Жулик

– Анна Станиславовна, честно, там был волос, рыжий, я его нашла на месте происшествия, но идиоты со склада перепутали пакеты, и наша улика попала в контейнер другого дела, а я сегодня с утра о ней вспомнила и поставила там всех на уши, чтобы найти. И я его нашла, я держала его в руках! – Алёнка… Голова трещит так, словно кости разошлись и решили срастись путём прямого механического воздействия друг на друга, и теперь давили на череп, кроша каждую составляющую. – Ты нам главную улику сломала, – грустно вздохнула Аня, помогая Алёне подняться на ноги и поглядывая на сейф. – Зато другую крутую улику нашла, – улыбнулась во все тридцать два Алёна. Всё тело ощущается одним большим болевым рецептором, который воспринимает даже одежду как раздражитель и посылает болевой сигнал в туго соображающий, но исправно выполняющий свою работу, мозг. – Какого, мать твою, чёрта здесь творится!? – Следственный эксперимент, – пропищала Алёна, обильно краснея и пряча глаза. Во рту сухо, и язык ощущается лезвием, когда пробегается по губам, пытаясь хоть как-то смочить высохшую и потрескавшуюся кожу. – У нас ещё одно ограбление. Сегодня ночью. Вынесли четыре миллиона и двадцать два ювелирных украшения, каждое из которых инкрустировано драгоценными камнями. – Чёрт! Оба капитана обернулись на разочарованную Алёну, грустно ударившую ладонями по столу. – Это всё же не Ваша подружка, капитан, – протянула Алёна, отвечая на немой вопрос в глазах Ани. Перед закрытыми глазами пляшут цветные пятна, растекаясь по сетчатке и загораживая обзор на помещение, в котором она очнулась. Аня не успевает оглянуться, когда они с Сашей вновь оказываются у обрыва, сжимая друг друга в объятиях. Погода вокруг вновь изменилась: теперь солнце скрылось за тучами, но дождя и сумасшедшего ветра не было, лишь слабые морозные дуновения. – Саша, что происходит? – Рискнула спросить Аня, поднимая голову и встречаясь взглядом с яркой зеленью. – Месть! – Раздаётся из-за спины голос Алёны, и в следующую секунду Аня чувствует, что они с Сашей летят на выступы скалы, омываемые взбесившимся за секунду морем. Сверху раздаётся зловещий смех Алёны, но Аня слабо улыбается – она падает в пучину вместе с Сашей… Каждое воспоминание раздаётся в пустой голове звоном колокольчика, разливающим всё новую партию боли в симфонии её мигрени. Хочется закрыть глаза и больше не открывать. – Аня, я тебя уверяю, их двое! – В который раз попытался продвинуть свою теорию Женя, открывая очередное архивное дело, которыми было буквально завалено помещение. – Жень, мы одного-то поймать не можем, а ты мне про двоих, ну откуда второй-то!? Аня мучительно простонала, когда в едва открывшиеся глаза всё же попал слабый луч света от стоящего неподалёку торшера. – Нам нужно понять, где будет совершено следующее преступление, а там и захват произвести. – Да, боюсь, это самая сложная часть, – почесал затылок Женя. – Почему? – Недоумённо нахмурилась Алёна. – А у тебя есть ответ? – Приподняла брови Аня. – Конечно, – пожала плечами лейтенант, говоря так возмущенно-уверенно, словно ответ очевиден даже младенцу. Мысли носятся в голове со скоростью света, раскрывая Ане всё более и более очевидные вещи, до этого казавшиеся скрытыми за тенью доверия. – Работаем, но не дальше, – остудила её пыл Алёна. – Нам бы со старыми вводными разобраться, то есть ввести меня в курс дела, а то я пролежала в больничке половину расследования и чувствую себя бедной родственницей! Аня чувствует усиливающуюся с каждым мгновением ноющую боль в затылке, и вспоминает последнее, что яркой вспышкой отпечаталось в угасающем сознании: – Полиция, руки вверх! Стоящий перед ней медленно обернулся, и Аня шокировано опустила пистолет, не сводя непонимающий взгляд со знакомого лица. – Какого чёр… – Да твою ж мать, – послышалось за её спиной, но обернуться Аня не успела – затылок пронзила острая боль, перед глазами потемнело, тело внезапно ослабло, и Аня упала на пол, чувствуя придерживающие её руки. Аня еле находит в себе силы, чтобы приложить руки к вискам, поглаживая кожу в надежде хоть немного облегчить боль, разлившуюся от затылка по всему черепу. Слишком много мыслей, слишком много загадок и слишком много отрицания таких очевидных