Остатки пепла в сердце

Глава 13

Походы по магазинам могут быть такими трудными?

      Мальчик лет двенадцати бежал по людной улице, проскальзывая между случайными прохожими. Слегка прохладный ветерок приятно уравновешивал жаркое солнце. Всё вокруг цвело и пахло, на деревьях появлялись первые листочки, а под ними в траве проглядывали одуванчики. Прекрасное время.       Однако Хань Юань думал иначе. Его безупречные манёвры испортил чих, а после ещё один, и ещё один, и ещё… —Да сука! — Мальчишка вскрикнул, неуклюже потирая нос.       Окружающие озадаченно оборачивались на него, но имеет ли их реакция значение? Они видятся первый и последний раз, а если и не в последний, то вряд ли кто-либо стал бы хранить у себя в памяти пустяковый конфуз прохожего. Хань Юань был слишком взбудоражен, чтобы оглядываться на других.       Он бежал покупать продолжение своей любимой манги, да и не просто покупать, а покупаться на свои, не сказать, что честно заработанные, но всё же свои деньги. Пару месяцев назад он обнаружил, а точнее, вновь собрав множество слухов и выбрав из них самые полезные, нашёл то, в чём школьники сейчас нуждались больше всего — ответы на итоговые контрольные, полные наборы конспектов и прочая ерунда. Некоторые были готовы даже платить за это. Тут то Хань Юань и начал вести свой небольшой бизнес.       Чэн Цянь успел заработать репутацию самого умного и старательного ученика пансиона или же просто «зубрилы». Сам он, если даже и догадывался о своём статусе, не тратил время на переживания о подобных бреднях. Его одноклассники зачастую пытались подсесть к нему на занятиях, но, как не сложно догадаться, потерпели сокрушительное поражение. Вариантов списать у Чэн Цяня было ничтожно мало, учитывая тот факт, что ещё и учитель наблюдает за ходом проведения работы.       В один из дней Хань Юань, которого никто не воспринимал всерьёз, забежал в класс и начал утверждать, что готов продать ответы на грядущий тест за символическую плату. Разумеется изначально никто на подобное не повёлся, кроме парочки человек, шансы которых набраться проходной балл стремились к нулю. Какого было удивление, когда ответы действительно оказались верными. Хань Юань никогда на прямую не говорил, что все решения он берёт у Чэн Цяня, ведь тот имел привычку сохранять все черновики с работ, но, ради своеобразной гарантии качества, намекал. Буквально за пару недель бизнес стал неожиданно прибыльным и Хань Юань, признав себя гениальным бизнесменом-мошенником, решил разгуляться на полную и забить остаток свободного пространства новым, ранее неизведанным хламом.       Пара поворотов и вот он стоит на пороге своего любимого магазина. Любимым он был потому, что в нём можно найти всё: от ручек с котиками до обломков сломанного автомобиля. Магазин больше походил на свалку. Хань Юань, чувствуя себя как рыба в воде, юркнул в 4 ряд, в коем хранились книги, порыскав среди новинок, он с трепетом осматривал новенький томик манги. Однако всё было не так прекрасно, как ему изначально казалось. —Вы издеваетесь?! Почему тут только восьмой том? Как мне читать восьмой, не зная, что было в седьмом?!       Голос полный отчаяния и щенячьи глазки, направленные на книгу, привлекли внимание парня, стоящего в нескольких метрах, который также искал какую-то книгу. Он немного помялся, но всё же окликнул Хань Юаня: —Тебе нужен седьмой том? Могу одолжить, если дашь почитать восьмой.       Взгляд Хань Юаня вновь загорелся и он поднял голову на своего спасителя. Это был худощавый парень лет семнадцати с добрыми глазами. Мальчик, вернувшись в режим молнии, подлетел к неизвестному ему доселе герою. —Правда? А у тебя официальное издание? Где ты его купил? — через чур возбуждённый Хань Юань был схож с бесконечным двигателем, продуктом работы которого были вопросы.       Неизвесный добродетель заметно стушевался от такого напора. Мальчишка был готов едва ли не по потолку скакать. Знакомство выдалось престранным. —Меня зовут Тан Чжэнь, я отвечу на все твои вопросы чуть позже, — парень неловко кашлянул и протянул ему заветный седьмой том. —Я опаздываю кое-куда, но внутри на последней странице есть мой ник, напиши мне.       Тан Чжэнь помахал на прощания и удалился, путём тактического отступления после попадания под шквал неконтролируемых ярких эмоций нового знакомого. Хань Юань ошарашено смотрел вслед на удивление юркому пареньку, восторженно сжимая книгу.

