Я разделю с тобой эту боль

Но в эту ночь Юра спал по-прежнему беспокойно. Кошмары из прошлого его все также мучили. От этих кошмаров было еще и не проснуться так сразу, приходилось терпеть происходящее во сне. И все же Юра проснулся за несколько минут до будильника в холодном поту, на глазах были слезы. Последнее, что он помнит, что ему снилось это то, как на него смотрел покойный отец и что-то неразборчиво кричал ему, а Юра сквозь его крик пытался извиниться за то, что не успел с ним попрощаться, но этот сон закончился яркой вспышкой, заставив чуть ли не вскочить с кровати. Сейчас Юра сидел на своей кровати, тяжело дыша, держась рукой за лоб, пытаясь осознать то, что он видел во сне. Просидев в ступоре несколько секунд он все же осознал, что наконец кошмары закончились и уже было утро. Но сколько времени? Музыченко дотянулся до своего телефона, лежащего на прикроватной тумбе и посмотрел на время и буквально через секунду в его руке завибрировал телефон, потому что сработал будильник. От испуга он чуть не выронил его, но смог удержать. Тяжело вздохнув Юра потер пальцами сонные и слегка опухшие от слез во сне глаза, а после встал со своей кровати, направившись в туалет, а после в ванную, чтобы умыться.

Когда с домашними хлопотами было покончено и он уже был готов выходить из дома он стоял перед зеркалом в прихожей и пытался завязать свой короткий хвостик резинкой. Обычно у него это получалось с первого раза, но в этот раз резинка то слетала с пальцев, то соскальзывала и ударяла по ним, так как была натянута, но все же наконец у него это получилось и он спешно вышел из дома, не забыв все необходимые вещи.

В павильоне

— Юрий, вы чуть не опоздали, — Сумачева начала слегка отчитывать Юру за опоздание из-за транспорта, ведь съемки вот-вот начнутся, а Юра буквально только что с улицы пришел, — Быстро идите в гримерку и надевайте костюм! Съемки уже через двадцать минут! — Как через двадцать минут?! — Юра был ошарашен резким изменением времени. Либо же он сам забыл точное время съемок. В любом случае он очень быстро пробежал к своей гримерке, переодевшись там, потом подошел к ассистентке, чтобы наладила ему микрофон и наушник в ухе, зафиксировав провода под костюмом и готовился морально к своему первому выходу на сцену в роли ведущего. Хотя ведущим он однажды был, но понарошку в КликКлаке и вел как-то тату-фестиваль, но это все равно все было мелочью по сравнению с тем, что ждало его в новом проекте. Он сильно нервничал и чтобы себя как-то успокоить он решил вспомнить о встрече со Славой и о приятном общении с ним. Это действительно помогло ему немного успокоиться, ведь он вспомнил все советы Славы на консультации. И когда пришло время его первого выхода он включил в себе сосредоточенность, но не отключил свою имеющуюся Музыченковскую харизму и вышел на сцену к зрителям. Повсюду были камеры, очень яркое освещение, что было непривычно для Юры, но он старался держаться на плаву. Однако пока он вел первый выпуск он часто забывал смотреть в камеру, либо же не знал куда смотреть потому смотрел чаще всего либо на зрителей либо на жюри. Кстати о жюри: Тимур Родригес, Клава Кока, Сергей Светлаков, Мария Горбань и Егор Дружинин. Вот, кто сидел в жюри, чтобы угадывать маски. А если говорить о самих масках, то их было четырнадцать: Зебра, Морской Конек, Божья Коровка, Снежный Барс, Черный Лебедь, Дискошар, Сатурн, Щетка, Свекла, Сова, Лягушка, Попкорн, Гадюка и Пугало, в котором скрывался никто иной как Слава Макаров.

Выступило уже несколько масок и вот настал первый выход для Пугала. Юра представил участника, а после на сцену прискакал Пугало под музыку в стиле кантри. Жюри стали с интересом разглядывать участника, а после, как и полагается задавать ему вопросы. В этот момент Юра молча стоял рядом с участником, задумчиво его разглядывая. Такой цветастый костюм, в глаза попадались оттенки красного, синего и желтого. Голова маски была большая, да и сам костюм довольно громоздкий и были видны неудобные подкладки под ним, чтобы скрыть фигуру участника. Музыченко продолжал взглядом изучать рядом стоящего участника, пока тот резко не повернулся к нему, от чего Юра слегка испугался, нервно перебросив микрофон в другую руку, а после отвел взгляд от участника, чтобы не смущать его. Но Пугало вовсе не смутился из-за того, что ведущий его так внимательно разглядывал. В конце концов он знал по себе, как было интересно разглядывать рядом стоящего с тобой участника.

