Проклятие черной жемчужины

      

Глава 1

      В маленьком доме с покосившейся от времени крышей всегда стоял полумрак. Брунхильда, сварливая старуха, ворчала себе под нос, перекладывая с места на место соцветия омелы, которые собрала утром. Она злилась на свою подопечную. Мало того, что эта рыжая бессовестная девка потеряла корзинку, так ещё и не разговаривает с женщиной с самого момента своего возвращения.       -Сегодня нужно сходить в губернаторский дом, - прокряхтела старушка.       Кармель стояла у окна, грея руками кружку воды, увлечённо глядя на линию горизонта, туда, где небо сливалось с морем. Старуха скосила глаза в сторону игнорирующей её девушки и с силой швырнула ей в голову мятый лист омелы, заставляя чудачку дернуться в сторону.       -Надо сходить в дом губернатора. Ведьма, слышь?       -Сегодня будет буря, - меланхолично произнесла рыжая, вытащив из волос и быстро осматривая аккуратный листок, она бы такой никогда не выбросила.       -Дура ты, - фыркнула Брунхильда. - На небе ни облачка.       -Я не про погоду, - так же тихо произнесла рыжая.       -А про что?       -Слышу в голове звук, - рыжая подошла к столу, за которым работала женщина и резко стукнула ладонью по столешнице. - Бам, - Кармель усмехнулась, глядя как старуха в испуге шарахается назад, - примерно такой.       -Чудачка, - Брунхильда усмехнулась также, как и рыжая. - За что ты мне досталась такая, а? За какие грехи?       Девушка пожала плечами и потянулась руками вверх, взлохмачивая и без того пышные кудри, попутно оглядывая маленькую комнатушку, в которой они с Брунхильдой сосуществуют уже десять лет.       Это похоже на то, как человек о чем-то задумывается, а потом его резко возвращают в реальность. Так было и с ней. Всё, что происходило до момента, когда она очутилась в Порт-Ройал, напоминает состояние, когда ты только что проснулся. Ты точно знаешь, что тебе что-то снилось, но вспомнить, что именно, не можешь. Никакой картинки, только чувства и ощущение нарастающего страха, который бьет куда-то в затылок.       -Сегодня Норрингтону дают должность командора, будет праздник, - старуха вновь принялась раскладывать растения по кучкам, - просили прийти и помочь прислуге. Просили меня, но я не могу. Так что сходи ты. В доме никого не будет. Нужно будет помочь со сборами и всё. Дел на пару часов.       На лице Кармель возникло выражение тоски, смешанной с раздражением. Она с особым уважением относилась к губернатору и его дочке, но не особо жаловала подобные мероприятия. Откуда-то поднималось странно щекочущее чувство, что прислуживать кому-то – не её обязанность. Только Рыжая промолчала.       -Ладно, - сквозь сжатые зубы, проворчала Кармель, более не выдержав давящий взгляд Брунхильды.       -Только надень платье поприличнее и обувь тоже. Не пугай людей, достала.       Превозмогая желание закатить к потолку глаза, девушка направилась к маленькому платяному шкафу и вытащила оттуда тяжелое платье, в котором расхаживала губернаторская прислуга. Белый чепчик она припрятала в вырез другого платья, уверяя Брунхильду, что не смогла его найти, а черные туфельки почистила, придавая им более новый вид.       -Давай заплету твои волосища, - старуха обтерла руки о фартук и уселась на расшатанную табуретку.       Рыжая всё же закатила глаза, усаживаясь у ног женщины, протягивая ей через плечо гребень с толстыми деревянными зубчиками. Женщина ласково, по-матерински провела по густым пышным волосам расческой, напевая под нос какую-то мелодию. Мягкие касания к волосам расслабляют. Девушка зачарованно смотрит на пляшущий огонек свечи и прикрывает глаза, позволяя Брунхильде туго переплетать локоны в косу.       Иногда она скучает по своей семье. Хоть и не помнит никого из них, но у неё ведь была семья, верно? Иначе откуда она взялась? Брунхильда неплохо справлялась, искренне считая Кармель родной, не смотря на её странности. Она даже пыталась помочь девчонке, пичкала её успокаивающими травами, но ничего не помогало. А когда её предвидения сбывались, женщина пугалась, но со временем привыкла и к этому. В конце концов, в мире так много чего-то неизведанного. Может, и для конопатой девчушки есть свой путь и предназначение.              Центральные улочки Порт-Ройала гудели, как разъяренный улей. Люди любят подобные празднества, так как это давало возможность кому-то отдохнуть, а кому-то заработать. С каждого угла доносились радостные голоса людей. Пахло свежей выпечкой, мясом и пивом. На ветру забавно болтались гирлянды из цветных флажков.       