фактов: она всегда знала того, кого пыталась поймать. Оставалось лишь два вопроса: как быстро её убьют и кто был тем вторым человеком, огревшим её по затылку? «Как же знаком был тот голос» – пронеслась в сознании единственная здравая мысль, которую отрицать хотелось ещё сильнее, чем всё предыдущие. Дверь в комнату приоткрылась, и Аня поняла, что притворяться спящей абсолютно бесполезно – обман будет раскрыт сразу же, потому что зашедший человек знает её. – Если ты прямо сейчас не расскажешь мне всё, я застрелю тебя, – собрав последние силы в кулак, Аня резко села и потянулась к кобуре в поиске оружия, натыкаясь лишь на пустоту. – Ты думаешь, я настолько глупа, что не забрала твой пистолет? – Усмехнулась Алёна, покручивая табельное на указательном пальце. – Аня-Аня, мы столько работали вместе, а ты так и не поняла, что я далеко не дура, роль которой так чудно играла. – Ты не дура, ты преступница, Косторная, – прошипела Аня, болезненно морщась от усиливающего приступа головной боли. – За голову прости, это случайно вышло, – кивнула на неё Алёна, – скоро у нас будут все необходимые лекарства, нужно лишь чуточку подождать. – Чего подождать? – Прищурилась Аня. – Мою дражайшую коллегу по уголовщине, – хихикнула Алёна. – Воды хочешь? – Отравленной? – Нет, фильтрованной. – Ну давай. Алёна вышла из комнаты, предоставляя Ане несколько десятков секунд для того, чтобы найти средство самообороны и придумать план побега. Она отказывалась верить в происходящее, отказывалась принимать то, что Алёнка, милая дурная Алёнка, на деле является крупнейшей воришкой в истории их города. – Плевать, сначала нужно спасти свою шкуру, а потом уже осознавать и принимать, – выдохнула себе под нос Аня, сжимая в руках тяжёлую статуэтку лошади. Из-под прикрытой двери по полу простиралась полоска желтоватого света от коридорной лампы, на которой появилась девичья тень. Аня замахнулась для удара, когда услышала лёгкие шаги, но в этот момент из того же коридора послышался стук в какую-то дверь. «Мне конец» – мелькнуло в голове, когда она различила тихую речь Алёны и второй, едва слышимый голос. – «Это её напарник, вот сейчас меня и прикончат. Я же даже Саше ничего не успела сказать…» Аня сглотнула, тихо сделала глубокий вдох, готовясь бороться за свою жизнь, сморгнула непрошеные слёзы от мысли о любимой девушке, которая сейчас волнуется, ожидая от неё сообщение, и усилила хватку на статуэтке. – Да, она очнулась, всё в порядке, думаю, не волнуйся так, – прощебетала Алёна. Голос раздался совсем близко к двери, и Аня затаила дыхание, концентрируя остатки сил на средстве защиты, изо всех сил стараясь удержаться в начавшем ускользать сознании. Дверь приоткрывается, и Аня замахивается статуэткой на вошедшего человека, однако так и замирает, когда до мозга доходит сигнал от зрительных нервов. – Саша? – Ошеломлённо выдыхает Аня. Статуэтка выпадает из ослабших рук, разбиваясь на мелкие части. Голова начинает безбожно кружиться, подобно слетевшей с катушек карусели, и Аня падает в мрачную пустоту. *** –Классный сюрприз получился, Косторка, – раздражённо произносит Саша, поглаживая руку бессознательной Ани, которая вновь лежит на уже облюбованном диване. – Согласись, это было эффектно, – парирует Алёна. – Я правда ждала, что она всё же огреет тебя этой кобылой, но, видимо, товарищу капитану пора на отдых. – Вот как была дурной, так и осталась, – закатила глаза Саша, не сводя обеспокоенный взгляд с бледного лица Ани. – Не нуди, Жулик, – отмахнулась от неё Алёна. – Тебе дать бронежилет, а то она скоро проснётся? – Она не станет меня бить, – покачала головой Саша. – Но орать будет добротно, сиреной зальётся, – прикрыла глаза Алёна. – Напомни, почему мы просто не уберём её? – Алён, ты совсем больная? – Ты реально в неё влюбилась, Трусова? Алёна удивлённо уставилась на напарницу, хлопая в ладоши. Саша прикрыла глаза и шумно выдохнула, повторяя себе, что блондинка – её напарница и даже подруга, на которую нельзя срываться, особенно сейчас. – А то оно не ясно! – Всё же слишком громко говорит Саша. – Эй, если из-за твоих чувств я окажусь за решёткой, я устрою тебе сладкую жизнь, красотка, – пригрозила ей пальцем Алёна. – Косторка, вот вообще не до твоих