To meddle is to (transmigrate)

После нескольких долгих и мучительных дней, Кейлу наконец разрешили покинуть дом. Хотя называть это «домом» было бы небольшим преувеличением. Это была скорее большая квартира, арендованная удобно недалеко от UA. Как Ким Рок Су, он подумал бы, что это было слишком для одного человека, но для Кейла Хенитьюза, человека, который привык жить в буквальном смысле в замках и особняках, это было…… Слишком маленьким. Кейл тоже до этого момента не знал, что у него клаустрофобия. Однако, к счастью, в последний день недели он сорвался с крючка и в последнюю минуту согласился пойти с Айзавой в магазин за покупками. «Завтра первый день в школе», — сказал Айзава, наблюдая, как Кейл просматривает книжный магазин, «Ты готов?» Листая учебник истории, Кейл расстегнул пуговицу на рубашке, чтобы немного охладится, поскольку [Запись] перегрузила его мозг. «Думаю, я готов так, как никогда ». Сопротивляясь желанию выхватить книгу и приказать мальчику прекратить использовать эту чертову силу, Айзава просто покачал головой: «Ты уверен, что у тебя нет причуды? По-моему, это не похоже на то, что у тебя нет причуды.» Захлопнув книгу, Кейл закатил глаза: «Кто знает». Они обсуждали этот вопрос уже около сотни раз, так как Кейл отказался говорить, обладает ли он более чем одной силой. Сначала они наивно думали, что у мальчика есть только восстанавливающая сила его сердца, но затем Кейл занялся трехдневным исследованием, и его маскировка снова была обращена в пыль. У Айзавы было тревожное предчувствие, что это повторится еще много раз. Он замолчал, наблюдая, как Кейл просматривает другую книгу. Через некоторое время Кейл сжал губы. «Ты уверен, что я не могу просто пойти в общеобразовательную школу?» — с надеждой спросил Кейл. Айзава ухмыльнулся: «Извини, малыш. Приказ Недзу.» Кейл нахмурился: «Ты чертовски хорошо знаешь, что я не хочу быть Героем». Айзава пожал плечами: «И ты знаешь, что это вне моей власти. Помнишь, что сказал Недзу?» Кейл скорчил странную гримасу. «У тебя все получится чудесно», — взволнованно заявил Недзу. Конечно, Недзу заплатил за это. Дорого. Затем Недзу отдал Кейлу 75 тысяч иен в месяц в качестве платы, чтобы больше не страдать. Затем настала очередь Айзавы. Три дня подряд он подсыпал соль в утренний кофе Айзавы, притворяясь, что не знал, что это не сахар. Каждый раз, когда Айзава хотел принять душ, Кейл обязательно шел первым и расходовал всю горячую воду. Однажды, под предлогом того, что он пытается готовить, он чуть не взорвал кухню Айзавы. Кейлу даже удалось два раза затопить туалет. Однако Айзава вскоре раскусил невинную маску Кейла. Так что, конечно, он также изо всех сил старался поквитаться с Кейлом, потому что Айзава был никем иным, как мелочным человеком. Сначала Айзава пытался извлечь выгоду из лени Кейла, заставляя его учиться. Толстые, пыльные, скучные книги по истории Недзу появились по его предложению. Жаль, что это не оправдало ожиданий, так как Айзава не ожидал стремления Кейла к информации, хотя, вероятно, должен был. Но Айзава был не из тех, кто легко сдается. После нескольких дней наблюдений он обнаружил, что, хотя Кейл выглядел холодным, он был особенно восприимчив к щенячьим глазам. Итак, Айзава провел тест. Он прекрасно понимал, что его чувство моды было «слишком изысканным для наших бедных смертных умов», как любил называть это Хизаши, что было грубо, но он хотел посмотреть, сможет ли он использовать это в оскорбительных целях. Поэтому он пошел и купил Кейлу самую блестящую, самую красивую, самую симпатичную одежду с кошачьим принтом, какую только смог найти. Лицо Кейла, когда он открыл свой шкаф, запомнилось Айзаве на всю жизнь. По сей день Кейл все еще не понял, что Айзава намеренно спровоцировал инцидент с неисправностью гардероба, и Айзава всегда втайне гордился этим. В конце концов, Кейл был не единственным, кто мог притворяться невинным. Кейл прищурился, глядя на Айзаву. По какой-то причине ему показалось, что его только что обманули, но он не знал почему. Айзава вопросительно наклонил голову. Кейл уставился на него еще немного, но вынужден был отвести взгляд, поскольку лицо Айзавы оставалось непроницаемым. Про себя Кейл решил разбудить Айзаву завтра на час раньше. Ублюдок был бы замечательным сообщником, если бы не предал его. «В любом случае, — не выдавая того, о чем он думал, начал Кейл, — в 1-А будет 21 учеников? Не покажется ли это 1-Б несправедливым?» Айзава пожал плечами: «Ты рекомендованный студент. Причем, лично рекомендованный ученик Недзу. Первый в своем роде. Полагаю, мы просто скажем им, что ты выбрал 1-А, и оставим все как есть». Кейл осуждающе поднял бровь: «И позволяешь мне собрать все их недовольство? Боже, как великодушно с твоей стороны.» «Всегда пожалуйста», — ухмыльнулся Айзава. Кейл закатил глаза. «Но как я смогу учиться, если у меня фактически нет причуд?» — спросил Кейл, скорее в последней попытке добиться того, чтобы его исключили из класса, чем в каком-либо реальном оскорблении возможных учеников-героев без причуд. «Расслабься, ” заверил его Айзава, “ ты не занимаешь ничье место в классе. Нам просто нужно привести твое тело в форму, и у тебя все будет хорошо». Кейл не чувствовал себя уверенным. «Могу я отказаться?» Кейл отказался дуться, но желание было: «Позволь мне отказаться. Я пришел сюда не для того, чтобы тренироваться». Айзава открыто ухмыльнулся: «Жаль, что это не в моей власти». 5 УТРА, мстительно подумал Кейл, он разбудит Айзаву в 5 утра.