Кармель сняла передник, чтобы смешаться с толпой, не привлекая лишнего внимания. На самом деле у неё были дела поважнее, чем работать у губернатора. Брунхильда, скорее всего, на неё разозлится, но девушка была более чем уверена, что именно сегодня её присутствие в доме губернатора не так уж и важно, а её личные дела нельзя было отложить на потом.       Уильям Тёрнер был одним из самых приятных её знакомых. Когда девушка только появилась в Порт-Ройал, первым местом, куда её определили, был дом для детей, которые остались без родителей. Таких, как они с Уиллом, было немного, но почему-то её упорно не замечали. Никто не хотел с ней дружить. Никто, кроме Тернера. Так что их дружеский союз стал тем немногим, что помогало выживать среди всего кошмара, что их окружал.       Парень не смеялся над её странным талантом видеть то, чего нет. Его восхищало умение девушки предсказывать определенные события. Он, как дотошный исследователь, пытался покопаться до природы её дара, но будучи детьми, они ничего толкового не придумали, так что внутри он просто пришел к выводу, что девушка ведьма и смирился с этим.       Уильяма забрали первым. Его к себе в подмастерья взял местный оружейник. Кармель забрали позже. Местная противная знахарка Брунхильда. Но ребята продолжили общаться, так что их пути часто пересекались.       Сегодня они должны были встретиться. Во-первых, Уильям обещал сделать для девушки маленький нож, которым ей будет удобнее срезать толстые стебли растений. А во-вторых, она хотела попросить его помочь ей разыскать того странного человека с пристани.       Ее внутренняя тревожность пульсировала в каждой клеточке тела. Пусть она и сбросила с себя давление чужого голоса в голове, когда закричала в порту, но с тех пор она чувствует странную вибрацию внутри, особенно в кончиках пальцев, будто земля дрожит. И она понимает, что такого раньше никогда не чувствовала. И странны вовсе не её ощущения, а желание вновь погрузиться в пучину этих чувств. Она так сильно на этом зациклилась, что даже сейчас, стоя на торговой площади, выискивала глазами таинственного незнакомца.       Время текло медленно и тягуче. Солнце ползло по небу, нагревая и без того душную улицу. Кармель неторопливо перемещалась по улочкам, то и дело вытирая ладонью вспотевшее лицо, ступая к менее людным улицам, прямиком к оружейной лавке. Уилл должен был ждать её там после обеда. Девушка немного опаздывала, но ускорять свой шаг не собиралась.       Она видела эти места сотню раз, но каждый раз разглядывала, будто впервые. Глубже от центра всё вокруг становилось более серым и нищим. Здесь ощущение праздника пропадало, даже солнце грело меньше. Да и лица людей не светились улыбками. Редкие прохожие хмурились, едко ругались друг с другом. Кто-то в пьяном бреду валялся среди улицы, но никто не пытался помочь. Кармель тоже прошла мимо, стараясь привлекать к себе наименьшее внимание.       Рыжая с силой толкнула тяжелую дверь, но не смогла её открыть. Она повторила попытку несколько раз, с силой надавив на неё плечом, так, что её ноги заскользили по земле. Девушка раздраженно выдохнула, пнула несчастную дверь и направилась к запасному выходу.       Наверняка, Уилл увлекся работой и не слышит, как отчаянно кто-то пытается попасть внутрь. Такое уже было. Благо задний вход всегда открыт. Вот и сейчас маленькая покосившаяся дверь с легкостью поддалась девушке, и та быстро проскользнула внутрь.       -Ты чего двери закрываешь? Так всех клиентов растеряешь, - проговорила девушка, двигаясь по помещению вперед.       Рыжая потянулась руками к атласной ленте в волосах, чтобы распустить косу. Из-за тугого плетения она испытывала дискомфорт, да и кожа головы начала чесаться. Она потянула края ленты в стороны и замерла на месте.       На середине площадки к ней спиной стоял Уильям. Напротив него стоял тот самый парень из порта, направляя в сторону её друга дуло пистолета.       Незнакомцу понадобилось лишь одно мгновение, чтобы проанализировать ситуацию и перевести пистолет в сторону рыжей, заставляя ту шагнуть назад.       Дыхание замедлилось. Кармель скосила глаза на руку мужчины, в которой тот сжимал оружие. Странно, но именно в этот момент она почувствовала небывалую лёгкость и тишину в голове. Никаких мыслей, никакого навязчивого шёпота. Она знала, что это не конец. Наверное, единственное предсказание, которое она точно запомнила. Её собственная гибель. И она наступит не сегодня и точно не от пули в лицо. Её смерть будет красивой и прозаичной. Но не сегодня.       -Дернешься и она умрет, - пожал плечами Джек, переводя взгляд в сторону Уильяма.       -Грязный пират, - шикнул Уилл, чуть опуская шпагу вниз.       Кармель, как статуя, замерла на месте делая маленькие глотки воздуха приоткрытым ртом.       -Пират? – шикнула она, вторя голосу Уильяма и теперь сделала маленький шаг вперед, с испуганным любопытством вглядываясь в лицо Воробья.       - Я где-то видел тебя, - произнес пират, чуть шевельнув пистолетом, отчего рыжая немного дернулась, но не отошла.       -На пристани, - сдавленно проговорила девушка, выставив руки вперед, сделав ещё один маленький шаг вперед.       -Нет, - ухмыльнувшись произнес он. – Ты назвала меня по имени. Значит, мы встречались раньше.       Девушка гулко выдохнула, но ответить не успела, на улице раздался шум голосов, и кто-то с силой толкнул запертую дверь.       -С дороги, - с жаром произнес мужчина в треуголке.       Кармель с готовностью отошла в сторону, в отличии от Тернера, который встал в боевую стойку.       -Нет, - твердо произнес он.       -Прошу уйди, - с какой-то давящей мольбой произнес незнакомец.       Кармель с любопытством уставилась на него. Глаза сощурены, рука вытянута вперед. Если сейчас она вцепиться в его ладонь, то вполне может увидеть что-то, что подскажет, почему её так необъяснимо тянет к этому человеку.       Поддаваясь порыву и временному отвлечению мужчины от её персоны, рыжая сделала несколько бодрых шагов к нему и коснулась его руки до того, как её успели остановить.       В первые секунды ничего не происходило, но лишь спустя пару мгновений её сознание принялось утекать куда-то прочь.       Лязг металла стал громче. Кармель, отступив назад, ошалело огляделась. Повсюду на земле, в воде ярко блестело золото. Уилл отбивался мечом от нападавшего, а пират с отчаянием утопающего сражался с другим мужчиной так отважно, что рыжая невольно залюбовалась резкостью шагов и силой замахов. Это было похоже на хорошо поставленный танец, будто они не сражаются, а выступают на сцене. И сказать, кто выиграет невозможно до момента, когда лезвие противника с силой пронзает грудь другого.       -Прощай, Джек, - с едва уловимым сожалением произносит мужчина, глядя, как его противник, пошатнувшись, оступается.       В это мгновение висок рыжей проткнула сильная боль. Чудачка коснулась пульсирующих висков руками и рухнула на колени, громко застонав. Ощущение, словно на её голову льют раскаленный металл, который от головы жаром бежит по всему её телу. Пещера, полная золота, начинает дрожать, а взгляд мутнеет. И, прежде чем погрузиться во тьму, Кармель слышит шепот, который с невероятной силой касается её сознания:       -Спаси.       Крик, полный отчаяния, вырывается из горла. Потерявшись во времени и ощущениях, девушка, с силой пихает от себя человека, который посмел её коснуться, выводя из чумного транса.       -Успокойся, - рычит Уильям, пытаясь удержать на месте, мечущуюся по скамье девушки. - Это я. Карма, стой.       Пальцы Уилла сжимают плечи девушки. Она с одичавшими и всё ещё мутными глазами, с силой и сопротивлением пытается сфокусироваться на лице парня. Когда ей это удается, шум в голове начинает нарастать с новой силой.       -Я должна, - тихо мычит она, больно стукнувшись головой о деревянную поверхность, - спасти…       Веки закрываются, а руки Уилла перестают с силой сжимать девичьи плечи, и он отступает.       Такое состояние девушки он уже видел, так что он знает, что делать в таких случаях. Правда, до этого момента таких глупостей рыжая не совершала. В любой другой обычный день, при любых других обстоятельствах, добровольно она никогда бы не попыталась кого-то коснуться. Тем более незнакомца.       Тернер помнит это ещё с детства. Девушка всегда избегает прикосновений. Страх потерять связь с реальностью был для неё определяющим фактором, так что произошедшее сегодня казалось ещё более невероятным.       Когда в детстве он схватил девушку за плечо, спасая ту от падения, он увидел это её состояние впервые и страшно испугался. Она ещё долго лепетала что-то о предназначении и о том, что у Тёрнера важная роль в будущем, но видений больше не было. Лишь какие-то размытые фразы, больше похожие на бред сумасшедшего. Только Уильям им верил, ведь маленькая конопатая девчушка знала о смерти его отца до того, как он ей об этом рассказал.       