[Access]

Когда Курогири очнулись, они знали одно: Сэнсэй, Все за Одного, спас им жизнь. Они были ему должны. Так что, когда Сэнсэй уронил на них плачущего ребенка, которого только они могли безопасно удержать… они перекомпенсировали. Самую малость. Курогири потребовалось три книги для родителей, пять онлайн-статей и онлайн-курс развития детей, чтобы они начали правильно воспитывать Томуру. И даже тогда было сложно. Воспитывать его было невероятно, смехотворно, душераздирающе трудно. И это было пугающе. Потому что Курогири знали, знает, это въелось в их мозг, что Все за Одного опасен. То, что он делает, незаконно и злодейски. И Томура горячо, бессмертно предан своему Сенсею. И это их пугает. Потому что он не был таким изначально. Курогири вспоминает, как Томура боялся Всех за Одного. Когда приходил Все за Одного и Томура прятался у них за ногами, он сжимал кулаки по бокам и трясся. Когда Курогири приходилось часами утешать его, мягко разговаривая с ним, говоря, что Сэнсэй не причинит ему вреда. Не повредит ни одному из них. И это была ложь. Потому что Курогири знает, что до пробуждения у них была жизнь. Они знают, что кем бы они ни были, они перестали быть тем человеком, когда Все за Одного разбудили их. И они благодарны за то, что живы, и поклялись служить и помогать ему, но все еще бывают дни, когда Курогири просто нутром чувствует, что все не так. Где они хотят содрать кожу, которой у них больше нет, где они отходят от чернильного сна с именами, которых они не помнят, проносящимися в их голове. Но все равно. Они утешали Томуру, укладывали его в постель и сочиняли истории о принцах, драконах и проклятых мечах, а затем возвращались в бар, чтобы убрать любой беспорядок, о котором их попросил Все за Одного. Они помнят, как Все за Одного впервые взяли Томуру на частные уроки. Ему было восемь, и он был напуган. И вернулся он бледный как полотно, с опухшими глазами, со слезами на щеках. Был второй раз, и третий, и все последующие разы, пока у Томуры в глазах не появился лихорадочный блеск, а улыбка не стала слишком широкой для его рта, и он не полюбил своего Сенсея. Курогири должен Все за Одного. Но они любят Томуру так сильно, как только могут, и хотят для него самого лучшего. И если это означает похищение ребенка и привязывание его к стулу, пусть будет так. Они делали и похуже.

***

Изуку привязан к стулу. Очень шаткому стулу, такое ощущение, что через три секунды он рухнет под ним. И это нормально, потому что это… вроде присуще месту, где он сейчас? Хорошо. Не совсем. Он хочет быть дома, с Эри, Хии-чаном, Шо-чаном, мистером Айзавой и мистером Ямадой. Но это невозможно прямо сейчас, если только ему не удастся вывернуться из веревки, вывести из строя Шигараки и Курогири и выяснить, где находится Все за Одного. И он почти уверен, что не сможет этого сделать, потому что Шигараки обращает на него внимание, а Курогири в комнате нет. И он также не уверен, где он находится, с точки зрения местоположения. Он знает район в целом, потому что Даби верен своему слову, но по какой-то причине у бара нет реального адреса, по которому можно было бы выполнить поиск. И он думал, что у него есть больше времени. Изуку не ожидал, что все так пойдет. Но он ничего не может с этим поделать. Ему дали шанс ускорить свои планы, так что ему просто нужно импровизировать. Как Мидория Изуку. Это нормально. Он может это сделать. Вероятно. Как Предвестник, он был бы в порядке. Если бы это был Предвестник в этом кресле, в маске и очках, с резким и дерзким голосом, он был бы в порядке. Он знал бы, как справиться с этим. Но как Мидория Изуку, владелец магазина и отец-одиночка — и это дико говорить в пятнадцатилетнем возрасте — он дрейфует. Он не знает, как справится с этим, потому что в каждом сценарии он был кем-то другим. Он был Предвестником, информационным брокером и по совместительству линчевателем. Боль в задницах Цукаучи и Сотриголовы, друг Даби и Тоги, покровитель искусства сплетен и запугивания. Он никогда не был Мидорией Изуку, беспокойным и беспричудным, когда делает что-то важное. Но. Есть Мидория Изуку, который хорош во всем. «Это плохая идея, — думает он про себя тихим паническим голосом. Есть Мидория Изуку, который знает, как что делать, кто знает, что сказать и когда сказать. Кто может смириться с тем, что у него грязные руки, кто может думать об этом и не съеживаться, не видеть кошмары. Есть Мидория Изуку, убивший Чисаки Кая. И он может влиться в это, закрыть глаза как один Изуку и открыть глаза как другой. Он может использовать это в своих интересах, воспользоваться шансом выпустить немного энергии, которая извивалась под его кожей. Если и есть что-то, в чем он хорош, так это изменение лица. Он ерзает в кресле, проверяя веревки, связывающие его руки. Его язык касается пузырька у щеки в качестве утешения, и он опускает веки. Он устал, но не хочет спать. Он будет ждать, пока что-то произойдет, и пока держит свои карты при себе. Эри, не волнуйся слишком сильно. Он скоро вернется.

