Странный шиноби

      Лишь мгновение — и Забуза отлетает на несколько метров, врезаясь в массивный валун. Раздаётся глухой удар, камни осыпаются, а мечник безвольно оседает на землю. — Что он сделал?! — вскрикивает Сакура, широко раскрыв глаза. Её пальцы непроизвольно сжимают край кимоно. — Это… это вообще возможно?! — Он просто ударил его той рукой, которая стала чёрной, — тихо замечает Саске, не отрывая взгляда от Хизэши. В его голосе смешиваются изумление и настороженность. — Что это за техника?       Все застывают в немом изумлении. Даже Наруто, обычно не сдерживающий эмоций, молча следит за происходящим, забыв о своём желании ринуться в бой.       Забуза, хрипя, пытается подняться. Его пальцы судорожно хватаются за землю, а в глазах пылает ярость. Но прежде чем он успевает сделать хоть движение, в воздухе раздаётся едва уловимый свист.       Несколько тонких игл пронзают его шею. Мечник замирает на секунду — и беззвучно падает на землю.       Из‑за деревьев выходит фигура в белой маске. Движения плавные, почти танцующие. Он подходит к телу, наклоняется и что‑то шепчет — так тихо, что даже Какаши не может разобрать слов. — Я ойнин, — наконец произносит незнакомец, поднимая взгляд на команду. Его голос звучит глухо, искажённый маской. — Моё дело завершено.       Он поднимает тело Забузы и исчезает в вихре листьев, словно его и не было.       Какаши, всё ещё стоящий в полусогнутой позе, резко покачивается. Его лицо бледнеет, а пальцы сжимают рукоять куная с такой силой, что костяшки белеют. — Сенсей! — Сакура бросается к нему, но Хизэши опережает её. — Я его поддержу, — коротко бросает он, подхватывая Какаши под руку. — Ему нужно отдохнуть. — Но… — начинает Наруто, но Хизэши лишь качает головой: — Позже. Сейчас главное — доставить его в безопасное место.       Команда медленно движется через город. Тадзуна, идущий впереди, наконец решается заговорить: — В нашей стране… всё не так просто, как кажется, — его голос звучит приглушённо. — Гато, этот торговец, держит в страхе всех. Он… он хуже любого разбойника.       Сакура хмурится, переглядываясь с Наруто. — Почему вы не обратились за помощью в Коноху раньше? — спрашивает она. — Мы боялись, — тихо признаётся Тадзуна. — Боялись, что он узнает. Боялись, что убьёт нас, прежде чем кто‑то успеет прийти на помощь.       Когда они наконец достигают дома Тадзуны, их встречают двое: молодая женщина с тревожным взглядом и мальчик лет десяти. — Папа! — вскрикивает женщина, бросаясь к Тадзуне. — Ты жив! — Мама! — мальчик тоже подбегает, хватая деда за руку. — Это моя дочь, Цунами, и внук, Инари, — с тёплой улыбкой представляет их Тадзуна.       Цунами переводит взгляд на команду, и её глаза наполняются благодарностью: — Спасибо вам. Мы… мы не знали, что делать.       Инари молча смотрит на ниндзя, его взгляд полон смеси восхищения и страха.       