I.
19 марта 2023 г., 14:19
2020
— да я не могу тебе доверять! мир минджон под лезвием ножа, который абсолютно точно вне ее поля зрения. но она чувствует его у своего горла всеми частичками, молекулами и атомами. хотя нож всё-таки успешнее попадёт в чужую спину, в спину той, что напротив. минджон рассматривает вариант замахнуться и схватить ее руки. толкнуть ее руки. вонзить ее же руками нож. и он попадёт точно между костей. минджон честно и без рисков может это рассчитать. может ли осуществить? — а я, — лицо заливается красным от наглости и непонимания, горящих на лице напротив, — не могу доверять тебе! это не я готова пойти на убийство ради… из-за… из-за блядских переглядок? — вот, видишь! ты считаешь меня сумасшедшей. а как мне жить иначе? если наша, да даже моя лично жизнь, держится на одном добром слове? ты сама знаешь, что делала раньше. минджон знает. минджон понимает, что исправиться. уже исправляется, потому что она точно и беспрекословно излечима. она не совершит чего-то ужасного снова, потому что все ее прошлые попытки привели не к самом лучшему результату — джимин, за которую она боролась и бежала по головам, стоит перед ней с оскалом и, спрятанной за спиной, рукой с ножом — и минджон мечтает о том, чтобы судьба пересчитала сдачу справедливо.***
2019
джимин заигрывает с покупателем в книжном. они с минджон взяли паузу, и минджон даже понимает, что это освежит отношения, но джимин принимается за «освежение» слишком серьезно и быстро. минджон провожает покупателя взглядом сквозь стекло. сквозь оконную раму. сквозь воздух. возвращает взгляд к джимин, летающей по книжному со скоростью света. у минджон даже сейчас остаётся эта противная привычка смотреть в окна. она исправляется мысленно у себя в голове. привычка не такая уж и противная, если учесть, что минджон откровенно вынуждают. она отворачивается от окна и опускает кепку на глаза, ощущает себя в шпионском фильме. дешевом шпионском фильме, в комедии, потому что джимин выходит на улицу и идёт следом за уже почти бегущей минджон. минджон не должна быть замечена. — эй! зачем джимин кричит, минджон не понимает. она скрывается за поворотом в переулке и прислушивается. тихо. и джимин пропала. наверняка, вернулась. минджон выдыхает. не то что бы она сталкер. не то что бы она зависима. минджон это делает ради безопасности джимин и их отношений, потому что ей кажется, что другие люди могут их счастье на паузе разогнать как стаю милых птиц. пробежав через него и прихватив главную птичку с собой. минджон не думает, что джимин легко ее заменит, минджон надеется, что джимин этого не сделает. но люди бывают злыми и надоедливыми. невыносимыми. только поэтому минджон и делает все это. только поэтому минджон рубит сгоряча и бьет кулаком наотмашь. перед этим ударом последовало ещё несколько, но в припадке ненависти и раздражённости минджон их не замечает. она только замечает, что кулак у неё весь в крови, а лицо перед ней, размазанное в непонятно что, перестаёт хоть как-то оправдываться. хрипит только. — да что я тебе сделал? минджон испуганно отходит от него, пятится назад, пытаясь нащупать стену подвала и посматривает на свои руки. костяшки болят. — это чтобы больше людям жизнь не портил! девушкам в особенности. — чего? — хуевый из тебя администратор, знаешь. в глазах напротив, кажется, уже давно погасших, загорелось что-то новое. догадка. минджон жалко себя. и как можно быть такой незатыкающейся идиоткой. но она должна же реагировать на насилие по отношению к добросовестным сотрудникам женского пола? и что, что это ее почти бывшая девушка. — так ты из-за этой суки? — повторишь? — извините, извините, супер-вумен. спасаете мою безответственную работницу? минджон непонимающе смотрит и анализирует выражение лица напротив. он в бреду и сходит с ума параллельно минджон. — у тебя и так десятка зубов нет, будь осторожен. — ты же знаешь, что она та ещё шлюха? мужчина скалится, пытается скалиться. ему наплевать или он идиот? минджон замахивается и бьет в лицо снова. она еле держится. из этого мира нужно истреблять идиотов. — заткнись. мразь, — бьет ещё и ещё, — тебе твоя отвага… не поможет. — минджон целится, кажется, последний раз. никто не имеет права говорить плохо о той, в ком минджон точно и навечно уверена. потому что она знает джимин, и знает, что сама так ошибиться