Остатки пепла в сердце

Глава 8

Хань Юань тоже?..

      Чэн Цянь чувствовал, как его сердце бьется о грудную клетку, казалось, еще немного и оно выпрыгнет наружу. В его голове промелькнул помятый лист с чёрно-белым наброском. Жить с этим человеком? Нет, Янь Чжэнмин видел слабую сторону Чэн Цяня. Он не хотел его видеть, он хотел, чтобы Янь Чжэнмин забыл всё это.       Все эмоции пропали с лица Чэн Цяня. Хань Юань почти физически ощущал холод. Он неуверенно посмотрел на соседа: —Братец? — Мальчик удивился такой реакции, но он уже настроился на смену соседа по комнате. — Возможно старший брат Янь и ведёт себя как заносчивая госпожа, но на самом деле с ним не так уж и плохо жить. Зато у него всегда чисто и есть конфеты!       Хань Юань не мог придумать, как убедить Чэн Цяня. Ведь они с Чжэнмином уже находятся в странных отношениях. Ни Ли Юнь, ни Хань Юань, да и в целом все в детском доме не понимали, что происходит между этими двумя.       Чэн Цянь практически механически повернулся в сторону надоедливого соседа. —Я не буду меняться с Ли Юнем, — при упоминании приятного запаха в комнате "цветочного" старшего, мальчик вспомнил то утро на чердаке. Потерянный взгляд Янь Чжэнмина, маленькая коробочка с духами и тяжелый аромат орхидей. Казалось, этот запах до сих пор иногда ощущался на языке. Он вспомнил мгновение тепла в объятиях этого человека. На секунду ему захотелось вновь почувствовать всё это, но мальчик быстро взял себя в руки.       Хань Юань немного нахмурился. Как так? Почему он не хочет? Однако шуршание фантиков под подушкой в ночной тишине придало ему уверенности. Ещё немного и он будет знать наизусть закон сохранения энергии и признаки параллелограмма. Хань Юань из всей школьной программы запомнил только "Вассал моего вассала не мой вассал".       Мальчик заискивающе улыбнулся, а уголки его глаз хитро изогнулись вверх: —Братец, ты ведь устал от меня, да? Если ты сменишь комнату, всем станет лучше.       Чэн Цянь смял лист с конспектами и бросил острый взгляд в сторону Хань Юаня. Ещё немного и тяжёлый справочник полетит в чью-то голову.       Хань Юань интуитивно научился ощущать опасность и быстро отступил. —Хорошо-хорошо... Вернёмся к этому разговору позже, — ему не хотелось ещё больше злить соседа. Он решил убедить его чуть позже.

