Прототип П-3 на попечении электроники.

— Aber, Emily ging nicht gern Lebensmittel einkaufen… Половицы размеренно поскрипывали под лёгкой и уверенной походкой мистера Штокхаузена. Держа нос по ветру, мужчина медленно диктовал текст, явно получая удовольствие от своей важности. Молодой учёный с прилизанными кудрями и нахальным лицом расхаживал по маленькой зале, изредка поглядывая на своего ученика. За столом сидел юноша, раздражённо чиркая предложение на немецком. Болтая ногами в высоких чёрных гольфах, мальчик хмурил брови, моля великих вождей, чтобы Храз побыстрее закончил все свои роботизированные дела и спас его от этого зазнавшегося старшекурсника. Товарищ Сеченов приставил к нему в учителя этого фюрера, сказав что тот будет заниматься с ним немецким и несколькими другими науками. Серёжа понимает, что его опекуну в последнее время не просто, в связи с скорым выходом его разработки-долгостроя, и он уже не может заниматься с юношей самостоятельно. Домашнее обучение выходило им боком, но было необходимо. — Aber sie sieht es als ihre Pflicht an, ihrer Mutter zu helfen.. Молодой учёный остановился посреди комнаты, устало следя за часами. Не одному Нечаеву были в тягость эти уроки, Михаэль не горел желанием нянчиться с этим юнцом. Но что не сделаешь ради одной только возможности работать рука об руку с гением! — Я не успеваю, погодите! Шток опускает руки, поворачиваясь к ученику: — А потому ч’то не нужно лет’ать в облаках тоф’арищ Нечаеф. Мужчина подходит к столу испачканному чернилами и катышками от стирательной резинки. Взяв в руку тетрадь исписанную аккуратным почерком (упражнения с каллиграфией давались мальчику легче всего), студент разочаровано вздыхает. — Господи, писал бы ты есчё грамотно, цены бы тебе небыло! Ну што это такое? — Молодой человек указывает на строку с дважды зачёркнутым словом. — Кашдый раз одно и то сше сочитание! Откуда ты бересш четыре согласные букфы?! Мгновение назад этот немец казался и правда хорошим человеком. Походил на какого-то актёра пьесы, увлечённо рассказывающего щемящую душу историю. А сейчас, раздражённо фыркая и зажёвывая букву «В» напоминал только… Кхм. Ладно, Храз сказал что нельзя вслух сравнивать людей с этой личностью. Ну тогда Серёжа может показать, приложите-ка два пальца под нос! — Тебе-то легко говорить! Это твой родной язык, ты всё детство небось на нём пролепетал! — Юноша уже начинает закипать. Этот высокий голос действует ему на нервы будто стучась кулаком об черепную коробку. — Так-с мы есчё и припираться думаем?! — Шток сердито нахмурил смоляные брови, не удерживаясь от раздражённого притоптывания ногой. Прилизанные пряди молодого учёного отдают солнцем из незакрытого окна. — В отличие от фас, тофарищ Нечаеф, я ф софершенстве владею не только немецким, но и русским. — Мужчина легко кидает тетрадку обратно на парту, прожигая Серёжу взглядом. — Кон’ешно ф софершенстве, тофарисч Штопфаузен.. — Зло отвечает юноша, с нажимом копируя акцент студента. А что касается фамилии, то он и без коверканий не сможет её выговорить. Шток возмущённо подпрыгивает на месте, открывая рот не в силах ничего ответить. Знает ли этот хам, сколько времени Шток убивает на тренировку произношения перед зеркалом? Наученный горьким опытом между прочим! Отвесить бы этому юнцу ляпу, чтобы не вёл себя так с людьми. Да вот нельзя, на кону сотрудничество с самим Дмитрием Сергеевичем, а значит придётся терпеть. böser Bub… Скольких трудов стоило ему добиться лишь одного шанса встретиться с товарищем Сеченовым! Просто чудо, что он вообще попал к нему на контракт. Да ещё и сыскал у него столь близкое расположение. Казалось, этот человек строит большую семью вокруг себя, обращаясь со всеми столь радушно, даже…даже с самим Михаэлем. Ему