— Пугало, ты пьешь? — Послышался вопрос от Клавы. — Ну, воду пью! — Ответил Пугало, слегка переминаясь с одной ноги на другую. — Тогда не клоун, Юра знает, он в Лицедеях же… — Начал говорить Светлаков, как вдруг его перебили. — А че, все клоуны алкаши что ль? — Спросил Пугало. Юра молча посмотрел на участника, задумавшись о чем-то, стоя с немного нахмуренным видом. — Ну, я конечно не говорю, что все клоуны алкаши, но многие их номера на этом и основаны! — Отшутился Сергей, заметив, как хмурился Юра, ссылаясь на свою фразу про клоунов, ведь Юра являлся драматическим клоуном в театре «Лицедеи» — Ха-ха, блин. Очень смешно, — Фыркнул Юра, не оценив шутку про клоунов. Пугало обратил на него внимание, слегка похлопав по плечу. — Не обижайся, дядь Юра, не все клоуны алкаши! — Весело произнес Пугало — Да я и не обижаюсь, это был просто сарказм в адрес жюри. — Ну, ладно! А то я думал, что ты обижаешься на жюри, а то ты просто стоишь такой нахмуренный. — Заметьте, ребята, это самая разговорчивая маска из всех, кто сегодня уже выступил — Пугало, а как хорошо ты видишь в этой маске? — Поинтересовался Тимур, видя, что участнику было все же немного не комфортно. Пугало перевел взгляд в сторону жюри, сразу вычислив, где сидел Родригес. В принципе на своем же месте, что и в «Маске». — Я нифига не вижу и мало что слышу, но в целом мне нравится! — Сказал Пугало, будучи все таким же веселым и периодически поглядывал на Юру. Ведущий перестал хмуриться с интересом наблюдая за диалогом Пугала с жюри, иногда улыбаясь на какие-то высказывания. — Ну что, посмотрим твои подсказки? Посмотрим какое поле ты охраняешь, приятель, — Сказал Светлаков, а после отложил микрофон в сторону. — Давайте посмотрим, что нам скажут подсказки про Пугало, — Объявил Юра, после чего на экран были выведены подсказки от Пугала, а после, когда все обустроили во время перерыва между съемками, Пугало выступил под свой первый номер, пока ведущий стоял за кулисами, наблюдая оттуда в монитор, а после вышел вновь на сцену, объявив участника. Жюри были в восторге, приплясывая во время выступления, зрители тоже были в восторге. — Это был пугающе контрапунктный номер от Пугала, — Юра встал на свое место, вычислив, где он стоял, чтобы камеры его четко видели, а рядом с ним встал Пугало, поставив руки по бокам, а ноги поставив широко. Жюри стали выдвигать свои первые версии, но ни одна не была приближена к правде. Сам же Юра стал вновь разглядывать участника, невольно на этот раз взявшись за его локоть. Пугало почувствовал, как Юра взялся за его локоть, а после посмотрел на него, слегка повернувшись, чтобы увидеть его получше. Музыченко медленно убрал руку в сторону, держа во второй микрофон, а после посмотрел на жюри, выжидая, когда они наконец наболтаются. Сам же Слава, находящийся под маской Пугала наблюдал со стороны за своей ролью ведущего от лица Юры, но в особенности наблюдая за ним, следя за его состоянием. На этот раз никакой тревоги от Юры не ощущалось, он был достаточно спокоен. В один момент Юра вновь посмотрел на Пугало, глядя ему в глаза, а внутри что-то ёкнуло. Он почувствовал в этом участнике кого-то очень знакомого. Пугало спокойно стоял с ним рядом и тоже смотрел на него, привыкая к видимости своей маски, однако стоящего рядом Юру он видел достаточно четко, но чтобы видеть его полностью нужно было поворачиваться максимально к нему. Музыченко даже не осознавал, как он засмотрелся на этого участника, впав куда-то в свои раздумья. Пугало понял, что Юра завис в своих мыслях. Он осторожно подошел к нему поближе, слегка потрепав его по плечу, пробуждая от раздумий. Сам же Юра очнулся довольно быстро, почувствовал к себе чье-то прикосновение, но осознав, что это был Пугало он успокоился, не видя в нем никакой угрозы. Жюри же тем временем продолжали бухтеть и дискутировать между собой, иногда даже споря. Пугало тихо засмеялся над Юрой и его витанием в облаках. Музыченко немного смутился, убрав одну руку в карман, а во второй держал микрофон, стараясь так не пялиться на участника. — Уважаемые жюри, если у вас больше нет вопросов к Пугалу, может его отпустить за кулисы? — Наконец Юра решился взять на себя слово ведущего. — Да, вопросов нет, мы будем думать над нашими версиями и выдвигать новые, — Сказал Тимур, — Пугало был просто шикарен, видно, что это профессиональный танцор, потому будем думать в их сторону. — Хорошо, вам виднее, — Согласился Юра, а после перевел взгляд на Пугало. — В следующий раз я наливаю и разговариваем по душам! — Заявил Пугало. — Так ты же не пьешь, Пугало! — Сказала Клава, задумавшись над этой фразой. — Так, я сок принесу! — Спокойно ответил Пугало, а после проделал «деревянные» движения руками и ногами. Юра пронаблюдал за его легкими дурачествами, невольно улыбнувшись, затем Пугало пошел к выходу, дав Юре пять по пути, — Пока, дядь Юра!

