Вараста. Перезагрузка.

*** Утром к ним прибыл гость – ну, как прибыл, его привели кэнналийцы. Только сутана спасла его от жёстких мер с их стороны. Валентин удивился: - Отец Герман? Из палатки выглянул Дик, ойкнул, и нырнул назад. Вскоре вышли все – Рокэ на ходу застегивал колет. Увидев его, Герман Супре выдохнул: - Всё-таки, вы истинный Повелитель Ветров, монсеньор Алва. Я так рад! Обвел всех взглядом, и восхищенно-обескураженно продолжил: - Все Повелители вместе, около древней столицы, в канун Излома… Я успел. Заметив скептичные взгляды Алва и Савиньяков, улыбнулся, как мальчишка: - Да, понимаю… Но я в своем уме, герцог. Вот, возьмите, даже если не верите, они вам помогут. Это древние эсперы, самые первые. – И торопливо раздал потемневшие от времени святые знаки. – Не важно ведь, кто какую веру исповедует, важно быть чистым душой и в помыслах… Алва иронично поднял брови: - Меня ненавидит половина Талига, отец… - Ну и пусть, пусть! – Горячо заговорил Супре. – Это ударит только по их душам! А вы…, - запнулся, - считаете себя проклятым. Молчите, я знаю. Так вот – это не так, уверяю вас. Проклятья Ринальди на вас нет… Улыбнулся удивлению на лице Рокэ. - Вам говорили, что вы родились слабым? Да? А то, что прожив неделю, вы умерли? Нет? Понятно… Ваша матушка вернула вас к жизни, неясно как, но это из-за этого она прожила недолгую жизнь. Алва встряхнул священника. – Хватит сказок! Тот заторопился: - Это не сказки, герцог! У меня есть дневники вашего отца. Алва зло скривил губы. Эмиль спросил: - Убить его, Рокэ? Даже Ричард с Валентином смотрели на Супре недружелюбно. Он понял, что наговорил что-то не то: - Подождите! Все знают, что со смертью слетают все проклятья, верно? Так вот, ваша матушка взяла их на себя! А вы очнулись чистым, как и положено младенцу. Аккуратно разжал руки, сжимавшие его сутану. – Я подумал, это важно, вам ведь род продолжать, герцог… Алва крикнул: - Хуан! Присматривай за отцом Германом. Хочешь – свяжи, но чтобы он не исчез. И Герману: – Отче, у нас намечается очень интересный разговор. Не покидайте нас, хорошо? Супре только кивнул. *** Алва слушал ветер, и хмурился. - Что-то не так? - А ты послушай, Дик. Дик склонил голову на бок, и прислушался. Свёл брови, присел, и положил ладонь на камни. Взглянул на Рокэ: - Земля дрожит. Алва кивнул. – Весь мир дрожит. Думаю, пора и нам наведаться в Гальтару. Монахи установили пороховые заряды. Видел, какие они вернулись мрачные? - Да, - кивнул Дик, - я спросил, они говорят, что там слишком пусто, и слишком пристально кто-то смотрит. Жутко, в общем. Поднялся, встал рядом. - Рокэ, я хочу сказать тебе, так, на всякий случай – спасибо тебе. Подожди, - взял его за руку, - у меня никогда в жизни не было человека, который бы так сильно переживал за меня, заботился и любил. Ну, после отца. Я очень рад, что мы с тобой теперь братья. – Обнял. – Я пойду за тобой куда угодно, Росио. Прошу, не покидай меня. Рокэ прижал к себе Дика. – Что ты, братишка, у нас всё получится. – Взлохматил ему волосы. – Спасибо, Дикон, ты делаешь меня лучше. *** Мэллит осталась в лагере, с отцом Германом и слугами – Робер наотрез отказался брать ее с собой. Идти по старым городским развалинам было действительно жутковато. Но все были военными, кроме Придда, а он держался неплохо. Арно не отходил от него, настороженно поглядывая кругом. Ричарда страховали все – он шёл в середине их маленького отряда. Ли непреклонно шёл первым. Монахи и кэнналийцы молча шли следом. Алва негромко рассказывал: - В кольцах Гальтары жили простые люди, они как бы разделяли рабочие кварталы – ткачи, строители, художники, торговцы… Нам надо на главную площадь – посмотрим потом, что и как. Около широкой каменной лестницы их ожидали Твари из Лабиринта – увидев людей, они неспешной лиловой рекой потекли им навстречу. - Стрелки, вперед! – кэнналийцы первым же залпом смогли приостановить тварей. Солдаты были прекрасно обучены, и защищали своего соберано не за деньги, а за совесть. Довольно быстро очистив проход на лестницу, они дали возможность Повелителям и Хранителям идти дальше. Сверху было видно, как к лестнице стекаются лиловыми ручьями всё больше этих тварей. - Поторопимся, - бросил Рокэ. Площадка с четырьмя большими каменными клинками слегка вибрировала. Лёгкое золотое марево висело, как туман. Повелители разошлись – каждый к своему клинку, на них были видны символы стихий. За плечом каждого из них, кроме Окделла, стоял Хранитель. Как только они заняли свои места, раздался гул, потом еще, еще… - Как стук сердца, - прошептал Валентин. Он был бледнее обычного. Они хором начали:

Пусть Четыре Волны унесут злые проклятия, сколько б их ни было. Пусть Четыре Ветра разгонят тучи, сколько б их ни было. Пусть Четыре Молнии падут четырьмя мечами на головы врагов, сколько б их ни было. Пусть Четыре Скалы защитят от чужих стрел, сколько б их ни было.

