фред, но не собирается мне говорить... Убью скотину, если это так...». Обняв Кузю, девушка завалилась на кровать. «Хм... а если я как-то позорилась перед Фредом, и он, когда смотрит на меня, вспоминает это, и тихо ржёт... Нет. Бред какой-то. А что тогда? Может, я давала ему какое-то обещание, но он стесняется напомнить мне о нём? Хотя, о чём это я, Фред и стесняется – слова синонимы. Но тогда что?...». Кузя начал активно вырываться их хватки хозяйки, ибо Алекс так задумалась, что не заметила, как стиснула кота в объятиях. Выпустив кота, Александра скинула кеды с ног и даже не раздеваясь, уснула. * * * Новое утро оказалось таким же свинцовым и дождливым, как предыдущее. Во время завтрака Хагрид за преподавательским столом опять не появился. За завтраком прилетели совы. И к Алекс подлетел Сырник с ответом от Никиты. Брат писал, что у них пока всё хорошо и тихо. Так же писал, что сожалеет, что девушка поссорилась с Симусом. «Сожалеет. Ага, как же! Ни черта ты не сожалеешь, наверное, прыгал до потолка, когда прочитал, что мы поссорились». И не ошиблась в своих догадках. После этого в письме было написано: «P.S. А я говорил, что мы знаем друг друга как облупленных XD». Александра улыбнулась. Как ни крути, они и вправду друг друга хорошо знают. После завтра ребята направились на занятия. За сдвоенными заклинаниями в тот день шла сдвоенная трансфигурация. И профессор Флитвик, и профессор МакГонагалл первые пятнадцать минут урока говорили о важности СОВ. День немного разгулялся, было прохладно и ветрено. Следующим уроком должен был быть Уход за Магическими Существами. Профессор Граббли-Дёрг, поджидая учеников, стояла шагах в десяти от двери хижины. Перед ней тянулся длинный стол на козлах, на котором были навалены какие-то ветки. Когда Гарри и Алекс приблизились к столу, сзади раздался взрыв хохота; обернувшись, они увидели Драко Малфоя, который направлялся туда же в сопровождении своей обычной слизеринской свиты. Он явно сказал сейчас что-то чрезвычайно забавное, поскольку Крэбб, Гойл, Пэнси Паркинсон и прочие, подтягиваясь к месту урока, всё никак не могли унять ржание. По тому, как они поглядывали на Гарри, предмет насмешки угадывался без труда. - Все здесь? — гаркнула профессор Граббли-Дёрг, когда явились и слизеринцы, и гриффиндорцы. — Тогда поехали. Кто может сказать, как это называется? Она показала на лежащую перед ней кучу веток. Рука Гермионы взвилась в воздух. - Итак, кто мне скажет, как они называются? Мисс Грейнджер? - Лукотрусы, — ответила Гермиона. — Это лесные сторожа, живут обычно на деревьях, чья древесина идёт на волшебные палочки. - Пять очков Гриффиндору, — объявила профессор Граббли-Дёрг. — Да, это лукотрусы, и, как правильно сказала мисс Грейнджер, они чаще всего живут на деревьях тех пород, что ценятся изготовителями волшебных палочек. Кто-нибудь знает, чем они питаются? - Мокрицами, — выпалила Гермиона. — И яйцами фей-светляков, если могут их раздобыть. - Очень хорошо, ещё пять очков. Итак, если вам нужна древесина или листва дерева, на котором обитает лукотрус, следует запастись порцией мокриц, чтобы отвлечь или успокоить его. На вид они безобидны, но, если их разозлить, они пытаются выколоть человеку глаза пальцами, которые, как вы видите, очень остры и опасны для глазных яблок. А теперь подходите ближе, берите мокриц и лукотрусов — одного на троих — и изучайте их поподробнее. До конца урока каждый из вас должен зарисовать лукотруса и пометить на рисунке все части тела. Ученики толпой двинулись к столу. Александра взяла существо, села на траве на корточки чуть поодаль и стала пытаться привести лукотруса в более или менее неподвижное состояние, чтобы его зарисовать. Скоро к ней присоединились Рон, Гермиона и Гарри. Гарри шепотом рассказал друзьям о стычке с Малфоем и поделился своими догадками, что блондин может что-то знать. После того, как звонок прозвенел, друзья собрали вещи и двинулись