приколов сейчас, – устало потёрла переносицу Саша. – Я и сама прекрасно понимаю, чем для нас всех может закончиться эта история. – Ага, мы присядем за решётку, а твоей любимой, которая, как ты могла заметить, похоже осталась последним неподкупным копом в городе, дадут майора или сразу подполковника, премию и новый кабинет! – Прекрати истерику! – Повысила голос Саша. – Ты помнишь, о чём мы договорились. – Помню, но я не уверена в том, что ты выполнишь свою часть уговора, если она – о чудо! – не последует твоему идеальному сценарию. – Верь мне. Алёна тяжело вздохнула и, причитая, что не хочет в тюрьму, отправилась в соседнюю комнату, судя по довольному мяуканью, прижала к себе Мафию и сделала погромче любимый сериал. Саша перевела внимательный взгляд на такую спокойную сейчас Аню. В голове пронеслись все общие моменты, начиная от знакомства, которое было далеко не случайным, и заканчивая абсолютно бездумным ударом по голове Ани, когда та поймала Алёну, и Саша просто запаниковала. – Как же всё запуталось, – вздохнула Саша, убирая падающие на лицо девушки пряди ей за уши. – Я сейчас уверенна только в том, что люблю тебя, красавица, а вот что выберешь ты, мне пока даже страшно представить. Она позволила себе бегло прикоснуться губами к щеке Ани и уже собиралась уходить, когда девушка поморщилась и начала приходить в себя. – Косторка! – Только крикнула Саша, призывая соучастницу к ответу перед служительницей закона. Хотя, наверное, ей просто было страшно находиться с Аней наедине. – Саша? – Пробормотала Аня, потирая глаза, и вновь болезненно сморщилась, прикасаясь к опухшему затылку. – Мне такой дурной сон приснился! Там Алёнка оказалась моим грабителем, а ещё… Аня замолкла, когда в комнату вошла Алёна, поглаживая удобно приластившуюся у неё на руках Мафию. – Ещё… – Аня перевела потерянный взгляд на Сашу, лицо которой отражало единственный важный сейчас ответ. – Нет! – Аня, пожалуйста, просто выслушай, – попыталась Саша, но Аня уже схватила в руки диванную подушку и швырнула в неё, съёживаясь в самом углу. – Если вы хотите меня убить, то помните, что я – капитан полиции, меня начнут искать! – Истерично крикнула Аня. Разбитое сердце осколками царапало мышцы и кожу, заливая все органы жгучей кровью. – Ну не знаю, когда я сказала Жене, что тебе стало плохо и я повезла тебя домой, он вообще не почувствовал подвоха и лишь попросил отписаться утром о твоём состоянии, – пожала плечами Алёна. Аня бросила на неё затравленный взгляд, чувствуя, как обрывается последняя ниточка, связывающая её с возможностью спасения. Ситуация угнетала: она без средств связи и оружия, её держат в заложниках люди, которым без проблем поверят все те, кто мог бы её спасти, единственный родной человек, только что раскрывший свою истинную сущность, сидит напротив неё, пытаясь подобрать слова для оправдания. Последнее било больнее всего. – Я доверяла тебе, – прошептала Аня, разочарованно смотря на Сашу, которая совсем поникла. Да, это было вполне ожидаемо, но теплившаяся внутри угасающими углями надежда помогала держаться. Последней каплей, погасившей её слабое тление, стала скатившаяся по щеке Ани слеза. – Аня… – вновь попыталась Саша, протягивая руку к девушке, но та лишь сильнее заплакала, пытаясь вжаться в стену. – Саш, ей сейчас плевать на все твои слова, – Алёна отпустила Мафию с рук и подошла к напарнице, заглядывая в её подёрнутые пеленой боли глаза. – Заканчивай с этими идиотскими попытками, давай просто придерживаться плана, а там посмотрим по ситуации. Котёнок издал слабый писк и запрыгнул на диван к Ане, пробираясь в её дрожащие руки. В голове мелькнуло кажущееся сейчас таким далёким воспоминание: – Можете мне котёнка привезти, хочу на Мафию посмотреть, она выросла небось, – слёзно попросила лейтенант, пытаясь подделать глазки кота из Шрека. – У тебя же аллергия? – Первой выдала Саша. – А ты откуда знаешь? – Сузила глаза Алёна. – Я рассказала, не надумывай там себе новые теории, – остановила поток мыслей коллеги Аня. «Я же не говорила ничего Саше про её аллергию» – вспыхнула в голове мысль, которая сразу убегает на задний план, вытесненная происходящим здесь и сейчас. – И в чём заключается ваш план? – Надломлено ухмыльнулась