Глава 3. Мастер-класс от Повелителя гарема
3 апреля 2023 г., 05:20
— Та-ак, — Кормак мерил шагами свой тренажёрный зал, в котором решил проводить первое занятие по сексуальным курсам. Он только что принял душ после тренировки, облачился в чистую белую майку и шорты и выглядел гораздо лучше своих измученных учеников. — Сила, уверенность и пофигизм — вот принципы настоящего мачо. Что вы мне тут сопли распустили? Один с ромашками бегает, как стадный козлик, другой в рот своей девке заглядывает! Упыри безголовые, совсем ничего без меня не можете.
— Так а чего делать-то? — не выдержал Рон, которого Лаванда футболила уже месяц. Вот же злопамятная сучка. Не помогло даже то, что он прошёл отборочные и был снова принят вратарём в команду по квиддичу.
— Вы вообще в зеркало давно смотрелись, аскариды? — хмыкнул Кормак, скорчив недовольную гримасу. — Животы дряблые. А это что такое? — Он подошёл к Дину, поднял его руку вверх и сразу отпустил, так что конечность безвольной плетью повисла вдоль туловища. — Лапки домовых эльфов! Разве это можно назвать бицухой? Надо чтобы ВО!
Он тут же принял позу атлета, согнув руку в локте и максимально напрягая бицепс. Дин, Рон, Невилл и Колин дружно переглянулись.
— Каждому прописываю по пятьдесят подтягиваний и по сотне жимов лёжа! А то никакой спортивной подготовки. Томас, да эта рыженькая милашка повыносливее тебя будет. Глянь, как она летает! Потому что питается нормально. Если даже она и согласится дать тебе, что само по себе попахивает бредом, то ты ж выдохнешься прежде чем до оргазма её доведёшь своим хилым стручком!
— Эй! А можно тут это… — возмутился Рон, не обращая внимания на побагровевшего Дина, — не обсуждать мою сестру?!
— Ох какие мы ранимые, Вислый! — фыркнул Кормак. — Что насчёт тебя, кстати говоря? Посмотри на себя! Морда вся расплылась, прыщи повылазили, как мандрагоры по весне, а всё потому что жрёшь много жареного. Это ж сплошные канцерогены! А пузо? Ну вот куда это годится, а? Да мой дед и тот твою Лаванду отжарит лучше тебя!
— Ты чё, охренел? — Рон в ярости вскочил на ноги. — Дело ведь не только в мускулах, ты, недоумок! Я вон здоровее Гарри, к примеру, а Гермиона всё равно к нему ушла!
— Ну Поттер хоть и дохлый, зато подтянутый. — С некоторой неохотой признал МакЛагген. — И вообще, к соплохвосту их, ненормальных, — махнул он рукой.
Не любил он говорить о Грейнджер. Та явно была не в своём уме, так как имела наглость отшить его ещё на шестом курсе. Конечно, она тысячу раз пожалела об этом, тут МакЛагген даже не сомневался. Но факт оставался фактом! У Грейнджер явно были не все дома.
— Значит, все слушаем сюда, — он положил свои огромные ручищи на плечи Рону и слегка надавил, вынуждая того сесть обратно на скамейку. — Сейчас я покажу вам приёмы, от которых прутся все бабы, независимо от возраста и положения.
Кормак стянул с себя майку и принялся играть мышцами на груди, после чего выполнил ещё парочку атлетических стоек и принялся демонстрировать парням то, что сам называл «мимикой настоящего ловеласа», а именно — дерзкие подмигивания, игры бровями и свою коронную кривую ухмылку.
Чуть позже собравшимся было приказано трансфигурировать себе из подручного хлама по зеркалу и отрабатывать все эти «наикрутейшие фишки, которые уже вполовину представляют собой пропуск в женские трусики» — по безапелляцеонному утверждению новоявленного гуру соблазнения.
Колин Криви с замиранием сердца и раскрытым ртом слушал все эти советы и попутно пытался запечатлеть каждую гримасу тренера на свою колдокамеру, чтобы у него в дальнейшем был настоящий методический материал. В этом году он поставил своей целью добиться расположения Сюзен Боунс с Пуффендуя и был свято уверен, что уроки такого мачо, как Кормак, помогут ему в этом.