Музыченко проводил участника взглядом до той поры, пока тот не исчез с поля его зрения за кулисами.

— Юра, ты снова завис? Земля вызывает Юру Музыченко! — Усмехнувшись сказала Клава Кока, возвращая Юру из раздумий. — М? Да, я тут, вроде. — Ты так засматривался на Пугало, пока мы болтали. Догадываешься, кто там? — Спросил Тимур, заинтересованно посмотрев на Юру. — Нет, Тимур. Ни малейшего понятия. Но кто-то очень интересный, судя по всему, — Юра вновь посмотрел в сторону закулисья, вновь улыбнувшись.

В конце первого выпуска было решено ни с кого не снимать маску и дать всем маскам шанс проявить себя во втором выпуске, в том числе и попавшей в номинацию Гадюке. Также после выпуска было интервью для будущего бэкстейджа со съемок. Вопросы задавались членам жюри и, конечно же ведущему. Юре все еще было непривычно светиться перед камерами, однако на вопросы он отвечал спокойно и честно. Он говорил то, что считал нужным. Он был собой, как ему и говорил Слава, и это действительно помогало ему держаться на плаву, без всякой наигранности. Конечно ему сказали о его ошибках и он пообещал к следующему выпуску исправить свои косяки. После полного окончания съёмок он наконец смог выйти из павильона. Был поздний вечер, так как все еще была осень, то лил дождь, как из ведра. Юра накинул капюшон куртки на голову и направился в сторону общественного транспорта, надеясь успеть на последний автобус, но как назло ушел как раз последний нужный автобус. Деньги на такси тратить не хотелось и он стал думать, что ему делать. Музыченко сел на скамью на остановке под навесом, достав из кармана телефон, начав просто копаться в нем задумчиво, а после ему пришла идея написать смс Славе.

Тем временем Слава выходил из павильона и был в маскировочной экипировке с зеркальной маской на лице. Сверху была накинута осенняя куртка. Он услышал вибрацию своего телефона и встал под навес, прячась от дождя, достав из кармана телефон и увидел там смс от Юры. Очень рискованно, ведь Юра спросил можно ли у него переночевать. Слава стал быстро думать, как ему быть в данной ситуации, ведь нельзя говорить о своем участии, хотя Юра ведущий, и ему не запрещено знать, кто под масками, как и Славе. Макаров быстро сообразил, что к чему, ведь жил не так далеко от места съемок и мог быстро доехать до дома. Он написал Юре, чтобы тот дождался его там, где и сидит, то есть на автобусной остановке. Музыченко остался послушно сидеть, слушая как по крыше остановки барабанили капли дождя. Из-за этого невольно клонило в сон. Сам же Макаров проделал все свои манипуляции достаточно быстро и удачно, в итоге приехав из дома за Юрой на своей машине, как ни в чем ни бывало и отвез его к себе домой. Не смотря на то что Юра сидел под крышей, с нее все-таки капало, так как в навесе имелись небольшие трещины, пропускающие через себя капли дождя. Так что куртка была вся мокрая насквозь. Приехав в квартиру, Макаров стал как можно быстрее отогревать замерзшего Музыченко, сняв с него всю мокрую одежду, дав ему сухую запасную, плюс дополнительно укутав в плед, усадив на свой диван, садясь рядом.