на травологию. Травология проходила в теплицах, куда и пришли гриффиндорцы. Тут дверь ближайшей теплицы открылась, и из неё вышло несколько четверокурсников, в том числе Джинни. - Привет! — жизнерадостно сказала она, проходя мимо. Некоторое время спустя появилась Полумна Лавгуд. Она плелась в хвосте своего класса. Нос у неё был запачкан землёй, длинные волосы собраны в узел на макушке. Увидев друзей, её выпуклые глаза от волнения вытаращились ещё сильней, и она двинулась прямо к ним. Многие её одноклассники с любопытством повернули головы. Полумна набрала побольше воздуха и, не здороваясь, выпалила: - Я верю, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился, и я верю, что ты, Гарри, дрался с ним и спасся. - Э... ага, — неуклюже сказал Гарри. Уши Полумны были украшены серьгами, похожими на оранжевые редиски, что явно не укрылось от внимания Парвати и Лаванды: они хихикали и показывали пальцами на её мочки. - Смейтесь сколько хотите! — повысила голос Полумна, которой показалось, что они потешаются над её словами. — Было время, когда люди считали, что на свете нет таких существ, как бундящая шица и морщерогий кизляк. - Так ведь они были правы, разве не так? — с раздражением сказала Гермиона. — На свете действительно нет и не было таких существ. Полумна бросила на неё уничтожающий взгляд и метнулась прочь. Александра сердито посмотрела на подругу и метнулась за Полумной. - Полумна, - окликнула девушку Алекс, схватя её за рукав мантии. – Ты не слушай Гермиону. Просто, она... реалистка. Просто она верит логике и книгам, а ты фактам. Не стоит на неё из-за этого обижаться. Я, например, верю в этих... как их там... - Морщерогий кизляк? – подсказала Лавгуд. - Да! Вот, точно! В них, - улыбнулась Алекс. – Как на счёт прогулки в выходные? - Конечно, - робко улыбнулась Полумна. – Я рада провести время с другом. Сердце Алекс пропустило удар. Полумна считает её своим другом. Улыбка Александры стала ещё шире. - Отлично! Тогда, увидимся, - махнув рукой, сказала Алекс и ушла к друзьям. - Пока не начался урок, хочу кое-что прояснить, - сказала она, глядя то на Рона, то на Гермиону. – Полумна – мой друг. Так же как и вы. И я буду вам очень признательна, если вы прекратите высмеивать её по любому поводу, будь то какое-то странное существо или факт, Гермиона, - сверкнув взглядом Гермионе, говорила Алекс, - или что-то вообще странное с её стороны, что нормальный человек бы не сделал, Рон. - А я то что? Я молчал! – возразил Рон. - Зато я знаю, о чём ты подумал, - кивнула Александра. – Ну, надеюсь, мы друг друга поняли. Да, Гермиона? Девушка замялась. И неуверено кивнула. - Вот и славно. Профессор Стебль начала урок, конечно же, с наставлений по поводу важности СОВ. После урока утомлённые и крепко пахнущие драконьим навозом, который был любимым удобрением профессора Стебль, гриффиндорцы потянулись обратно в замок. Разговаривали мало. Позади был ещё один трудный день. Алекс очень хотелось есть, ибо с утра в ней не было ничего, кроме чая. В пять у неё и Гарри был первый сеанс наказания, назначенного профессором Амбридж, они сразу же, даже не занося сумки в башню Гриффиндора, отправились на ужин. Перед тем неизвестным, что их ожидало, надо было подкрепиться. Но не успели они войти в Большой зал, как раздался громкий сердитый возглас: - Эй, Орлова и Поттер! - Что ещё? — устало пробормотал Гарри, обернувшись, они увидели Анджелину Джонсон, которая, похоже, была вне себя от гнева. - Я вам сейчас объясню, что ещё, — сказала она и, двинувшись прямо к ним. — Как это вы ухитрились заработать наказание на пять вечера в пятницу? - А? — спросила Александра. — Не по... ах, да, вратарские испытания! - Вспомнили! — возмущённо крикнула Анджелина. — Я же говорила, что мне нужна вся команда, что я хочу посмотреть, как впишется новый игрок! Разве вы не знаете, что я специально заказала на это время поле? А теперь вы вздумали уклониться! Ладно