Рону пришлось конспектировать советы по здоровому питанию. Он пыхтел и возмущался, так как довольно смутно представлял свою жизнь без жареных куриных ножек и прочих калорийных вкусностей. Никакой коктейль из яиц докси, настойчиво расхваляемый Кормаком, не мог сравниться с настоящей едой, от которой Рональд Уизли получал настоящее удовольствие.
Дину было предписано в два раза больше приседать со штангой. На этой ноте МакЛагген и решил закончить занятие.
— И помните, что бабы очень предсказуемы и глупы, — выдал он напоследок. — Так что, если она выпендривается, а вы хотите её быстренько поиметь, просто устройте ей романти́к наподобие роз в постель и тому подобную блевотину. Я-то и без этого дерьма справляюсь, а вам, недоумки, совет пригодится.
На прощание он махнул рукой и направился в угол зала, где одиноко дожидалась его любимая штанга. Следовало сделать ещё несколько подходов, а потом уже хорошенько потрахаться. МакЛагген ещё не определился, кого из своего гарема осчастливит сегодня: Луну или сестрёнок Гринграсс. А может, сразу всех троих? Он-то в отличие от всяких слабаков способен справиться с любым количеством женщин.
***
Рон тайно приволок со школьной кухни полный поднос еды, задёрнул полог своей кровати и с наслаждением набросился на жареного цыплёнка да телячьи отбивные. Этот МакЛагген совсем двинутый, — размышлял он. Пусть сам жрёт свои яйца докси хоть трижды в день, а он, Рональд, таким дебильным советам следовать не собирался. Совсем другое дело — розы в постель. Здесь вероятность успеха была довольно высока. Девчонки ведь и правда любят всю эту романтику. Он уже успел снова забраться в теплицы профессора Стебль и срезать там все розы, которые теперь душистой кучей валялись у него под кроватью. Дело оставалось за малым: нужно хорошенько набить брюхо и попросить парней свалить из спальни хотя бы на полчасика. Вот он и организует Лаванде приятный вечер и, наконец, сбросит накопленное напряжение. А то дрочить в ванной ему уже порядком надоело. Тем более, Рон не был дураком и понимал, что Гермиона теперь частенько ночует у Гарри. Иначе с чего бы другу каждую ночь наглухо зашторивать полог кровати и устанавливать заглушающие чары помощнее? Вот, значит, как. Ему эта зубрилка не давала, всё выпендривалась, а как Гарри попросил — так сразу пожалуйста! Ещё бы: он ведь герой! Победитель Тёмного Лорда! Мечта всех молодых ведьм магической Британии! Ну ничего… Рональд Уизли не собирался так легко сдаваться. Вот сейчас нахватается азов у МакЛаггена и как станет первым мачо на факультете! Почему нет? Он, между прочим, чистокровный волшебник. К тому же, высокий и красивый — так мама говорит. Тоже герой войны, как-никак! Его портрет теперь даже на упаковках от шоколадных лягушек есть. Ещё и вратарь гриффиндорской сборной по квиддичу! Да девки толпами за ним будут бегать. Расправившись с едой, он достал розы из-под кровати и побросал их прямо на покрывало, а подносы с посудой наоборот запихал под кровать, вместе с грязными носками. Всё было готово к сексу. Теперь Лаванда точно от него не отвертится. Зря он, что ли, рисковал и грабил теплицы? К счастью, Гарри в спальне сейчас не было. Он теперь целыми днями пропадал где-то с Гермионой. Хоть его не придётся просить выйти — уже хорошо. Рон был всё ещё очень зол на бывших друзей, которые посмели образовать пару без его разрешения. «Наверняка эта ненормальная заставляет Гарри сидеть с ней в библиотеке», — злорадствовал он. «Ну и поделом ему! Думал, подарочек отхватил? Ага! Наслаждайся теперь!» — Дин, Невилл, свалите ненадолго, а? — потребовал он, почёсывая затылок. — У меня свидание с Лавандой намечается. Парни понимающе кивнули и направились к выходу. Тем более Невилл и так собирался пригласить Ханну на прогулку, ведь погода сегодня стояла чудесная. Едва сокурсники удалились, Рон щедро набрызгался духами, которые стащил у Дина из чемодана, и направился в общую гостиную в надежде застать там Лаванду. Ему повезло. Она сидела за столиком у окна и вместе со своей подружкой Парвати силилась разглядеть