От Рокэ сверкнул синий луч, от Придда – лиловый, от Эпинэ – золотой, от Дика – красный. В центре площадки образовалась светящаяся сфера, и внутри нее они увидели большой круглый глаз – чёрный и злой. Существо разглядывало их, и каждый Повелитель слышал вкрадчивый холодный шёпот: - Сдайся, пойдем со мной, я дам тебе все, что захочешь… сдайся, будь моим…сдайся, зачем тебе умирать за них… сдайся мне, живи… сдайся, они тебя предадут…сдайся… Цветные лучи обвили сферу, она стала пульсировать чаще, сильнее, глаз внутри сменился кошмарной мордой – сплошь зубы, и какие-то пластинчатые выросты. Шёпот стал громче, он гипнотизировал, проникал в мозг, в сердце, в кости… Придд опять начал читать Четверной заговор. Дикон внезапно дрогнул, и припал на одно колено, но твердо подхватил свою часть заговора. Рокэ постарался взглядом поддержать его. От напряжения у него из носа потекла струйка крови. Ли среагировал первым: - Эмиль! Эмиль подошёл, и обнял Рокэ со спины, поддерживая и храня. Ли так же обнял Эпинэ, а Арно – Валентина. Дик перевел дыхание, и выпрямился. Улыбнулся брату, кивнул, и вытер свою кровь с лица. Весь его вид говорил – «Я смогу». Шёпот слился в сплошной шум – он бился в ушах, оседал горечью на языке; от него слабели колени, а кровь начала вытекать уже и из ушей… *** А внизу битва становилась всё злее, жёстче. Твари становились проворнее, среди людей появились первые убитые – лиловые их тут же съели, вселив в противников ужас и негодование. Монахи Бонифация вслух читали молитвы, и дружно отбивались – пока одни сражались мечами и палашами, другие перезаряжали пистолеты. Командир кэнналийцев взял с них пример. Но зверей Леворукого было слишком много… *** Заговор теперь читали и Хранители – раз за разом. Он сдерживал монстра внутри сферы – он бился и бился в прозрачные стенки. Стало видно, что он находится в воде, в темноте. Дик опять упал на колени – от вытекающей из глаз крови он почти ослеп, одной рукой упирался в пол, но упрямо мотал головой, и читал, читал нужные слова. Рокэ с болью смотрел на младшего брата – он не мог сойти со своего места, иначе всё пойдет прахом… Ричард шепнул из последних сил: - Лайэ, Литтэ! Помоги… За его спиной соткался серый силуэт, с топором в руке. Он поднял его в сторону сферы, и из него полился мощный красный луч. За другими Повелителями тоже появились тени Абвениев – их лучи света скрутили сферу, существо внутри взвыло с отчаянием и злобой, и шёпот болью отозвался в сердцах людей: - «Ненавижу… убью…убью…» Мгновение, и сфера сжалась в золотую точку, и, полыхнув, исчезла. Волна воздуха, как после взрыва, разошлась в стороны, сбив всех с ног. Тени Абвениев растаяли, лишь Лит произнес: - Первенца отдашь мне. *** Дик открыл глаза. Постепенно осознал себя, сглотнул: - Пить. Над ним появилось встревоженное лицо Валентина, он подал воды. Дик пил жадно, обливаясь. - Тише, Ричард, - его погладили по голове, - сейчас Рокэ позову. В палатке было тепло, дневной свет пробивался сквозь прорези в стенах, затянутых прозрачной тканью. Дик сел, и уставился на свои руки – они немного дрожали от перенапряжения. - Дикон! – в палатку влетел Рокэ. – Наконец-то, братишка. Порывисто обнял его, прижал к себе. - Ну, и напугал же ты меня. Хвала Создателю, очнулся. Дик доверчиво положил голову ему на плечо, и обнял в ответ. – У нас получилось, да? - Да, конечно, получилось, - он слышал улыбку Рокэ, - а теперь и ты очнулся, значит, всё хорошо. От Рокэ исходила волна тепла – как будто он окутывал Дика своей заботой и защитой – так любящие родители обнимают своё дитя. - А как там эти Твари? Сверху казалось, им конца и края нет. - Ты удивишься, но нам помогли. Встать сможешь? Пойдем тогда, я познакомлю тебя кое с кем. Лагерь был явно больше прежнего. Мелькали