***

Кейл разбудил Айзаву в 5 утра. Излишне говорить, что Айзава был взбешен еще до того, как пришел в класс, который он курировал. «Если вы пришли сюда за приятелями», — заявил Айзава, лежа посреди холла в своем надежном спальном мешке, потому что у него уже закончился запас терпения, — «тогда иди в другое место». Двое детей, стоявших перед ними, в ужасе немедленно отскочили друг от друга. Кейл проглотил свой смех. Перешагнув через желтую гусеницу на полу, Кейл вошел в 1-А. Согласно схеме рассадки, он должен был сидеть сзади, у окна. Идеально. Что-то внутри него прошептало ‘Место главного героя’, но он злобно подавил эту мысль Он не был главным героем. Он им не был. Он им не был. Когда класс расселся, Айзава выбрался из своего спального мешка, выглядя уже не как бродяга, которым он был на самом деле, а скорее как демон из ада. Конечно, Кейл чувствовал бы себя неловко из-за того, что напугал своих потенциальных одноклассников, если бы ему было не все равно. Но ему было все равно. «Вам потребовалось восемь секунд, чтобы успокоиться, — Айзава свирепо посмотрел на них всех, — Жизнь коротка, дети. Вам всем не хватает здравого смысла». Все непонимающе уставились на него. «Я ваш классный руководитель, Айзава Шота». Айзава продолжил: «Рад с вами познакомиться». Снова тишина. Неудовольствие на вашем лице было немного очевидно, учитель! «А теперь наденьте это и отправляйтесь на физкультуру». Затем, из своего гребанного спального мешка, Айзава вытащил их спортивную форму. Кейл не хотел знать, где они были, потому что какого хрена. Один за другим ученики класса 1-А выходили из комнаты в большом замешательстве. Кейл позаботился о том, чтобы немного задержаться, не торопясь понаблюдать за всеми в классе. Существовала теория, которую он держал в уме уже несколько дней. Была причина, по которой гребанный Бог Смерти поместил его сюда, и он не сомневался, что она связана с 1-А. О, сначала он не знал. Но после того, как Недзу так постарался запихнуть его сюда? Даже прилагаете усилия, чтобы создать для него дополнительное место в классе? Да, не было никаких сомнений. Больше нет. И если и было что-то, что он знал из своего предыдущего переселения, так это то, что у мира, в котором он находился, был сюжет, а вместе с ним и главный герой. Кейл им не являлся В его мире это был Чхве Хан. Этот мир? Что-то подсказывало ему, что этот человек будет одним из его одноклассников. Принимая во внимание страну, в которой он находился — то есть Японию — и то, как причуда доминировала в обществе, он рискнул предположить, что жанром, вероятно, будет либо Сёнэн, либо Сёдзе, в зависимости от пола главного героя. Определенно боевик, фантастика и главный герой. Школьная жизнь, потому что UA былa настоящей школой. Приключение? Кейл надеялся, что там будет комедия. Желательно не за его счет. Он надеялся, что никакой драмы не будет. Во-первых, он исключил всех очевидных детей с мутационными причудами. Не то чтобы он, конечно, имел что-то против них, просто, будучи знаком с японской мангой, он мог сказать, что они не вписывались в обычные критерии, касающиеся главного героя. Что, по их мнению, действительно так. Быть главным героем — отстой, Чхве Хан мог бы подтвердить. Итак, это были ученики под номерами 2, 9, 11 и 14. Ашидо Мина, Кода Кодзи, Мезо Шоджи, Токоями Фумикаге. Он был немного неуверен в отношении номера 3 (Цую Асуи) и 16 (Хагакуре Тору), потому что первая была достаточно эстетична, чтобы быть главным героем, в то время как повествование от лица второй было бы довольно интересным, будучи буквально невидимой, какой она была. Однако он не был уверен, что это будет достаточно интересно. Номер 19 (Минета Минору) спрыгнул со своего стула на пол, и Кейл мысленно вычеркнул и его тоже. Главный герой мог бы быть невысоким, подумал он, но не настолько. Это все еще оставляло его с более чем ¾ класса. Честно говоря, для парней он склонялся к тому, чтобы главным героем был номер 15 (Тодороки Шото). Никто не выделялся так, как он. У него были странные двухцветные волосы — хотя волосы у всех были немного странными — у него был шрам, покрывающий ¼ его лица, что противоречило какой–то трагической предыстории, и он выглядел достаточно красивым. Кейл также был почти уверен, что поступил по рекомендации, так что это было так. Для девочек он……на самом деле понятия не имел. У него не было большого опыта чтения Сёдзе, чтобы судить об этом. Кейл мог видеть, что все они были эстетически приятны (?), но, по его абсолютно непредвзятому мнению, Он больше походил бы на главного героя, чем любая из них. Ну что ж, он надеялся, что рано или поздно узнает. Он надеялся что узнает достаточно скоро, чтобы он мог держаться от него подальше. Напевая, Кейл медленно встал, чтобы тоже переодеться, игнорируя свирепый взгляд Айзавы в его сторону. А потом Мидория Изуку сломал свой гребаный палец, чтобы запустить мяч с расстояния 705,3 метра, и Кейл просто знал что...... Это был, без сомнения, Главный герой.

***

Все начиналось просто. Айзава объявил, что любой, кто финиширует последним, будет исключен. Кейл сразу же решил вообще ничего не делать, потому что это место вместо него никто не получит. Однако Кейл немного испугался, что его ликование было слишком заметным, потому что он мог бы поклясться, что Айзава ухмылялся ему. В любом случае, Айзава произнес речь, повторив школьный девиз, который был прямой противоположностью тому, во что верил Кейл, а затем начался тест. Иида Тенья, у которого, как он был уверен, был брат-герой, преодолел 50-метровый забег за 3,04 секунды. Кейл финишировал с результатом 49 секунд. И поскольку он был 21-м учеником, все должны были наблюдать, как Кейл неторопливо шел к финишной черте. Кейл отказывался чувствовать себя растроенным из-за этого. Он знал, почему Айзава так пристально смотрел на него, но на самом деле, Профессиональный герой должен был предвидеть это с самого начала. Остальная часть теста прошла гладко, поскольку Кейл изо всех сил старался провалиться. Наблюдая за классом, Кейл вспомнил о детях-волках. У него было не так много возможностей пообщаться с ними во время войны, но за два месяца после этого, когда дети каждый день приходили к нему на ферму, они разговаривали намного больше. Эти дети, Кейл не мог не думать, были очень похожи на тех Волков. Своенравные, решительные и изо всех сил пытающиеся контролировать свои более опасные способности. Конечно, «Волки» были гораздо более умелыми и сильными, но это было только потому, что у них был чертовски хороший инструктор и слишком много возможностей попрактиковаться. Эти дети были хороши, для своего возраста. Парень, возможно, главный герой, резко выделялся. Но даже тогда он занял лишь 2-е место. Удивительно, но первым в списке оказалась студентка номер 20, та, в ком он догадался, что это молодая леди из богатой семьи, обладающая собственными правами. Яойорозу Момо. Причуда: [Создание] Пока она знала и понимала его химический состав, Яойорозу могла материализовать практически любой неживой объект из любой части своего тела. Причуда, которая граничила с Божьей территорией. Если это не было причудой, достойной главного героя, то он не знал, что это было. Если только не существовало какой-то причуды, которая полностью противоречила естественному закону, как, например, что-то, что вмешивается в фактор причуд, то Яойорозу только что стала наиболее вероятным главным героем в этой вселенной. Конечно, временами все шло не так, как он хотел, и на самом деле могли быть какие-то причуды, нарушающие законы природы, такие как манипулирование временем, путешествия в измерениях (если таковые были, он немедленно хотел получить их адрес) и т.д. Черт возьми, даже способность давать или принимать причуды, потому что, черт возьми, почему бы и нет, верно? Тем не менее, на данный момент, эксцентричная первокурсница Яойорозу Момо, с причудой [Создание], была лучшим кандидатом, которого он мог придумать на место главного героя. А потом, поскольку жизнь была маленькой противной стервой, оказалось, что причуда главного героя была очень, очень общей (и скучной).

***

[Суперсила] Кейл возненавидел все это. Он, конечно, подозревал, что все было не так просто — потому что, черт возьми, этого никогда не было, — но у него не было доказательств, чтобы доказать обратное. Первая подсказка Кейлу о том, что он, возможно, выбрал не ту цель, исходила от самого Айзавы. Бродяга, было ли это из-за его недосыпа или потому, что он был просто раздражен, решил выделить мальчика и жестко отчитать его перед всем классом. Какое-нибудь отклонение от нормы? Да, красные флажки. Темно-зеленые волосы, миниатюрное телосложение, которое противоречило рельефным мышцам под ними. Похожий на булочку с корицей, мальчик был довольно непритязательным по сравнению с главным героем в воображении Кейла. Но что он знал? Чхве Хан тоже выглядел непритязательно, до того, как вытащил свой меч и отрубил конечности своим врагам. Мальчик — Мидория Изуку — дрожал в своих ботинках. Кейл не знал, чего он так боялся, поскольку Кейл был последним, на данный момент. В любом случае, Айзава выглядел взбешенным, а бедный мальчик выглядел побежденным. Но когда мальчик приготовился снова бросить мяч, Кейл слегка нахмурился. Он был неправ. Это не было выражением поражения. Это было отчаянное решение. С громким «ЛЕТИ!» Мидория запустил мяч с впечатляющей дистанции 705,3 метра. Брови Кейла взлетели на лоб. И он, не глядя, знал, что Айзава тоже был впечатлен. К сожалению, его благоговейный трепет длился недолго. Потому что, когда пыль улеглась, стало ясно, как Мидория смог провести такой напыщенный бросок. Указательный палец Мидории был фиолетовым и распухшим. Он сломал палец, бросая этот мяч. Кейл в ужасе уставился на Главного героя (потому что теперь в этом не было никаких сомнений). Почему? Почему? Ему не грозила никакая опасность быть исключенным! Почему этот ребенок небрежно относится к перелому пальца как к несчастному случаю, с которым ему пришлось столкнуться? Что, черт возьми, было не так с Мидорией Изуку? «Сэнсэй!» Мидория сжал свой сломанный палец в кулак: «Я все еще могу двигаться!» И Кейл отчаянно хотел, чтобы этот мальчик прошел терапию. Даже Чхве Хан, который десятки лет выживал в одиночку в лесу, полном монстров, никогда так дерьмово не обращался со своим телом. Кейл огляделся. Каждый человек вел себя так, как будто это было чем-то, что следовало отпраздновать. Как будто ребенку, который ломал себя ради теста, было чем гордиться. Плюс Ультра, верно? Внезапно Кейл почувствовал тошноту. Однако из-за тошноты, к сожалению, он пропустил Бакуго Кацуки, пробивающегося к Мидории, как демон из ада. К счастью, Айзава положил этому конец. Обычно Кейла больше интересовало бы, как работает [Стирание], но прямо сейчас Кейл мог сосредоточиться только на распухшем, багровом пальце на руке Главного героя. Что-то подсказывало ему, что это не последний раз, когда Кейл видел это.