предсказания на карте звёздного неба, которую им дал профессор Флоренц. — Кхм-кхм, — демонстративно прокашлялся Рон, когда подошёл совсем близко. — Лаванда, можно тебя на минутку? — Чего тебе? — она стрельнула на него своими голубыми глазами. После того, как «Бон-Бончик» взялся таскать ей букеты цветов почти каждый день, она немного смилостивилась и уже не вела себя с ним так воинственно, как в начале. — У меня для тебя сюрприз, — Рон попытался игриво ей подмигнуть по всем заветам Кормака, но со стороны эта попытка больше напоминала нервный тик. Он скосил взгляд на Парвати в надежде, что она всё поймёт правильно и тоже куда-нибудь ретируется, чтобы не мешать. — Ну ладно, — Лаванда гордо вскинула голову, расправила складки на своей клетчатой школьной юбке и последовала за Роном в спальню мальчиков. Едва за ними захлопнулась тяжёлая дубовая дверь, отрезая их от остального мира, Рон притянул девушку к себе и жадно завладел её губами. Он был не в силах сдерживаться более. Внутри полыхнул огонь восторга, когда вопреки страху Лаванда ответила ему. Её руки с готовностью обвили его шею, и молодые люди, неловко переступая и спотыкаясь о мебель, двинулись к кровати. Святой Мерлин! Свершилось! Наконец-то у него будет секс! Настоящий секс с девушкой, а не с собственной рукой в душе! Страсть затуманила мозг, возбуждённый до предела член колом торчал из-под резинки трусов, норовя порвать её к чёртовой матери. Вне себя от счастья Рон с силой толкнул девушку на свою кровать и бухнулся следом, зажимая её аппетитную грудь в своих ладонях. — А-а-а-а! — заорала Лаванда не своим голосом. Этот яростный вопль имел слишком мало общего со вскриками страсти, что заставляло мгновенно насторожиться. Перепуганный Рон оторвался от сладких девичьих губ и испуганно уставился ей в лицо, по которому струились слёзы. — Слезь с меня, недоумок! Больно же! Окончательно сбитый с толку Рон сию секунду вскочил на ноги. Следом за ним с кровати скатилась Лаванда, обернулась и завизжала, когда обнаружила на покрывале шипастые розы. — Что это такое, Рон?! Скажи, тебя горные тролли воспитывали или ты от природы такой имбецил?! — Она схватила несколько длинных стеблей и принялась колотить ими парня прямо по лицу, не жалея силы. — Ой! Ай! — в панике закрываясь руками, заорал он. — Приятно?! — голосила Лаванда. — У меня теперь вся задница в шипах! Да я ещё как минимум месяц сидеть нормально не смогу! Дебил! — под конец она заехала своему незадачливому любовнику коленом в пах и вихрем вылетела из спальни. Рон завизжал аки штырехвост и рухнул на пол, хватаясь обеими руками за наиболее пострадавшее место. По раскрасневшемуся от напряжения лицу полились горячие слёзы. Боль не проходила. Вскоре соседи по комнате обнаружили Рона скорчившимся на полу в позе эмбриона и не без труда отволокли его в больничное крыло. Несчастный чуть со стыда не умер, пока пытался объяснить мадам Помфри, что произошло. К счастью, школьная целительница была настоящим профессионалом своего дела. Ей потребовалось лишь несколько взмахов волшебной палочки, чтобы заметно облегчить страдания Рона. В довершение она угостила «пострадавшего от любви» студента порцией зелья сна без сновидений, от которого все его мучения окончательно растворились в сладкой дрёме.***
На следующее занятие к МакЛаггену Рон явился мрачнее грозовой тучи, плюхнулся с краю на лавку, скрестил руки на груди и насупился. Вот и слушай потом этого придурка! Из-за его «охуенного» совета Лаванда с ним уже неделю не разговаривает. Спасибо, удружил, и добавить нечего. МакЛагген на этот раз расхаживал по залу в одних шортах и играючи перекидывал огромную гирю с одной руки в другую, как теннисный мячик. — Итак, доходяги, настала пора увеличивать нагрузку. С завтрашнего дня будем тренить в два раза больше! Во-первых, это поможет нам в квиддиче. Слизеринцы обделаются, едва увидят нас на мётлах. А во-вторых, сможете снимать сколько угодно аппетитных тёлочек. — Твои советы — полное гиппогрифье дерьмо! — не выдержал Рон. Его кулаки сжались против воли. — Они не