... познаётся в беде

Жизнь часто сравнивают с зеброй. Вернее, не самим животным, а её полосками. Вот белая, вот чёрная, затем снова белая и так по кругу. Бесконечно и закольцовано. Вот только закольцованных зебр никто не видел, но смотрелись бы эти существа до ужаса странно… Куромаку, с которого Зонтик старался брать пример в полосатую жизнь не верил, воспринимая успех и поражение как следствие совокупности приложенных усилий, обстоятельств и толики вероятности, процент которой крайне сложно, если и вовсе не невозможно высчитать. «Каждый сам кузнец своего счастья» - частенько поговаривал Данте и с этой цитатой кардинал всегда соглашался, оставаясь полностью уверенным в своих убеждениях. Этими убеждениями проникался и Зонт. И правда – весьма логичные, обоснованные выводы, но… Иногда неприятности, как бы он ни старался, происходили. Просто так. Сами собой. В картине мира Куромаку – это были те самые крупинки вероятности, но порой общее количество этих крупинок заставляло Зонтика едва ли не скулить от досады, считая себя самым неудачно неудачным неудачником. Неприятности сыпались как из рога изобилия и вечно выбирали самый неподходящий момент, да ещё и являлись целой толпой, а не приходили по одиночке! И вот сейчас, был как раз такой момент. Черная полоса. Тяжелый период. Жизненные трудности. Жопа. Пусть Зонтик и не любил грубых выражений, однако последнее слово описывало ситуацию, в которой он очутился четче, красочнее и лучше всего. А началось всё позавчера – в понедельник, когда из-за неисправности лифта, валет опоздал на собеседование, которого дожидался целый месяц, уверенный, что сухое: «Мы вам перезвоним» означало то, что обычно означает. Но нет, ему действительно позвонили, отчего парня бил лёгкий мандраж. Слишком уж престижной была фирма. Настолько, что сама мысль о том, что кто-то всерьёз решится принять его на работу казалась смехотворной. Но… Это было предложение Пика, решившего внезапно «подсобить» своему младшему товарищу, чего Зонтик от этого короля совсем не ожидал. Однако пусть они и разъехались, но продолжали поддерживать связь, а некоторые и вовсе старались как и раньше активно участвовать в жизни остальных. Когда несчастный лифт наконец вновь ожил и худо-бедно справился со своими обязанностями, Зонт уже безбожно опаздывал. Ему никто не звонил и не писал, а делать это самостоятельно парень постеснялся. Идти в офис было страшно, но всё же треф сделал это, уже практически ни на что не надеясь. И правильно делал – охрана не пропустила его дальше парадного входа, а последующий звонок с уточнением расставил все точки. «В Вашей кандидатуре больше не заинтересованы» — звучала в памяти короткая фраза мужчины, что милостиво решился позвонить в отдел кадров и уточнить по поводу нового работника. Тогда Зонтик не сильно расстроился. Ещё меньше переживаний было по поводу грузовика, что в жаркий летний день, умудрился проехаться по единственной на всём дорожном полотне яме и окатить Трефи грязной водой. Откуда там вода, когда иссохшая у обочины земля шла корявыми трещинами, так и осталось загадкой. Неприятности продолжили преследовать парня и дома. На этот раз лифт совершенно не подавал признаков жизни, из-за чего подниматься на седьмой этаж пришлось по лестнице, освещая себе путь телефоном. Несмотря на день, в подъезде царил вечный полумрак из-за вечно чем-то загороженных оконных проёмов. Где-то это был картон, где-то фанера, а на пятом так и вовсе была краска. Зелёная, вечно напоминающая о самом шебутном и задиристом клоне. Да и в целом Пятый этаж был одним из самых страшных, так как жили тут люди не самые добрые и приветливые. Нарываться на соседей совсем не хотелось, поэтому превозмогая усталость Зонтик преодолел расстояние с первого по седьмой в рекордный для себя срок, пусть после и свалился в своём коридоре с дичайшей отдышкой. А ближе к вечеру, большая часть заказчиков, начали один за другим отменять заявки на лабораторные и курсовые, хотя не так давно фактически умоляли Зонтика принять эти заказы, сетуя на сжатые сроки. Некоторые студенты предложили валету оставить предоплату, однако большинство потребовали вернуть внесённые деньги, чем Зонтик и занимался весь вечер и большую часть следующего дня, ведь именно в этот период приложение его банка было обязано безбожно лагать. Громкой точкой стала новость о его выселении. Эту информацию парень узнал буквально три часа назад. Как оказалось старушка, что сдавала ему квартиру умерла и у новых хозяев были на это жильё свои планы. Да чего уж там, Трефи был под огромнейшим впечатлением, когда ЗАПЕРТАЯ дверь пару раз щёлкнула, а после и совсем распахнулась, запуская внутрь широкоплечего амбала, явно криминальной наружности. Заметив Зонтика, это чудо очень удивилось, а