Алекс, она постоянно во что-то влипает, но ты-то, Гарри! - Ничего я не вздумал! — возразил Гарри, обиженный этой явной несправедливостью. — Меня наказала Амбридж, потому что я сказал правду про Сама-Знаешь-Кого. - И меня, кстати, по этой же причине, - сказала Алекс. - Ну, так идите теперь к ней и просите освободить вас в пятницу, — яростно потребовала Анджелина. — Как будете её уговаривать — меня не касается. Можете, если хотите, сказать ей, что Сами-Знаете-Кто — плод вашего воображения. Но в пятницу извольте быть! Она резко повернулась и унеслась прочь. - Если она пыталась разбудить во мне совесть, то у неё не получилось, - пожав плечами, сказала Александра. - Знаете что? — сказал Гарри Рону и Гермионе, когда они вошли в Большой зал. — Надо бы узнать в «Паддлмир Юнайтед», не погиб ли Оливер Вуд на тренировке. В Анджелину, похоже, вселился его дух. - Ну, и какие, по-твоему, шансы, что Амбридж отпустит вас в пятницу? — скептически спросил Рон, когда они сели за стол Гриффиндора. - Меньше чем нулевые, — мрачно ответил Гарри и Александра в один голос. - Но попытаться-то можно, чем мы рискуем? Можно Предложить, к примеру, два дополнительных наказания потом отбыть... — сказал Гарри. – Хорошо бы она сегодня не слишком нас задержала. Нам же надо написать три письменные работы, отрабатывать Заклятие исчезновения для МакГонагалл, найти контрзаклятие для Флитвика, дорисовать лукотруса и начать этот дурацкий дневник сновидений для Трелони! Рон застонал и почему-то поднял глаза к волшебному потолку. - И, кажется, собирается дождь. - При чём тут дождь, когда мы говорим о домашней работе? — вскинула брови Гермиона. - Ни при чём, — быстро ответил Рон, но уши у него покраснели. Без пяти пять Гарри и Александра попрощались с друзьями и пошли на четвёртый этаж в кабинет Амбридж. Когда Гарри постучал, она сахарным голоском откликнулась: «Входите». Он осторожно вошёл, оглядываясь по сторонам, а Алекс вошла вслед за ним. Алекс огляделась. Кабинет изменился до неузнаваемости. На все поверхности были наброшены ткани — кружевные или обычные. Стояло несколько ваз с засушенными цветами, каждая на своей салфеточке, а на одной из стен висела коллекция декоративных тарелочек с яркими цветными котятами, которые различались, помимо прочего, повязанными на шею бантиками. Александра, которой всегда хорошо относилась к котам, вдруг почувствовала к ним отвращение. - Добрый вечер, мистер Поттер и мисс Орлова, - сказала Амбридж. - Добрый вечер, профессор Амбридж, — деревянным голосом отозвался Гарри. - Мисс Орлова, я жду. - А? – отвлеклась Александра от созерцания котов. – А, да. Добрый, профессор. - Ну что ж, садитесь, — сказала она, показывая на маленькие столики, покрытые кружевной скатертью, у которых она заранее поставила стулья с прямыми спинками. На столиках лежали чистые пергаменты. - Э... — сказал Гарри, не двигаясь. — Профессор Амбридж, прежде чем мы начали, я... я хочу попросить вас об... одолжении. Её выпуклые глаза сузились. - Я вас слушаю. - Видите ли, я, точнее мы, входим в команду Гриффиндора по квиддичу. В пятницу в пять часов мы должны быть на испытаниях кандидатов во вратари, и я, то есть мы… мы подумали, может быть, вы освободите нас на этот вечер от наказания, мы тогда… мы тогда отбудем его в другой день… Задолго до того, как он кончил, уже было ясно, что ничего не выйдет. - Ну, что вы, — сказала Амбридж, улыбаясь так широко, словно только что проглотила на редкость сочную муху. — Нет-нет, что вы, что вы. Мистер Поттер, вы наказаны за распространение скверных и вредных историй в целях саморекламы, и никто не будет ради вашего удобства ничего переносить. А вы, мисс Орлова, за свое неподобающие поведение ученику. Нет, вы явитесь сюда в пять часов и завтра, и послезавтра, и в пятницу, все ваши наказания пройдут как намечено. Будет совсем неплохо, если вам придётся пропустить то, от чего вы не хотели бы отказываться. Это сделает