Секрет

Долго отдыхать девушке не дали: после ухода Ханмы она лежала неподвижно с полчаса, а после пришел неведомый надзиратель и стал разводить ей ноги. Брыкание, попытки пнуть, шипение не возымели никакого эффекта: парень ловко и крепко затянул удавку у каждой щиколотки, привязав на короткую веревку каждую из ног к уже связанным рукам. Получилась дуга, благо, хоть слишком сильно веревку натягивать не стали, хотя и так дискомфортно. Однако привыкнуть к такому положению ей не дают, и так не разрешая свести ноги вместе. Слышится какой-то булькающе-хлюпающий звук, а дальше чужие руки уверенно смазывают ее промежность. Чифую вздрагивает при первом прикосновении, пытается вывернуться, но ее подтаскивают за колено и отвешивают звонкий и болезненный шлепок по ягодице, а дальше продолжают начатое: методично оглаживают и промазывают нежные складки кожи, массируют - и плевать на запрет. По учащенному дыханию за спиной ей кажется, что ужас начнется вновь, однако нет: надзиратель берет что-то лежащее рядом с ним, осматривает и, судя по звукам, тоже смазывает - Мацуно не видит из-за своего положения. Проникновение большого, холодного и склизкого предмета болезненно и сопровождается ее стоном, от чего слышится усмешка позади. Но оказывается, что это еще не все: дилдо внутри начинает жужжать и вибрировать. Приятного это не добавляет, но кому какое дело?! Мацуно извивается, пытается вытолкунть предмет из себя, и в какой-то момент это даже почти получается, однако процеженные сквозь зубы ругательства настораживают, а дальше ей на промежность наклеивают что-то вроде скотча, который точно не даст ничему из нее выпасть. Больно, противно и унизительно. Еще и херню какую-то в рот суют, чтобы зубы развести - слюна скапливается нещадно и капает с подбородка на подстилку. Она пытается отвлечься от физических ощущений, мечтает упасть в обморок или потерять сознание, но этого не случается. Так что к приходу Ханмы нутро просто болит, а к себе и своему телу большие вопросы. - Ну что? Как там поживает наша гостья? - слышится из зала. На это ее притаскивают к нему на руках и сгружают на уже знакомый матрас как мешок с рисом, - Мммм, детка, а говорила, что тебе не хочется, не нравится и все такое... а сама вон потекла как. Чифую никак на это не реагирует: все равно с ней сделают все, что хотят, вообще все. Так что веселить их специально она не будет. - Мммммм, девочка, - Шуджи специально подчеркивает это, - Смотри-ка, какая ты сочная и горячая, а? - Он сидит рядом с ней на корточках и просто осматривает: замечает и то, что натерта лубрикантом, и то, что и естественная смазка вышла, и даже то, что с ягодицы сходит красный след. Однако свежей спермы не видит - и то хорошо. Ханма не дурак - понимает, что это физиологическая реакция организма, который хочет минимизировать дискомфорт хотя бы таким образом - хотя бы обильными выделениями. Но психологическое состояние это никак не изменит: парень видит, как ей плохо... и упивается. Вообще ему странно, что такая миленькая и нежная девочка вдруг вошла в банду и стала прикидываться парнем. Однако голову себе не засоряет. Ножом срезает веревки: затекшие руки не двигаются - слишком больно. Убирает резким сдергиванием "скотч" с промежности девушки, наслаждаясь болезненным вскриком. Вынимает из влагалища почти разрядившийся вибратор - усмехается нарочито громко. - Да тебе и полного заряда не хватило, малышка... У меня-то на тебя сил хватит? - ржёт в голос, запрокинув голову. Он видит, как ей обидно, видит злость и боль в ее глазах, отчаянье и страх, ведь намек был совсем неоднозначный, а быть пущенной по кругу совсем не хочется. Он ведет свои руки к ее промежности, сначала оглаживает вход во влагалище, не переставая усмехаться, проталкивает пальцы глубже и давит изнутри на клитор. Он хорошо знает, как девочки на это реагируют. И тут тоже по телу Мацуно проходит едва заметная судорога, а сама девушка хватает ртом воздух, но не издает никаких звуков. - Эх, обычно девушки от такого в восторге, а ты молчишь, как рыба. За это будешь наказана. С этими словами вынимает пальцы из нее и давит на клитор уже снаружи: сначала просто кружит, надавливая большим пальцем, а после просто с силой щипает. И вот тут Чифую кричит, потому что боль прошивает все тело, она выгибается дугой, но одну из ее ног мучитель жестко зафиксировал, поставив на нее свое колено - это добавляет боли. Она выворачивается и кричит, почти воет, когда Ханма выкручивает клитор, будто хочет оторвать. Глаза начинают закатываться, но тут это мучение прекращается, и ей дают пару весомых оплеух, чтоб пришла в себя. А дальше просто переворачивают на живот, подтягивают к себе, вздергивая на колени, и без промедления входят. От толчка она не падает лицом на жесткий матрас только от того, что ее удерживают за болящие запястья - тоже больно после онемения, но это мелочь в сравнении с таранящимся нутром. Больно, противно и унизительно. Невыносимо... Но как бы ни было, она в сознании, все чувствует и осознает. Чифую знает, что ее не отпустят быстро. Знает и то, что дальше будет только хуже и больнее. Знает, что это снимают и наверняка отправят ее друзьям. Все это знает, но ничего сделать не может. Остается только терпеть, сцепив зубы и ждать. Чего? Кого? Стоит вообще надеяться?.. Но надежда умирает последней, как говорится. Девушка упорно старается не выдавать никаких звуков, когда может это контролировать, однако не всегда это получается, и сдерживаться все сложнее, хотя она уже и орала в голос. * Утренняя побудка была противной - последствия выпитого все же дали о себе знать: мутило, глаза открывать вообще не хотелось. Но потом Баджи прошило воспоминание о том, что он натворил. Боже, какой еблан! Вспомнил и то, как съездил к Дракену. И то, как добрался до дома... Чифую! Надо сходить к ней и извиниться, но после вчерашнего, как это будет выглядеть? Баджи проходит мимо окна и видит внизу что-то странное: бандюки в красных плащах на их улице и возле дома то тут, то там. По чью же душу они пришли?