после, в очень цветастых выражениях велело парню собирать монатки, закрепляя свою речь небрежной игрой с ножом-бабочкой. Смелости для оспаривания чужого решения Зонт в себе не нашёл, поэтому волчком заметался по квартире, собирая вещички, благо последних было не так много. Закончив сбор в кухне и ванной, парень заскочил в комнату, чтобы забрать сумки с вещами и ноутбуком, но вместо этого стал свидетелем того, как из его кошелька самым наглым образом вытаскивают всю наличку. Тут уже смолчать не получилось. С лёгким заиканием Зонтик попытался возразить против такой наглости, за что моментально получил удар по лицу. Не ножом, а всего лишь кулаком, вот только этот факт совсем не радовал. Услышав, что если не уберётся сейчас-же, то лишиться и ноута, парень схватил все свои вещи и бросился прочь из квартиры, игнорируя боль и струящуюся из разбитого носа кровь. Уже на улице, отбежав на более менее безопасное по его мнению расстояние, шестой дал волю эмоциям. В этот момент Зонтик и впрямь был далёк от суждений Куромаку. В конце концов чего такого он должен был сделать, что бы заслужить всё это?! От несправедливости перехватывало дыхание, вплоть до физической боли. Хотелось просто расплакаться, однако слёзы, крупными каплями и так уже бежали по щекам. Вот только какой смысл? Слезами горю не поможешь… В карманах отыскался старенький телефон и немного мелочи. Первая находка хранила в себе как минимум четыре номера, обладатели которых могли если не решить все его проблемы, то как минимум помочь и пустить переночевать. Вторая находка исчислялась небольшой суммой, которой теоретически хватало на проезд до района с вокзалом и бонусный стакан чая. Самого маленького и дешёвого. «Я позвоню Куромаку… Но не сейчас, я… Я должен привести себя в порядок…» — отстранённо подумал валет, вытирая слёзы. Кровь перестала идти, а влажные салфетки помогли оттереть от лица большую часть алой жидкости. Правда футболка и воротник любимой ветровки были испачканы и оттереть кровь от ткани было не так просто, как от кожи. Однако эти пятна практически не волновали клона. Несколько апатично он ввалился в на удивление пустую маршрутку и оплатив проезд плюхнулся на ближайшее сидение, компактно разместив вещи рядом. Вечерний город мелькал в запыленном окне, сверкая неоновыми вывесками, однако ушедший в себя бедолага был совершенно равнодушен и не спешил любоваться видами, впав в состояние подобное трансу. — Эй, пацан… — кто-то деликатно потряс его за плечо, вырывая из полудрёмы. Открыв глаза, клон встретился с цепким, пытливым взглядом голубых. — Конечная — криво усмехнулся немолодой мужчина, что ранее сидел за рулём. Беглый осмотр по сторонам дал понять, что никого из пассажиров уже нет и он остался последним, умудрившись каким-то образом заснуть. — П-простите, я… Я случайно и… Извините, что задержал! — затараторил шестой, подрываясь с места. — Да не суетись ты так — усмехнулся водитель — Чай без меня за рулём колымага не тронется. Ты мне лучше о своём видке расскажи. — В-видке? — Ну да. Ты уж извини, но выглядишь так, словно тебе помощь нужна. В ответ на это Трефи стыдливо опустил взгляд в пол. Помощь то действительно была нужна, но… — Всё хорошо… — едва слышно произнёс валет. — Оно и видно — не без сарказма заметил мужчина, а после без всякого стеснения закурил. Прямо в салоне. Такое поведение не то удивило, не то возмутило Зонтика, вынуждая вновь поднять глаза на собеседника. Видимо осуждение на его лице было столь явственно, что курильщик заметил и незамедлительно отреагировал хриплым смехом, вгоняя клона в замешательство. — Да, шкет, ну ты и забавный! Никак мне лекцию читать собрался? Так, а зеньки прятать бросай, или тебе за это и прилетело? Мораль кому-то читал? А с виду робкий такой… — Я ничего не читал. Можно я пойду? — Иди конечно, кто ж держит. Если тебе действительно помощь не нужна. Получив разрешение, голубоглазый спешно поднялся, подхватил сумки и… Был грубо одёрнут назад. — Нет, ну каков упрямец! — Я… Я ведь сказал, что м-мне ничего ненужно… В-выпустите меня! Зонтик заметно занервничал, теперь уже не без страха взирая на дымящего водителя. Памятуя о тёмной полосе, в голову ничего хорошего о дальнейшем развитии событий не приходило… Однако водитель быстро сообразил, что своими действиями лишь сильнее пугает мальчишку, поэтому отступил на пол шага назад, вскидывая руки в примирительном жесте. — Да успокойся ты, не съем-же я тебя в конце концов. От такого предположения валет заметно поёжился, обхватывая себя руками, напоминая зашуганного, взъерошенного воробья. В голубых глазах застыли слёзы, а когда мужчина вновь сократил между ними расстояние, трусливо зажмурился, интуитивно готовясь к самому худшему, но… Его левой руки небрежно