урок, который я намерена вам преподать, ещё более поучительным. Александра сжала кулаки. - Но… - начала лилейным голосом Амбридж. – Если вы, мисс Орлова, осознали глупость вашего поступка, то я сниму с вас наказание. - Нет. – тут же откликнулась девушка. – Я от слов своих не отказываюсь и готова отходить наказание вместе с Гарри. Хотя… я считаю, что с вашей стороны отрицать очевидное это… - Достаточно! Что ж, наказание, так наказание. А ещё, мисс Орлова, я сообщу о вашем поступке вашей бабушке. - Вы на меня ещё отца натравите, я вам прямо в лицо рассмеюсь, - усмехнулась Александра, смотря на Амбридж. «Пф… Нашла чем меня пугать. Бабушке она напишет. Бабушка уже давно потеряла надо мной контроль». Амбридж смотрела на них, слегка склонив голову на сторону. Александра положила портфель на пол, и села за один из столов, и откинулась, но почти сразу была прижата к спинке стула. - Ну вот, — ласково сказала Амбридж, смотря на Гарри, — мы уже лучше владеем собой, не правда ли? Теперь, мистер Поттер, вы напишете для меня некоторое количество строк. Нет, не вашим пером, — добавила она, когда Гарри потянулся к сумке. — Вы воспользуетесь моим пером, специальным. Вот, пожалуйста. Она протянула ему чёрное перо, длинное и тонкое, с необычно острым кончиком. - Я попросила бы вас написать: «Я не должен лгать», — мягко сказала она. - Сколько раз? — спросил Гарри. - Столько, сколько понадобится, чтобы смысл впечатался, — ласково ответила Амбридж. — Приступайте. - Так, а вы, мисс Орлова, пожалуйста, тоже возьмите моё перо, - она протянула такое же перо, какое дала Гарри, - и напишите что «Я не должна дерзить». - Дайте угадаю, столько раз, чтобы смысл впечатался? – ухмыльнувшись сказала Алекс, одевая очки и, подперев голову левой рукой, уже хотела начать писать, но вдруг поняла, что чего-то не хватает. Амбридж отошла к своему столу, села и склонилась над стопкой пергаментов, которые скорее всего были сданными на проверку письменными работами. - Вы не дали нам чернил, — сказал Гарри. - О, чернила вам не понадобятся, — заверила его профессор Амбридж с крохотнейшей смешинкой в голосе. Александра пожала плечами, и стала медленно выводить буквы на пергаменте. Только на одну букву «я» она убила секунд тридцать. Девушка взгляну на Гарри. Парень писал уже наверное десятую строчку. «Ну что ж… Я ей такого удовольствия не доставлю». Гриффиндорка продолжила медленно выводить буквы по пергаменту, но как только она дописала последнюю, руку, которой она придерживала голову, неприятно защипало. От неожиданности Алекс ударила этой рукой по столу. Слова, появившиеся на пергаменте, были написаны чем-то ярко-красным. Те же слова возникли и на тыльной стороне её левой руки, будто проведённые скальпелем; но не успела она отвести взгляда от свежих надрезов, как их затянуло гладкой кожей — осталась лишь небольшая краснота. Александра взглянула на Гарри, а потом на Амбридж. Она смотрела на них, растянув в улыбке большой жабий рот. - Что-то не так? - Нет, ничего, — тихо сказал Гарри. «Ага, «ничего». По нам тут невидимым скальпелем водят, конечно, у нас всё нормально». Гриффиндорка снова посмотрела на пергамент, поднёсла к нему перо второй раз, медленно вывела: «Я не должна дерзить» — и опять почувствовал жгучую боль в руке. Вновь слова были вырезаны на коже, и вновь надрезы затянулись секунды спустя. И так пошло дальше. За окном кабинета Амбридж стало темно. Алекс посетила мысль, а выпустит ли она их отсюда живыми? Или подождет, пока они истекут кровь и помрут?! - Подойдите сюда, — сказала она наконец. Они встал. Левую кисть сильно саднило. Опустив на неё взгляд, она увидел, что надрезы затянулись, но кожа всюду красная, воспалённая. - Дайте ваши руки, — промолвила профессор Амбридж. Ребята протянули ей руку. Она взяла их в свои. Когда она дотронулась до неё толстыми пальцами-обрубками, на которые были надеты уродливые старомодные перстни, Алекс с трудом