***

      Последние несколько дней Чэн Цянь начал замечать странное поведение своего соседа по комнате. Янь Чжэнмин всё время нюхал его?.. А ведь Чэн Цянь только начал думать, что приспособился ко всем необычным привычкам старшего. Иногда ночью мальчик просыпался от пристального взгляда, но, открыв глаза, он видел только отвернувшегося к стене спящего соседа. Что тут происходит?       Когда Чэн Цянь спрашивал у Янь Чжэнмина что тот делает, в ответ он получал лишь возмущённое бормотание: «Сяо Цянь, что за чушь ты несёшь?», «У моего младшего брата такое богатое воображение».       Понять, что Янь Чжэнмин что-то задумал, было несложно, но что именно? Спрашивать Ли Юня было бессмысленно, ведь он часто подыгрывал и прикрывал Чжэнмина, оставался только один вариант — разузнать всё у Хань Юаня. Пускай Чэн Цянь стал куда терпимее относиться к нему, вести с ним разговор было, мягко говоря, трудно. Уже через пару минут диалог от условного обсуждения вкусного обеда перетекал к плану по захвату мира. Однако чаще всё заканчивалось простым пересказом всевозможных слухов, ходящих по школе. Из рта Хань Юаня порой вылетали такие вещи, что Чэн Цянь начинал думать, что мальчик чем-то болен, раз ему слышится это.       Дождавшись, пока Хань Юань выйдет из столовой, Чэн Цянь перехватил его по пути в комнату. —Хань Юань, мне нужно кое-что узнать, — Чэн Цянь нагнал его и как бы будничным тоном поинтересовался. —Ничего не происходило за последнюю неделю?       Хань Юань с перепугу подавился вкуснейшей булочкой с вишнёвым вареньем. Весь перепачканный сладкой начинкой и крошками, он тупо уставился на нелюдимого младшего брата. Он открывал и закрывал рот, пытаясь найти подходящие слова. Его бизнес план раскрыли?! Не может быть, он только-только начал жить так, как мечтал. Он ещё ни разу не видел вечно уравновешенного братца в гневе, Хань Юань даже представить боялся, что ждёт того, кто решит рассердить его.       После длительного обдумывания наихудших вариантов из возможных, Хань Юань всё же нашёл относительно безопасную тактику — сделать вид, что он не так понял, что нужно рассказать.       На лице мальчишки появилась хитрая, самодовольная ухмылка. Щёлкнув пальцами, он указал на Чэн Цяня и, понизив голос до шёпота, гордо спросил: —Неужели наш младшенький всё же заинтересовался жизнью пансиона? — Осмотревшись вокруг и не найдя людей, подслушивающий их разговор, Хань Юань продолжил. —Если назовёшь меня уважаемым старшим братом, я расскажу, чем занимаются директора вечерами за закрытыми дверьми.       Чэн Цянь, не просвещённый в делах любовных, ничего не понял, но немного смутился. Раздражённо цыкнув, мальчик бросил на источник бесполезной информации резкий взгляд: —Думаю, мой дорогой старший брат отныне будет сам решать все контрольные, чтобы продавать ответы. — Напоследок смерив «старшего», с которым у него была разница всего в пару месяцев, презрительным взглядом, мальчик ускорил шаг.       Хань Юань, до смерти перепугавшись второй раз менее чем за час, побежал вслед за Чэн Цянем. Всю дорогу до комнаты округу заполняли мольбы о прощении, которые прекратились лишь когда у Хань Юаня перед носом закрылась дверь. Это был полный провал.

