... познаётся в беде

Зонтик вновь с головой ушёл в свои мысли, вынырнув лишь когда Вару начал его трясти. — Неужели ты раздуплился? — съехидничал зелёный, отстраняясь от обратившего на него внимание шестого — Не могу вызвать машину, так что придётся тащиться до дома пешком. Надеюсь, помощь с сумками не нужна? Зонтик отрицательно завертел головой. — Вот и отлично. Ну что, шагай за мной, неудачник. «Да уж, меткое описание…» — мысленно согласился треф, молча принимая новое прозвище. Причём было оно не самым обидным, зная пятого, тот мог придумать что-то поостроумнее, но видимо он и сам был достаточно уставшим и не спешил за зря растрачивать энергию. Впрочем, Зонт понял, что выводы его поспешны, когда примерно через пять минут совместного пути Вару принялся стебать его за всё происходящее, безжалостно проходясь по самым ярким моментам. Каждая неприятность Трефи была разобрана, перековеркана и осмеяна. Вот только даже с учётом множества обидных острот… Зонтику становилось проще воспринимать ситуацию. Это было похоже на его собственный взгляд со стороны. Конечно, не всегда приятно, когда над твоей трагедией смеются, но в какой-то момент этот смех, самой своей возможностью даёт повод задуматься о том, что не так ведь всё и страшно… Ведь если над ситуацией можно посмеяться – возможно она и не ведёт к концу света. Поэтому сейчас, плетясь с тяжеленными сумками позади пикового и слушая очередной комментарий, Зонтик испытывал странное чувство благодарности к этой занозе. Хотя и прекрасно знал, что это не попытка поддержать, а лишь очередная возможность принизить кого-то и посамоутверждаться за его счёт. В конце концов это был Вару – пятый клон, которому сочувствие было неведомо. Спальный район, до окраин которого клоны наконец добрались встречал жуткой тишиной и мрачным видом пластмассовой серости и унылости постпутинской архитектуры. Но вскоре пропал и пластик, уступая место обшарпанным строениям из кирпича и камня, имеющим не менее жуткий, заброшенный вид. Дорога, не смотря на обилие дворов вела в гору и засечёт высоты открывался великолепный вид на реку и сверкающий в отдалении порт. Вот только любоваться видами не пришлось и завернув в очередной проулок, парочка оказалась в узком дворике, являющем собой скудный пятачок земли на три дома, два из которых вероятнее всего были совершенно нежилыми, да и третий, не сказать, чтобы сильно отличался. Зонтик даже успел засомневаться в своём провожатом. Кто знает, может Вару с самого начала планировал подшутить над шестым и сейчас привёл его к одному из заброшенных зданий с целью посмеяться. «Ну вот, это жильё подстать тебе, Тряпка. Тут и располагайся!» — отчётливо прозвучал в голове саркастичный, ядовитый голос, а после и вовсе взорвался злорадным смехом. Но в реальности был писк домофона и звук заскрипевшего металла, исходящего от открывающейся громоздкой двери. — Ты там всю ночь мяться будешь? Смутившись собственных мыслей, валет поспешил к удерживающему дверь клону, пару раз споткнувшись на пороге и едва не навернувшись в узком коридоре, куда Трефи фактически влетел, обтирая и без того скудную побелку сумками. Квартира, в которой Вару обитал располагалась на втором этаже, чему Трефи был невероятно рад. Хотя этот дом сам по себе не являлся многоэтажкой, в лучшем случае насчитывая этажа три. Правда даже в таких домах присутствовал бытовой шум, выступающий извечным фоном, доказывающим, что люди в строении обитают. Детские вопли, собачий лай, приглушенная ругань, бубнёж телевизоров или грохочущая музыка… Было очень удивительно не слышать всего этого, оказавшись, по сути, в полной тишине, нарушаемой лишь их шаркающими шагами. — Добро пожаловать — торжественно произнёс пиковый, распахивая перед шестым двери. Оказавшись внутри, Зонтик не без интереса начал рассматривать коридор, что шел развилкой от самого порога. Стена по правую сторону имела сразу две двери, ведущие судя по всему в комнаты. Небольшая тропка линолеума, утопающая во мраке, и уводящая вправо вела к точно такой-же, однако имеющий самый натуральный замок двери, ну а впереди, минуя туалет и ванну находилась кухня. — Блин, опять он свет не выключил — буркнул