***

«Время показать результаты», — невозмутимо произнес Айзава. Кейл улыбнулся, когда увидел свое имя внизу списка. Айзава поймал его взгляд и тоже улыбнулся. Внезапно у Кейла возникло очень плохое предчувствие. «О да, — сказал Айзава с диким ликованием, — вся эта история с «исключением » была ложью». Кейл: «......?!» Класс: «......?!» «Это была логичная уловка, — Айзава ухмыльнулся, как ублюдок, которым он и был, — Чтобы вы показали свои лучшие выступления». Этот. Ублюдок. Кейл чертовски хорошо знал, что Айзава исключил целый гребаный класс в прошлом году. Кейл также знал, что его «потенциал», как любил называть это Айзава, был равен нулю. Какого хрена он все еще здесь? Кейл прищурился на Айзаву, который тайком улыбнулся ему, затем украдкой взглянул на угол поля. Айзава знал, что Кейл знал, где находится камера. Кейл прищелкнул языком. Недзу. Конечно, блядь. Воспользовавшись шансом ускользнуть, Кейл направился в кабинет директора. Казалось, пришло время для небольшой беседы.

***

«Кто такой Мидория Изуку?» Кейл сразу же спросил. Недзу, который готовил чайные чашки для них обоих, остановился. Кейл сразу же заметил, что его взгляд стал значительно холоднее. «О?» Недзу беспечно издал вопросительный звук, «Что ты имеешь в виду?» Они оба знали, что он знал, что имелось в виду. «Мидория Изуку», — снова сказал Кейл, — «Кто он? И, пожалуйста, не корми меня какой-нибудь ерундой о том, что он был просто нормальным подростком, потому что мы оба знаем, что это не так». Недзу наклонил голову: «Боюсь, я не знаю, что ты имеешь в виду». Кейл фыркнул. Недзу сцепил лапы вместе. Кейл закатил глаза. «Послушайте, — начал он, — на случай, если это было непонятно из нашего предыдущего разговора, я переселялся несколько раз». Недзу улыбнулся, как будто ожидал этого. Кейл проигнорировал это ради своего собственного благополучия. «И в некоторые из таких случаев, — сказал Кейл, — я переносился в современный мир. Вот откуда берутся мои знания об Интернете, поскольку я уверен, что вам это тоже интересно.» Это было не так, но поскольку детектора лжи здесь не было, он мог говорить все, что, черт возьми, хотел. «Это действительно заставило нас на мгновение забеспокоиться, — откровенно признался Недзу. — Мы боялись, что тебе дали искусственную память и отправили сюда по каким-то гнусным причинам, и тот факт, что тебе так комфортно в этом мире, не сильно смягчил этот страх». ‘Комфортно? ’ Кейлу стало интересно, за кем, черт возьми, они наблюдали, потому что это определенно был не он. Этот мир чертовски пугал его. Однако вместо того, чтобы высказать это вслух, он просто приподнял бровь: «И вы все еще решили поместить меня в свой класс героев?» Недзу улыбнулся на это. «Айзава-кун поручился за тебя». «Тц». Кейл отвернулся. Кто, черт возьми, просил его об этом? Что, если Кейл действительно окажется тайным агентом? Был ли Айзава тупым? Конечно, они оба игнорировали легкое подозрение в голосе Недзу, которое выдавало его озабоченность возможностью того, что Айзаву скомпрометировали, как это было вежливо. «Ладно, приятно знать, что ты не шпион», — сказал Недзу, не утруждая себя тем, чтобы скрыть крошечное сомнение, все еще поселившееся в его сознании, «Но какое это имеет отношение ко всему этому?» «Хмф», — фыркнул Кейл. «Если и было что-то, чему я научился из своих предыдущих переселений, — ответил он, абсолютно удовлетворенный, — так это то, что всегда будет кто-то особенный, у кого либо есть какое-то наследие, которое нужно унести, либо миссия, которую нужно завершить, либо предназначение, которое нужно выполнить». «Все, что я спрашиваю, это к какой категории относится Мидория». Брови Недзу полезли на лоб. Кейл уставился на него: «Ну?» «Э-э, “ Недзу моргнул, «И ты хочешь это знать, зачем?» Кейл поморщился. «Есть причина, по которой Бог Смерти забросил меня в это место, и я примерно на 98% уверен, что это как-то связано с Мидорией». Недзу наклонился вперед: «Бог Смерти? Ты имеешь в виду Синигами?» Кейл прищурился. «да? Нет?» Он пожал плечами: «Не совсем уверен, но, вероятно». Недзу ухмыльнулся: «Расскажи мне еще». Кейл ухмыльнулся: «После того, как ты ответишь на мой вопрос, Недзу-сан». Недзу прищурился, глядя на Кейла. Кейл смотрел в ответ, не испытывая страха. Губы Недзу изогнулись в улыбке: «Что ты планируешь делать с информацией, как только получишь ее?» Кейл вздохнул, откидываясь на спинку стула. «Честно говоря, ничего, — честно ответил он. — Я планирую держаться от него далеко-далеко». «Хо?» Недзу поднял бровь. Кейл прищелкнул языком, несмотря на свое раздражение. «О, я научился, хорошо научился. Я предпочел бы быть избитым, чем когда-либо снова вмешиваться в дела кого-то вроде него». Его жизнь была бы намного проще, если бы он просто позволил Чхве Хану избить его в самом начале. «Итак, Мидория?» Кейл отключился. Чувствуя, что терпение Кейла достигает предела, Недзу спокойно налил им чаю. «Я бы сказал, — сказал Недзу через некоторое время, — что на плечах Мидории-куна многое лежит». «Значит, все трое.» — невозмутимо произнес Кейл. «Гребаные цифры».

***

Следующий день начался подозрительно нормально. У них были обычные занятия, хотя и немного драматичные, потому что их преподавали Герои, у которых были характеры, которые они должны были поддерживать. Кейл немного схитрил с [Записью], так как он почти 30 лет не ходил в школу и тогда не обладал фотографической памятью. Обед прошел сносно. Неплохо, но, конечно, никто не мог переплюнуть Бикроса. Кейл прожевал свою еду и подумал, что даже яблочный пирог оказался более горьким, чем он привык. Во второй половине дня «Герой» в «Классе героев» дал о себе знать. «Мы проводим…» — очень драматично закричал Всемогущий, — «Испытание боем!» Кейл отключился. Был второй день занятий, и они проводили боевое испытание. Кейл почувствовал, как у него начинает подергиваться глаз. Это должно было закончиться ужасно, Кейл просто знал это.