***

      Так уж вышло, что Янь Чжэнмин решил пройтись по магазинам. Раньше он либо заказывал всё через интернет, либо просил кого-нибудь из работников детского дома, которые работали на его семью и ухаживали за ним ещё когда его родители были живы, составить ему компанию. Однако сейчас только один человек — Ли Юнь, мог пойти с ним.       После трёхчасовой прогулки по торговому центру у Ли Юня в глазах рябило от обилия брендовых вещей, различных украшений и прочей ерунды. Когда они вышли из очередного магазина одежды, Янь Чжэнмин бросил фразу, повергшую уставшего компаньона в шок: —Ну для себя я всё вроде купил, дальше подарки, — Янь Чжэнмин, привыкший к подобному времяпровождению, был полон сил, чего не скажешь о его спутнике.       Ли Юнь поднял около десятка пакетов, которые ему благополучно всучили, и, встряхнув ими, встревоженно поинтересовался: —Господи, неужели ты хочешь захоронить меня среди бесконечных футболок, свитеров, джинсов и всего остального?       Парень уже был готов принять свою судьбу, устремив глаза ввысь, когда получил поучительный братский подзатыльник. —Успокойся, ты сам согласился пойти, —Янь Чжэнмин, сложив руки на груди, смотрел взглядом «Не устраивай тут сцен».       Ли Юнь хотел было что-нибудь ответить, но когда это он выигрывал в словесной перепалке с Принцессой? Этот парень мог бы убедить кого-нибудь в том, что Земля плоская, одной своей самоуверенностью. Еле волоча ногами, он пошёл вслед за Янь Чжэнмином.       Разумеется они не могли не зайти в магазин духов. Только они переступили порог, как в нос Ли Юня ударил аромат настолько насыщенный, что ощущался на языке и словно оседал на коже тонкой плёнкой, но даже он не мог перебить то, сколько порой Янь Чжэнмин выливал на себя.       «Что за чёрт?..» — Ли Юнь искренне не понимал, разве так должно быть? Может их ценитель дорогостоящий и насыщенных ароматов предпочитал пробовать духи на вкус, а после уже покупать? Или он в целом ими питался? Да и какого чёрта в таком магазине не проветривают помещение?       Пока Ли Юнь пытался дышать через рукав, имитируя фильтр, Янь Чжэнмин шёл вдоль многочисленных стеллажей с разнообразными флаконами. На его лице была легкая и тёплая улыбка. С этим местом у него было связано много воспоминаний. Именно сюда его мама приходила выбрать новые духи или найти особенные ароматы для подарков.       Будучи ребёнком он осознал важность таких мелочей как верно подобранный аромат или сочетающиеся с образом аксессуары. Ему хотелось найти для Сяо Цяня нечто особенное, нечто принадлежащее лишь ему. В течение нескольких дней Янь Чжэнмин ломал голову над тем, с чем у него ассоциируется мальчик, хранящий у себя медную монетку.       В конечном итоге выбор пал на дождь. Это тяжело описать, сложно уловить, но, вдыхая свежий воздух во время или после дождя, Янь Чжэнмин вспоминал день, когда с окна второго этажа наблюдал за ребёнком, оставленным на пороге детского дома.       Парень хватал почти каждый флакон, пытаясь найти то, что ему нужно. Ли Юнь около часа наблюдал, как Янь Чжэнмин выливает себе на руки литры духов. Конечно, в магазине были специальные слайсы, чтобы распылить на них духи, а позже некоторое время наслаждаться ароматом и шлейфом, который тот оставляет, но Янь Чжэнмин явно был ценителем другого уровня. Или потенциальным алкоголиком и токсикоманом, учитывая содержание спирта и различных отдушек в воздухе.