Какаши осторожно укладывают в отдельную комнату. Хизэши, склонившись над сенсеем, внимательно изучает его состояние: проверяет пульс на запястье, приподнимает веки, чтобы взглянуть на зрачки, осторожно ощупывает виски. Его движения точны, выверенны — видно, что он не впервые занимается медицинской диагностикой.       Наконец Хизэши выпрямляется и поднимает взгляд на остальных. В его глазах читается сдержанная тревога, но голос остаётся ровным, почти бесстрастным: — Я его осмотрю, — произносит он, жестом прося всех выйти. — Сейчас ему нужен покой. — Но… — Сакура делает шаг вперёд, её пальцы нервно сжимают край рукава. — Я тоже могу помочь! Я ведь проходила основы медицинской ниндзюцу, я знаю, как…       Хизэши мягко, но твёрдо останавливает её взглядом: — Знаю, что ты старательная, Сакура. Но сейчас лучше не мешать. Я разберусь.       В голосе девушки дрожит обида: — Почему ты не даёшь мне попробовать?! Я хочу быть полезной!       Наруто кладёт руку ей на плечо: — Эй, Сакура, он же не говорит, что ты не можешь. Просто… дай ему сделать своё дело, ладно?       Саске, молча наблюдавший за происходящим, наконец подаёт голос: — Если он говорит, что справится — пусть пробует. Не время спорить.       Сакура закусывает губу, но отступает. Вся команда неохотно выходит в коридор, оставляя Хизэши наедине с Какаши.       Хизэши закрывает дверь и возвращается к постели. Он садится на край, глубоко вздыхает, словно собираясь с мыслями, и тихо произносит: — Ну что, Какаши… - прошептал он, его голос был тихим и твердым. Он склонился ближе, его взгляд скользил по лицу Какаши, пытаясь уловить малейшие признаки боли или дискомфорта. - Посмотрим, насколько тебе досталось.       Он снова склонился над Какаши, на этот раз его прикосновение было еще более осторожным, почти трепетным. Он приложил ладони к груди Какаши, чувствуя под ними тепло его тела, биение его сердца.       Какаши приоткрывает глаза, его голос звучит слабо, но с привычной иронией: — Ты ведь не собираешься меня прикончить, пока все ушли?       Хизэши усмехается: — Было бы заманчиво, но нет. Ты ещё нужен этой команде. — И тебе? — Какаши пытается приподняться, но Хизэши мягко опускает его обратно. — Особенно мне, — серьёзно отвечает он. — Ты единственный, кто хоть немного понимает, что я делаю.       Какаши закрывает глаза, позволяя себе расслабиться: — Тогда давай. Только не тяни. У меня ещё куча дел.       Хизэши кивает, концентрируясь. Он чувствует, как чакра сенсея нестабильна, как будто её что‑то сдерживает. — Чёрт, — бормочет он себе под нос. — Это не просто истощение… — Что там? — Какаши снова пытается открыть глаза. — Ничего страшного, — быстро отвечает Хизэши. — Просто нужно чуть больше времени.       Хизэши достал пробирку с голубоватом цветом. Хизэши поднёс к его рту неизвестную жидкость и позволил Какаши её проглотить. Свет вокруг его Какаши становится ярче, проникая в тело, словно превращая в изначальное состояние.       Он закрывает глаза, углубляясь в процесс. Его дыхание становится ровным, а руки — почти неподвижными. Время тянется медленно, но постепенно цвет лица Какаши становится чуть более здоровым, дыхание выравнивается.