подавил судорогу. - Увы, увы, увы, результаты пока скромные, — сказала она, улыбаясь. — Что ж, продолжим завтра вечером, не так ли? Можете идти. Гарри и Александра молча вышли из кабинета. В школе было совершенно безлюдно; наверняка уже перевалило за полночь. Они медленно двинулся по коридору, но, повернув за угол бросились бежать. Придя в башню, девушка сразу направилась спать. На утро, обнаружив, что шрам может кто-нибудь заметить, пересилила себя, и надела мантию. Сразу появился соблазн закатать рукава, но девушка пересилила его. - Ого! – удивилась Гермиона, когда увидела подругу в мантии. – Ты надела мантию? Отметим этот день красным в календаре! - Ха. Ха. Ха. – Саркастично сказала Александра. – Пошли уже. - А можешь, застегнёшь её? - Э нет, тогда я буду выглядеть как примерная ученица, а мне этого не надо. Гарри с Роном на завтрак не явились, поэтому Гермиона с Алекс завтракали вдвоём. - Так, что Амбридж придумала вам в наказание? – поинтересовалась Гермиона. - А, Амбридж, - закусив губу, сказала Алекс. – Да, ерунда. Строчки писать. - И всё? Даже удивительно. - Да… удивительно, - повторила Александра, испустив нервный смешок. Денёк получился хуже некуда. Всё было наперекосяк и вылилось из рук. * * * Второй вечер у Амбридж прошёл не лучше, чем первый. Кожа на тыльной стороне руки раздражалась теперь быстрее и очень скоро покраснела и воспалилась. С домашним заданием, однако, положение уже было отчаянное, и, вернувшись в гриффиндорскую гостиную, Алекс, хоть и устала до предела, не пошла спать, а вместе с Гарри принялась за письменную работу о лунном камне, которую задал им Снегг. Кончили они к половине третьего ночи. Затем она кое-как доделала остальное домашнее задание, и уже в третьем часу ночи отправилась спать. * * * Четверг прошёл в тумане неимоверной усталости. Рон тоже был очень сонный. Третий сеанс наказания отличался от предыдущих только тем, что через два часа слова «Я не должна дерзить» уже не растаяли на руке, а остались нацарапанными на ней. Из букв капельками сочилась кровь. Так же Александра поняла, что как бы медленно она не писала эти слова, результат один и тот же. Когда она их отпустила, Александра вышла из кабинета раньше Гарри, и решив не ждать его, поспешила в башню Гриффиндора. Пробормотав пароль Полной Даме, Алекс проскользнула в гостиную, и уже собиралась пойти спать, как на её пути встала Гермиона. - Александра, ты сегодня пораньше. - Да. - Ну, как у Амбридж то? - Да всё так же, - махнула рукой Алекс и спустя секунду поняла что зря. Гермиона заметив что-то на руке подруги, хотела схватить её за ладонь, но Алекс ловко засунула руки в карманы джинс, но жёсткая ткань больно прошлась по шраму, от чего Александра стиснула зубы, чтобы не зарычать от боли. - Алекс, что у тебя на руке? – наступала на неё Гермиона. - Ничего. - Покажи руки. - Зачем? – спросила Алекс, делая шаг назад, ибо Гермиона наступала на неё с большой решимостью. – Мои руки, хочу показываю, хоту нет. - Александра! - Да блин, Герм… - Алекс прервалась на полу слове, так как в кого-то врезалась. Подняв голову, Александра наткнулась на синие глаза, в которых играл озорной огонёк. - Ф-фред? – произнесла Алекс. Фред, ничего не говоря, взял руки Орловой за локоть, и вытащил их из карманов. Гермиона тут же схватила левую руку подруги, и стала её рассматривать. - Что это? – не своим голосом спросила подруга. - Рука. - Алекс! – серьёзным голосом воскликнула Гермиона. – Прекрати паясничать! Так вот почему ты мантию одела, чтобы скрыть руки! Фред, ты только посмотри! Фред взял в свою руку ладонь Алекс, от чего девушка почувствовала прилив эмоций. - Это она с тобой сделал? Эта стерва? - Ну да, да. Она, - устало кивнула девушка. - И с Гарри та же ситуация? - Ну да. - Мы должны сказать об этом Дамблдору! – решительно заявила Гермиона. - Нет! – возразила Алекс. – Не принимай поспешных решений. Надо всё обдумать и решить. Только