правда трудно это осмыслить. Буквально несколько месяцев назад у молодого студента не было ни единого близкого человека кроме родителей. Сейчас, трудясь на благо «мысли» вместе со старшими учёными академика Сеченова, Шток и не может желать лучшего. Думается, даже находясь рядом с столь выдающимся человеком, невозможно вырасти плохой личностью. Стоп, отмена, Сергей Нечаев всё ещё существует... Смирившись со своей участью, Михаэль отходит он парты, устало падая в кресло. — Как только тофарищ Сеченоф с фами спрафляется? — Студент смешно прикладывает руку ко лбу, будто падает в обморок. Серёжа только опускает глаза, крутя пальцами ручку. На левой руке ещё не зажил ожог, оставленный по случайности Хразом. Мальчику не стоило без защиты изучать его микросхемы. Робота тогда страшно закоротило. Как он после говорил, это всё потому, что произошло противоречие в его командах: «Постоянная Х всегда остаётся Х, вне зависимости от переменных Y, C, F и тому подобное. Моя постоянная Х — это защищать вас, товарищ, любой ценой. Ну а переменные А, С, F это вариации опасности, к примеру нападение собаки или утопление. Из этого выходит, что постоянная Х должна выполняться при любом раскладе. Я должен охранять вас от всех видов опасности, даже от себя.» Конечно Серёжа тогда мало что понял, но то, что Хразу досталось не меньше чем ему он уяснил. Мысли прервал звон высоких резных часов, оповещающий о конце урока. В тот же момент за дверью послышались цокающие шаги чёрных туфель. Штокхаузен откинул голову на кресло, устало выдыхая: — Сфободен.

…

— Почему я не могу заниматься с Хразом? Он-то будет явно пообразованее этого зазнайки! — шёпотом возмущался мальчик, сидя рядом с наставником за столом, пока тот паял новый корпус для Левой. — Потому что тебе нужно больше общаться с реальными людьми, Серёж. Тебя не всегда будут окружать лишь роботы. — Сеченов натянул на лицо защитную маску и взялся за паяльник. Серёжа, будучи уже наученным, быстро отвернулся от сварки, переведя взгляд на «сестрицу», замершую в 3 позиции. Без пластины открывался крайне пугающий вид на изнаночную часть робота. Торчащие провода и крепления выглядели жутко, казалось, будто кто-то вспорол ей грудную клетку. Нечаев угрюмо хмыкнул, как-то даже обидевшись на упоминание о роботизированном происхождении Хранителя знаний. Иногда тот бывает почеловечнее даже самих людей. Но Сеченову лучше знать, всё-таки он сам его собирал. — И я не всегда смогу быть рядом, так что тебе лучше начать привыкать к этому, ведь рано или поздно тебе придётся социализироваться, сынок. — Наставник стягивает маску, передавая её своему приемнику, и аккуратно подцепляет железную пластину, оценивая проделанную работу. Принимая из рук Дмитрия чёрное защитное стекло, мальчик вновь поворачивается к мужчине, сверяющемуся по схеме. Чёрные, вечно хмурящиеся брови создавали ощущение будто юноша чем то недоволен, хотя это не так. Ну…отчасти. — Товарищ Сеченов! Но ведь необязательно сдавать меня этому… Менгеле! Дмитрий замер, глядя на приемника глазами по пять копеек, а потом тихо рассмеялся. Пытаясь не выронить пластину, мужчина прикрывал рот локтём, сдерживая смех. — Юноша, а я смотрю ваши уроки истории не прошли даром! — Сеченов улыбается, подмечая комичное сравнение с печально известным немецким хирургом. — Но прошу, не стоит так говорить о товарище Михаэле, человек он хороший и трудолюбивый. Вы с ним очень похожи и думаю ещё успеете поладить. А ваши с ним занятия были моим условием договора, который я разрывать не имею права, пока не выйдет «Мысль» нашего совместного производства. Мальчик поправил воротничок белой рубахи, чуть застенчиво улыбаясь. Он рад был слышать смех Сеченова, который почти всё время сидит у себя в мастерской не жалея