в выборе джимин не может. потому что ее сердце привязывается только к хорошему. потому что минджон пытается забыть прошлый опыт. тело напротив молчит. минджон проделывает последние шаги, чтобы добиться нужного ей результата. иногда она удивляется, как в ее голове сохранилась эта уродская и ужасная, гнилая справка о том, как избавиться от трупа. она ведь это знает и помнит, помнит каждый шаг, как делала это и раньше. джимин теперь также измазана этими воспоминаниями. минджон не думает о себе плохо. о джимин плохо также не думает. разве они виноваты, что их окружают такие ужасные люди? люди, заставляющие помнить то, что минджон помнить совсем не хочет. она уверена, что джимин никогда не захочет узнать, что ради неё минджон может сделать. в тишине. в тени. но может. это ведь не так уж и плохо? минджон пытается оправдать себя и джимин, которая ее, наверное, всё-таки полюбила. мириться с джимин ещё приятнее, чем наблюдать и помогать издалека. потому что ее постель будто бы даже мягче, чем постель в квартире минджон. волосы джимин мягкие. и кожа. руки. ноги. живот. вся джимин сделана из облаков и лучей солнца. соткана гением, подарена лично в дрожащие ладони. минджон награждена той, которую никогда не посмеют заполучить другие, потому что вряд ли они достойны. джимин приятно целует в губы и тянется ниже к груди и животу. она извиняется, когда случайно царапает минджон слишком сильно, потягивается к губам опять и снова целует, прося прощения второй раз. ее руки волшебные и точно заставляют минджон мечтать о чём-то более райском. они когда-то смогут повторить уже сделанное и воплотить в жизнь задуманное в париже, о котором джимин давно мечтает. минджон только из-за этих прикосновений готова пойти на переезд и любые прихоти, потому что джимин заставляет чувствовать себя выше, чем все этажи мира. минджон всегда была сентиментальной, но здесь и сейчас это воспринимается иначе. потому что джимин целует бёдра и гладит, массируя, ноги. и это приятно. и минджон старается не отрывать глаз от такой джимин. от любой джимин. и минджон послушно следом целует там, где надо и точно будет так, как джимин может попросить. потому что ей не обязательно просить. все давно изучено и оставлено на самой главной полке памяти. губы минджон давно знают алгоритм и всегда готовы к нежной улыбке от громких выдохов джимин. — я приготовлю нам завтрак. джимин надевает топ и целует минджон в щеку. такие десять утра безусловно лучшее, что может быть, и минджон откидывается на подушку, наконец-то выпрямлясь полностью. она тянет носки и зевает. уютно. чувствуется как дом. в париж переезжать точно не хочется, но если джимин все-таки захочет… уют уедет с ними. — джимин, а как там у тебя с работой? — минджон садится в позу лотоса на кровати и всматривается в спину джимин, — с тем мужчиной… помнишь? — а, да… — джимин вытягивается через проем своеобразного окна между кухней и спальней, косится странно и почти шепотом говорит, — минджон, его нашли… на помойке. — на помойке? — да, — джимин прижимает голову к шее и разминает ее, — у меня все ещё мурашки по телу бегут от этих новостей. его выкинули как мусор. убили и оставили с каким-то шлаком. минджон изображает искреннее удивление. если бы оно было искренним на самом деле. она скорее рада, что ее задумку с мусором и помойкой хотя бы джимин приняла и поняла правильно. идиотам место на помойке. — жестокие сейчас люди живут. — а вам не сказали, что произошло? джимин пожимает плечами. она возвращается в готовке и выглядит по-домашнему комфортно для минджон. потому что минджон плевать на этот труп. теперь плевать, когда никто ничего у них, видимо, не понимает. минджон слишком хорошо может с этим справляться. зато минджон слишком много нервничает. — никто ничего не знает. либо не может сказать. но, — джимин стучит ножом по доске, нарезая помидор. останавливается, — знаешь… я думаю, что этот урод… — заслужил? джимин поворачивается лицом к минджон и странно улыбается одной стороной лица. очень аккуратно и буквально на секунду. минджон играет незнайку на луне, улыбается джимин в ответ и поглядывает на кипящий в масле желток. — не пойми меня неправильно, но… да. заслужил. минджон кивает и уходит в ванную. смотрит в зеркало и думает о том, что может вынести из этого диалога. джимин довольна. все ради джимин. для джимин.