Кармель проспала долго. День успел смениться ночью, но удушающая жара всё ещё витала в воздухе. Она пила холодный чай, который для неё сделал Уильям, и разглядывала маленький ножик, который поблескивал на столе. У него была черная ручка, покрытая кожей, и тонкое крючковатое лезвие. Таким удобно будет срезать цветы под самый корешок.       Тишина была шумной. Она давила и осуждала Кармель за молчание, а Уилла за неумение задавать вопросы. В оружейной было жарко. Уилл с силой стучал по наковальне. Девушка всё ещё не могла собраться с силами, чтобы рассказать о своем видении, особенно после того, как парень поведал ей о том, что ворвавшиеся с оружием люди с трудом смогли оторвать её от пирата, который зачарованно замер, внимательно разглядывая рыжую.        Кармель оглядела свои пальцы. Вцепилась в Джека она сильно. Под ногтями остались частички крови и чужой кожи, странно осознавать, что она находилась в сознании, но в нем не была, ведь оно находилось совсем в другом месте.       От приоткрытой створки окна повеяло холодом, резким и неприятным. Это играло сильным контрастом по сравнению с тем, какая духота стояла в оружейной. Даже Тёрнер почуял морозный дух и, прекратив колотить раскаленное железо, выглянул в маленькое окно.       -Что там? – хрипло поинтересовалась рыжая, глянув в сторону напряженной спины парня.       -Не знаю, - тихо произнес он и обернулся к девушке. - Как-то слишком тихо…       Кармель поднялась со своего места и с любопытством подошла к окну. Она напрягла слух, понимая, о чём говорил Уилл. Морской бриз гнал ледяной воздух дальше по переулку, оставляя после себя оглушающую тишину.       -Странно, - успела произнести рыжая прежде, чем где-то над их головами пронеслось что-то с невообразимо громким свистом.       Взрыв, раздавшийся следом, сотряс землю, отчего Кармель, шагнув назад, пискнула и схватилась за деревянную балку. Взрыв повторился вновь, и с потолка посыпала вековая пыль. Девушка задрожала в такт земле и зажмурилась.       -Пираты, - произнес Уилл, резко отходя от окна. - Будь здесь.       Он даже не взглянул на рыжую, что с силой жалась к деревянной опоре. Тернер схватил молоток и сунул девушке в руку короткий нож, который специально готовил для неё. Маленький с кожаной ручкой.       -Пожалуйста, - повторил он, теперь, заглядывая в глаза подруге, - не выходи отсюда. Но если кто-то войдет, беги и защищайся, как я учил. Поняла?       Кармель рассеянно кивнула, бросив короткий взгляд на поблескивающее закругленное лезвие ножа, ощущая, какое легкое орудие сделал для неё друг. Уилл кивнул в ответ и пулей выскочил из помещения.       Пространство за дверью мгновенно наполнилось звуками. Крики, ругань, звон бьющегося друг о друга металла, взрывы. Всё смешалось в единую какофонию, а внутри Кармель разгорелся пожар. Это щелкнуло внутри само собой. Неудержимое желание бежать в толпу, в одно единственное место, туда, где, скорее всего, держат Джека. Внутри всё взывало к нему. Это пугало и привлекало. Сплошные противоречия, но рыжая уже сделала первый шаг.       Кармель с силой дернула дверь и выскочила на улицу. Её уверенность растаяла в то же мгновение, как она оказалась в этом хаосе. Люди кричали и бежали кто куда. Напротив неё с противном хихиканьем замер пират. Его взгляд был полон безумия.       Кармель шагнула назад, понимая, что выйти из укрытия было ошибкой, а страшного вида мужчина сделал два шага в её сторону. Она в ужасе огляделась и рванула с места в сторону, но её с силой схватили за волосы и потянули назад. Девушка с визгом рухнула на землю и, еле сдерживая панику, потянулась за ножом, который покоился за поясом платья. Ей казалось, что она действует слишком медленно, но на деле прошло лишь несколько жалких мгновений, как она с диким рыком возникла нож в ногу обидчика и, повернув, вытащила его.       Мужчина не издал ни звука, но с удивлением ослабил хватку тем самым давая девушке возможность для рывка. Та, словно дикая кошка, поднялась на ноги и вонзила клинок в шею противника, резко выдергивая маленькое, но грозное оружие из чужой плоти. Пират улыбнулся, склонив голову к плечу, глядя, как местная сумасшедшая в растерянности глядит на него. Она растерялась не из-за отсутствия крови, хотя от такого удара она должна была бить фонтаном. Она не почувствовала в этом человеке жизни. Абсолютно. От него веяло могильным холодом, и Кармель потерялась из-за этой жути. Пират, воспользовавшись её остолбенением, с силой врезал ей куда-то в висок, противно рассмеявшись, глядя, как девушку качнуло в сторону.       -Ч-что ты такое? – произнесла она до того, как её тело камнем рухнуло на землю.