себя. Бывает даже, кто-то из близняшек приносит ему еду, о которой тот забывал в порыве вдохновения. Он сам не раз забегал пожелать наставнику доброй ночи, заставая его уснувшим за столом с включённым оборудованием. Храз в тот же момент приходил переложить Дмитрия на диван, а после, выключая все опасные приборы, относил мальчика в комнату, уверяя Серёжу что с наставником всё будет хорошо. Сеченов выдохнул, и, широко улыбаясь, вновь вернулся к работе. — А ну-ка, товарищ, помогите-ка мне починить сестрицу! Серёжа с энтузиазмом повесил защитную маску на стену с инструментами и подбежал к Левой, опасливо заглядывая внутрь корпуса. Сеченов пододвигает мальчику подставку, чтобы тот смог дотянуться до крепления. Нечаев взбирается на деревянные ступеньки, одной рукой держась за близняшку. Наклонившись к роботу, юноша тихо шепчет: — Потерпи, Левая, сейчас мы всё исправим! Опуская руку вглубь корпуса, мальчик пытается нащупать нужный крепёжный кабель. Воистину удивительное изобретение товарища Сеченова! Сестрицы, как их привык называть Серёжа, помогали наставнику с работой и ездили с ним на конференции. Дмитрий так же говорил, близняшки выступают в роли охранников, хотя они и выглядели довольно хрупкими на вид. Юноша соврал бы, если бы сказал что ни разу не заглядывался на грациозных гурий. Но, несмотря на свою грациозную и отстранённую внешность, они были по настоящему милы. Сёстры каким-то образом встают на подзарядку одновременно, протягивая друг к другу ладони и замирая в этой трогательной позе. Серёже повезло лицезреть это действие в свои первые дни пребывания в имении учёного. Возможно, не особо контактирующий до этого с роботами, он даже испугался. Но это только возможно. — Со стороны спины должен быть кабель, похожий на позвоночник, подцепи его двумя пальцами и потяни вверх. Главное, не зацепись за околобрюшную балку, а то тебя вытаскивать ещё придётся. Нечаев ещё больше облокотился на робота, уже поднимаясь на носочки, но всё никак не мог нащупать нужный провод. — Дмитрий Сергеевич, не могу дотянуться. — Мальчик раздражённо опустился обратно на подставку, хмуря брови от своей, как ему казалось, беспомощности. Серёжа был обязан Сеченову по гроб, и старался выполнять все поручения строго на отлично, чувствуя себя плохо если у него этого не получалось. В свою очередь Дмитрий пытался отучить приемника от столь эмоциональной реакции на оплошность. Он ведь и слова не говорил когда у того что-то не получалось, тем более если в этом не было его вины. Для своего возраста он был необыкновенно смышленым и преданным. К сожалению, Серёжа всё равно заметно напрягался при провале, будто ожидал наказания. — Позвольте мне помочь вам, товарищ майор? — Спокойный голос звучит со стороны бесшумно открывшейся двери, после чего Дмитрий и Серёжа с разных сторон выглядывают из-за близняшки. В дверях стоит стройный мужчина среднего роста, одетый в тёмно-серую жилетку с красной звездой на грудном кармашке, а выглаженные серые брюки чуть доставали до лакированных туфель. Поблёскивая очками, брюнет мягко улыбался. — Храз! — Серёжа явно повеселел при виде друга, а Сеченов приветливо кивнул Хранителю знаний. Похоже, тот уже закончил установку обновления. Тихой поступью робот подошёл к Левой, разглядывая отсутствующую часть сестры. Перемигиваясь с мальчиком, брюнет чуть подвинул подставку, чтобы тот всё ещё видел происходящее, но и чтобы ему самому было место втиснуться. Серёжа тут же облокотился на плечо товарища, следя за его махинациями. Сеченову было крайне интересно наблюдать за этой картиной, хотя он уже не удивлялся их вечно шныряющим вместе фигурам. — Майор? — Дмитрий чуть усмехнулся, впервые услышав такое обращение к юноше со стороны Храза. Наверное опять их игры. Серёжа