незнакомые лица, лилась странная речь. - Знаешь, я бы не удивился, встретив братьев-Катершванцев, - сказал Дик, провожая взглядом прошедшего мимо солдата. Рокэ только хмыкнул. - Рихард! Ты встать! – Два белокурых великана обняли Дика. – Мы есть так рады! Дик счастливо рассмеялся. – Как я рад видеть вас, ребята. Значит, это вы нам так вовремя помогли? - Мы исполнять просьбу Арно Савиньяк, - это уже сказал пожилой бергер. По стати, и вообще по схожести черт, было ясно, что это отец близнецов. Он протянул руку: - Барон Рудольф Катершванц. - Герцог Окделл, - пожал в ответ руку Дик. И перевел удивленный взгляд на Рокэ. – Арно? - Старший, - пояснил Алва, - идем, присядем на берегу, и поговорим. - На каком берегу… - и тут они завернули за большой валун, - ого… это ж просто… Рокэ иронично хмыкнул: - Цензурное что-нибудь, Дик, будь добр. Тот машинально кивнул, по-прежнему ошеломленно глядя на большое озеро. - Ну… это ж удивительное что-то… Раздался дружный хохот. - Вот что значит строгое воспитание! – Эмиль вытирал слёзы от смеха. – Молодец, Дикон. – Обнял его. – Я так рад видеть тебя, наконец, с нами. Ричарду вручили прутик с нанизанными на него кусочками мяса, которые жарили на ближайшем костерке. - Ешь, тебе нужно восстанавливать силы. Дик ел, пил «кровь», и не отходил от Алвы – прикасался к нему то плечом, то рукой – так ему было спокойнее. Рокэ, в итоге, сгрёб Дика в охапку, и усадил перед собой, обняв руками и ногами. Дик лишь блаженно затих. - Теперь можешь слушать? Молодец. Когда та морда в сфере взорвалась, мы поняли, что лиловые вообще озверели. Если сначала они были медлительные, то теперь – бросались стремительно и наверняка. Из нас бойцы были так себе, и ты раненый… Думали, всё уже, конец нам. И тут в тыл тварям ударили бергеры – красиво все таки бьются… Столько лет прошло с моей службы в Торке, но до сих пор считаю, что красивее и смертельнее кэнналийцев бьются только бергеры. - Мы есть лучшие в Талиг! – гордо сказал Йоганн. Дик рассмеялся. Алва продолжил: - С двух сторон мы смогли их одолеть, а новых Тварей больше не было. Думаю, со смертью этой сферы они закончились. Или закрылись ходы из Лабиринта, не важно. В общем, добрались до лагеря, и тут Валентин предложил идею… Гениальную идею. Валентин слегка улыбнулся, и наклонил голову. Арно обнял его за плечи: - Затопить Лабиринт к кошкам. Дик взглянул на Алву снизу вверх. – Заряды уже были заложены, осталось только взорвать. Рокэ хмыкнул: - Напомни мне, дать тебе хотя бы начала минёрного дела… Так вот, сутки еще потратили на изучение ландшафта, потом еще закладывали порох в нужных местах… Робер своими молниями поджёг, спасибо ему большое. Эмиль подхватил: - Грохот стоял страшный! От Гальтары осталось немного – часть Верхнего Города, и та площадка. Остальное всё теперь под водой. Видишь, вон башня видна? - А я подумал, мне кажется, - ответил Дик, - ну, как в Варасте. Алва сжал ему плечи: - Ты видел тогда башню? - Да, - кивнул Дик, - на закате. Перед тем, как меня… - Ясно, - прервал его Рокэ, и успокаивающе погладил по плечам. Дик кашлянул: - А что там с Арно-старшим? Что за просьба? Рудольф кивнул: - Мы с Арно есть побратимы, с юности. Я знать, что он из клана Хранителей. Его отец был Хранитель Волн, но Вальтер Придд был слишком молод, и только принять Силу, и остаться один. Тогда Арно понять, что он тоже может умереть до Излома. И я обещать ему, что прийти в Гальтару к сроку. Я пришёл. - Надо же, как всё переплетается в жизни, - покачал головой Дик. – Кстати, а где Робер и Мэллит? Ли ответил: - Как только озеро успокоилось, они с монахами уехали назад, в Варасту. Он выглядел печальным, хотя со стороны, это не очень-то было заметно. Дик вздохнул: - Мне так жаль, Ли. Тот кивнул, и перевернул мясо над огнем. ***