Аня, поднимая на воровок убитый взгляд. – Убьёте? Расчлените? Прикопаете меня в парке? – Боже, конечно, нет! – Спохватилась Саша, но её сразу остановил многословный взгляд Алёны. – Поняла, говори. – Аня, мы сейчас расскажем тебе всё от начала до конца, и потом ты будешь решать, что тебе делать, хорошо? – Спокойно произнесла лейтенант, смотря в заплаканные карие глаза. – Будто у меня есть выбор, – усмехнулась Аня, ближе прижимая Мафию. – Твоя правда, – кивнула Алёна. – Что ж, думаю, стоит начать с девяностых годов и краткого экскурса в истории наших семей. Саша, сцена твоя. – Михайловский был главным криминальным авторитетом нашего города в те годы, – начала рыжеволосая, глубоко вдохнув. – Мой отец вместе с несколькими друзьями были установившимися в нише бизнесменами, потихоньку продвигавшими своё дело. Конечно, без криминала было тяжело, но они справлялись, ни разу не преступив закон. – И ты решила стать первой преступницей в семье, – усмехнулась Аня. – Дослушай ты, что ж такое, – вздохнула Алёна. – Саш, я сейчас скотч возьму. – Алёна, мы говорили об этом, даже не думай, – строго успокоила её порыв Саша. – Так вот, Михайловский любил выпить и развлечься беспорядочной пальбой по людям. В тот вечер он проходил мимо зданий компаний моего отца и его близкого друга. Саша на мгновение остановилась, выдохнула и вернулась к рассказу. – Папа отделался пулевым в ногу, а дядя Митя… его не стало. Папе в тот вечер угрожали, что найдут и уничтожат всех его друзей и семью, если он продолжит заниматься своим делом. Мне тогда запретили даже гулять на улице, мама водила меня в школу и забирала после уроков, о всех внеклассных занятиях пришлось забыть. Папа хотел переехать в ближайшее время, однако Михайловского прижала милиция, и он сбежал в другой город со всеми своими приспешниками. – И здесь начинается моя история, – подхватила Алёна, тяжело вздыхая. – Моя семья жила в пригороде, куда заявился Михайловский со своей бандой. Мне был год. Всё это я знаю лишь со слов своего отца, однако его поседевшей в тридцать лет голове, матери, всю жизнь проведшей в депрессии, и фотографиям в семейном фотоальбоме, думаю, можно верить. У меня был старший брат, Никита. Добрый мальчуган со светлыми глазами, обычный второклассник, прилежно учившийся в школе. Он ходил в спортивную секцию, помогал всем нуждающимся и всем сердцем любил свою крошку-сестру. В тот день он получил плохую оценку в школе, потому что минувшим вечером задержался на стадионе и не успел подготовиться к контрольной. Мама отругала его, после чего отправила в магазин, чтобы он подумал над своим поведением, а она успела остыть. Она была последней, кто видел Никиту живым. Аня не сдержалась и ахнула, заглядывая в кристально чистые глаза Алёны, наполнившиеся слезами. – Михайловский со своими дружками решили устроить вооружённое нападение на продуктовый. Саша сказала правду, они любили просто так пострелять по невиновным людям, чувствуя власть над их жизнями. Моего брата буквально превратили в решето эти пьяные уроды, которым захотелось развлечься. Ему было восемь… – Алёна громко всхлипнула, бегло стирая дорожки слёз со щёк, что не очень спасло ситуацию, потому что солёные реки текли по её щекам без остановки. – Родители решились рассказать только после того, как мне исполнилось восемнадцать. Рассказывал папа, мама... мама не нашла в себе силы это вспоминать. Это безусловно повлияло на мой выбор профессии. И на желание отомстить тем более. – Почему вы решили грабить этих людей? – Прохрипела Аня, желая понять всю подноготную этой истории. – Потому что они – его внебрачные дети, Ань, – ухмыльнулась Алёна. – Этот урод уничтожил жизни наших семей, практически отобрал у нас, беззащитных детей, будущее, а мы были далеко не единственными, а тех, кто попал под их пули, лишил не просто будущего, но жизни. Они убили дочку моей соседки, перед этим поиздевавшись над несчастной девочкой, разорили несколько районов. Все улицы этого и близлежащих городов были покрыты кровью, и этому нет прощения, что бы ты сейчас не сказала. – Он взял себе кличку Куфии, – вступила в разговор Саша. – Это змеи, яд которых не смертелен, однако вызывает тяжёлые некрозы, вследствие которых отмирают конечности. Они