— Ты что делал на остановке, Юра? — Обеспокоенно спросил Слава, — Неужто не успел на автобус? — Да, но это мой косяк, а такси заказывать жаба душит… Ну и подумал, почему бы не попроситься к тебе на ночевку, правда, извини, что написал так поздно. Съемки продлились до позднего вечера, почти до ночи, как видишь и… — Юра чувствовал себя неловко перед Славой, начиная оправдываться перед ним. — Юра, я знаю сколько идут съемки. Они всегда заканчиваются поздно вечером, — Слегка улыбнулся Слава, глядя на сидящего рядом с ним, укутанного в плед, Юру, который все еще слегка трясся от холода, — Какую-то куртку не по погоде ты надел. Такая тонкая, на осеннюю не особо похожа. Сейчас же дожди сплошные, а ты в такой тонкой курточке ходишь. Про обувь уже молчу, она у тебя насквозь промокла, как и все остальное. Простыть хочешь что ли? — Извини, Слава… Не хотел заставить тебя волноваться за меня. Это еще один мой косяк за сегодняшний день. Надел не ту куртку, хотя хотел надеть ту, что потеплее и плотнее, но что-то торкнуло… Либо я на что-то отвлекся утром. — Я думаю, что тебе есть, что сказать мне, не так ли? К примеру как ты сегодня спал? Как ты себя чувствуешь? Только честно, я же почувствую ложь. — Ладно. Я ужасно сегодня спал. Видимо моя невнимательность утром, после кошмара сказалась на том, почему я оделся не по погоде. О чем ты говоришь вообще?! Я резинку сраную на волосы никак нацепить не мог! — Рассеянность в тебе была явно всегда, Юра, — Хохотнул Макаров, погладив сидящий мохнатый укутанный комок в виде Юры в пледе, сидящий рядом с ним. — Что уж греха таить, — Тихо буркнул Музыченко, понимая, что рассеянность в нем была и правда всегда, — Тут даже на депрессию не свалишь… — Ладно, Юра, я думаю, что ты за сегодня сильно устал после съёмок. Я предлагаю тебе поговорить обо всем этом завтра. Ты куда-нибудь торопишься? — Нет, не особо, но а ты… — А у меня свободный день завтра. Только в магазин нужно будет сходить, как позавтракаем, а то там мышь повесилась в холодильнике, — Усмехнулся Слава, посмотрев на Юру, — Завтра кстати и расскажешь о своих впечатлениях после твоего дебюта. А сейчас я предлагаю поспать. Диван у меня раскладывается, могу я на нем спать, а ты на кровати, или наоборот, как захочешь. — Могу на диване, кровать это все-таки совсем уж личное, наверное, — Юра неловко отвел взгляд в сторону, невольно покраснев почему-то. Слава заметил это, но не стал ничего говорить, чтобы не пугать и не смущать Юру. — Хорошо, тогда пересядь пока на кресло, пожалуйста, я разложу диван.

Юра послушно пересел на кресло, все так же плотно укутываясь в теплый плед, наблюдая за тем, что делал Слава. Однако его стало невольно клонить в сон и в итоге он и правда уснул. Макаров закончил с расстилать постельное белье, тем временем, а после обернулся на Юру, который уже вовсю спал, укутанный в плед. Слава умилился этой картине, но также задумался, как ему уложить Юру на диван, не разбудив при этом. И все же немного подумав он решился на отчаянный шаг: Он осторожно взял спящего на руки, плавно перенеся на диван, уложив его, не разматывая из пледа, а то точно был риск разбудить его. Но Юра спал достаточно крепко, укутываясь в плед. Слава невольно засмотрелся на спящего Музыченко, сидя с ним рядом на диване. И убедившись, что тот спал спокойно он отправился в свою комнату, выключив в гостиной, где спал Юра, свет. Удостоверившись, что все было в порядке он со спокойной совестью лег спать.

