Звезды в луже

«Из результатов тестирования Вольфа Бронского, психолог заключил, что внутри Бронского живёт маленький застенчивый мальчик. Рядом с этой надписью кто-то нацарапал: «Ну да, это потому, что Бронский слопал его»» Эхо-взвод / Космические спасатели лейтенанта Марша (Exosquad)

В приемной было очень много народу. Сегодня тут проходило собеседование на вакансию секретаря заведующей больницей Святого Мунго, главного колдопсихолога магической Англии. Тут сидели разные люди – большеглазые фигуристые девчушки, держащие в руках модные глянцевые журналы по психологии, мужчины неопределенного возраста с лысыми головами и большими животами, юноши моих лет, постоянно поправляющие свои потертые пиджаки мышиных цветов и копающиеся в своих кейсах, парочка размалёванных дамочек с богатыми цацками на шеях, руках, ушах... И был здесь я. Двадцатилетний паренек в серых брюках и темно-синей рубашке, в потрепанных туфлях и держащий в руках один только бумажник и то потому, что он не влезал в карман моих брюк. Меня вряд ли можно было бы отличить от общего фона, так как я, можно сказать, очень хорошо сливался со стенкой. Но был один фактор, выделяющий меня из общей массы – я понятия не имел, что здесь делаю. Я ничего не знал об этой женщине-психологе, о том, что нужно говорить на собеседовании, о том, как разговаривать со всеми этими ненормальными пациентами, если меня примут, и о психологии вообще. Я был вежливым, спокойным и обаятельным. И, по-моему, этого вполне хватало, пока я не увидел всех этих людей, сидящих в приемной. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять – эти люди интересуются этой областью, они знакомы со всеми терминами и, наверняка, уважали эту женщину. А я не знал даже ее имени. На стенах в приемной висели картины, грамоты и благодарности, а сами обои были молочного цвета с еле заметным золотистым замысловатым узором. От кабинета психолога меня отделяла лишь бежевая дверь с матовым стеклом, но я чувствовал, нас разделяет что-то более значимое. Над дверью висела Музыка Ветра с шестью бордовыми трубочками, украшенными золотыми китайскими иероглифами. Время от времени трубочки покачивались и издавали тонкие музыкальные звуки оттого, что дверь открывалась и закрывалась. Вот и сейчас трубочки звенят из-за сквозняка, который создает открытая настежь дверь. Из кабинета выходит недовольная чем-то блондинка и бурчит: -Следующий. На ее стильном новеньком жакете прикреплен пропуск с числом двадцать два. На моем пропуске – число двадцать три, но я не спешу подниматься. Дожидаюсь, когда девушка выйдет за дверь, и уже тогда, медленно поднимаюсь с диванчика, перекладываю бумажник из левой руки в правую и подхожу к стеклянной двери, ведущей в кабинет. Вздыхаю и вхожу. Кабинет был большим и светлым. Такие же обои, что и в приемной, большой книжный шкаф из белого дерева, мягкий персиковый диван с милыми подушечками с кисточками, кушетка и большой белый стол по- середине с кипой папок на нем, а на стене за ним - большое панорамное окно во всю стену. За окном была весна, голубое небо с порхающими птицами и цветущие кусты сирени. Иллюзия, - подумал я мрачно. – За окном должен быть октябрь – холодный, сырой и грязный, как мое настроение, голые деревья и спешащие на каторгу люди. За большим письменным столом сидела девушка. Таких обычно называют «незапоминающаяся». Вроде миловидная, а вроде и нет. Ее волосы были убраны в высокий хвост, а в ушах сверкали скромные синие камушки. -Здравствуйте, - с улыбкой парировала девушка и встала со стула, подав мне руку для пожатия. -Добрый день, - ответил я. -Меня зовут Ханна Кит, - представилась она, поправляя платье и