зелёный, сбрасывая обувь — Не, стоп… Он сейчас в другом городе. Так это что, я?! Зонтик же последовал его примеру, но разувшись, не спешил проходить вперёд. К тому же слова Вару о таинственном «нём» наводили на мысль, что жил пятый тут не один. Попутно Зонт отметил и общее состояние коридора и видимого кусочка кухни. Обстановка разительно отличалась от того, каким здание представлялось снаружи, а тут… Тут было очень даже миленько. Верхняя часть стен была оклеена бежевыми, напоминающими цвет пергаментной бумаги обоями, в то время как нижняя часть была полностью отделана блоками декоративного зелёного кирпича. Лампы в настенных светильниках давали не привычный белый или жёлтый свет, а скорее оранжевый, отчего создавалось ощущение, что коридор освещён светом факелов. Разве что пламя не дрожало и тени не танцевали на стенах. — Так, Поселю тебя в дальней угловой комнате. У нас там балкон, из-за чего постоянный проходной двор обеспечен, но тебе, Тряпочка, выбирать не приходится. Идём, покажу временные апартаменты и устрою небольшую экскурсию. Они прошли первую дверь, как и ту линолеумную тропку, ведущую в запертую комнату. Миновали ванну и туалет, практически дошли до кухни и повернули влево. Оказавшись в небольшой, но уютной комнате, что действительно имела выход на балкон, Зонтик не без радости приметил большой раскладной диван, чем-то напоминающий тот, что когда-то стоял у Создателя и служил временной постелью для него, Феликса и Габриэля. Этот вариант был уже лучше его прошлой однокомнатной квартиры с неудобной кушеткой, вечной проблемой с пробками, расположением на седьмом этаже, тараканами и прочими прелестями. Единственными плюсами были полное уединение и смехотворная аренда, так что… — Вот, собственно, и комната. Диван разбирается, постельное сейчас притащу, а вот что касается условия… Зонт насторожился, внимательно глядя на собеседника. Тот же, почувствовав чужое внимание, начал нарочито медлить, награждая шестого хищными улыбками-оскалами. В зелёных глазах плясали черти и Зонт лишь сильнее укрепился в своих мыслях касательно нехорошего предчувствия. Вволю насладившись моментом, Вару наконец произнёс: — Мне нужна прислуга. — Ч-что? — Не что, а кто — моментально поправил трефа пиковый — Только не говори, что у тебя не было слуг в Карточном Мире! Ну знаешь, такие лакеи и прихлебатели, что заботятся о комфорте и беззаботной жизни своего Господина. — В-вару, я не буду называть тебя Господином, но… Если ты имеешь ввиду работу по дому, то я согласен. А ещё… Твой сосед не будет против моего присутствия? — Этот придурок? Не думаю, что он вообще тебя заметит, но если что, я так и быть замолвлю за тебя словечко. Вот видишь какой я великодушный? И хотя я не говорил как именно ко мне обращаться, но ход твоих мыслей мне нравится. Так что если не хочешь оказаться с голой задницей по ту сторону входной двери, отныне обращайся ко мне только как к своему Господину. — Вару… — Неправильное обращение — оскалился зелёный — И ещё, помимо уборки на тебе стирка, глажка, готовка, уборка за зверьём и совместная оплата коммуналки. Но я так понял, что с деньгами у тебя сейчас всё плохо, поэтому первое время можешь не платить, отдашь долг потом. — С-спасибо… — Всегда рад помочь дорогому товарищу. Ладно, раскладывайся пока, а я пойду временный список обязанностей набросаю. Сказав это, Вару неспешно покинул комнату, оставляя шестого наедине с мыслями. Зонтик же обдумывал происходящее. Помимо наличия и вида живности парня интересовало с кем же мог жить Вару. Это был явно не кто-то из клонов, всё же зелёнка был тем ещё соседом, ужиться с которым та ещё задачка. Быть может, третья комната неспроста имела тот громоздкий замок. Хотя и квартира оказалась далеко не маленькой, позволяющей избегать неприятных стычек, благо локаций имелось предостаточно. «Что же и правда неплохой вариант… Мне будет несложно выполнять все эти обязанности и… Думаю, если хорошенько насяду на работу, то смогу заработать не только на оплату коммунальных услуг, но и на съем своего жилья можно будет рассчитывать. И всё же хорошо, что я встретил Вару. Теперь у меня есть план действий и нет необходимости беспокоить остальных». Спустя некоторое время вернулся Вару. Бросив в Зонта подушку и пару простыней, парень извлёк из кармана свёрнутый в трубочку лист бумаги и не без торжествующей улыбки вручил его. Развернув бумажку, Зонтик отметил про себя оформление. Пятый использовал не только чернила, но и украсил все четыре угла «документа» символами своей масти. По центру же красивым, каллиграфическим почерком было выведены следующие надписи:

ДОГОВОР Сей документ обязывает клона Федькиного, ныне раба Вару и в прошлом Зонтика Тряпку беспрекословно исполнять следующие правила: 1)Убираться во всех комнатах (поддерживая порядок постоянно) 2)Готовить завтрак, обед и ужин 3)Стирать, гладить, вывешивать и снимать стирку 4)Кормить кота и крысу, а также убирать за этими тварями 5)Обращаться к Вару никак иначе, нежели к своему Господину, как и положено послушному слуге

— У тебя есть крыса? — не без удивления произнёс шестой, с неким скепсисом поглядывая на пятый пункт. — Кто обращается к своему Господину на «ты»?! Запомни Тряпка, отныне наши статусы несоизмеримо далеки друг от друга, хотя не сказал бы, что раньше мы были хоть сколько-то равны… Но в любом случае самое время тебе пообещать исполнять всё, что здесь написано. А ещё лучше - поклянись! — Вару, тебе не кажется, что это лишнее? Я ведь уже согласился с… — Так, а теперь ты, дорогой мой гость, слушай. Может всё и кажется шуткой, но я совершенно серьёзен. Условия тебе известны, они достаточно просты даже для кого-то вроде тебя. Поэтому либо соглашайся, либо проваливай. Сложив руки на груди, пятый испытывающе посмотрел в растерянные голубые глаза. Мерзавец явно наслаждался своим положением и хоть Зонт предполагал нечто подобное, вера в то, что откуда-то в Вару нашлось место сочувствию, такая хрупкая, теперь неизбежно трескалась и осыпалась. — Хорошо… — совсем тихо произнёс валет, понимая, что идти куда-то в ночь ему совсем не хочется, а условия Вару… Их можно несколько дней и потерпеть. «Если я не буду тратить деньги, то смогу заработать на предоплату уже через неделю…» — Отлично! Тогда поклянись благополучием своей Отстопии, что каждое из условий будет выполняться. На это Зонт лишь поджал губы и нахмурился, чувствуя нарастающее раздражение. Вару не просто коверкает название его страны, но и… Выбрал именно её для закрепления клятвы… С одной стороны было что-то удивительное в том, что этот зелёный вообще запомнил, как много для трефа Значит его детище, а с другой… Дав такую клятву Зонтик действительно будет обязан исполнять всё, но… «Я знаю, что здорово пожалею…» — Х-хорошо, я… Я клянусь Зонтопией. — И будешь называть меня… — Г-господином. Это слово, так неохотно слетевшее с языка звучало ещё страннее, нежели в мыслях. И судя по изменившейся ухмылке Вару, тот тоже что-то похожее почувствовал. А после в изумрудных глазах полыхнуло таким коктейлем из ехидства, самодовольства и чего-то трудно различимого, что Зонтик даже удивился. Неужели пятый всерьёз хотел услышать подобное обращение в свой адрес? Да, Вару конечно же любил себя, но… — Хм, смотрю тебе тоже понравилось — прокомментировал пиковый легкий намёк на чужую улыбку — Ладно, с этим закончили. Увидимся за завтраком, Тряпочка, там тебя и с живностью познакомлю. Кстати, если ночью к тебе придёт кто-то волосатый и большой, то не бойся, это просто подкроватный монстр пришёл куснуть тебя за бочок! — В-вару! — вспыхнул треф, под громкий хохот пятого клона. — Ну вот, опять ошибся… Полагаю мне придётся ввести штрафы и наказания, но это уже завтра. А сейчас отдыхай. Следующий день будет очень запоминающимся — наставительно произнёс завитушка, направляясь к выходу из комнаты — Твой подъем в половину седьмого, а мой любимый завтрак – яичница с беконом и свежезаваренный кофе. Всё необходимое будет в холодильнике и на столе. Как закончишь с готовкой, можешь будить меня. Хотел подольше отдохнуть в выходной, но кто я, чтобы упускать лишние часы веселья? И помни: поддержание порядка – твоя вторая главная задача. — А какая же первая? — поинтересовался треф, начиная раскладывать диван. — Запомнить, как ко мне следует обращаться — нахально произнёс пятый, прежде чем закрыть за собой дверь.