Однако посреди ночи Макаров проснулся от странных звуков, исходящих из гостиной, где спал Юра. Он не поленился и встал с кровати, решив проверить все ли с ним было в порядке. Кое-как в полутьме нащупав диван он сел на него, так же осторожно нащупав лежащего скукоженным Юру, который что-то бормотал неясное во сне и изредка дергался и ворочался, но чувствовалось, что спалось ему тревожно и его снова мучили кошмары. Теперь Слава был свидетелем беспокойного сна Музыченко. Он стал думать, что делать и как ему помочь, ведь с одной стороны нельзя резко пробуждать человека от кошмара, а с другой стороны все могло закончиться и панической атакой. Из двух зол он выбрал меньшую, просто ложась с ним рядом, прижав к себе и стал успокаивающе гладить. Он почувствовал, как дрожало его тело, но не останавливался, продолжая его гладить по напряженной спине и плечам, слегка растирая их. Где-то только через пару минут бормотание стихло и дрожь в теле сошла на нет. Это действительно помогло Музыченко успокоиться во сне. Вроде все утихло, но привыкнув к полутьме Слава смог разглядеть лицо Юры, судя по которому было видно, что он все еще напряжен. Он осторожно коснулся пальцами его щеки, почувствовал влагу. Снова слезы во сне во время кошмара.

— Да что же это такое… — Тихо шепнул Макаров, начиная осторожно вытирать слезы с лица спящего, — Как часто ты плачешь во сне? У тебя уже глаза опухли похоже…

Все же Юра начал просыпаться от очередного кошмара, начиная вытирать мокрые от слез глаза, в итоге открыв их. Он заметил рядом с собой Славу, а после тяжело вздохнул, накрыв лицо куском пледа

— Слава, у меня такое постоянно… Прости, я не хотел тебя будить. Который час.? — Три часа ночи, Юра… — Слава с беспокойством смотрел на Юру, — Говоришь, что у тебя это постоянно? Постоянно слезы во сне? — Я не всегда это замечаю, но утром у меня ужасно опухшие глаза, и только тогда я понимаю, что всю ночь у меня шли слезы. Так и думал, что это снова случится… — Юра, а что тебе снится такое? Может в этом заключается твоя проблема со сном? — Макаров стал вновь успокаивающе его гладить по спине, — Ведь, ты так и не рассказал подробности своей депрессии. Может в тебе все это копится и выливается в твои сны, делая их беспокойными. Мне кажется, что если ты скажешь о том, что тебя беспокоит тебе станет легче. Ну, я надеюсь на это, потому что я волнуюсь за тебя.

Музыченко сел на кровати, подвинувшись ближе к Славе, посмотрев куда-то в пространство перед собой.

— Знаешь, вообще случилось так, что отцу должны были делать операцию, так как у него были серьезные проблемы с желудком. А при вскрытии выяснилось, что у него было куча метастазов и… — Голос Юры стал предательски дрожать, — И врачи сказали, что у него нет шансов. И предложили сделать эвтаназию… Мы с мамой согласились. Лучше пусть уйдет во сне, чем страдал бы дальше… — Музыченко все же всхлипнул, вновь вытирая глаза, — Я знаю, что уже прошло два года после этого события, но… Мне правда все еще тяжело жить с той мыслью, что… Перед тем, как он уехал делать операцию я с ним сильно поссорился. Ну, мы часто ссорились и так, но суть в том, что… Я не успел ни извиниться ни попрощаться с ним… И это, блять, меня добивает каждый гребаный день, Слава…

Слава сидел и внимательно слушал его излияние души, сам едва ли не плача, вспоминая, как все было с его отцом.

— А кошмары… Да, они чаще всего связаны с тем, как каждый раз ко мне во сне является образ покойного отца и что-то неразборчиво орет на меня, а я пытаюсь с ним поговорить и извиниться, но каждый раз все обрывается какой-то звуковой белой яркой вспышкой от которой я каждый раз вскакиваю во сне… Я знаю, я говорил, что не задумываюсь ни о чем глобально, не задерживаюсь в прошлом, но прошлое блять, меня постоянно преследует… Я не могу так больше, я с ума сойду…

Макаров молча обнял его, понимая его состояние. Юра же сидел и тихо всхлипывал.