работают! — Ха! — Кормак подбросил гирю вверх и тут же поймал другой рукой. — Если природа-мать не наградила тебя мозгами, Вислый, то мои советы тут явно ни при чём. — Да кто бы говорил о мозгах! — продолжал возмущаться Рон. — Сам ты дубина, ясно? Да я лучше всех на факультете в шахматы играю, между прочим! А ты чем выделился? Увёл бабу у сопливого Хорька да трахнул полоумную Лавгуд?! Не велики свершения! Эти слизеринские шлюхи любому дадут, да и Лавгуд была счастлива, что хоть кто-то обратил на неё внимание. — Слышь?! — Кормак шагнул вперёд и за грудки поднял Рона со скамейки. — Ты моих женщин не оскорбляй, таракан рыжий! Лучше гляди, как бы я окончательно не вышел из себя и не вырвал твой член вместе с яйцами да не засунул его тебе же в задницу! — Так-так, ребята, хватит, — протиснулся между ними Невилл. — Не ссорьтесь. МакЛагген, к счастью, послушал сокурсника и усадил Уизли обратно на скамью. — Ладно, упыри. Покажу вам мастер-класс от профессионала, — выдал он со снисходительной рожей, потирая огромные ладони друг о друга. — Что там твоя Браун любит? Прорицания? Так вот, трахну-ка я, пожалуй, её обожаемую Трелони! Увидите, что я и опытных бабёнок способен окучивать на раз-два. Там ничего сложного нет. А сейчас живо все на тренировку! Устал я время на вас тратить!***
Профессор Трелони, слегка пошатываясь, брела к доске. Запасы кулинарного хереса опять были на исходе, что сильно её удручало, поскольку данное пойло неплохо помогало ей вести занятия. Было достаточно всего пары стаканов, чтобы прорезался третий глаз, и тебя начали посещать настоящие видения. Она поправила свои огромные очки и чуть не запнулась о край парты, когда заметила среди собравшихся нового ученика. Его лицо показалось ей смутно знакомым. Вероятно, он посещал её предмет в прошлом, но в этом году — определённо нет. Столь фактурную внешность Сивилла запомнила бы, и никакой херес даже в самых немыслимых количествах не смог бы ей в этом воспрепятствовать. Она судорожно расправила полы своей измятой серой мантии и склонила голову в бок. — Представьтесь пожалуйста, мистер… — МакЛагген. Кормак МакЛагген, — просиял «новенький» студент. — И почему же вы… Ик! прогуливали мои занятия целый месяц? — Трелони взяла с преподавательского стола шар предсказаний и принялась бесцельно вертеть его в руках. — Так я это… — МакЛагген игриво вскинул брови. — Только недавно открыл у себя талант к прорицаниям, профессор. А как открыл — так сразу же пришёл к вам. Он одарил преподавательницу ещё одной обезоруживающей белоснежной улыбкой. — Талант? — хихикнула Трелони. — Это очень самоуверенное… Ик! заявление, молодой человек. — Она протянула ему хрустальный шар и не без ехидства поинтересовалась: — Ну и что вы там видите? МакЛагген взял шар и повертел его в ручищах, словно бладжер. Нахмурил на мгновение брови, затем кивнул каким-то своим мыслям, сделал глубокий вдох и заговорил: — О… Я вижу… вижу кабинет… — Кабинет? — Да… Вижу ваш кабинет, профессор… — Кормак сосредоточился на шаре и попытался придать своему голосу бархатные нотки. — И вы в нём… Стоите, вся такая красивая, словно нифма… Нет, вы не стоите, вы сидите, профессор. Точно! Вижу! Вы сидите прямо на своём письменном столе… — Последнюю фразу он протянул особенно томно. — Я? Сижу на столе? — в непонимании нахмурилась Трелони и тряхнула причёской, напоминающей осиное гнездо. — Да, профессор… на столе, — загадочно продолжал МакЛагген. — Более того, вы совсем обнажены, а я… я неторопливо ласкаю ваше тело… О, Мерлин, у вас такие мягкие груди и упругая задница… Класс замер в ожидании, что предпримет Трелони в ответ на такую наглость. Все полагали, что прорицательница сейчас взорвётся и выставит нахального студента прочь, но она лишь с интересом уставилась на него сквозь толстые стёкла своих очков, в которых сильнее всего напоминала огромную стрекозу. — Наши языки сплетаются, профессор… — беззастенчиво продолжал Кормак. — И я пронзаю вас своим огромным мечом! О, мерлиновы кальсоны, как же это приятно! Я вхожу в вас вновь и вновь, а вы стонете и