***

Утро начинается с кофе. Но это у нормальных людей. У Зонтика же оно началось с нервно дёргающегося глаза, стоило парню лишь очутиться в коридоре. Казалось, нетронутыми были только потолок и обои, в то время как имитирующие кирпич панели были безжалостно измазаны красной краской, которую Зонтик спросонья принял за кровь. Отпечатки рук, завитушки, нелепые карикатуры на Зонтика и просто разводы с хаотичными линиями украшали нижнюю часть стен, в то время как пол до самой кухни был усыпан овсяными хлопьями. На двери ванной было выведено следующее послание:

Доброе утро, прислуга! Я подумал, что начинать день только с завтрака будет скучно, поэтому организовал тебе дополнительную работёнку. Рабочий инвентарь и моющие средства найдёшь в ванной, а как закончишь уборку в коридоре – можешь приступать к готовке. Конечно, после того, как разберешься с грязной посудой. И да, постарайся управиться до девяти и не смей шуметь!

Закончив читать, Зонтик непроизвольно скрипнул зубами. Да, он явно недооценил этого нахала, но… Кто мог подумать, что Вару включит свинтуса и будет целенаправленно вредить?! Ох и не спроста он писал о том, что чистоту необходимо поддерживать постоянно… «Поверить не могу, что он так себя ведёт! Вернее могу, но… Там, на вокзале он казался действительно понимающим и хоть мы никогда не были друзьями, я подумал, что… Какой-же я глупый!» Больше всего валету хотелось заявиться к Вару и… Как минимум серьёзно поговорить. На задворках сознания мелькнула мысль, после уборки коридора смешать окрашенную воду и хлопья, после чего вылить получившуюся смесь прямо на спящего пикового, но… Зонтик понимал, что не станет так поступать. Даже с учётом того, что Вару привёл его сюда откровенно поиздеваться – переночевал треф в теплой и уютной постели, а не в парке на лавочке, или ещё где. «Я могу это перетерпеть. Сейчас я подмету, а потом займусь стенами. Не думаю, что Вару осмелился бы использовать какую-то специфическую краску, так что отмыть её должно быть несложно…». В ванной действительно отыскалось всё необходимое для наведения порядка и шестой, после быстрых водных процедур преступил к уборке. На удивление это не самое весёлое занятие здорово расслабляло. Зонтику в какой-то степени даже нравился этот процесс. Тем более его предположение подтвердилось, и краска действительно легко и быстро смывалась. Однако очутившись на кухне, возвращающийся положительный настрой развернулся на сто восемьдесят градусов и спешно ускакал восвояси. Ибо шестому предстала целая гора испачканной посуды, которая возвышалась на столе. Приблизившись и рассмотрев фронт работ повнимательнее, шестой осознал две вещи – изначально посуда была чистой и Вару извазюкал её специально. А пачкал он… сладкой гречкой, что прилипла за ночь к кружкам и тарелкам намертво. Снова задёргался глаз. Впору было расплакаться, вот только Зонтик знал, каким именно секретным средством отмывалась неотдираемая гречка. Всего-то и нужно было замочить посуду в кипятке и оставить минут на пять-десять. Так валет и поступил. А чтобы не тратить попусту время, полез в холодильник за ингредиентами для завтрака. Изначально парень планировал перекусить хлопьями, если те имелись, но после уборки коридора желание это испарилось, поэтому и решил составить Вару компанию. О любимом утреннем лакомстве зелёного Зонтик и так знал. Всё же успел выучить гастрономические пристрастия остальных клонов, за время проживания в квартире Фёдора. Поэтому помимо поджаривающихся ломтиков бекона в сковородку отправились тонко нарезанные кружочками помидоры черри, а спустя пару минут были разбиты и яйца. Соль, немного укропа, измельчённых луковых стрел и ароматнейший завтрак практически готов. На столе отыскалось и уже