***

Кейл посмотрел на себя в зеркало. Он никогда не думал, что наденет это снова, но, очевидно, он был более сентиментален, чем хотел признать, потому что, когда служба поддержки попросила дизайн, он бессознательно выбрал этот наряд. Наряд, который узнал бы любой в его мире. Черный облегающий костюм, изготовленный из материала, похожего на кевлар, специально разработанного для того, чтобы выдерживать износ. Будет ли это так надежно защищено от ножей, как он просил, нужно будет проверить позже. Крест-накрест на его теле были белый пояс и красная перевязь, каждая из которых обозначала его должность командующего армией. Теперь армия из одного человека, сардонически подумал Кейл, поскольку ему некого (осталось) вести. Поверх него Кейл надел пальто до бедер с искусно вышитым гербом Роана, отливающим красным при правильном освещении. Оно было пуленепробиваемым, огнестойким и настолько защищенным от многих вещей, насколько он мог придумать. Он действительно думал о том, чтобы сшить весь костюм из того же материала, что и пальто, но пока ему оставалось довольствоваться только этим. И костюм, и пальто были подчеркнуты золотыми пуговицами, кисточками и причудливой вышивкой. Чтобы завершить ансамбль, Кейл натянул соответствующие армейские ботинки и перчатки. Протянув руки, Кейл не смог удержаться от улыбки. Все подходило ему как нельзя лучше, и на одно мгновение он смог представить свою семью здесь, сражающуюся на его стороне. В наряде, который он носил, был определенный символизм, про себя подумал Кейл. Форма, которую он носил во время войны, та, которую он носил сейчас, чтобы стать «Героем». Кейла возмутил этот намек. Каждый день он думал, что не может ещё больше ненавидеть этот мир, и каждый день оказывался неприятно удивлен. Он опустил глаза, с ностальгией теребя золотую черепашью эмблему, выгравированную на пуговицах. Конечно, он бы не хотел, чтобы его застукали мертвым в этом, как только он наконец доберется домой. Его Хенниму приходили в голову идеи и он думал, что Кейл изменил свое мнение о пустой должности премьер-министра, хотя Кейл никогда бы этого не сделал. Хотя Кейл обещал, что немного поможет Альберу, прежде чем тот переселится. Тогда, наверное, даже Боги хотели, чтобы Альберу испытал ужас бумажной волокиты. Слегка улыбнувшись, Кейл опустил глаза, чтобы посмотреть на содержимое своего кейса. Немного подумав, Кейл просто пожал плечами и закрыл крышку. Они бы ему все равно не понадобились. Сожаление, как позже узнал Кейл, было таким же горьким на вкус, как и всегда.

***

Кейл бесстрастно наблюдал за окружающими его одноклассниками, его прежнее хорошее настроение полностью испарилось. Просто — кто, черт возьми, одобрил эти проекты? Подергивание глаз вернулось, когда его взгляд прошелся по их костюмам. Мидория был одет в неоново-зеленый комбинезон, который, вероятно, не дожил бы до наших дней, с каппой и капюшоном такого же цвета с двумя торчащими вверх отростками. Кейл ценил то, что мальчик боготворил Всемогущего, но не было ли это немного...... перебором? Тодороки, мальчик, которого Кейл однажды ошибочно принял за главного героя, был одет в белый костюм, вся левая половина его тела была покрыта льдом, в комплекте со светящимся красным глазом. Это было совершенно отвратительно. Яойорозу выглядела так, будто на ней почти не было одежды, у Хагакуре не было одежды, а Минета носил усиленный подгузник, и почему? Киришима также предпочел остаться с обнаженной грудью, потому что это было не похоже на то, что это было достаточной мишенью, верно? Кейл мог даже насчитать, по крайней мере, троих своих одноклассников, одетых, как он был совершенно уверен, в уличную одежду. Те, которые даже не были сделаны из усиленных материалов, как у Кейла. И ни у кого, за исключением очень немногих, из студентов не было достаточной брони на их телах. Они собирались сражаться, и у них не было никакой защиты. Кейл вдохнул, пытаясь успокоиться. Этот гребаный мир. Он пробыл здесь всего месяц, а уже хотел уйти. Кейл был готов дать им возможность оправдатся. Может быть, их костюмы были с подкладкой. Возможно, все они были сделаны из того же материала, похожего на кевлар, что и его униформа. Может быть, только может быть, его одноклассники действительно обладали каплей здравого смысла. Но нет. Глаза Кейла были хорошо натренированы распознавать броню на всем, что движется, и теперь они говорили ему, что большинство этих костюмов в лучшем случае были из спандекса. Это даже не было защищено от ножей, какого хрена. Они были обречены, внезапно осознал Кейл. Они все были обречены. А потом Всемогущий сбросил бомбу, и Кейл убедился, что да, они все умрут сегодня. Потому что они играли в Героев против злодеев. В помещении. Тот, кто принял решение об этом плане сражения, должен лишится лицензий на преподавание, а затем быть уволенным. Кейл огляделся. Все казались в предвкушении, все были готовы к выступлению. Никто, казалось, не задавался вопросом, какого хрена они будут драться в помещении, когда они легко могли бы просто поиграть в «игры» на открытом воздухе. Отлично. Просто шикарно. Кейл поднял руку. «Всемогущий-сенсей». Он позаботился о том, чтобы практически выставить свою руку перед Всемогущего для пущей убедительности. Наверное, это было грубо, но он, опять же, был не в себе. «Я вижу тебя, вижу тебя, успокойся, юный Хенитьюз». Всемогущий со смехом отступил назад. «Итак, что ты хочешь спросить?» Кейл, как можно более ровным голосом, спросил: «Мы что, всерьез боремся в помещении, не зная, что не следует сначала разрушать внутри здания? На случай, знаете ли, если здание рухнет нам на головы?» Несколько детей побледнели от его слов. Иида Тенья немедленно выступил вперед. «Кейл-сан называет обоснованное беспокойство, Всемогущий сенсей! Разве мы не должны сначала ознакомиться с протоколами безопасности, прежде чем предпринимать что-либо разрушительное?» «Ахаха, ну что ж», — Всемогущий почесал щеку. У Кейла было ужасное чувство, что именно Всемогущий выбрал этот план сражения. «Не взрывайте никаких стен, и у нас все будет в порядке!» Они были в таком дерьме. «В любом случае!» Всемогущий попытался отвлечь их внимание: «Ваши товарищи по команде и противники будут выбраны с помощью лотереи!» Как мог Кейл передать Всемогущему, что это принесло мало утешения всем присутствующим студентам? Очевидно, Всемогущий был кем-то, кто привык прокладывать себе путь бульдозером к месту назначения, поскольку, по-видимому, очень обоснованного вопроса Кейла недостаточно, чтобы удержать упрямого человека от инициирования этой смертельной ловушки. Кейл догадывался, но видеть это было еще более разочаровывающим. Иида остановил Всемогущего перед матчами другим, очень уместным вопросом: «Сенсей! Что мы собираемся делать с тем фактом, что существует нечетное количество учеников?» Всемогущий запнулся, нервно глядя на Кейла. Кейл вздохнул. ……Была ли у Всемогущего вообще лицензия на преподавание? «Может быть, в одной команде будет три человека?» Кейл сжалился над ним. Всемогущий немедленно вернул себе уверенность. «Это может быть немного несправедливо, но, с другой стороны, такова жизнь! Юный Хенитьюз автоматически присоединится к команде А!» Кейл безмятежно кивнул. Они все равно собирались умереть; с таким же успехом могли бы уйти без бесполезных жалоб. Итак, Кейл присоединился к команде А. В который, как оказалось, входили Урарака Очако и Мидория, черт его дери, Изуку. Кейл взял свои слова обратно. Он хотел бы сменить команду. Их соперниками в этом упражнении были бы Иида, который был другом своих товарищей по команде, и Бакуго Кацуки, который, казалось, испытывал личную вендетту к Мидории и не боялся действовать в соответствии с этим. Кейл хотел бы немедленно сменить команду. Но когда жизнь когда-либо прислушивалась к тому, чего хотел Кейл? Кейл был занят обсуждением возможностей уединения в туалете, когда к нему подошла Урарака. «Кейл-сан», — она застенчиво улыбнулась, «Похоже, здесь нет никакого наказания, как в случае с Айзавой-сенсеем, так что я испытываю облегчение». Кейл кивнул, немного мрачный. В тот раз он тоже был так близок к тому, чтобы его исключили. Заметив что-то краем глаза, Кейл обернулся и фыркнул. «Мне кажется, он не испытывает облегчения». Он указал на потеющего Мидорию. «Деку-кун!» Урарака обеспокоенно воскликнул: «Ты в порядке?» «Д… Да!» Мидория неуверенно улыбнулся в ответ. «Ты неважно выглядишь!» Урарака нахмурилась. Мидория начал инфодампить, в чем Кейл действительно, действительно не нуждался. За этим последовало восклицание… и удар кулаком. Теперь это можно было признать официально. Жанром этого мира определенно был Сёнэн. Его жизнь была гребаной шуткой, и Кейл ненавидел это.