завтра, ок? - Тебе надо обработать рану. - Я сама, не волнуйся об этом. - Ну ладно, - Гермиона тревожно взглянула на подругу, и села на кресло и, принялась шить что-то непонятной формы. До Александры только сейчас дошёл тот факт, что Фред всё ещё её держит и похоже, не торопиться отпускать. - Фред, пусти, мне надо рану обработать. Уизли послушно отпустил девушку, и, она, достав палочку из-за пояса, произнесла «Акцио, перекись водорода». Через несколько секунд к ней прилетела бутыль и Александра, взяв её, села за ближайший столик. - Что это такое? – спросил Фред, садясь напротив. - Перекись водорода. Никита положил мне чуть ли не всю аптечку. Кто же знал, что она мне пригодится, - ответила гриффиндорка пытаясь полить себе на рану жидкости. - Давай помогу, - сказал Фред, забирая у подруги бутыль, и беря её ладонь в свою. Полив не много перекиси на рану, так зашипела и стала выделять белую пенку. - Это нормально? – спросил Фред. - Да, так и должно быть. Когда с процедурами было покончено, Фред, достав белый платок с инициалами, и перевязал Алекс руку. - Вот так, - улыбнулся он. - Знаешь, - вдруг сказала Александра, рассматривая перевязанную ладонь, - мне сейчас очень хочется нарушить правила. Пойти погулять по ночному Хогвартсу, например. - О, - оживился Фред. – Тогда, позвольте сопроводить вас, мадмуазель. - Э-э-э-э, - растерялась гриффиндорка. – Да я… я наверное одна… я… - Ну что вы, что вы, - улыбаясь, продолжил Фред. – Это будет вульгарно с моей стороны отпустить даму одну бродить во тьме ночной. - Ну ладно, - кивнула Алекс. – Пошли! Ребята встали, и направились к выходу. - Так! – остановил их строгий голос Гермионы. – Куда это вы собрались? - Гулять, - честно ответила Орлова. - Но это же нарушение правил! - Гермиона, правила на то и придуманы, чтобы их нарушать, иначе жить не интересно, - пожала плечами Александра. – Тем более, кажется, тебе как ни кому хорошо известно, что я не подчиняюсь правилам. - Ну Орлова, я тебя предупредила. - Что-то мы слишком легко отделались, - сказал Фред, когда они вышли из гостиной. - Ну да. Ну, куда пойдём? - Я знаю! – сказал Фред, после минуты раздумий. Схватив девушку за здоровую руку, Фред потянул её в неизвестном направлении. Они долго плутали по разным коридорам, пока парень не остановился возле какой-то двери. - И-и-и… что? - Думаю, тебя это заинтересует, - улыбнувшись, сказал Фред и толкнул дверь. Александра ожидала увидеть что-то грандиозное, но увидела лишь какую-то свалку вещей. - О да, очень интересно, - саркастично сказала она, и прошла вглубь комнаты. - Ну, мне кажется, что тут немало разных вещей, - откликнулся Фред, закрывая дверь. - Хм… - протянула девушка, остановившись возле чего-то большого и занавешенного простыню. Недолго думая, Алекс дернула за неё, и перед её обозрением было… зеркало? - Зеркало? Нет, серьёзно? Обычное зеркало? – прошептала Александра, осматривая его. Это было красивое зеркало, высотой до потолка, в золотой раме, украшенной орнаментом. Зеркало стояло на подставках, похожих на две ноги с впившимися в пол длинными когтями. На верхней части рамы была выгравирована надпись: «Еиналежеечяр огеома сеш авон оциле шавеню авыза копя». Ничего не поняв, Александра посмотрела в зеркало, и чуть не вскрикнула от неожиданности. Возле неё стоял Фред, и улыбался в свои тридцать два зуба. Алекс положила руки на грудь и вздохнула. - Блин, Фред, нельзя же так людей пуг… - она остановилась на полу слове, когда повернула голову в сторону, где должен по идеи быть Фред. Но возле девушки ни кого не было. Александра снова взглянула в зеркало, в нём всё так же отражалась она и улыбающийся Фред. - Что за чёрт… - произнесла она, прикасаясь пальцами к прохладной поверхности зеркала. В коридоре послышались тяжёлые шаги Филча. Откуда-то выскочил Фред, и схватив Александру за руку сказал: - Так, пора сматываться. Девушка побежала за Фредом, так и не обратив внимание на то, что