извиваетесь… Я трахаю вас во все места… — А ну вон отсюда! — прикрикнула Трелони, придя, наконец, в себя. — Что вы себе позволяете, молодой человек?! Я отнимаю полтора балла у Гриффиндора и жду вас сегодня вечером на отработку! МакЛагген победно стрельнул глазами, вручил ей шар и покинул кабинет. Он с лёгкостью добился нужного эффекта. Что ж, придётся хорошенько отодрать эту пьянчужку вечером, дабы доказать сокурсникам, что он не пустозвон! По классу прорицаний прокатились оживлённые шепотки, а Рон сидел, как громом поражённый среди этого гвалта. Полтора балла? Она отняла всего полтора балла? Да эта старая навозная муха реально клюнула на МакЛаггена! Не может быть…***
Кормак явился на отработку к назначенному часу и первым, что увидел, переступив порог кабинета — это сидящую на столе Трелони. Профессор болтала ногами, которые не доставали до пола, словно какая-то девчонка. Неподалёку на столе стояла початая бутылка кулинарного хереса. Студенты-недотёпы, объединённые уникальным курсом «Секпросвета» притаились, тем временем, за дверью. Им до последнего не верилось, что МакЛагген всерьёз решил трахнуть преподавательницу. — О-о-о, профессор, — Кормак ловким движением скинул с себя мантию, под которой скрывался голый торс. Перед так называемой «отработкой» парень нацепил только брюки, не утруждая себя тем, чтобы надевать рубашку. — Вы ждали меня, не так ли? — Мы должны удостовериться… Ик! в правдивости вашего видения, мистер МакЛагген. — Сивилла принялась обмахиваться рукой, так как от вида полуобнажённого Кормака ей стало жарко. Святой Мерлин! Она уже забыла, когда последний раз занималась сексом. А уж таких красавчиков в её постели отродясь не бывало! В прошлом году она усиленно пыталась соблазнить профессора Снейпа, но тот смотрел на неё, как на насекомое, которое хочется прихлопнуть. Кормак с невозмутимым видом расстегнул ремень и спустил до колен брюки вместе с трусами, высвобождая на волю внушительный орган, на который тут же восхищённо уставилась преподавательница. МакЛагген, недолго думая, переступил через штаны, стиснул Трелони за бёдра и припал к её губам в смачном поцелуе, от которого у той окончательно поехала крыша. — А теперь возьмите его в рот, профессор! — приказным тоном велел Кормак. Словно под гипнозом Сивилла Трелони сползла на пол и, встав на колени, принялась лизать огромный твердеющий ствол своего ученика. — О-о-о, прекрасно, — МакЛагген ритмично двигал бёдрами в стремлении протолкнуть член прямо ей в горло. — Глубже, глубже, профессор… — Охуеть! — Рон с Дином, схватившись за голову, наблюдали эту картину, не в силах поверить собственным глазам. Этот гусь действительно трахал в рот преподавательницу, да ещё умудрялся командовать, что и как ей делать. Во имя всего: как ему это удаётся? Сидящий на голодном пайке Рон уже и сам бы не отказался от ласк этой чокнутой мадам, но боялся, что предложи он ей у себя отсосать — мигом окажется отчисленным из Хогвартса. Да ещё и маман в школу наверняка вызовут, тогда точно позора не оберёшься! Кормак уже вошёл во вкус и принялся толкаться в профессорский рот с удвоенной силой, проникая в самую глотку. Его тяжёлая ладонь легла на седой затылок, чтобы не дать отстраниться. Бедная Трелони давилась, ей не хватало воздуха, ведь член МакЛаггена был огромным. Однако Кормак и не думал останавливаться. С громким чавкающим звуком он погружал свой член всё глубже в её горло, лишь изредка позволяя старухе передохнуть. Он чувствовал, что этой алкашке на самом деле нравится его грубость и сила. Вдоволь поистезав глотку Трелони, Кормак практически рывком поднял её с колен и, резко развернув к себе спиной, нагнул над письменным столом. — Давай посмотрим, что ты прячешь под этим тряпьём, красотуля, — хохотнул ушлый гриффиндорец, задирая мятую мантию вместе со всеми многочисленными юбками разом. — Ого, а бельишко-то у тебя ничего. На самом деле под бесформенной одеждой Сивиллы скрывалась неплохо сохранившаяся фигура. Кормак резким движением сорвал с неё кружевные трусики и звонко шлёпнул по достаточно аппетитной