***

П. а. Хорошо. Так. Колледж. бля. Колледж, мои чуваки. Это довольно дико. Соедините это с возрождением моего депрессо-эспрессо, а затем добавьте каплю cptsd, и вы получите то, в чем я сейчас нахожусь! Не волнуйся слишком сильно, я в порядке, насколько это возможно. Я просто пытаюсь объяснить, что обновления будут гораздо более хаотическими. Я уверены, вы заметили, что с момента моего последнего сообщения прошло много времени. Я немного отвлекся на ирл, а писать Томуру — все равно, что вырывать зубы. Это борьба. Итак, в свете этого, я какое-то время не буду публиковать даты «следующей главы», потому что я просто не знаю, когда смогу публиковать следующую. Сейчас многое происходит. Вы можете получить две главы в неделю. Вы можете не получить главу в течение месяца. Я просто ничего не могу с этим поделать, это продиктовано расписанием, в котором я не имею права голоса. Но. Я пытаюсь. Мне очень нравится писать это, и я обожаю всех, с кем общались здесь. Каждый из вас как звезда на ночном небе — на улице темно и иногда луна новая, но вы внушаете трепет и любовь. Поверьте мне, когда я говорю, что этот сериал — произведение любви. Мое здоровье будет в приоритете. Потом колледж, потом это. Я ЗАКОНЧУ ЭТУ СЕРИЮ. А еще у него будет счастливый конец. Я никогда не перестану говорить это. Хорошо. После этого есть еще одно замечание, и оно относится, может быть, к четырем людям, с которыми я собираюсь быть очень мелочным. Скорее всего, это не для вас, так что не волнуйтесь. Уважаемые люди, которые оставляют непрошеную критику: знаете ли вы, что я делаю с вашими комментариями? Знаете, те грубияны, которых ты оставляешь, которые говорят дерьмо типа «да, твоя характеристика Эри в лучшем случае не соответствует стандарту и [вставьте сюда легкую гомофобию], а Изуку — ребенок, идиот, и еще я просто собираюсь потратить абзац на гадости». на вашу историю и ее сюжет'? Я сохраняю их. Я делюсь ими в дискорде, если чувствую особую тревогу в этот день, но чаще всего нет. У меня есть минутка, чтобы посмеяться над вами. Потому что — и я не уверены, знаете ли вы это — это фанфик. Об аниме, где у каждого есть суперспособности. Я сожалею о том, что вы приостановили недоверие, правда, я сожалею, но это не моя проблема, что вы не можете справиться с чтением моей работы. В верхней части браузера есть маленький крестик. Я призываю вас нажать на него. Кроме того, я хотели бы видеть, где я просили. Вашу «критику», я имею в виду. Я знаю, где я спрашивали людей, что они хотели бы видеть — и угадайте, что! Я дали! Помните главу о пикнике? Это была просьба, придурки, но я не помню, чтобы просили отзыв о моей характеристике. Или моих сюжетных точек. Или то, как я исполняю историю в целом. Я знаю, что у меня тревога. Я знаю, что я маленький и симпатичный и вообще очень милый человек. Но я также знаю, что мне не нужно терпеть всякое дерьмо, ради которого я не стараюсь изо всех сил, так что будь добры, молчите. Я не хочу, чтобы вы говорили мне, что я делаю неправильно. Скорее всего, я уже достаточно мучился из-за этого за нас обоих, так что вам не нужно нападать на него. Окей? Рады, что вы понимаете. О, это не относится к орфографическим ошибкам, кстати, пожалуйста, скажите мне, когда я пишу что-то неправильно, лмао В любом случае, в следующей главе будет больше семьи Айзава-Ямада и Эри! Очень рады этому! :) Приходите кричать на меня в дискорде!