впрыскивали свой яд в этот и ближние города годами, отбирая у людей части их существа, убивая их морально, но оставляя выживать с этим. Они измывались над нами и нашими близкими, и, когда я услышала, что его чёртов сын в пьяном угаре сбил молодую девушку на переходе, мы поняли, что пора действовать. – Смертельное дорожно-транспортное два месяца назад, – выдохнула Аня, вспоминая это дело. – Но водителя тогда не поймали... – Поймали, Ань, – хмыкнула Алёна. – Вот только он заплатил прокурору и дело замяли. Это было спусковым крючком. – Как вы познакомились? – Спросила Аня, смотря на притихших девушек. – Чистая случайность, – кинула Алёна. – Встретились на выставке, понравились друг другу, пошли выпить и каким-то образом нашли точки пересечения в наших биографиях. – Вы… – Нет, у нас ничего не было, – отрицательно помотала головой Саша. – Ничего, кроме желания отомстить. – Знаешь, есть пять стадий принятия, – задумчиво сказала Алёна. Аня кивнула. – Мы добавили шестую – отмщение. – План придумали очень быстро, найти всех потенциальных жертв не составило труда благодаря работе и связям Алёны, ну и вот мы здесь, – завершила рассказ Саша. В комнате повисло молчание. Аня пыталась переварить всё услышанное, прислушаться к голосу совести, чести и долга и не утонуть в глубине зелёных глаз напротив, смотрящих на неё с надеждой и всё той же любовью. – Что значит "V"? – Спрашивает Аня, смотря на девушек по очереди. – Вендетта, – ответила Алёна. Тишина вновь вышла на авансцену, поглощая всех троих. В голове у Ани что-то резко щёлкнуло, и она подняла слезящиеся глаза на Сашу. – Наше знакомство было неслучайным, да? – Дрожащим голосом спросила Аня, не отрываясь смотря на свою девушку. – Да. – И каков был план? Ты хотела влюбить меня в себя, спутать мне все карты и скрыться? – Нет, – твёрдо ответила Саша. – Изначально я должна была просто аккуратно узнавать у тебя какие-то детали, при этом оставаясь вне поля зрения, но… – Но? – Недоверчиво уточнила Аня. – Но я влюбилась в тебя в ночь нашего знакомства, и карты спутались уже у нас, – выдохнула Саша. – Очень удобная позиция, – хмыкнула Аня. – Думаешь, сейчас расскажешь мне эту сказочку о любви, я пожалею тебя, брошусь к вашим ногам и помогу вам в сокрытии этих преступлений? – Если ты не заметила, ты даже не связана, – вступилась Алёна, скрещивая руки на груди. Ты можешь уйти в любой момент, и мы ничего не делаем против твоей воли. – Алёна, не нужно, – остановила её Саша. – Она имеет полное право так думать. – Спасибо, – буркнула Аня. – Аня, я понимаю твою позицию, и я была бы такого же мнения на твоём месте, но вспомни нашу историю, пожалуйста, – тихо попросила Саша, вглядываясь в карие глаза. – Я бы не смогла так сыграть, даже имей я десяток Оскаров и миллион лет обучения актёрскому мастерству за спиной. Я действительно люблю тебя, и здесь нет никаких махинаций. Саша затаила дыхание, наблюдая за задумавшейся девушкой. Она не знала, но была более чем уверенна, что в голове Ани крутятся те же самые сцены-воспоминания, что и в её собственной. – Почему такая прекрасная дама курит одна в ночи? – Прекрасная дама пытается собрать мысли в кучу и решить одну головоломку, – улыбнулась Аня, наклоняя голову набок, чтобы просканировать девушку. – А почему такая прекрасная дама гуляет одна среди ночи? – Да вот, ищу, кому можно помочь решить головоломку, – с улыбкой прищурилась та, повторяя позу Ани. *** – Могу я… – неловко начала Саша, но внутреннее смущение затоптало росток решимости, и она тяжело сглотнула, прячась от выразительного карего взгляда. Её взгляд мельком скользнул на приоткрытые губы Ани, и это действие не осталось незамеченным: – Приличные девушки после первого свидания не целуются, – хихикнула Аня, пунцовея с каждым мгновением всё сильнее. – Я не… – округлила глаза Саша. – Я хотела спросить, могу ли я подняться с тобой, чтобы заглянуть в уборную, и хотя бы одним глазком увидеть твою легендарную помощницу? – О боже, прости, – Аня прикрыла лицо руками, прячась от заинтересованного её словами взгляда. – Я не… господи… *** …ключи выпали из её рук, стоило глазам наткнуться на ярко пахнущее розовое чудо, каким-то невероятным способом закреплённое на ручке входной двери. – Какая