повернулся к наставнику, делая скучающее лицо: — И это мы ещё пришли к компромиссу, потому что другие варианты были какой-то чушью сумасшедшего. — Мальчик переводит осуждающий вгляд на брюнета. — Никаким бредом они не были, товарищ майор, просто на алгоритмическом языке они звучат куда приятнее для робота. Простота и краткость — вот залог успеха. — Хранитель знаний достаёт кабель и указывает Сеченову, что уже можно крепить пластину. После чего, отходя от темы, обращается к Серёже: — Кабель почему-то завернулся, поэтому ты не мог его достать. Сеченов уже конкретно ничего не понимал, переводя непонимающий взгляд то на приемника, то на Храза. У них всегда была какая-то своя атмосфера. — Эммм...Объясните? — Вчера Сергей начал придумывать человеческие имена приборам, и мы пришли к заключению, что стиральную машинку зовут Сара, а светильник в зале — Авраам. — Мальчик за спиной Храза стал тихонько посмеиваться, прикрывая рот ладонью. Сеченов всё так же смотрел недоумевающим взглядом. — Вот очередь дошла и до меня, так как я, что известно всем здесь находящимся — робот. — Храз казалось не понял, что его умозаключение не имело смысла, смущённо улыбаясь. — Так что присвоили мне имя... — Харитон Захаров! — Выкрикнул Серёжа и уткнулся в спину роботу, сдерживая смех. Храз развернулся к мальчику, начав щекотать ему рёбра, отчего тот стал отбиваться. — Ну вот и я решил дать ему имя, только уже на языке, благозвучном для робота. А он — Храз поднял Серёжу с подставки наруки, — Огрызается. Не нравится всё ему! — Бред! Бред несёшь! — Мальчик хватается за рукава Хранителя знаний, с вызовом улыбаясь с зубами, точно зверь. — Ну и как? — Дмитрий поднимает брови поворачивась к Близняшке, которая всё так же терпеливо ожидала пока её отремонтируют. — П-3. — ответил ему сзади гордый своей выдумкой голос робота. — Ну что же это за имя такое, а? Это ведь и не имя вовсе! — Мальчик опять состряпал недовольную мину, обращая голову к наставнику и ища его поддержки. — Ну… если так подумать, позывные такого типа даются всем машинам при изготовлении, так что наверное можно считать их как имена… — Дмитрий спиной чувствует разочарованный взгляд юноши. Храз на это только улыбнулся и перехватил сорванца к верху ногами, став тормошить того, чуть отойдя от занятого работой создателя. Ну точно дети малые…ну ладно, одно детё и бзикнутый робот. — Ничего не могу понять, и как же от этого… П-3 вы пришли к Майору? — А, это мы по радио будущего услышали… Пусти, железный! — Серёжа пытался подтянуться и достать до рук Храза, забавно кряхтя. — Кстати, хотел спросиль вас на счёт этого, Дмитрий Сергеевич. — Брюнет не обращал внимания на попытки Нечаева освободиться. — Вчера вечером, пока мы… эмм. Храз смотрит на друга, одними глазами задавая вопрос: «Ну что ты там ему наплёл на этот раз?» Не то чтобы они прогуливали все занятия по арифметике, но если брать конкретно вчерашний день, то…скажем так, Штоку их увидеть не удалось. И вообще, Хразу-то уроки не нужны, так что на него всё сваливать не надо! — Пока мы с Her Михаэлем Штокфаузеном решали арфиметрические задания. — Юноша специально сделал ударение на немецком обращении, всё ещё не в силах выговорить фамилию. — Арифметические. — Шёпотом подсказывает Храз. — Ари..фет...рические.. В общем неважно! — Мальчик раздражённо замахал руками. — Радио в коридоре похоже начало ловить другие частоты, и мы услышали чьи-то переговоры — Робот всё-таки пожалел Серёжу, и посадил мальчика на стул, где несколькими минутами ранее работал Сеченов. — точнее...