***

      Следующие несколько дней Хань Юань получал лишь холодные взгляды и несколько летящих в него ластиков. Он бегал из одной комнаты в другую. В одной он жаловался на несправедливую судьбу, а в другой изображал доброжелательную улыбку.       Янь Чжэнмин действительно пытался заниматься и готовиться к школе, но буквы и цифры начинали раскачиваться на волнах, стоило ему взять в руки книгу, а веки словно наливались свинцом.       Так и прошли осенние каникулы. За день до начала четверти в детский дом пришёл неожиданный, но всегда желанный гость.       Хань Мучунь сидел в кабинете директора детского дома. Это была пожилая и улыбчивая женщина. —Госпожа Ши, я пришёл к вам с просьбой, — на его лице была тёплая улыбка. Если бы весна было человеком, то Хань Мучунь точно был бы весной.       Госпожа Ши давно знакома с Хань Мучунем. Казалось, прошло столько лет, а он ни капельки не изменился. Всё такой же улыбчивый человек с тёплым взглядом и умными глазами, которые словно не могли уже стать умнее, поэтому этот человек и не менялся. Она всегда наливала ему цветочный чай и говорила о детях, живущих в детском доме. Этот мужчина однажды привёл потерявшихся ребят и с тех пор иногда заходил навестить детишек. Все его знали как "добрый господин с конфетными карманами". Он приходил во время школьных каникул и угощал всех конфетами. Иногда дети встречали его на улице и он всегда угощал их чем-то. Детишки любили и ждали его.       В один из таких визитов учитель Хань застал ребят за бурным обсуждением уроков. Мужчина стоял в дверном проходе и слушал разговор детей. Один из них показался ему интересным и выделяющимся. Хань Мучунь сразу же направился в кабинет директора. Он договорился, что будет забирать потенциально успешных детей в школу-пансион, в которой он работал. С тех пор мужчина каждое лето приходил и проверял успеваемость обитателей детдома, проводил беседу с некоторыми и всё также угощал всех сладостями.       Госпожа Ши удивленно посмотрела на благодетеля детского дома: —Учитель Хань, неужели что-то случилось?       Мужчина аккуратно поставил чашку с чаем на небольшой столик и успокаивающе улыбнулся: —Нет-нет, что Вы. Я хотел бы поговорить о переводе нескольких мальчишек в пансион, — Хань Мучунь знал, что ему не откажут, но предпочитал каждый раз уточнять. — Обычно я выбираю учеников летом, но в этот раз хочу попросить Вас разрешить мне забрать потенциальных учеников раньше.       На лице женщины расплылась счастливая улыбка, возле глаз собрались морщинки: —А я уже начала беспокоиться. Кто Вас заинтересовал? —В этот раз я выбрал четырёх, — он многозначительно посмотрел сторону шкафа с документами детей. — Янь Чжэнмин, Ли Юнь, Хань Юань и Чэн Цянь.       Глаза госпожи Ши расширились от шоке. Она неуверенно спросила: —Я могу понять остальных, но Сяо Юань?... — Этот мальчишка вечно доставлял рабочему персоналу проблемы, даже если это было не намеренно. Она пыталась сказать максимально мягко, но в её тоне прослеживалось недоверие. —Вы уверенны? Его успеваемость... не очень высокая.       Раньше в пансион попадали либо отличники, либо таланты, но Хань Юань не подходил под эти требования. Из выдающегося у него имелась лишь крайне выделяющаяся куча мусора в комнате. Хань Мучуня, казалось, позабавила такая реакция. —Всё верно, он тоже будет учиться в нашей школе. — Хоть мужчина и выглядел максимум на тридцать лет, даже его опыт в работе с детьми был куда больше каких-то тридцати лет. Он ясно понимал, как лучше объединить детей, чтобы дальше они образовали удачные учебные союзы и помогали друг другу. Взять тех же Чэн Цяня и Янь Чжэнмина. Первый готов учиться без передышки и сна, но долго ли он так протянет? Второй же наоборот: готов к передышке и сну, но без учёбы, обладая при этом незаурядным умом, который не хотелось бы растрачивать впустую. Работая вместе, эти мальчики могли бы прийти к золотой середине.       Брать учеников осенью — действительно редкое явление, но эта четвёрка, которая окончательно сформировалась с появлением Чэн Цяня - поистине удачная находка. Хань Мучунь уже спланировал как расселит их, осталось лишь обрадовать учеников новостью о переводе.