красота! – Сорвалось с распахнутых в восхищении и удивлении губ, и Аня протянула руку к огромному букету свежих пионов. *** – Прости, но почему ты здесь? – Неловко прокашлявшись, спрашивает Аня, пропуская девушку в квартиру. – Я писала и звонила тебе, но ты не брала трубку, а потом я увидела новостной сюжет о пожаре в доме мужчины, которого подозревают в совершении пяти ограблений, там ещё сказали, что кто-то из сотрудников полиции попал в больницу, я поняла, что это твоё дело, и испугалась. *** – Что ж, надеюсь, что всё будет в пределах рабочих отношений, – выдохнула Аня. – Если он будет вести себя не по-джентельменски, пиши мне, я поговорю с ним, – серьёзно сказала Саша, заглядывая в карие глаза. – Спасибо, – шепнула в ответ Аня. *** – Ты выглядишь просто превосходно! – С придыханием оценила её внешний вид Саша, когда Аня вышла из подъезда, поправляя волосы. – Спасибо, ты тоже выглядишь очень изящно, – улыбнулась в ответ Аня, подмечая красоту выбранного Сашей чёрного делового костюма со свободным пиджаком, по полотну которого струились длинные прямые рыжие пряди, играющие на нём буйным костром. Загляденье! – Ну что, Миледи, самое время насладиться красотой фортепианной музыки? – С улыбкой открыла ей дверь Саша. *** – Саша, – первой решилась Аня, не находя в себе силы оторваться от таких светящихся чем-то глубоким глаз. – Могу я ничего не говорить, а просто сделать одну глупость? – Глупости – это так весело, – слабо кивнула Саша, думая о том, что Аня могла и не услышать такой тихий ответ, но утонувшие в темноте зрачков карие глаза говорили об обратном. *** – Красавица, ещё десять секунд, и я отменю ресторан, перемещу наше свидание в свою квартиру и окончательно потеряю самообладание. – В таком случае, я согласна к похищению и готова быть твоей жертвой, – не открывая глаз, ухмыляется Аня, проговаривая каждую букву в самые губы Саши, сводя её с ума слишком невинными прикосновениями. *** – Я люблю тебя, Саша, – повторила Аня, заглядывая в нечитаемые зелёные глаза. – Если ты думаешь, что для таких громких слов ещё рано, то… – Я тебя люблю, – выдохнула Саша, прерывая Аню. *** В карих глазах застыли слёзы, в голове творится полнейший бедлам, и Аня чувствует себя на краю того чёртового обрыва из своего давнего сна. Ситуация практически такая же: она стоит на этом обрыве и смотрит в любимые глаза напротив, над ними сгущаются тучи. Разница лишь в том, что не Алёна собирается её толкнуть, а ей самой нужно принять самое тяжёлое решение в своей жизни: прыгнуть с разбега в бушующую пучину или спрятаться в тени большого дерева, отправляя своего самого близкого человека на растерзание стихии и закону. – Почему я должна тебе поверить? – Тихо спрашивает Аня. – Потому что я люблю тебя, – так же тихо отвечает Саша, не собираясь боле никак аргументировать свою позицию. Ане дали выбор, она чувствует власть над ситуацией в своих руках, однако именно сейчас ей хочется спрятаться под одеялом, укрываясь от этого реального кошмара. Дыхание сбилось, сердце в груди зашлось в собственном реквиеме, мысли отбивались о стены черепной коробки, запуская каждым соударением с костями или друг с другом каскад болевых ощущений. Аня прикрывает глаза, понимая, что сейчас всё зависит только от неё. На лице расцветает слегка сумасшедшая улыбка, когда она понимает, что ответ знала ещё до того, как преступницы начали говорить. Глаза загорелись. – Я всегда была дрянной девчонкой. *** Аня размеренным шагом заходит в участок, отбрасывая длинные пряди за спину. Марк, который привычно сидит на проходной, вскакивает и отдаёт честь старшей коллеге. – Анна Станиславовна, доброе утро! – Приветливо улыбается он, услышав от капитана «вольно». – Как Вы себя чувствуете? – Доброе, Марк! – Ярко улыбается девушка. – Спасибо, я в полном порядке, и даже лучше, но об этом я шепну тебе по дороге назад. – Интригуете, товарищ капитан. – Люблю уходить красиво. – Уходить? – Растерянно переспросил Марк. – Как так? – Всё после разговора с начальством, – подмигнула ему Аня, удаляясь в сторону нужного кабинета. Пройдя несколько коридоров, она останавливается у массивной дубовой двери, делает глубокий вдох и стучит. – Войдите! – Здравствуйте, товарищ полковник, – Аня