— Отец не одобрил бы, что я слезы лью… И иногда я думаю, может оно и к лучшему произошло все, иначе если бы я тогда к нему приехал в больницу я тупо бы разрыдался при нем. Знаешь тот самый принцип: «Мужики не плачут!» Ну, так вот… Но мне правда очень тяжело держать в себе слезы. Видимо все, что накопилось то и выливается теперь во сне, не давая мне спокойно спать. Меня бесит моя плаксивость. А я плаксивый до жути, Слава. Я способен разрыдаться даже от грустной, сука, картинки в интернете! Молчу уж про Титаник, Хатико и все остальное. А уж от грустной музыки… — Юра, не нужно стесняться своих эмоций. Пусть твой отец бы и не одобрил этого, он это явно говорил лишь из простого банального принципа. Мне отец тоже так говорил. Он многое говорил и многое запрещал, но мы все люди, Юра. И все мы проявляем эмоции. И это естественно и нормально. — Слава, можно спросить на счет твоего отца? — Хочешь узнать, как было у меня с отцом? Ну… Он умудрился заработать рак, частично по своей вине. И знаешь, я этого не знал до самого последнего момента. Мой отец был очень позитивным человеком по жизни и был мне наставником и лучшим другом по жизни, но без пиздюлей, как без пряников как говорится. Он был со мной достаточно строг при всем при этом. И знаешь, он всегда верил только в самое лучшее. И когда он узнал про рак, то сказал маме, чтобы она мне не говорила. Я ни о чем не подозревал. Я даже не знал, что папа принимал какие-то жизнеподдерживающие препараты. Но с каждым днем ему становилось все тяжелее. Он не хотел быть обузой для своей семьи и в один день просто перестал принимать эти препараты. И когда этот момент случился, тогда мать мне и созналась на эмоциях… Отец был кормильцем в семье, а после его смерти им стал пятнадцатилетний я. Я помогал матери и сестре во всем. Я уже подрабатывал. А там уже история про КВН, ну и… Ты понял, в общем. — Значит, ты в отца? Как и я? Правда у меня по большей части от него и внешность и вредные привычки, хах… — Выходит, что так. Но, похоже этот его вечный позитив и жизнерадостность достались мне по наследству и по генетике. Ну и внешность, скорее всего, хотя этот вопрос до сих пор еще остается вопросом… — Что ж… У нас оказывается есть схожести. Я даже и представить себе не мог. — Да, Юра. Ну что? После того, как ты сказал свою причину тебе стало полегче? — Думаю, что да… — Юра все еще вытирал мокрые глаза, а после посмотрел Славе в глаза, хоть была полутьма и было мало что видно. Слава видел вполне неплохо в темноте и он также засмотрелся на сидящего перед ним Юру, а после посмотрел на его растрепанный хвостик на голове, — Юра, а ты на ночь не снимаешь резинку с волос? Просто ты уснул и я тебя положил спать в том положении в котором ты уснул и я боялся тебя разбудить. — Когда как, но чаще всего снимаю с волос резинку на ночь. Правда просыпаюсь потом, как девочка из фильма «Звонок». С моими то волосами ее косплеить самое то, — Усмехнулся Юра, постепенно успокаиваясь после слез, все же сняв резинку с волос, отложив ее в сторонку, — Ну а еще их потом расчесывать довольно трудно, так как они спутанные после ночи. — Ясненько. А я уж сам хотел пошутить про девочку из фильма «Звонок» — Усмехнулся Слава, слегка тролля Юру, который оказывается сам себя затроллил. Юра опустил взгляд вниз, слегка теребя в руках кончик пледа, в который он был укутан. Слава внимательно смотрел на него, думая в чем дело, — Юра, что-то случилось? — Да я просто… — Музыченко замялся, не зная как ему сказать о своей просьбе, — Ты, наверное уже можешь идти спокойно спать, я справлюсь. Надеюсь не буду будить тебя и тревожить…

Слава лишь загадочно заулыбался, понимая в чем была причина стеснения Юры, но он продолжал внимательно смотреть на него, думая может тот сам сознается. Музыченко немного напрягся, заметив его пристальный взгляд.

— Чего ты так на меня смотришь? — Робко спросил Юра, слегка отведя взгляд в сторону. Слава лишь придвинулся к нему чуть ближе, продолжая на него смотреть. Юра стал медленно натягивать плед на свое лицо, закрывая его от Славы, стыдясь своих мыслей. Макаров осторожно сдвинул его руки, держащие плед вниз, открывая смущенное лицо Музыченко, все также улыбаясь, — Ну, Слава! Хорош так на меня пялиться! Смущаешь, зараза!

Макаров засмеялся, навалившись на него, прижав к себе, лежа с ним на диване. Юра лишь сильнее раскраснелся, благо в темноте этого особо видно не было, но смущение чувствовалось прекрасно. Он в итоге закрыл глаза ладошками, все еще надеясь тем самым спрятаться от Славы.