и ещё не утратившей упругость заднице. Трелони застонала. Она была невероятно возбуждена. Ей вообще казалось, что секс с молодым атлетом — это просто очередное её видение. Но тут член Кормака резко ворвался в неё на всю длину, и из горла вырвался рваный крик. Видение-не видение, а ощущения были самыми что ни на есть настоящими! От развернувшейся за дверью картины у Рона с Дином синхонно повставали члены, и теперь парни стыдливо избегали смотреть друг другу в глаза. Кто бы мог подумать, что их так возбудит наблюдение за тем, как нахрапистый беспардонный МакЛагген трахает старушку Трелони. Ритмично двигая бёдрами, Кормак принялся вколачиваться в профессора с деликатностью молота, бьющего по наковальне. Спустя всего несколько минут она уже голосила нечто невнятное, проваливаясь в сладкую пучину оргазма. МакЛагген решил не останавливаться достигнутом. Он вынул своё наиценнейшее орудие, развёл ягодицы партнёрши в сторону и принялся массировать большим пальцем тугое колечко явно девственного ануса. Тело Сивиллы сотрясала крупная дрожь. Кормак смачно плюнул себе на ладонь, растёр слюну меж её ягодиц и протолкнул палец внутрь последнего отверстия, куда решил поиметь похотливую преподавательницу напоследок. Та застонала и пригрозила ему новой отработкой, но МакЛагген лишь усмехнулся, плюнул ещё разок и, приставив член к новому входу, с силой толкнулся вперёд. Его огромные ладони до синяков сжали половинки престарелой задницы. Внутри находилась пока ещё только головка члена, а парень уже едва не задыхался от того, как туго и в тоже время мягко и нежно её обхватывает сфинктер Трелони. Сама прорицательница, пока МакЛагген продвигался вглубь ее попки, испытывала странную смесь боли и наслаждения, чувствуя, как его каменный ствол врезается в ее мягкую неподготовленную плоть. Она заскулила и до крови прикусила губу, когда он вошел на всю длину. Несмотря на боль от растяжения прямой кишки, Трелони искренне наслаждалась происходящим. Заполучить такого неутомимого любовника было для неё настоящим чудом. Кормак же, балдея от силы сжатия его члена, ускорялся, отчего Сивилла громко завопила. Остерегаясь, что сейчас сюда сбежится весь преподавательский состав во главе с директором, МакЛагген больно дёрнул её за волосы, чтобы замолкла. Ритмичные движения заставили Трелони елозить грудью по поверхности стола, гремя многочисленными бусами. Кормак не потрудился раздеть её полностью, лишь задрал юбку да мантию. Наконец, он взорвался внутри неё в ярком оргазме. В его постели бывали девушки помоложе и покрасивее этой чокнутой бабки, зато её можно было вертеть как угодно и делать с ней, что заблагорассудится, не опасаясь натолкнуться на особые возражения. Это невероятно возбуждало. Он вытащил свой член и ещё пару раз шлёпнул её по ягодицам, после чего с невозмутимым видом отошёл в сторону и принялся натягивать трусы. — Ну, что скажете о моём таланте к прорицаниям? — ухмыльнулся Кормак, глядя на обессилевшую Трелони, которая распласталась на столе. Её юбки по-прежнемы были задраны. Она не предпринимала ни единой попытки привести себя в порядок. — У тебя несомненный талант, мой мальчик, — тяжело выдохнула Сивилла и наощупь потянулась к бутылке, которую они каким-то чудом умудрились не уронить на пол. — Надо бы назначить тебе дополнительные занятия для… Ик! передачи опыта, так сказать… — Ха-ха! — Кормак уже возился с ремнём брюк. — Ладно, я подумаю. Может, и возьму тебя в свой гарем, старушка. Вот только бухала бы ты поменьше, ведь спорт — это сила, а алкоголь — зло. Не добавив больше ни слова, он резко развернулся и направился прочь, а профессор Трелони закашлялась, поперхнувшись хересом. — Кое-кому не мешало бы освежиться, — заржал Кормак, когда увидел под дверью своих возбуждённых «подопечных» сокурсников. — Наверное, зря я позволил вам смотреть. Так и куколдами стать недолго. Дин с Роном, мысленно кляня этого верзилу всеми матерными словами, которые только знали, понеслись в сторону гриффиндорских раздевалок. Там их ждал горячий душ и долгожданное расслабление.