***

      В коридоре команда не находит себе места. Сакура то и дело подходит к двери, прислушивается, потом отходит, нервно теребя край юбки. — Долго он там… — вздыхает она.       Наруто пытается разрядить обстановку: — Да ладно тебе! Хизэши выглядит так, будто знает, что делает. Ну, почти.       Саске скрещивает руки на груди: — «Почти» — это не очень обнадеживает. — А что ты предлагаешь?! — срывается Сакура. — Вломиться туда и всё испортить?!       Наруто поднимает руки в примирительном жесте: — Спокойно, спокойно! Я просто… волнуюсь, вот и всё.       Саске молчит, но его взгляд то и дело возвращается к двери. Он вспоминает странную силу Хизэши — чёрную руку, удар, от которого Забуза отлетел, как тряпичная кукла. «Кто он на самом деле?» — думает Саске, но вслух ничего не говорит.       Спустя почти час дверь наконец открывается. Хизэши выходит, его лицо бледнее обычного, а на лбу блестят капли пота. Он сразу замечает встревоженные взгляды. — Он будет жить, — коротко сообщает он. — Но ему нужен отдых. Минимум три дня без нагрузок. — Три дня?! — восклицает Наруто. — А как же тренировки?! — Тренировки подождут, — отрезает Хизэши. — Если ты хочешь, чтобы сенсей мог тебя тренировать дальше, конечно.       Сакура подходит ближе: — А… что с ним было? Почему он так ослаб?       Хизэши медлит с ответом, подбирая слова: — Это не просто усталость. Его чакра… как будто заблокирована. Я снял самое очевидное, но полностью восстановить баланс пока не смог. — Значит, ему всё ещё нужна помощь! — настаивает Сакура. — Я могу… — Можешь, — соглашается Хизэши, неожиданно мягко. — Но не сейчас. Сейчас ему нужен сон. А тебе — отдохнуть. Ты тоже вымоталась.       Девушка хочет возразить, но замечает, как Наруто и Саске кивают в знак согласия. Она вздыхает: — Ладно. Но если что — зови меня, понял?       Хизэши выдохнул: — Понял. Теперь идите. Дайте ему поспать.       Команда медленно расходится. Наруто напоследок оборачивается: — Хизэши… спасибо.       Тот лишь кивает, возвращаясь в комнату. Он садится у постели Какаши и снова проверяет его пульс. — Ты слышал? — шепчет он. — Они волнуются. Так что не вздумай сдаться.       Какаши, не открывая глаз, усмехается: — Кто бы говорил… Ты сам выглядишь так, будто вот‑вот упадёшь. — Это мелочи, — отмахивается Хизэши. — Главное — ты в порядке.       Они молчат несколько минут, слушая, как за окном шумит ветер. — Знаешь… — наконец произносит Какаши. — Ты странный. Но твои действия противоречат твоему взгляду.       Хизэши не отвечает. Но его пальцы сжимают край одеяла чуть крепче, чем нужно.

***

      Через пару дней Какаши уже может вставать, хотя и опирается на костыли. Его лицо по‑прежнему бледное, но глаза горят решимостью. — Сегодня я вас буду учить ходить по стенам, деревьям и так далее, — объявляет он, выходя на задний двор. — Это основа контроля чакры. — Ого! — радостно восклицает Наруто, подпрыгивая на месте. — Наконец‑то что‑то интересное!       Саске и Наруто начинают с энтузиазмом, но первые попытки заканчиваются падениями. Наруто, ударившись головой о ствол, трёт шишку и ворчит: — Чёрт, это сложнее, чем кажется!       Саске, стиснув зубы, снова лезет вверх. Каждый раз, когда он почти достигает вершины, его ноги скользят, и он падает вниз с глухим стуком.       Тем временем Сакура уже уверенно стоит на ветке, улыбаясь: — Получается! — Молодец, Сакура! — кричит Наруто, поднимая большой палец вверх. — Ты лучшая!       К вечеру Наруто и Саске всё ещё не сдаются. Их деревья уже испещрены царапинами от ногтей и кунаев, которыми они пытались удержаться. — Ты… не… победишь! — хрипит Саске, цепляясь за кору. — Сам… не сдавайся! — отвечает Наруто, обливаясь потом.       Их лица раскраснелись, волосы прилипли ко лбу, но ни один не хочет уступать.       Уже в сумерках в дверь дома стучат. — Мы сделали это! — орёт Наруто, вваливаясь внутрь. Его одежда грязная, волосы спутаны, но глаза сияют. — Саске даже помог мне дойти!       Саске, стоящий за ним, устало ухмыляется: — Не преувеличивай. Просто ты слишком тяжёлый.       Тадзуна смеётся, а Цунами уже несёт полотенце и воду. — А? А где Хизэши? — вдруг спрашивает Наруто, садясь за стол. — Он отправился обратно в деревню ещё до того, как вы пришли, — отвечает Какаши, стоя у окна. Его взгляд устремлён вдаль. — Что?! Ушёл?! — Наруто вскакивает, не веря своим ушам. — Но почему?! Мы же… мы же ещё не всё обсудили! — Миссия, по идее, закончилась, — спокойно поясняет Какаши. — Он решил вернуться пораньше.       Наруто садится обратно, его плечи опускаются. В комнате повисает тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине.       Какаши медленно выходит на улицу, вдыхая прохладный вечерний воздух. Где‑то вдали слышен крик ночной птицы.       «Хизэши… кто ты на самом деле?» — думает он, глядя на звёзды.