прикрыла за собой дверь, проходя в кабинет, где её уже ждали. – Здравствуйте, товарищ капитан, присаживайтесь, – мужчина указал ей на кресло напротив него за круглым столом. – Меня очень насторожило Ваше сообщение, Анна Станиславовна. Скажите, пожалуйста, что это была неудачная шутка. – Боюсь, каждое моё слово – правда, – покачала головой Аня. – Могу я узнать причину Вашего внезапного ухода? – Я жду ребёнка, товарищ полковник, – улыбнулась Аня. – Вчера на задании мне стало плохо, и лейтенант Косторная сопроводила меня до врачей, которые госпитализировали меня в больницу и так неожиданно обрадовали. Они настоятельно рекомендовали уйти на отдых уже сейчас, потому что стресс негативно сказывается на малыше. Мы с моим женихом давно ждали этого события, поэтому, надеюсь, Вы поймёте меня и отпустите в счастливую семейную жизнь. – Это неожиданно, Анна Станиславовна, но такие новости меня очень радуют, я Вас поздравляю, – широко улыбнулся в ответ полковник. – Можем сейчас подписать все необходимые бумаги и будем с нетерпением ждать Вашего возвращения из декретного отпуска! – Благодарю за понимание. – Ваши дела, я так понимаю, заберёт капитан Семененко? – Именно так. Я доверяю Евгению Станиславовичу на все сто процентов и более чем уверенна, что он доведёт наше дело до конца. – Я Вас понял, Анна Станиславовна. Спасибо за службу! Аня провела в кабинете начальника около сорока минут, после чего её торжественно отправили на заслуженный отдых. Получив все необходимые бумаги и документы, Аня заглянула в свой кабинет, в котором Женя любезно собрал её немногочисленные вещи, переехавшие на работу, и теперь ожидал саму девушку с объяснениями. – И как понимать твоё сообщение в четыре часа утра о том, что ты увольняешься? – С ходу спросил Женя, когда она появилась в дверном проёме. – Приезжай сегодня ко мне, и я всё расскажу, хорошо? – Попросила Аня, оглядываясь на открытую дверь кабинета. – И помоги мне, пожалуйста, донести коробку до машины. – А как же твоя позиция сильной и независимой женщины? – С доброй усмешкой спросил Женя, подхватывая коробку и следуя за Аней. – А мне нельзя носить тяжёлое, товарищ капитан. – Что?.. – Всё вечером, Жень. Адрес я скину сообщением. – Ань, что происходит? – Недоумённо спросил Женя, когда они дошли до проходной. – Анна Станиславовна, Вы действительно уходите? – Грустно спросил Марк, увидев сию процессию. – Да, Марк, в декрет, – кивнула Аня. – Куда? – Одновременно спросили молодые люди. – Мальчики, в вашем возрасте не знать, что такое декретный отпуск, просто нелепо, – хихикнула Аня, выходя из участка и уводя за собой опешившего Женю. – Ань… – Потерпите пару часов, товарищ капитан, – подмигнула она, подходя к чёрной машине, припаркованной у входа. – Поставь в багажник, пожалуйста. Женя беспрекословно выполнил просьбу девушки, не понял, как они попрощались, и спустя минуту уже смотрел вслед уезжающей машине. От созерцания опустевшей дороги его отвлекла вибрация мобильного телефона. Аня: «Приезжай к восьми» *** Аня припарковалась в знакомом дворе, забрала коробку со своими вещами из багажника и быстро поднялась в нужную квартиру. Стоило ей открыть дверь, к её ногам подбежала Мафия, ластясь к хозяйке. – Привет, моя девочка, – улыбнулась питомцу Аня, опуская коробку на пол и подхватывая на руки котёнка. – Скучала? – Не больше, чем я, – Широко улыбнулась Саша, приобнимая свою девушку и сладко целуя её в губы. – Как всё прошло? – Я теперь счастливая будущая мама в декрете, – хитро ухмыльнулась Аня. – Поверил? – Спросила вышедшая к ним в коридор Алёна, отпивая свой утренний кофе. – Даже фальшивую справку показывать не пришлось. – Чудно. – К нам вечером Женя приедет, – сказала Аня, разуваясь и снимая куртку. – Хочешь ему всё рассказать? – Уточнила Саша. – Я, конечно, помню, что он твой давний знакомый, но насколько ты в нём уверенна? – Не переживай, он услышит лишь прекрасную историю о том, что мы решили пожениться и завести ребёнка, поэтому дружненько переезжаем к сестре Алёны, которой понадобилась помощь родственницы, во Францию, – щёлкнула девушку по носу Аня. – А так как начальство явно не приняло бы такой расклад, мне пришлось слегка приврать. – Звучит, как чушь, – вставила свои пять копеек