Сладкое наказание

За окном маросил мелкий дождь, такие дожди Николай не любил.. они не были полноценны, будто эти маленькие капли кто-то, имеющий над ними власть, запер в оковы правил, не давая им показать всю свою мощь. Они не спешат и не наполняются до огромных размеров, так и оставаясь мелким свиным, как говорят в народе, дождем. Он, в свою очередь, смешивался с сильным, пробирающим до костей, ветром. Смотреть в окно было невыносимо. Смотришь на эту мерзость, начиная от убого мелкого дождя, заканчивая серыми, с потресканной штукатуркой, Питерскими домами, так и возникает желание повеситься. Николай не вписывается во всю эту ноябрьскую серость. Он любил краски, он любил излишность, он любил взрыв эмоций, яркое солнце или бушующий ураган. Он любил совмещать несовместимое, он любил уроки литературы и химии, он любил шум веселья и смех людей, он любил глупые шутки, он любил быть одной большой ходячей шуткой для остальных. Ему нравиться знать, что ни один человек не может предугадать его действия, что ни один не мог понять какие мысли путаются, прямо как его белакурые космы, у него в голове. Но иногда ему было так невыносимо больно и грустно от осознания того, что нет человека понимающего его, нет человека, который сможет стать ближе всех, ближе чем сам Николай самому себе. Он любил жить так, как хочет. Он любил свободу, этим можно объяснить почему он попросил у родителей еще в 16 лет переехать в их вторую старую однушку и жить самостоятельно. Он любил чувствовать, что сам себе хозяин, что если захочет, то спокойно перейдет закон, а потом понесет самое ужасе наказание. Что и случилось пару недель назад. Он же не нарушал ни одного закона, если конечно пересылка сообщений не считается, ничего плохого, если не брать во внимание распитие алкоголя и мелкие кражи денег у родителей во внимание, не делал, так за что же у него забрали власть над его чувствами?.. Вот его наказание. Только за как же грехи?! Но он чувствовал себя еще хуже, если начинал обдумывать все, что ощущает, все свои мысли, потому что тогда он понимал, что рад такой тюрьме, что рад тому, что имеет такое наказание. ************* Имя наказанию - Федор. Парень не отличается общительностью, шумным весельем, которым так и прет от Николая, он не любит шумные компании, не любит когда у человека появляется повод посмеяться над ним, не любит сильно яркое солнце, жару, мороз и дождь, но вот к ливням у Федора было отдельное отношение. Он любил ливни, когда находился дома с теплым пледом, чаем в руках и очередной книгой. Не любил шумных, сильно тактильных и прилипчивых людей, но исключением были парни с длинной белой косой, из которой то и дело торчали спутанные, более короткие пряди, с глазами с гетерохромией, один похож на бушующее море, а другой - противоположность, море, которого не волнует ни одна волна, от которого отражается только восшедшее солнце, со шрамом, имеющим довольно мрачную историю, и этой шутовской, хитрой, но такой любимой улыбкой, прячущей свои концы в ямочках щек. ********** - Николай, ты можешь не вертеться, - сказал Федор измученным голосом. - Федь, я не могу так дооооолго сидеть на одном месте! Это скучно! - проговорил Гоголь, привычно растягивая определённые слова. - эх.. как жаль, тогда как же я буду переплетать тебе косу? Придется, Коленька, тебе самому справляться.. - с наигранным сожалением произнёс Федор. - нет! Это же только сейчас скучно! Ну кому может быть интересно на географии?! - например мне, поэтому можно пожалуйста чуть тише.. - подал голос парень, сидевший перед ними, видно Гоголь и правда мешал сильнее обычного, иначе этот застенчивый парнишка не подумал бы к ним обратиться. - ааась? Огось! Так ты все таки разговариваешь с другими людьми! А я то думал, что ты только и умеешь плакаться мамочке-Дазай-куну, держась за подол его плаща!.. ах, какое разочарование... - Гоголя явно радовал тот факт, что ему есть за что зацепиться, прицепиться и не отцепиться до конца урока минимум. - я не плачусь Дазаю! И ты мешаешь уж очень сильно, сильнее чем на всех уроках этого дня вместе взятых! Я не могу нормально усвоить материал! Зачем ты вообще ходишь в школу, если ничего не делаешь, только другим учиться не даёшь... - а этот паренёк явно осмелел, как там его.. Ацуки? Так его зовут? Черт, неужели отменная память подводит меня? Федор, что с тобой стало.. - что за глупый вопрос, Ацуки?! - я Ацуши. - мгм, хорошо, Ацуми! Я хожу в школу, чтобы чаще видеть Феденьку, а ещё, чтобы потом вытаскивать его гулять или наоборот, затаскивать к себе домой и никому не отдавать! - размахивая руками, улыбаясь до ушей, отвечал шут. - о боже.. - а Ацуши похоже сдался, что ж, ну, он хотя бы пытался и.. и вообще, что за черт?! - ты что несёшь? - мой голос был больше удивленный, чем раздраженный, как мне хотелось. - а, что, Федь, что я такого сказал? А ведь и правда. Что же. Почему мне стало так неловко от того, что Николай так воодушевленно рассказывал об этом Ацуши? Он ведь делал так и раньше. Что-то определенно не так.. - ау, Федяяяяя! Земля вызывает Федора! Ответьте! Вы ещё с нами? А может ваш разум захват.. - нет, Коля, никакие пришельцы не захватили мой разум. - перебил беловласого Федор. - и хватит уже махать рукой перед мои лицом! - ой, прости! Пошли в столовую, у нас все равно физра следующим! ********** - что за день.. - устало выдыхает Федор. - отличный! А этот Ацуни чудак! Я то думал, что он в нашу сторону и посмотреть бриться, а оно вон как оказалось! - Ацуши. - что?.. - его зовут не Ацуни, а Ацуши. - ой да какая разница? Суть! Главное суть мною сказанного! - ох, Коля.. - Федор обречённо вздохнул, он уже понимал, что это будет бесполезный спор.