***

«Кейл-сан», — сказал Мидория, «я хотел спросить, но в чем ваша причуда?» Увидев, что Кейл пристально смотрит на него, Мидория быстро замкнулся в себе, все время бормоча извинения. Кейл нахмурился. «Мидория, “ сказал он четким голосом, «я не возражаю. Перестань извиняться.» «Прости!» Мидория моргнул. «ах! Извините. Нет, подождите, извините. Ах! Прост-» Кейл поднял руку, чтобы остановить словесную рвоту. Мидория погрузился в благодарное молчание. «Вы можете считать, что я практически лишен причуд на время этого упражнения», — спокойно сказал Кейл. Мидория резко остановился. Кейл и Урарака прошли еще несколько шагов, прежде чем поняли, что Мидория отстал. В какой-то момент они оба обернулись, чтобы посмотреть на него. Мидория уставился на Кейла с чем-то похожим на шок в глазах. «Беспричудный?» — прошептал он. Его челюсти дрожали, а руки тряслись. «Мидория?» Кейл нахмурился. Мидория быстро заморгал. Его горло дернулось раз, другой, затем на глаза навернулись слезы. «Деку-кун?!» Урарака сделала пару быстрых шагов к нему. «Деку-кун, что случилось?» «Прости», — Мидория быстро закрыл лицо руками, «Прости, я… я не знаю, что на меня нашло». У Кейла было ощущение, что это связано со словом «Беспричудный», но, хоть убей, он не мог понять почему. И он не собирался выяснять почему. Таким образом, возник терроризм, секретная организация, многовековые мифы и проклятая война, в которой Кейл определенно больше не участвовал. Прозвенел звонок, обрывая то, что Кейл собирался сказать. Сжав губы, Кейл вздохнул. «Давайте, — он указал на здание, — давайте покончим с этим испытанием». «Хорошо!» Мидория и Урарака кивнули.

***

Вся стратегия Мидории, казалось, заключалась в том, что он сдерживал Бакуго, пока Кейл и Урарака ходили за оружием. Обычно Кейл был бы полностью за . Убираться с пути главного героя, когда он дрался со своим другом детства? Получите. Распишитесь. Но было что-то……что то в поведении Мидории Изуку. Что-то, что кричало об отчаянии. Что-то, что заставляло его вздрагивать от громких звуков и съеживаться, когда с ним заговаривали. Что-то вроде ребенка, которого раньше звали кем-то другим, который сдался в том месте, которое он когда-то называл домом, которому пришлось научиться дышать во время удушения и зашивать себя после насилия. Кейл мог с комфортом швырять Чхве Хана в разные вещи, потому что, хотя он и не выглядел так, Чхве Хан был древним. Он уже десятки лет выживал сам по себе. Он был опытным, напористым и, самое главное, сильным, как физически, так и морально. В конце концов, не каждый мог превратить попытку врага применить психологическую пытку в сеанс терапии. Мидория, однако, был всего лишь 15-летним мальчиком. Локу было столько же лет, но он был вдвое выше и втрое крепче по сравнению с этим мальчиком. Была причина, подумал Кейл, глядя на спину Мидории, по которой он был здесь. Никто не спас ребенка, которым когда-то был Ким Рок Су. Он должен был спасти себя сам. Была причина, по которой Бог Смерти напрямую вмешался в Заговор еще одного мира. Смена обстановки заставила Кейла вскинуть голову и увидеть Бакуго, вынырнувшего из-за угла к ним лицом, его губы растянулись в безумной ухмылке. Кейл почувствовал, как Мидория бросился на него и Урараку, и последовал инерции мальчика на пол, натягивая свое пальто, чтобы прикрыть их всех. БУМ!!! «Ваааа!» Урарака взвизгнул. «Он почти достал меня......! Спасибо, Кейл-сан.» Мидория кашлянул. «Все в порядке?» «Я в порядке», — Кейл не сводил глаз с Бакуго. «Сосредоточься, пожалуйста». «Черт возьми, Деку, — прокричал Бакуго сквозь пыль, — не уворачивайся от меня!» «Я так и думал......» Совершенно не похожий на трясущегося, нервного мальчика из прошлого, прямо сейчас Мидория выглядел неестественно спокойным. «Со мной в качестве его противника приоритетом Каччана определенно было бы …….» «…… избить меня!» Кейл прищурился, глядя на Бакуго. Ему не понравилось, как это прозвучало. Очевидно, Урараке тоже, поскольку она тоже осталась, чтобы пристально посмотреть на Бакуго. Бакуго отдернул руку, свирепо ухмыляясь: «Я разнесу тебя вдребезги, Деку!» «....... ты никчемный-!» Человек, который должен был быть его дядей, потянулся к нему с ненавистью в глазах и насилием в кулаках. Ощупывая пустые кобуры, Кейл не дрогнул, не запаниковал. Он просто прищелкнул языком. Ему не следовало оставлять оружие там. Он серьезно недооценил ситуацию. Когда тонкий серебристый свет начал проявляться из руки Кейла, Мидория неожиданно схватил качающуюся руку Бакуго, перекинул его через голову и швырнул на землю. Мидория не был Ким Рок Су. Кейл находил утешение в этом факте. Кейл почувствовал, как улыбка тронула его губы, но он проигнорировал это и рассеял свою силу. Используя долю секунды, когда Бакуго был слишком ошеломлен, чтобы пошевелиться, Кейл переместился, чтобы обмотать лентой летящие ноги Бакуго. Мидория, как истинный главный герой Сёдзё, вместо того, чтобы воспользоваться своим преимуществом, решил остановиться и произнести монолог. Кейл перестал улыбаться. Бакуго среагировал быстро, и вовремя отпрыгнул в сторону, одним плавным движением отбросив Кейла от себя. Тем временем Мидория просто продолжал говорить. Кейл был рад, что главный герой вырос из испуганного мальчика, которым он был несколько минут назад, но было ли это необходимо??? Кейл поклялся, что в один прекрасный день он вдолбит Мидорие в голову, что значит здравый смысл. «Теперь!» Мидория закричал на Бакуго: «Я «Деку», который — «никогда не сдается»!!!» Да, нет. Кейл повернулся и оттащил уставившуюся на него Урараку прочь. Пусть Мидория проведет свое мано-а-мано с Бакуго. Им нужно было закончить задание.