***

      Хань Юань снова перебирал свою коллекцию пачек от чипсов, чтобы выбрать те, которые отправятся с ним завтра в школу. Он понял, что Чэн Цянь не заинтересован в его сбережениях и вроде бы даже не притворяется безразличным, а является таким на самом деле, так что можно было расслабиться и не ожидать кражи самого дорогого в тёмные мрачные ночи. Чэн Цянь же искренне не понимал, что такого в этом вонючем, местами наверняка жирном, мусоре. Может у соседа начальная стадия синдрома Плюшкина?       К сбору школьных принадлежностей Чэн Цянь подходил со всей ответственностью: не дай боже он забудет какой-то карандаш или тетрадку! Тут то к нему и подлетел Хань Юань. —Сколько карандашей! — казалось, мальчуган действительно был удивлён. —Братец, не хочешь ли ты поделиться со мной? —Пожалуй откажусь. — Чэн Цянь удивился бы подобной наглости, но он уже слишком хорошо знал этот ходячий хаос, который никогда ничего не скрывал. У мальчика точно не должно было быть дефицита письменных принадлежностей, ведь ими детей обеспечивал детский дом. —Но почему? У тебя целых три карандаша, куда тебе столько!? Разве что пихать в ж… — злой взгляд не дал закончить. —Где все твои карандаши? — Чэн Цянь не то чтобы хотел знать ответ, он спросил скорее из остатков вежливости. —О! На один я сел, второй выкинул из окна, третий… — на этот раз Хань Юаня прервал не шокированный Чэн Цянь, а открывшаяся дверь.       Дети были сильно взволнованы. Увидев Хань Мучуня, так ещё и с директором в своей комнате, Янь Чжэнмин подумал, что тот самый диалог об успеваемости всё же догнал его и теперь придётся отчитываться. Чэн Цянь же подумал, что старший пришёл с новостями о Луже, однако оба мальчика и их соседи по комнате услышали одни и те же слова и не поверили своим ушам.       «Собирайтесь, сегодня после обеда вы отправитесь в школу-пансион, чтобы продолжить обучение там. Возьмите всё самое необходимое, вы вернётесь сюда на следующих выходных.»       Хань Мучунь стоял меж двух дверей: та, что с дракончиком, и та, что с павлином. Он поворачивал голову то в одну сторону, то в другую, рассматривая реакцию детей.       Янь Чжэнмин стоял с широко раскрытыми глазами и смотрел на человека, принесшего неожиданные новости. «А как же вступительные экзамены? Учебный год ведь уже начался, сейчас осень…», — у него было много вопросов, но недоумение быстро сменилось счастьем и гордостью за самого себя. Парень тут же набрал телефон одной из работниц детского дома и с важным видом вышел из комнаты, раздавая указания о срочных приготовлениях к новой школе.       Чэн Цянь же, совсем не выглядел удивленным. Учитель Хань уже приходил к нему и говорил об этом. Однако на его лице все равно появилась тень улыбки, а руки стали еще быстрее складывать карандаши и тетрадки.       Хань Мучунь с довольной улыбкой наблюдал за сборами будущих учеников, пока не заметил странную реакцию двумя других мальчишек.       Ли Юнь и Хань Юань, услышав эту новость, выглядели так, будто это было не им сказано, а может они и не поняли, что входят в число новых учеников. Каждый продолжил заниматься своими делами: Ли Юнь неспешно складывал в рюкзак свои вещи, а Хань Юань скакал вокруг Чэн Цяня. Хань Мучунь озадаченно наблюдал за такими разномастными реакциями. —Ли Юнь, Хань Юань, вас это тоже касается, — мужчина взглядом дал понять, чтобы те поторопились, а после еле сдерживался, чтобы не прыснуть со смеху. На него уставились две пары пораженных глаз.       Рот Хань Юаня открывался и закрывался, он был похож на немую рыбу, а лицевые мышцы Ли Юня не знали как поступить: нахмуриться или оставить широко распахнутые глаза, от чего на его лице появилась странное, но забавное выражение.       Ли Юнь всё таки сумел определиться с нужной эмоцией и, прищурив от неверия глаза, спросил: —Учитель Хань, мы тоже? — Парень указал на себя, а после, с еще большим сомнением, на своего не блещущего умом младшего братца. — «Он тоже?» — одними лишь губами добавил Ли Юнь.       Хань Мучунь отвернулся и прикрыл лицо рукой, изображая задумчивость, хотя на самом деле едва держался, чтобы не захохотать. От таких нечеловеческих усилий и самоконтроля его лицо слегка покраснело, но мужчина уже успокоился и цвет его лица пришел в норму. —Да, вы тоже, — с этими словами он развернулся и направился к лестнице, ведущей на первый этаж. —Я буду ждать вас в машине.       Не так давно, Чэн Цянь видел в окне машины лишь дождь и серость этого мира. Сейчас же в окно светило солнце, а где-то под боком смеялся Хань Юань, рядом с ним Ли Юнь подкалывал это маленькое бедствие, а с переднего сиденья переодически доносились фырканья и язвительные комментарии Янь Чжэнмина. Как-то так вышло, что и в сердце Чэн Цяня начали появляться первые тёплые солнечные лучи, а на лице улыбка.

Конец 1 арки