заранее перемолотое кофе, оставалось лишь его сварить, но и с этим валет быстро справился, ведь в старые времена не один раз готовил этот напиток для своего короля. Короля, что уж точно не стал бы над ним так издеваться… Разлив кофе по кружкам, Зонт поспешил к посуде. И когда в раковине оставалась пара тарелок, в кухню сонно потягиваясь вошёл Вару, явно довольный происходящим. — Неплохая работа… Слушай, у тебя и правда отлично получается, может в клининг устроишься? А вот то, что на его остроту не ответили настроение всё же подпортило. — Эй, я с тобой разговариваю? Мог бы и доброго утра пожелать. — Доброе утро — не отрываясь от своего занятия произнёс Трефи, насухо вытирая тарелку полотенцем. — Знаешь, звучит как-то грубовато… Не слишком ли дерзко для прислуги? — Я н-не твоя п-прислуга. — Ну вот, снова ты забылся… Так значит тебе уже не так нужна крыша над головой? Или думаешь, кто-то обрадуется такому нахлебнику? Правда веришь, что наш вечно занятой Курилка будет рад твоим проблемам? На это Зонт ничего не ответил, лишь комкал полотенце, стараясь хоть немного заглушить чувство обиды и… безысходности, ведь озвученное Вару и так не раз и не два посещало голову трефа. И теперь после того, как его опасения озвучили, нежелание навязывать свои проблемы кому-то лишь сильнее окрепло. — Ну, чего молчишь? Язык проглотил? — Я… Я просто не думал… — голос заметно подрагивал, начиная подводить своего хозяина. — Не думал что? — Не думал, что ты будешь так издеваться… — Почему бы мне над тобой не издеваться? Сколько себя помню, столько и измывался над синеволосой плаксой. С чего ты вообще решил, что теперь, без присутствия остальных клонов что-то изменится? Да мы с тобой даже друзьями никогда не были и только не говори, что хотел водить со мной дружбу! На этой ноте, пиковый, переложивший себе в тарелку большую часть еды внезапно крутанулся и самым наглым образом перекинул всё, что находилось на столе. Остатки яичницы вместе со сковородкой и пустующей тарелкой полетели на пол, за ними последовала и кружка с кофе. А дальше звон разбивающейся керамики, испорченная скатерть и неприглядная куча месива из испорченной еды и осколков. — Развлекайся — нахально улыбнулся валет, покидая кухню. Зонтик же так и остался стоять на месте, отстранённо глядя на весь этот кошмар. Перспектива оказаться на улице уже не была такой ужасной… Даже с учётом того, что в стёкла всё сильнее и сильнее постукивали крупные дождевые капли. Отойдя от шока, парень сам не зная почему и зачем вновь приступил к уборке. Он еще не догадывался, что произошедшее сейчас – лишь малая толика из всего, что подготовил для него Вару. И чем сильнее шёл дождь, превращаясь в самую настоящую грозу, тем больше наглел пятый, придумывая для Зонтика всё более унизительные и обидные занятия, не давая тому и минуту на передышку. В этой Адской круговерти из приказов и поручений парень не то, что своей работой заняться не успевал, но и банально передохнуть времени не находилось. Уже поздним вечером, когда Вару наконец наигрался, обессиленный Зонтик фактически уполз в свою комнату, глотая слёзы. Парня всего колотило и он не помнил когда последний раз чувствовал себя настолько плохо. Пятый как никто умел находить самые болезненные места, а после, лупить по ним с упоением заправского садиста. И всё равно, какие бы действия пятый не совершал – больнее его колких слов не было ничего. Лежа в постели, валет думал, что даже природа против него, ведь ветер разбушевался настолько, что деревья не выдерживали такого напора и крупные ветви летели на землю, да и сильнейший ливень не позволял выйти наружу. «Нет… Где угодно будет лучше, чем здесь. Я… Я завтра же уйду!» — решил для себя шестой, проваливаясь в беспокойную дрёму.