в отражении за ней и Фредом стояла фигура девушки, с улыбкой на лице и такими же короткими волосами как у Алекс. Друзья выбежали в коридор, и пустились в бегство. Поворот за поворотом, но шаги Филча всё не стихали. - Сюда, - сказал Фред, толкнув Александру в какую-то нишу и следом залез сам, прижав Алекс к стене. - Ну спасибо, теперь я умру зажатой между стеной и… - начала причитать Орлова. - Да замолчи ты! – шикнул на неё Фред. Рядом послышались шаги Филча. Александра задержала дыхание, и услышала, а быстро бьётся её сердце. Нет, не от того, что их могу поймать, а от того, что Фред прижимается к ней всем телом. Девушке показалось, что она слышит и его биение сердца, и оно стучало похлеще чем у неё самой. Шаги завхоза стихли, и девушка выровняла дыхание. Глаза уже привыкли к темноте. Она подняла глаза на Фреда, тот неотрывно смотрел на ней, от чего Александре сделалось не по себе. - Фред, ты чего так странно смотришь? – чуть улыбнувшись, спросила девушка. - У тебя такие красивые и одновременно необычные глаза... – тихо произнёс Фред. – Они завораживают мою душу. От одного твоего взгляда, моё сердце готово выпрыгнуть из груди. Посмотри на меня. Александра взглянула в синие глаза парня, и тут же почувствовала, как губы Фреда соприкоснулись с неё собственными. Алекс закрыла глаза, и ответила на поцелуй. Тут перед глазами побежали воспоминания, но впервые они не сопровождались ужасной головной болью. «…. - Александра, - Фред подошёл к гриффиндорке и погладил её костяшками пальцев по щёке. - Фред, не надо, ты же знаешь, я встречаюсь с Симусом. Он любит меня, - грустно сказала Алекс, отдаляясь от Фреда и, сразу же перестала чувствовать тепло от его рук на своём лице. - Симус? А ты его любишь? - нагло спросил он. - Какая тебе разница! Что ты от меня хочешь? - Ты не любишь его! Я вижу это! - горячо воскликнул Уизли. - Возможно, но я не могу ранить его чувства, - стараясь быть спокойной, ответила ему Александра. - Я не понимаю, - он стал огромными шагами ходить по башне, - не понимаю, Александра! Почему тебя волнует то, что чувствует он, почему тебе плевать на собственные чувства! - А ты не подумал, что я боюсь. Боюсь ранить чувства Симуса, и сделать что-то новое. Быть с человеком, которого я люблю. Но не признаюсь в этом даже себе! – уже чуть ли не кричала Орлова. - Алекс! Ты гриффиндорка или кто! Ты должна быть смелой! Не бойся ничего! - Тебе легко говорить. Я даже не могу понять, может я люблю Симуса, а может нет. Я просто не могу разобраться в себе. - Поцелуй меня, - подошёл Фред к неё в плотную, и смело смотрел в глаза. - Чего?! - Поцелуй меня. - Нет Фред, я не буду этого делать! – активно жестикулируя говорила Алекс. Но Фред церемонница не стал. Он взял Александру за руки, которыми она размахивала как не нормальная, и наклонился к её лицу. Как только его губы коснулись губ Алекс, она сразу расслабила руки, и обняла Фреда за шею, притягивая его ближе на столько, на сколько это было возможно. Прошло сколько то минут, и Фред нехотя оторвался от Алекс. Девушка тяжело дышала. Она перебирала пальцами мягкие волосы парня, и глупо улыбалась. - Знаешь, Фред, я весь год убеждала себя, что равнодушна к тебе, внушала себе, что смогу полюбить Симуса… но сейчас понимаю что была такой дурой…. Я отрицала тот факт, что что-то чувствую к тебе… Я люблю тебя Фред Уизли, и не как друга или брата, а как девушки любят парней. - Наконец…- прошептал парень, - я так долго об этом мечтал. Я люблю тебя Алекс. И он снова припал к её губам, вкладывая в поцелуй всю страсть, любовь и нежность к этой гриффиндорке….». Воспоминания прекратились и в этот же момент, Фред, оторвался от девушки, оба тяжело дышали. Поняв, что только что сделал, Фред отступил на шаг назад. - Прости. Прости. Прости меня… - сказал Фред, и бросился прочь. - Ф-фред... Подожди Фред! Я... я же… я же вспомнила... - но Фред был уже достаточно далеко, и не слышал слов Алекс.