***

Они прибыли как раз в тот момент, когда Иида «превратился» в злодея. «Я, — властно произнес он нараспев, — теперь...... Совсем злой». Урарака рассмеялась. Прищелкнув языком, Кейл немедленно переместился, чтобы спрятаться в другом месте. «Итак, ты пришла, Урарака!» Иида указал на безупречно чистую комнату: «Зная твою причуду, я решил противостоять тебе!» «Теперь ты не сможешь попробовать никаких маленьких трюков!» Иида ухмылялся под своим шлемом. «Ты допустил ошибку в своих расчетах, «Герой»! Фухахахахаха!!!» Кейлу пришлось дать ему награду за смех Злодея. По крайней мере, это было намного лучше, чем то, на что была способна «Белая звезда». «Мидория, ” сказал Кейл в свой наушник, «Урарака раскрыла свое прикрытие. Иида вычистил всю комнату, так что в данный момент она не может эффективно использовать свою причуду. Однако он меня еще не заметил, так что сосредоточься на своем бое.» И, обращаясь к Урараке, он быстро проинструктировал: «Заманите его, чтобы он положил ядро рядом с юго-западным углом комнаты». Пока Иида медленно приближался к Урараке, Кейл медленно обошел колонну, стараясь скрыть свое присутствие от бдительных глаз Ииды. Однако прежде чем они смогли осуществить свой план, здание содрогнулось. БАХ!!!!! После того, как толчки прошли, Кейл быстро выглянул в окно и расширил глаза. В стене здания была дыра. Первой мыслью Кейла было, что Мидория попал в серьезную беду. Мидория не был Ким Рок Су..... верно? Второй мыслью Кейла было то, что кому, черт возьми, пришла в голову блестящая идея позволить Бакуго использовать бомбу? Третьей мыслью Кейла было, почему Всемогущий не отменил эту чертову вещь? «Мидория», — прошипел Кейл, «Мидория, ты слышишь?» Кейл начинал злиться, и ему это не нравилось. «Мидория!» Звал Кейл. Нет ответа. В его детстве отсутствовали фрагменты воспоминаний, которые были вызваны не изменчивой природой памяти, а чем-то физическим — жестким, увесистым и болезненным. Ким Рок Су так и не смог вернуть эти воспоминания, даже после того, как получил [Запись]. Либо наушник выпал во время того, что, черт возьми, произошло, либо Мидория в настоящее время был без сознания и, следовательно, не реагировал. Или он мог бы быть мертв, холодно заметила циничная часть в нем. Кейлу пришлось сильно потрясти головой, чтобы избавиться от этой ужасной мысли. Мидория был главным героем. Он не собирался умирать так легко, пытался убедить себя Кейл. В любом случае, это нехороший знак. «Урарака!» — рявкнул Кейл, терпение которого было на исходе, — Уведи Ииду подальше от ядра, так быстро, как только сможешь. Сейчас же!» «Хорошо!» Решительный ответ Урараки прозвучал в наушнике. Сосредоточив свой взгляд на цели этого проклятого задания, Кейл позволил ветру развевать его волосы. Ему не нужно было много. Ровно настолько, чтобы заставить его бежать быстрее, чем Иида смог бы вернуться. [Не переусердствуй.] прошептал Вор. [Твое молодое тело тоже уменьшило твой фундамент. Не переусердствуй с этим.] Кейл вообще не собирался переусердствовать. В тот момент, когда Иида вышел из зоны досягаемости ядра, Кейл побежал. Вокруг него ревел ветер. Иида обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть герб, сияющий кроваво-красным на черной униформе внезапно появившегося Кейла, руки которого уже касались цели, лицо выглядело так, словно его можно было высечь из камня. «А?!» Иида ахнул. Кейл вздохнул, ожидая увидеть, вызовет ли это Всемогущего. Но прошла одна, две, три секунды, а звонка по-прежнему не было. Кейл скривил губы вниз. Казалось, что положение Мидории было гораздо серьезнее, чем он думал. «Мы победили, верно?» Кейл подождал, пока Иида кивнет, прежде чем выбежать из комнаты и направиться вниз по лестнице. Урарака и Иида еще несколько мгновений моргали друг на друга, прежде чем тоже побежали за ним. Они прибыли на место происшествия как раз вовремя, чтобы услышать, как Мидория зовет Урараку. Сердце Кейла упало. Закружив голову, Кейл выхватил пленку с записью, использовал ее как лассо и замахнулся на запястье Бакуго. Используя хватку, которую он держал на пленку, Кейл дернул. Рука Бакуго отлетела назад, указывая прямо в потолок. В то же время Мидория поднял руку вверх. БААААНГ!!! Оглушительный взрыв потряс здание, когда объединенная сила причуд Бакуго и Мидории пробила все пять этажей и верхний потолок. Кейл слегка выдохнул в шоке. Опасно. Как разлетающиеся долбаные пушки. Они оба опасны. Кейл внимательно осмотрел огромную дыру в потолке. Слава богам за малую милость, потому что взрыв был направлен прямо вверх, так что никаких серьезно важных колонн не было разрушено. Тем не менее, это просто означало, что этаж, где ранее находились Кейл, Иида и Урарака, был абсолютно уничтожен. Кейл не хотел думать о том, что могло бы случиться, если бы они тогда не ушли. Проследив за записью захвата до Кейла, лицо Бакуго исказилось от ярости: «Что за хер–» Он оборвал себя, смущенно уставившись на своего товарища по команде и их противников, стоящих вместе. У Кейла не было времени на это дерьмо. «Всемогущий-сенсей», — выкрикнул он, взбешенный сверх всякой меры, — «Не могли бы вы, пожалуйста, объявить результат, чтобы мы могли закончить это гребаное испытание?» «Ах– точно!» Всемогущий пробормотал, запинаясь: «Команда героев побеждает!!!» Отлично, блядь. Из потайного кармана своего пальто Кейл достал телефон и позвонил Айзаве.

***

Кейлу достаточно было упомянуть Айзаве слово «Боевое испытание», чтобы тот забеспокоился. Итак, в течение 5 минут, которые потребовались Айзаве, чтобы добраться до тренировочной площадки, Кейл стоял вместе с остальными членами своей команды, пока класс комментировал их действия в испытании. Если бы Кейл принес свое оружие, если бы он был готов, тогда ничего этого не произошло бы. Почему тебя всегда застигали врасплох, Ким Рок Су? Каким-то образом Кейл заработал себе звание MVP (это было нормально, ведь всего лишь ребенок сломал ему руку, верно?), поскольку именно он фактически принес своей команде победу. Это был бы Иида, но Иида не смог остановить Кейла и таким образом изящно признал свое поражение. Кейл заметил, что Всемогущий ничего не сказал о чрезмерной силе ни Бакуго, ни Мидории, которого пришлось увезти, потому что он сломал руку. Снова. В течение первых двух школьных дней Главный герой дважды успешно сломал себя на испытаниях…… чтобы получить лучшие оценки? Кейл этого не понял, но это не помешало Кейлу чувствовать, что Мидория нуждается в терапии. Определенно. Что заставило ребенка быть настолько нечувствительным к такой боли? Кейл прекрасно знал ответ и предпочел бы, забыть это. Айзава появился в тумане демонических красных глаз и кипящей ярости. «Всемогущий», — он попытался произнести это спокойно, сдался на полпути, затем просто выдавил имя сквозь зубы: «На пару слов, пожалуйста». Всемогущий выглядел заслуженно напуганным. Хорошо. Вместе учителя отошли за пределы слышимости. Оставшись один, класс начал гудеть. «Интересно, о чем они говорят?» — прошептал Каминари Денки Мине Ашидо. «Я думаю, Айзава-сенсей взбешен», — сказал Серо Ханта Киришиме Эйджиро. «Я не думаю, это нормально. Всемогущий сэнсэй не сделал ничего такого, — Яойорозу Момо многозначительно остановилась, — в конце концов, он провёл хорошую работу, отвечая за класс». «Он должен был заметить победу команды А раньше, Керо». Сказал Асуи Цую. «Хотя это не совсем его вина, ” Оджиро Маширао застенчиво улыбнулся. — Бой Мидории с Бакуго был слишком захватывающим». «Я заметил, что тогда ты был очень быстр, Кейл-сан», — Иида пристально посмотрел на Кейла, «Могу я спросить, в чем ваша причуда?» «Это не причуда», — объяснил Кейл. «Я просто случайно спрятался неподалеку и выпрыгнул, когда ты был вне зоны досягаемости». «Понятно, — Иида поправил очки, — тогда, похоже, мне нужно больше разобраться в ситуации». Урарака нахмурила брови. «Интересно, зачем Деку-кун позвал меня». Бла-бла-бла. Кейл позволил разговорам плыть вокруг него, не сводя глаз с того места, куда Айзава потащил Всемогущего.

***

«Теперь», — Айзава почувствовал, как его глаза загорелись от необходимости применить свою причуду к этому неуклюжему дураку, но храбро сопротивлялся, хотя бы потому, что его класс наблюдал, «У вас есть 5 секунд. Объясните.» Всемогущий сглотнул.