присаживаясь на стул. – Присаживайтесь, пожалуйста. Я действующий секретарь миссис Уизли. По семейным обстоятельствам мне предстоит переехать в Чехию и я подыскиваю нового секретаря для нее. Наше собеседование будет проходить в виде теста. Я задаю вам вопросы, а вы мне отвечаете. Хорошо? -А не проще было бы просто раздать всем эти тесты и не тратить столько времени? -Знаете, первое, чему я научилась у миссис Уизли, это дистанционный контакт. С людьми нужно разговаривать и чем больше, тем лучше. Скажите, пожалуйста, свое имя и фамилию, дату и год рождения. -Скорпиус Гиперион Малфой. Второго мая тысяча девятьсот девяносто девятого*. Секретарь заинтересованно на меня посмотрела, улыбаясь уголками губ. -У вас есть опыт работы в этой сфере? -Нет. -Почему вы думаете, что справитесь с этой работой? -Я спокойный и... – я нахмурился, не зная, что еще можно сказать, и махнул рукой. -Вы ладите с людьми? -Да, наверное, да... В школе у меня было достаточно много знакомых, - сконфуженно сказал я. -Так, хорошо, - сказала секретарь и пробежалась взглядом по бланку с вопросами. По ее голосу было понятно: это не хорошо. – Почему вы решили стать именно секретарем? -Я увидел объявление в газете и решил попробовать. Понимаете, я нигде никогда не работал, потому что у меня не было в этом необходимости. Мои родители – хорошо обеспеченные люди, никогда не заставляли меня что-то делать насильно и желали мне только добра. Но я... не хочу такой жизни, не хочу их добра, я хочу своего, понимаете? -Понимаю, мистер Малфой, - кивнула секретарь. – Всем нужно самореализоваться в этой жизни. В дверь постучались и, не дожидаясь разрешения, вошли. -Ханна, ты была права, столько народу пришло, - улыбнулась вошедшая девушка. – Жаль, что ты уезжаешь. -Миссис Уизли, вы же знаете, что это необходимость, - встала секретарь. – Познакомьтесь, это еще один претендент на должность вашего секретаря. Я поднялся с дивана и кивнул. Женщина оглянулась на меня и внимательно осмотрела. Она была высокой и легкой, ее карие глаза светились чистотой и ясностью, а длинные волнистые волосы были собраны в косу; на ней были чуть зауженные брюки бежевого цвета и широкая белая блуза с милыми рюшами на воротнике. Весь ее вид буквально кричал об одухотворенности и свободе. И дышалось ей, наверное, легко. -Где-то я вас видела, - сказала она. - Подскажите мне свое имя. -Скорпиус Малфой, - с улыбкой представился я и галантно поцеловал её маленькую ручку. -Малфой? – переспросила она. – Драко Малфой твой отец? Ну, точно, вы очень похожи. Я училась вместе с твоим отцом на одном курсе. Улыбка сошла с моих губ. Я всегда был реалистом и не видел смысла тешить себя напрасными надеждами. Мой отец часто рассказывал мне о своем детстве и никогда не скрывал того, что в школьные годы вел себя просто ужасно. Было не похоже, что миссис Уизли училась на Слизерине, поэтому вряд ли дружила или спокойно общалась с моим отцом. Скорее всего, она была с Когтеврана или Гриффиндора, а эти два факультета мой отец не любил даже больше, чем Халфпафф . -По вам и не скажешь, что вы ровесница моего отца, - честно сказал я. -Спасибо, - женщина улыбнулась. – Знаешь, в школе твой отец был ужасным нытиком. Однажды, один из учителей превратил его в хорька! Правда, как оказалась, это был не учитель... – миссис Уизли покачала головой, отгоняя воспоминания, и повернулась к секретарю. – Ханна, ты помнишь, где лежит лечебная карта Ньюхаузена? Я забыла ее передать в архив. -Конечно, миссис Уизли, - кивнула секретарь и подошла к шкафу, выудив оттуда тонкую белую тетрадь. -Спасибо, Ханна, я еще зайду попозже, - сказала миссис Уизли и взялась за дверную ручку. – До