Алёна. – Мы не будем рассказывать твою версию, Алёнка, – закатила глаза Аня. – А чем вам не нравится история о том, что мы решили найти родственников Мафии, которые оказались заграницей? – Развела руками девушка. – Гениальной воровкой ты мне нравишься больше, – усмехнулась Аня. – Выходи из роли, дорогуша. – А я и не играла никогда, просто позволяла себе нести любую чушь, которая приходит в голову, и делать те глупости, которые хочется, – пожала плечами Алёна. – Ты уверенна, что я переживу перелёт с ней в одном самолёте? – Уточнила Аня у Саши, указывая пальцем на подпрыгнувшую и с радостными визгами убежавшую к телевизору, из которого донеслась мелодия заставки очередного сериала, Алёну. – Я тебя отвлеку от её болтовни, – в самые губы Ани выдохнула Саша, прикусывая её нижнюю губу. – И как же? – Томно отозвалась Аня, выдыхая обжигающий воздух в раскрытые любимые губы. – У меня есть очень много способов, красавица. – Не хочешь показать парочку сейчас? – Ты же не любишь спойлеры? – Такие люблю. *** –И поэтому мы сегодня ночью улетаем во Францию, – закончила рассказ Аня, сжимая руку Саши под столом. Они вчетвером сидели на кухне в квартире Саши, рассказывая Жене «всю правду» о причине увольнения Ани и, как выяснилось, ещё и Алёны, о чём начальство было осведомлено несколько часов назад, а также об их отлёте. – Вам не кажется, что всё происходит слишком быстро? – Спросил Женя, когда первый шок прошёл. – Мы любим друг друга, Жень, – честно ответила Аня, заглядывая в искрящиеся нежностью глаза Саши. – Да, возможно, мы торопимся, но мы обе знаем, что хотим этого, поэтому решили попробовать. В крайнем случае мы всегда можем вернуться, это законом не запрещено. – Согласен, – кивнул Женя, отпивая вино. – Не подумайте, я очень за вас рад, просто слегка ошарашен такой неожиданностью и грущу, потому что я к вам привязался, девчонки, вы стали для меня близкими людьми, и мне приходится так скоро с вами прощаться. – Не переживай, увидимся на нашей свадьбе, куда вы с Марком обязательно приглашены, – с улыбкой сказала Аня, чуть щипая Сашу, чтобы та ничего не ляпнула. – Договорились. Ладно, я поеду, уже поздно, а мне завтра продолжать расследование по делу нашего жулика. Женя встал из-за стола и направился к прихожей. Девушки вереницей отправились следом за ним. – Держи меня в курсе, ладно? – Попросила Аня, когда Женя обнимал на прощание Алёну. – Конечно, – кивнул парень, приглашая в объятия подругу. – Я буду скучать. – И я. – Хорошей вам дороги, девочки, не пропадайте, – попрощался с ними Женя, выходя за дверь. *** –Добрый вечер, дамы и господа! Вас приветствует командир корабля. От имени всего экипажа и авиакомпании приветствую вас на борту нашего самолёта. Наш рейс отправляется в Париж, Франция. Время в пути составит три часа тридцать минут. Желаю приятного полёта! – Ну что, в новую жизнь? – С улыбкой спросила Алёна, удобно устраиваясь в своём кресле. – Надеюсь, мы нигде не оставили свои отпечатки, – улыбнулась Саша, поглаживая руку Ани. – Твои отпечатки только на моём сердце, мой любимый жулик, – поцеловала её ладонь Аня, заглядывая в любимые глаза. – Кстати, о новой жизни, – вдруг сказала Саша, залезая в карман своей толстовки, когда самолёт набрал высоту. – Анют, не хочешь провести всю нашу жизнь вместе? Аня шокировано посмотрела на открытую красную бархатную коробочку в руках Саши, внутри которой лежало изящное золотое кольцо, красота которого расплывалась в шоколадных глазах из-за застлавших их слёз. – Да, – тихо ответила Аня, прижимаясь к губам Саши в нежном поцелуе, пытаясь передать бушующий внутри ураган эмоций. – Да! – Я люблю тебя, – шепнула Саша, надевая кольцо на тонкий палец Ани. – Люблю тебя, – улыбнулась Аня, вновь целуя свою девушку невесту. – О, Сашка, молодец, и врать про свадьбу не придётся, – хихикнула Алёна. – Прошу, отложите своё бурное празднование на три часа, пожалуйста, я уверенна, что кровати во Франции куда удобнее здешнего туалета и, не дай бог, этих кресел. Алёна надела маску для сна и подложила под голову небольшую подушку, пытаясь уснуть. – Нас ждёт очень весёлая жизнь, – улыбнулась в волосы Саши Аня, оставляя на них кроткие поцелуи. – Очень, – кивнула Саша, ловя губы Ани в плен своих.