***

Айзаву это объяснение не удовлетворило. Несмотря на это, Айзава был совершенно взбешен. «Что, черт возьми, — выдавил он, все еще старательно понижая голос, чтобы его не услышали более чувствительные ученики, — заставляет вас думать, что давать невежественным детям разрешение участвовать в боях в помещении — отличная идея, а?» Всемогущий, заикаясь, сказал: «Я–я думал, что как будущие герои они будут чаще сталкиваться с подобными ситуациями. Я просто хочу дать им фору». Айзаву это не впечатлило. «Сбив их с толку?» Он приподнял бровь. «Всемогущий, ты же знаешь, что если бы все пошло по-другому, твой первый день преподавания мог бы закончиться мешками для трупов, верно?» «Мы… Ну… Слава Богу, что этого не произошло?» Всемогущий вздрогнул, но все же набрался наглости ответить. Айзава подавил желание закрыть лицо ладонями. Вот почему ему не нравился Всемогущий. Возможно, он и уважал его как Героя, но как личность, а точнее, как учитель, мужчина был никудышным. Каждый другой учитель в этой школе усердно трудился, чтобы получить ученую степень и лицензию на преподавание. Айзаве не нравился тот факт, что Всемогущий мог легко получить работу без какой-либо подготовки только потому, что он был номером один. Быть хорошим героем не приравнивалось к тому, чтобы быть хорошим учителем. А впечатлительным первокурсникам средней школы в этот момент был нужен не кто-то, кто раздувал бы из них тему героизма. Общество уже много раз это делало. Что им было нужно прямо сейчас, так это кто-то, кто удержал бы их, проявил бы сдержанность, наставил бы их на правильный путь, защитил бы их от самих себя. Что им было нужно, так это учитель. Роль, которую Всемогущий только что очень эффектно провалил. Глядя на его ничего не выражающее лицо, Айзава вздохнул. «Всемогущий, нет, Яги», — медленно произнес Айзава, «Ты действительно не можешь осознать, где ты поступил неправильно?» Айзава яростно протестовал, когда Всемогущий стал учителем UА. Он протестовал еще больше, когда Недзу, сумасшедший ублюдок, решил отдать Всемогущему роль инструктора в таком важном классе, как Фундаментальное обучение героев. Жаль, что его никто не послушал. И теперь они были здесь. Хотя он догадывался, что даже Недзу не смог бы предсказать, какой беспорядок Всемогущий может устроить всего за один день. «Я думаю, все получилось хоро… шо?» Голос Всемогущего был жестким. Они сразу же обернулись, чтобы увидеть катастрофу позади себя. Некогда нетронутое здание теперь балансировало на грани обрушения. Всемогущий немного замкнулся в себе. «Хорошо», — язвительно подумал Айзава. Он составил план урока для всех 21 своих учеников не для того, чтобы 4 из них умерли в свой первый официальный день занятий. ‘Нет, подождите, было 5», — внезапно осознал Айзава, — «Кейл тоже был там’. Внезапно Айзава пришел в еще большую ярость. Он тратил дни, спасая Кейла от самого себя не для того, чтобы мальчик умер из-за глупости какого-то шута. Поскольку действие Всемогущего задело его там, где ему было больно, Айзава решил ударить Яги тоже там, где было больно. «Всемогущий, — прошептал он, “ Мидория в лазарете. Снова.» Всемогущий вздрогнул. «Почему ты позволил этому зайти так далеко, хм?» Глаза Айзавы впились в Всемогущего: «Какая у тебя могла быть причина не прекращать испытание, когда следовало?» «В тот момент, когда Бакуго вытащил эти свои чертовы гранаты — и помяни мое слово, я тоже поговорю с героем поддержки об этом — ты должен был немедленно вмешаться. Так почему же ты этого не сделал?» «Я… я–» Всемогущий, казалось, не знал, что сказать. «Юный Мидория, казалось, был на грани прорыва, так что я просто–» Айзава уставился на мужчину. Это была вполне ожидаемая, но совершенно неприемлемая причина. Все знали, что Всемогущий был великодушен к Мидории. Что было удивительно, учитывая, что учебный год едва начался. Каждый, у кого были глаза, могли видеть, что он заботился о мальчике больше, чем следовало бы, хотя они должны были встретиться только сегодня в самый первый раз. Честно говоря, Айзаве платили недостаточно, чтобы он копался в личных связях Героя номер один. Когда что-то действительно касалось его учеников, он просто убеждался, что эта связь не связана с чем-то зловещим, а затем двигался дальше. Откровенно говоря, это была не его проблема. Не всегда было грехом отдавать кому-то предпочтение больше, чем остальным. Черт возьми, Айзава сам был виновен в этом, как бы неохотно он ни признавал это. Однако это стало его проблемой, когда эта связь поставила под угрозу безопасность нескольких других его учеников. «Ты говоришь о Мидории», — тихо сказал Айзава, «Но как насчет других детей, Всемогущий?» Сердце Яги упало. «Если бы Кейл не вывел Ииду и Урараку из комнаты, когда он это сделал, эти трое детей были бы захвачены взрывом, который разрушил все здание». Думая об этом, Айзава все еще чувствовал, как его сердце колотится от выброса адреналина. «Ты знаешь, что бы произошло, Всемогущий?» Челюсть Айзавы сжалась. «Они были бы мертвы». Яги вздрогнул. Айзава посмотрел в глаза Номеру Один. «Так что насчет них, Всемогущий? Почему они должны платить такую цену за эмоциональный рост Мидории? Почему они должны подвергаться опасности только из-за развития Мидории? Почему их жизни должны быть такими незначительными, — прошипел он, — по сравнению с жизнью Мидории?» Кадык Яги дернулся, но он не издал ни звука. «Если бы сегодня что-то пошло не так, — повторил Айзава, на всякий случай, если бы ему не удалось вдолбить серьезность ситуации в мозг этого болвана, — они были бы мертвы». «И это было бы на совести Мидории. Его и Бакуго.» И вот так просто из него, казалось, вышел весь пар. «Всемогущий, ” устало сказал Айзава, — они только пришли в старшую школу, и на их руках уже была бы кровь их одноклассников». «Это уничтожило бы их». Рука Оборо выглядывает из-под обломков, и юный Айзава жалеет, что не мог кричать, кричать и никогда не останавливаться. Яги все еще был шокирован. Айзава молча уставился на него. «Моя с тобой проблема, — сказал он, — заключалась не в том, что у тебя были фавориты. Моя проблема с тобой заключалась в том, что ----» «…Твой фаворитизм поставил под угрозу моих учеников». «Иида Тенья заслуживает лучшего, чем это. Урарака Очако заслуживает лучшего, чем это. Кейл заслуживает лучшего, чем это. Бакуго Кацуки заслуживает лучшего, чем это». Айзава пристально посмотрел в глаза Всемогущему и нанес последний удар. «И Мидория Изуку, заслуживает лучшего, чем это». Глядя на потрясенного Героя, Айзава откровенно сказал: «Я не могу с чистой совестью чувствовать себя комфортно, оставляя своих учеников на попечение того, кто не будет защищать их так, как они должны быть защищены». «Возможно, ты хотел, чтобы Мидория рос, Всемогущий, но действительно ли это стоило того, чтобы расти ценой сломанной конечности? Мы призваны защищать этих безрассудных детей от самих себя, но все, что я здесь вижу, — это то, что вы поощряете их ломать себя на алтаре героизма». Айзава холодно посмотрел на Всемогущего. «Меня не волнует, как далеко вам удалось зайти с таким мышлением, — безжалостно сказал он, — но, хотя девиз UА говорит по-другому, мы здесь этого не делаем, Всемогущий». «Или, по крайней мере, я не делаю этого здесь». Всемогущий рефлекторно прикрыл свой бок. Айзава знал, что именно там была рана, положившая конец его карьере. Было ли это идиотским поступком копаться в чем-то настолько личном? Возможно. Сожалел ли Айзава о чем-нибудь из этого? Может быть немного. Просто потому, что Всемогущему удалось выжить, не означало, что его ученики выживут. Айзава хотел бы видеть их живыми еще долгое время после своей собственной смерти. Закрыв глаза, Айзава глубоко вздохнул. Он открыл их снова, как только успокоился. «После этого я поговорю с Недзу». Он принял решение. «Тогда будет решено ваше наказание за безрассудную угрозу». Всемогущий, к счастью, не пытался протестовать. Потому что Айзава не был уверен, что в противном случае смог бы удержаться от того, чтобы не дать ему пощечину. «А пока я помогу тебе провести оставшуюся часть урока». Голос Айзавы был непреклонно холоден: «Все будет в порядке, Всемогущий?» Он, черт возьми, чуть не зашипел. Всемогущий просто покорно кивнул. Раздраженно выдохнув, Айзава развернулся и зашагал обратно к классу