свидания, Скорпиус, передавай от меня привет своим родителям. И дверь за ней закрылась. -Продолжим? – спросила Ханна, усевшись обратно на стул. – Хорошо. Вообще-то остался только один вопрос. Расскажите мне, пожалуйста, своими словами, кто же такой Скорпиус Малфой. -Ну, это простой вопрос, - приободрился я. – Скорпиус Малфой, это... это... – и я закрыл рот. И правда – кто такой Скорпиус Малфой? Обычно все с раннего детства знают, кем хотят быть, когда вырастут, а я с рождения мечтал лишь о том, чтобы весь мир оставил меня в покое. Моя мама всегда хотела быть флористом, составлять из цветов фантастические букеты и делать украшения – и теперь она этим и занимается. Отец всегда знал, что когда вырастет, станет бизнесменом и откроет свою собственную компанию по производству волшебного инвентаря и он этого добился. Все мои школьные друзья, которые хотели продолжать заниматься наукой, сейчас учатся в магических университетах. И даже миссис Уизли, судя по ее счастливому блеску глаз, всегда хотела учиться на психолога. А кем хотел стать я? Может быть флористом? Или бизнесменом? Или я мечтал стать кандидатом наук? А может я хотел стать психологом? Нет, это навряд ли. Я хотел стать невидимкой, чтобы мама со своими модными подружками перестала тискать меня и таскать по магазинам, а отец перестал поучать меня по каждому поводу, чтобы я смог посидеть спокойно и подумать. Родители всегда хотели, чтобы я пошел по стопам отца и чуть позже взял на свои плечи семейный бизнес, но я никогда не любил летать на метле. -Я не знаю, кто такой Скорпиус Малфой, - сказал я медленно. – Может быть, это судьба, может, здесь я должен понять, кто я? Секретарь промолчала и, записав что-то на листке с вопросами, протянула мне руку. -Приятно было познакомиться, мистер Малфой. Результаты вашего собеседования мы пришлем по почте. -До свидания, - я пожал ей руку и вышел из кабинета. Я вышел на улицу с тяжелым вздохом на губах. Вряд ли они возьмут меня на работу. И дело даже не в том, что миссис Уизли в школе не ладила с моим отцом, нет, она слишком умна, что бы просто-напросто забыть эту вражду. Меня не возьмут потому, что я не самодостаточен. Им не нужны потерянные люди. Им нужен такой, чтобы пациенты, глядя на такого человека, понимали – этот человек цел, он нашел себя и свою цель. А у меня нет цели в жизни, я не знаю к чему мне стремиться. Придя поздно вечером домой в Менор, я незаметно проскользнул мимо родителей, сидящих в столовой, и сразу же поднялся в свою комнату, закрыв на ключ дверь. Моя комната была большой и светлой, как кабинет миссис Уизли, но без изюминки. И совсем непонятно живет кто-то в этой комнате или нет. Тяжелые темно-синие гардины на окнах, идеально чистая и заправленная большая кровать, стол и стул, книжный и плательные шкафы. Моя комната имела необустроенный и неуютный вид. Не хватало живописных картин, которые я с большим удовольствием рассматриваю в музеях, мягких ковров с длинным ворсом, на которых я валялся в спальне родителей в детстве, музыки, которую я люблю слушать... Всего этого не было, а я и не замечал этой пустоты. От мыслей меня отвлек стук в окно. Открыв ставни, я впустил большую полярную сову и забрал у нее письмо с печатью Святого Мунго. Пока я вскрывал конверт и читал письмо, сова с большим наслаждением щипала меня за пальто. От удивления я шире раскрыл свои глаза. «Мистер Малфой, вы приняты на работу секретарем-помощником заведующей больницей Святого Мунго, Гермионы Джин Уизли. Просьба явиться с отдел кадров для оформления документов в понедельник,в семь утра. С уважением, Ханна Кит». * - 2 мая 1999 - ровно год после битвы за Хогвартс и Великой Победы