Как Влад Коноплев музой Андрея Князева стал

Когда Князь поменьше в порыве хохота расплескивает пиво, Князь побольше с понимающей улыбкой забирает у него банку и допивает ее одним махом. — Зеленый ты еще, чтобы перепить престарелого рокера, Влад. Влад согласно вздыхает, приваливаясь к его плечу. Обычные посиделки за пивком (которые Князь, взявшись за ум, безуспешно пытался прекратить), переросли в соревнование, кто больше выпьет и при этом дольше продержится. Во Владе, видимо, заговорила когда-то глубоко упрятанная протестная нотка, которая вырвалась из него вместе со смехом над историями Князя о жизни группы. Сидеть так было… спокойно. Уютно. Князья — настоящий и нет, — будто бы были связаны еще до рождения младшего из них и встретились волею непреклонной судьбы, которая упрямо вела их к этому моменту. Влад чувствует, как аккуратно его поддерживают и приобнимают, добродушно поглаживая по спине. От этого щемит в груди, вызывает желание прижаться сильнее и почувствовать больше человеческого тепла. Андрей весь большой и мягкий, от него не хочется отлипать. Влад и не пытается этого делать и слегка трется головой о дружеское плечо. — Ну что, развезло тебя? Вот, попей водички… — Князь тянется к бутылке, но Влад вцепляется в него, не давая сдвинуться с места. — Не, и так хорошо, — голос у него очень тихий, сонный, но Андрей, привыкший вслушиваться в пьяную речь, все понимает. — Слушай, не надо, правда. Сейчас посижу немного… — Редко пьешь? — Князь смиряется, замирает, давая полностью на себя завалиться. Подумав немного, он кладет большую ладонь на взъерошенные волосы Влада и начинает осторожно их поглаживать. — Пфф, — своим ироничным фырканьем Влад подчеркивает, что Пить Пиво — его второе имя. — Нечасто так накрывает просто. Он слегка хмурится, хотя уголки его губ от ласки большого Князя остаются поднятыми вверх. Он охотно подставляется под поглаживания Андрея и обхватывает его обеими руками, как мягкую подушку. Хочется просидеть в этом положении до конца своей жизни и никогда не вставать. Влад Андрею кажется маленьким. Не только по возрасту — у того молодое лицо, так непривычно похожее на его собственное. Нет, Влад действительно маленький... такой худой, что очень удобно ложится в руки; его вес совсем не замечается, и Андрей думает, что мог бы, пожалуй, просидеть с ним так до самой старости. Которая, увы, уже не за горами. (Полтинник — это еще не старость, вот лет через десять, утешает себя Князь…). — Дремлет за горой мрачный замок мой… душу мучает порой царящий в нем покой… — неторопливо запевает Князь, перебирая непослушные пряди, которые парень любил прятать под шапкой. Влад перестает хмуриться. Напрягает память, вспоминая песню, которая так ему когда-то понравилась — и Андрей, конечно же, знает, что это одна из любимых, Влад же сам ему об этом сказал, — и продолжает после паузы, которую специально сделал Князь: — Я своих фантазий страждущий герой… а любви моей живой все образы со мной… Влад, конечно, сразу же сбивается. Состояние у него не то, да и текст успел подзабыться. А вот у Князя целая суперспособность — начать петь с любого места любую песню из неустаревающего репертуара. — …Но сердце от любви горит, моя душа болит. И восковых фигур прекрасен вид, покой везде царит… Князь поворачивает голову и замечает взгляд — задумчивый, отстраненный, будто не от мира сего. Когда впервые увидел его у Князя на экране, подумал: «Неужели и я когда-то так смотрел?». А потом освежил память парой архивных записей… Влад был поражающе точен. Актер, одним словом. — Андрюх… — неуверенно тянет Влад. Князь выпутывает руку из его волос, но только для того, чтобы перенести ее на щеку, поглаживая все так же мягко и… нежно. Взгляд Влада из отстраненного превращается в удивленный. Он наклоняется вперед, пытаясь что-то уловить в чужих глазах, поймать это чудесное мгновение, когда все понятно и без слов. — Хой? — отзывается Андрей вдруг хрипло. Расстояния между ними почти не остается, но он оставляет Владу время одуматься, взвесить все. Действительно ли они подумали об одном и том же? Действительно ли Владу все это нужно? Сомнений не остается, когда Влад придушенно шепчет: — Хочу тебя... И разрушает все недомолвки, сомнения и преграды, осторожно касаясь чужих губ. Каждый из них боится, что другой оттолкнет. Каждый тихо радуется, что этого так и не случилось. Князь отстраняется первым — слишком не уверен, что то, что между ними происходит, правильно. Он в два раза старше… Да и Влад пьян… Портить жизнь пацану только потому, что тот запутался, не хочется. Поэтому Князь сразу же спрашивает: — Все нормально? Влад хлопает глазами в совершенной растерянности и дезориентации. Потеряв дар речи, может только кивать и все смотреть, смотреть на того, кто после его кастинга и знакомства с творчеством группы встал на пьедестал кумира. Все было ненормально хотя бы потому, что такого просто не могло быть. Но это было, и никто не хотел этому сопротивляться. — Да, жизнь подкинула сюрприз, — хмыкает Андрей, целуя Влада в висок. — Такой уж был ее каприз… — он замирает, мысленно смакуя получившиеся строчки. А фантазия тем временем разгорается, создавая новый текст: — Влюбился… дай мне ручку или карандаш, срочно!.. В отражение… Нарцисс. Так Влад Коноплев невольно становится новой музой Князя.