— Юра, если ты так хочешь я могу поспать с тобой, чтобы тебе не снились кошмары~ — Заявил Слава, от чего Юра смутился абсолютно точно, но был рад, что тот сам обо всем догадался, — Ну так что? Мне поспать с тобой эту ночь? А то вдруг тебе там опять что-то приснится? — Ладно, Слава, ты прав. Я думаю, что мне будет спокойнее, если ты поспишь просто рядом. В этом ведь ничего такого нет, верно? Тем более на ночевках могут спать в одной кровати и ничего… — Юра продолжал краснеть и смущаться. Слава продолжал его обнимать, прижимая к себе. — Все в порядке, Юра, не беспокойся об этом. В этом ничего такого нет. А теперь давай ложиться спать. Уже утром поговорим обо всем остальном, ладно? — Я согласен. Спокойной ночи, Слава, — Зевнул Юра, невольно расплывшись в объятиях Славы, совсем не имея ничего против. Ему было спокойно, тепло и уютно и это главное. — Спокойной ночи, Юра, — Сонно произнес Слава, обнимая Юру, засыпая довольно быстро, будучи спокойным за Юру, состояние которого улучшилось после разговора.

***

Наступило утро. Не смотря на то, что всю ночь лил дождь, решило показаться солнце, лучи которого светили прям в окно, освещая гостиную, где Юра и Слава спали. Макаров проснулся первым, лениво потягиваясь, а после осознав, как у него оказывается затекла рука, пока он спал в обнимку с Юрой.

— Вот тебе и добрая утра… — Тихо буркнул Слава, посмотрев на свою затекшую руку, а потом перевел взгляд на мирно спящего рядом Юру, — Повезло еще, что сегодня у меня выходной, да и Юра никуда не торопится, а то слышал я, что по утрам он просыпается, как демонюга и материт все что движется и не движется. Будить его опасно, однако и спать слишком долго ему нельзя позволять. Как бы мило он ни выглядел. Блин… — Слава удрученно вздохнул, понимая, что будить Юру ему все-таки придется. Он побаивался того, какой Музыченковский демонический гнев на него обрушится из-за пробуждения, ведь Юра ненавидел, когда его будили. Макаров пока решил не рисковать и пойти хотя бы в ванную, чтобы умыться, а затем на кухню, чтобы поставить чайник, но что готовить на завтрак он не знал, ему нужно было спросить у Юры, не смотря ни на что. Когда же этот момент пришел он осторожно лег рядом с Юрой, глядя на то, как он мило спал, укутавшись в плед. Эта картина действительно заставила Славу умиляться, но все же сосредоточившись он стал думать, как осторожно и не настырно разбудить Юру, чтобы не взбесить его и решил быстро найти в интернете способы мягкого пробуждения. И вот найдя несколько он решил испробовать их на спящем. Для начала он придвинулся ближе к Юре, нависнув над ним, начав что-то тихо нашептывать на ухо. Тот лишь повел плечом во сне, перевернувшись на другой бок, продолжая спать, укутавшись в плед с головой. — Ну да, ну да, ладно, попробуем еще методы, — Тихо буркнул Слава, прочитав еще несколько методов мягкого пробуждения. Подумав немного он стал медленно и осторожно стягивать с него плед. Ему это удалось, один из способов был проделан, но эффекта он не оказал, так как Юре было пофиг укрыт он пока спит или нет. Он продолжил спать. Следующим пунктом Слава включил телевизор, как и говорилось в методе, постепенно прибавляя звук все громче, но Музыченко продолжал уперто спать. В таком случае пришлось перейти к более настырным методам. — Юра, проснись и пой! Доброе утро! Чет эти методы нифига не работают. А если бы это сработало он бы меня послал далеко и надолго. Нет, надо что-то не слишком настырное но эффективное…

И вот читая еще один метод, краем глаза Макаров заметил торчащее маленькое перышко из подушки, на которой спал Юра. Недолго раздумывая он осторожно вынул это перышко, осторожно проведя им по щеке спящего. Тот вновь повел плечом, лениво отмахнувшись рукой во сне, вновь перевернувшись на другой бок. Слава не стал останавливаться, проведя этим перышком по шее Юры. Тот моментально вжал голову в плечи, пожмурившись немного и скукожившись, а после медленно открыл глаза, глядя прямиком на Славу, который замер в ожидании того, что сейчас начнутся лютые матюки, но их не последовало. Юра просто молча смотрел на него сонным взглядом, а после зевнул, прикрыв рот рукой.