ваши с кем-то переговоры. Учёный насторожился, и, повернув голову в их сторону, обратился к подопечным — Что вы хотите этим сказать? — Голос был точно ваш, Дмитрий Сергеевич, Храз сам его индефицировал. Мы подумали что к вам пришли гости! — Серёжа уселся на стул задом наперёд, сложив руки на его спинке. — Вы говорили с каким-то мужчиной про сбой в челомее. И именно тогда вы упомянули некого майора П-3 — Робот заложил руки за спину, встав в какую-то искусственную позу. — Как мы уже давно знаем, радио вещает не будущее, а смежную с нашей реальность. Но меня глубоко потрясло столь большое количество переплетений, товарищ Сеченов. Моя бездумная выдумка совпала с вещанием другого мира. С вашими же словами... Голубые глаза робота сейчас не выражали ничего, слепо уставившись на создателя, пробирая до костей. Дмитрия иногда правда настораживает невероятно живой характер своего творения. Но ещё больше его пугает сухая безэмоциональность, проступавшая время от времени, которая беспощадно напоминала что перед вами стоит не человек. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь гудением приборов и дыханием двух людей. — Эмм...да, поэтому он и стал меня так обзывать. — Серёжа толком не понимал серьёзности происходящего, и, не выдержав внезапной перемены настроения разговора, решил побыстрее его закончить. — Разве не чудо что всё так сложилось, а? Мальчик снова встал на ноги, оглядывая застывшего Храза, стоявшего к нему спиной. Подойдя ближе, Серёжа дёрнул его за рукав, снова нерешительно улыбаясь. Секунду робот смотрел на Сеченова немигающими глазами, но повернувшись к юноше, тут же натянул улыбку. — Да, наверное так. — Дмитрий наконец отошёл от оцепенения, поворачивая в руке скобу. Что-то здесь неладное. — Ладно, Дмитрий Сергеевич, нам с майором ещё в магазин сходить надо. Желаю Левой скорейшего выхода в свет. — Робот приставил к виску руку, шуточно отдавая честь, и наклонил голову, придавая своим словам больше живости. — Майора ему подавай! Что же ты, уже имя моё забыл, Харитоша? — Нечаев резво потянул робота за галстук, немного торчащий из-под жилетки. Храз чуть возмутился, хватая сорванца за шкирку. — Товарищ Нечаев! Дмитрий отворачивается к сестрице, тяжёлым взглядом смотря на открытую грудную клетку. Искусственный интеллект на то и искусственный интеллект чтобы учиться самостоятельно, правильно? Храз — приличный молодой человек, сделанный по подобию образцового гражданина Советского союза. В программе заложены барьеры, препятствующие исследованию определённых тем, и волноваться не стоит. Его главное и единственное нерушимое правило — защита мальчика. Он всюду следует за ним, заставляя Серёжу смеяться день ото дня, несмотря на невесёлую судьбу юноши. Да, Сеченов определённо благодарен ему, и беспочвенно волноваться не в его стиле. Он горд своими мальчиками. Сеченов молча слушал бесящихся товарищей, скрепляя скобы на груди Левой. Установив всё на свои места, Дмитрий скрестил руки на груди, вставая в позу недовольной мамочки. — Хей, хей, хей, а ну-ка отошли подальше, гиены! — Беспокоясь за сохранность своей модели, Сеченов подтолкнул разыгравшуюся парочку к выходу из мастерской. — Сами потом будете чинить! — Выздоравливай, Левая! — Мальчик одарил сестрицу озорным взглядом, после чего снова рассмеялся от елозящих по бокам рук Хранителя знаний. Серёжа выпутался из рук робота и скрылся в дверях, здороваясь в коридоре с прототипом Рафика. Хранитель знаний последовал за подопечным, на ходу разворачиваясь и извиняясь за неудобства, после чего стремительно удаляясь, закрыв за собой дверь. Дмитрий Сергеевич закатывает глаза и спокойно улыбается, снимая с себя рабочий фартук. Инструменты остаются на своих местах, всё равно же потом их доставать, так ведь? Включая Левую в сеть, учёный смотрит на дверь, в которую только что вышли ребята. — Майор П-3…Что бы это значило? Близняшка чуть скрипнула, разводя руками в непонимающем жесте. – Заглянем-ка в Челомей, дорогуша.