***

Кейл, который подслушал все благодаря любезности Элементалей Ветра, едва не зааплодировал Айзаве по возвращении. Однако вместо того, чтобы предупредить мужчину о его силе, Кейл просто решил одобрительно посмотреть на него. Айзава, казалось, покосился на него. По какой-то причине Кейлу показалось, что вместо этого мужчина на самом деле оглядывал его с ног до головы. К счастью, он отвернулся. «Хорошо, класс, ” Айзава хлопнул в ладоши, — меня вызвали сюда, чтобы лично оценить метод обучения Всемогущего. Я должен был быть здесь с самого начала, но у меня были не очень приятные дела. Приношу извинения.» Это, конечно, звучало правдоподобно. Хотя не то, чтобы все купились на эту чушь, про себя заметил Кейл. Некоторые из более сообразительных учеников, такие как Яойорозу, с сомнением приподняли бровь. Очевидно, они были так же хорошо осведомлены, как и сам Кейл, что истинная причина, по которой Айзаву вызвали сюда, заключалась в том, чтобы навести порядок после беспорядка, который Всемогущий устроил на этом уроке. Тем не менее, достаточное количество учеников поверили в эту наглую ложь, чтобы испытания прошли гладко. Айзава полностью контролировал класс, начав с того, что прочитал длинную лекцию о том, чего не следует делать внутри здания, лично провел их внутрь нового здания, чтобы точно указать, на что им нужно обратить внимание, снова и снова повторяя о процедурах безопасности, которые необходимо соблюдать. Нет смысла врать, это заставило Кейла почувствовать себя немного лучше в отношении UA в целом. О, конечно, он все еще думал, что школа — отстой. Умышленное подвергание ребенка опасности никогда не вызывало у него симпатии. Конечно, Кейл был немного лицемером, говоря таким образом об опасности для детей. В конце концов, он принял исполнительное решение отпустить 4-летнего ребенка на поле боя, подвергнув опасности еще многих детей, находящихся под его опекой, втянув их в войну. Но это был его крест, который он должен был нести. Раньше, когда он просыпался посреди ночи от кошмаров, которые он никогда не хотел вспоминать, присутствие его детей напоминало ему, что он сделал правильный выбор. Сейчас у него не было такой роскоши. Это общество было извращенным, понял Кейл в своем исследовательском запое. Концепция Про-героизма, концепция Героев против злодеев, концепция Символа мира…… Все это было искажено. И UA былa ярким примером этого уродства. Глупость. Школа для подражателей героев. Старшая школа для подражателей героев. Знал ли Ким Рок Су вообще, чем он хотел заниматься всю оставшуюся жизнь, в нежном возрасте 15 лет? Нет. Тогда Ким Рок Су просто боролся за возможность выжить. Знал ли Лок, чему он посвятит свою жизнь в 15 лет? Да. Ценой всего своего племени и межконтинентальной войны он знал. И Кейл знал, что Лок предпочел бы, никогда этого не делать, если бы его племя осталась целым. Знают ли дети, которым в среднем по 9 лет, и дети-волки, на что они будут готовы поставить свои жизни, когда им исполнится 15? Кейл давно решил, что они этого не сделают, потому что Кейл предоставил бы им все варианты в мире. Кейл сделал бы так, чтобы они могли делать все, что захотят, путешествовать, куда захотят, стать теми, кем захотят быть. Независимо от цены. Расплата, рассуждал Кейл, за то, что он без необходимости втянул их в свой смертельный поединок с Белой тварью. Война не коснется их будущего, поклялся Кейл давным-давно. И все же здесь, в этом, казалось бы, современном, мирном мире, в 15 лет от детей уже ожидали, что они будут сражаться и умирать за свои идеалы. За идеалы, которые общество изо всех сил старалось пропагандировать. Каждый год выпускались тысячи Героев. Каждый год гибли тысячи Героев. Большинство из них были новичками, впечатлительными, недавно окончившими школу детьми. Кейл знал, как более знающие люди втайне называли бы их. Пушечное мясо. В этой «войне» против искаженного статус-кво эти дети были всего лишь пушечным мясом, всегда предназначавшимся для расходования, всегда предназначавшимся для одноразового использования, всегда предназначавшимся для замены, пока не появится кто-то более важный. Эти бедные, легковерные души отправились на войну, даже не зная, что это была война. Им сказали, что они спасают положение, но вместо этого на самом деле поддерживали систему, которая выпускала все больше людей, готовых убивать таких же, как они. Знали ли они, что умрут ни за что? Кейл иногда задавался вопросом. Знали ли они, что ничего не изменится? Или общество было настолько успешным, что все они умерли, веря, что они что-то изменили? Кейл не знал, какой из них был хуже. Общество готовило их к героизму с самого их рождения. И «Школы героев» были его последним шагом перед официальным вступлением. UA былa гордой, престижной школой героев, чьим девизом было выходить дальше своих границ. Кейл, читая об этом, должен был задаться вопросом о средней продолжительности жизни этих выпускников. Границы существовали не просто так. Как человек, который иногда не уважал свои собственные границы, Кейл мог с уверенностью сказать, что существуют границы, которые не следует пересекать. Его семья пролила бы кровавые слезы, если бы узнала, что он действительно так думал. Когда его мысли стали такими порочными? Кейл вздрогнул, прежде чем с силой выкинуть это из головы. Конечно, пределы можно было бы проверить, как это сделал Кейл в тот раз, когда он использовал [Мгновение], чтобы убить Белую Звезду. Но для полноценного «Plus Ultra» это как рекомендовано в UA? Таким образом, был заполнен морг. Болезненно, но это правда. Слишком сильно раздвигая свои границы, ты сгоришь и умрешь. Таково было правило всех миров. Конечно, UA доказала свое превосходство, все герои №1 и № 2 были ее выпускниками. Так что, возможно, есть какой-то способ справиться с этим безумием. Но единственная причина, по которой UА смогло избежать неприятностей с родителями, заключалась в простом присутствии Исцеляющей девочки. Без неё, случайная угроза для детей в UA, замаскированная под методы обучения, развалилась бы сама по себе. И переход от серьезной травмы к исцелению, затем к травме, а затем к исцелению снова и снова не был хорош для чьего-либо психического здоровья. В лучшем случае это усиливало телесную дисфорию. В худшем случае, это была пытка. Кейл бы знал. В конце концов, он использовал точно такой же метод на Венионе Стэне. Когда-нибудь те дети, которые закончили Университет и стали полноценными Героями получат травмы, они не поймут, что им надо позволить своим телам исцелиться, потому что они так привыкли к тому, что Исцеляющая девочка почти мгновенно собирала их обратно. И поэтому они, не зная или просто не заботясь о своих ограничениях, выходили, все еще травмированные, чтобы попытаться «спасти положение». И в процессе подвергли опасности как самих себя, так и людей, которых они должны были защищать. Они думали, что они непобедимы, совершенно непобедимы. Они были бы неправы. Вот почему ему не нравился UA. Большинство его жалоб на школу на самом деле были жалобами на это чертово общество в целом, но «метод обучения» здесь был тем, на что он действительно обижался. Потому что, то, что могло бы помочь этим детям стать лучшими Героями, в процессе этого полностью пренебрегло их эмоциональным здоровьем. Услышать, что Айзава с этим не согласен, было бальзамом на душу, в котором он и не подозревал, что нуждается. Было приятно, подумал он, знать, что рядом есть достаточно надежный взрослый, поскольку это означало, что ему не придется постоянно бороться, чтобы разобраться в этом извращенном мире. Кейл просто надеялся, что это продлится.