***

      С наступлением вечера в лесу, который окружал пансион, холодало. Последние лучи солнца золотом касались верхушек деревьев, стекая и растворяясь в наступающей ночи. Хань Мучунь, чуть вздрогнув, вспомнил о чём-то, смотря на лес из панорамного окна верхнего этажа здания. Он пришёл в одно из своих любимых мест — переговорная, которая на деле использовалась разве что для душевных разговоров, ностальгии по прошлому и размышлений над будущем.       В этом небольшом, но светлом помещении был даже чайник и чай, чтобы можно было скоротать беседу за чашечкой ароматного напитка. Изредка Хань Мучунь тайком утаскивал какие-то особенно понравившиеся ему вкусности из столовой и прятал там. Этим Хань Мучунь сильно походил на некоторых воспитанников и никак не хотел отучать себя делать так, желая быть чуть ближе к детям. Даже Тун Жу не часто захаживал в эту комнату, зная, что именно там Хань Мучунь любит погрузиться в свои мысли.       Сегодня они сидели вдвоём в полной тишине. Однако вокруг них витала аура понимания и спокойствия. Это молчание было наполнено всеми прожитыми вместе годами. За всё то время было сказано несчётное количество слов и показаны мириады чувств.        Когда солнце совсем скрылось и на территории начали зажигаться мелкие фонарики, схожие с морем звёзд, заполнившим двор, Хань Мучунь заговорил: —Мне кажется, за этот год наша статистика изменится. Я попал точно в цель, переведя сюда тех четверых. — Он посмотрел на Тун Жу, который допивал чай и не спешил что-либо отвечать. —Одному из мальчиков, Чэн Цяню, совсем скоро стукнет двенадцать. Он сильно опережает сверстников… — тут Хань Мучунь запнулся.       Мужчина смотрел то на своё отражение в кружке, то в сторону скупого на эмоции собеседника. В голове мелькали самые разные вариации событий и версий, перебрав которые, он пришёл к выводу: —Я могу сделать предположение, что часть его воспоминаний стёрта. Я видел его движения и это не движения обычного ребёнка. Разумеется, он мог заниматься борьбой до попадания в детдом, но я навёл справки в его старой школе и ничего не нашёл. К тому же, к его поведению есть много вопросов. Его личность, будто бы искривлена?..       Хань Мучунь дотошно анализировал детей, в которых видел потенциал, а Чэн Цянь его особенно заинтересовал. Мальчик зачастую казался серым и безликим, но иногда в нём мелькали черты обычного детского энтузиазма, гнева или печали. Однако этот ребёнок подавлял их, возможно неосознанно, или же что-то не даёт ему открыться. Пока Хань Мучунь думал над тем, как лучше это объяснить, Тун Жу, который пусть и участвовал в подготовке детей, но не вникал в их истории и личности, выразил сомнение: —Я не чувствую от него никакой энергии. —Когда я впервые встретил этого мальчика, он держал на руках ту малышку, которая сейчас у нас под особым наблюдением… Ну, ты помнишь её историю. Мне кажется, что я ещё за квартал почувствовал, как по улицам растекается тёмная энергия и сначала подумал на мальчика, но потом всё стало очевидно, — было видно, что Хань Мучуня волнует первая встреча с Чэн Цянем.       Тун Жу не выражал никаких эмоций или переживаний. Иногда Хань Мучуню казалось, что его возлюбленный всё ещё относится к нему, как к младшему и неопытному, хотя знал, что это далеко от правды. —И всё же, Чэн Цянь готов к переводу. За последние года я не видел таких способных детей. Он словно готовый ученик, — Хань Мучунь выглядел очень серьёзным. —Я пока не определился лишь с одним: стоит ли переводить остальных ребят…       Тун Жу снова принял положение «пью чай и делаю беспечный вид, хотя на деле внимаю каждому слову» и не перебивал монолог Хань Мучуня. —…ты ведь помнишь, я говорил, что рассчитываю на их командную работу и она определённо хороша, только вот Чэн Цянь уж слишком сильно выделяется… — Хань Мучунь сделал паузу, чтобы сформулировать вывод. —…И я никак не могу прийти к решению: полагаться на первоначальный план и перевести всех, даже учитывая, что их уровень сильно разнится или же перевести одного Чэн Цяня, лишив его друзей и отказавшись от плана… — Хань Мучунь чуть склонил голову: ему будто было чуть-чуть стыдно за то, что он сам не может решить как поступить.       Тун Жу неспешно поставил чашку на стол и провёл освободившейся рукой по голове Хань Мучуня, поглаживая пальцами по скулам и спустившись к подбородку, нежно приподнимая голову возлюбленного. —Не мучай себя терзаниями. Рано или поздно верное решение само найдёт тебя. Относись проще.