коснулись, из-за чего шестого пробрала крупная дрожь. Парень дёрнулся, но вырваться так и не получилось, чужие руки оказались невероятно цепкими. Вот только в следующий момент уже его собственную бесцеремонно рванули вперёд, насильно разжимая ладонь и… Трефи удивлённо распахнул глаза, ощутив шероховатость и холод бумаги. Чужие руки более не держали, а в его собственной лежала купюра в тысячу рублей. Не то, чтобы это была баснословно огромная сумма, но в сравнении с имеющимся нулём – цифра и вправду неплохая. — Ты это чего себе на придумывать успел, патлатый? — сощурился водитель, вновь затягиваясь — Ты уж прости, но парнями, даже похожими на девчонок не интересуюсь. А если бы и интересовался, то явно не детьми. Крыть было нечем. Теперь уже Зонт ощущал себя полным идиотом и испытывал стыд за свои страхи. Только вот лежащая в ладонях купюра… — А… что это? — Деньги — нагло усмехнулся седовласый. — Н-но з-зачем, я в… — Брысь — внезапно произнес водитель, грозно сощурившись — Нет у меня времени с тобой препираться, пацан. А что до денег… считай это подачкой судьбы в лице хмурого, страшного мужика. — Вы не страшный… — Правда? А минуту назад ты едва не обделался. Ну да ладно. Я ведь вижу, что у тебя неприятности, но говорить ты о них не хочешь, от помощи отказываешься и, честно говоря, у меня сильные сомнения насчёт твоего возраста. По-хорошему мне бы ментов вызвать, но… — Н-нестоит! — спохватился валет, удобнее перехватывая сумки — И спасибо Вам большое, я… Я н-непременно верну Вам долг! — Я не требую, но раз ты сам хочешь… Звать-то тебя хоть как? — Зонтик. — Серьёзно? — удивился мужчина и получив утвердительный кивок, присвистнул — Да уж, имечко под стать внешности… А меня Алексеем Викторовичем звать. Ну что, беги давай, Зонтик. Если, конечно, со мной на базу отправиться не хочешь. Хоть собеседника клон уже и не боялся, но продолжать совместное путешествие не спешил, решив всё же покинуть маршрутку. Поблагодарив Алексея и пообещав, что непременно вернёт долг, парень спешно выскочил на остановку, после чего проводив удаляющийся транспорт взглядом, поплёлся на вокзал. Редкий персонал бросал на парня подозрительные взгляды, но подходить с расспросами никто пока не спешил. Скрывшись на время в туалете, Зонтик попытался выстирать кровь и частично это ему удалось. Теперь можно было звонить Куромаку, но… «Уже поздно для звонков. Да и Куро и так устаёт на работе, а сейчас и вовсе трудится над важным проектом, я… Я буду для него обузой и… Нет, я не имею права ломать его график, ведь у него всё расписано, а я обязательно спутаю все планы. Всё испорчу… Да и Пик занят не меньше, а ещё у него особые договорённости с хозяевами квартиры касательно гостей. Феликс… Нет, он и так живёт с бубновыми, я их только стеснять буду, а Ромео… Не думаю, что он будет рад кому-то из нас… Вару конкретно его обидел и…». — В РОТ МНЕ НОГИ! Восклицание отразилось от стен и потолка, облетев небольшое помещение, куда только что вошёл зеленоглазый парень в растянутой тёмной футболке, потёртых джинсах и таких-же истёртых кедах. Несмотря на усталость выглядел он невероятно удивлённым. Этой эмоции, чётко отражающейся в глазах, не скрывали даже до боли знакомые зелёные очки. — Тряпка, ты чего тут забыл? — И т-тебе привет, Вару — растерянно произнёс Зонт — А я… — Чего «ты»? — требовательно произнёс пиковый, скрещивая руки на груди — Куда намылился на ночь глядя? —Н-никуда? — Правда? А сумок тебе столько зачем? Деваться было некуда, так что пришлось коротко рассказать приставучему клону о своём незавидном положении. Вару слушал внимательно и что удивительно – не перебивал. Под конец рассказа лицо его приняло серьёзное, задумчивое выражение. — Слушай, а ты уже Курилке звонил? — Нет… — А остальным? — Нет… — Вот и хорошо, ко мне поедешь. Зонт не мог поверить в услышанное. Сначала помощь от того водителя, теперь вот внезапная встреча с Вару… Быть может Куромаку ошибался и жизнь действительно состоит из полос? — Вару… С-спасибо, я… Я так тебе обязан! — Конечно обязан — хитро заулыбался кудрявый — Но у меня будет одно условие. — К-какое? — Узнаешь — таинственно произнёс пиковый — А теперь вали на улицу. Закончу здесь и догоню тебя. Спорить трефовый не стал, понятливо выходя прочь. Хотя какая Вару разница, где Зонт будет ждать, кабинки-то с дверьми… Однако выйти на воздух и впрямь было неплохой идеей, тем более что побаливающую голову то и дело посещали мысли касательно «условия». Наверняка оно ему не понравится, только вот разве есть выбор? Завибрировавший в кармане телефон оповестил о том, что выбор есть, но Зонтик его проигнорировал. Нежелание доставлять друзьям неудобства стояло превыше его собственного комфорта. Да и ситуация теперь не выглядит такой страшной. Вроде как…