— Че смотришь? Я не могу дальше так скукоживаться, твоя взяла, — Фыркнул Музыченко, сонно потирая глаза. Слава улыбнулся, наблюдая за тем, как он постепенно просыпался, — И вообще какого хрена так громко орет телевизор, ты че, дед глухой что ли?

Вот и начались эти утренние Музыченковские ворчания на все и всех. Впрочем Слава ожидал, что это начнется, но все же решил попытаться усмирить его ворчания, мягко повалившись с ним рядом. Тот сщуренно посмотрел на него.

— И че мы развалились? Разбудил меня и лыбится довольный, я ж ненавижу, когда меня будят! Вот жди теперь минут сорок, пока я приду в себя, потому что иначе я тебя придушу, если будешь пытаться ко мне лезть!

Слава засмеялся над этими угрозами, понимая, что все это было на самом деле не всерьез и не став слушать, обнял его, прижав к себе. Юра опешил от такого, не ожидая, что Слава возьмет да обнимет его, не смотря на его гнев. Пожалуй, против Макарова Музыченко не имел никаких шансов со своим утренним ворчанием. Юра продолжал тихо ворчать и материться и схватил подушку, стукнув ею Славу по голове. Это не остановило Макарова, а лишь раззадорило.

— Так, ты решил подраться, Юра? — Усмехнувшись спросил Слава, отстранившись от него, следя за ним внимательным взглядом. Юра напрягся, чувствуя какой-то подвох. — Я сказал не лезть ко мне, я злой. — Ах, ты злой? Ну, а ты в курсе, что со злом борются? И добро всегда побеждает зло. Если ты зло, значит я добро. Ну, в данный момент имеется в виду. — Да неужели? Я буду злом еще минут сорок! — Нет, Юра, это не дело, что ты просыпаешься такой злюкой! — Слава резко кинул в него подушку, но тот был готов и ловко увернулся. — Лох! — Выкрикнул Юра, указав на него рукой, а после встал с кровати, — Нарываешься! — Он просто схватил еще одну подушку, кинув ее прямиком в Славу, а тот не успел увернуться и был повален ударом подушку на диван. Музыченко наступил на мину, на которой точно подорвался. Макаров быстрыми движениями спрыгнул с дивана, а после повалил Юру, плюхаясь на него сверху, придавливая к дивану. — Ты думаешь, я не в курсе, как с тобой можно бороться, засранец? — Слава быстро прошелся пальцами по бокам поваленного Юры, которого своими манипуляциями заставил издать сдавленный смешок и рефлекторно скукожиться. — Блять, не смей! Я тебя точно придушу, если ты это сделаешь! — Музыченко быстро схватил его руки, удерживая их в своих руках. — Да? Интересно когда ты успеешь это делать, если будешь валяться поверженным и пытаться отдышаться? — Не надо, бля!

Макаров спокойно вырвал руки из его захвата, возобновив атаку пальцами на его бока и ребра, заставив Юру залиться смехом на всю гостиную, а тот тем временем пытался выползти из-под него, стуча свободной рукой по его спине и невольно краснея.

— Прекрати! — Музыченко максимально скукожился на диване, беспомощно смеясь, — Да все-все, твоя взяла! Прекращай!

Слава все же сжалился над этим утренним злюкой, обняв его, а после оба встали и наконец смогли сесть завтракать. Ворчанию Музыченко довольно быстро настал конец, ну, почти.

В магазине

Слава был с Юрой в магазине, неподалеку от дома. Пока Макаров думал, что ему купить, Музыченко охуевал от цен на огурцы, периодически тряся Славу, чтобы он тоже обратил на это внимание.

— Юра, я знаю это, я тут не первый раз. — Нет, погоди, какого хрена огурцы стоят почти триста рублей?! — Юра действительно задавался этим вопросом. Хотя и в Питере были свои проблемы с этими ценами на продукты, — Слушай, ну даже у нас в Питере так не охуевают с ценами! — Ну, Юра, тут все равно удивляться нечему, — Макаров лишь пожал плечами, продолжая искать среди продуктов все необходимое, — Может на обед пельмени взять? Готовятся очень просто, а больше о них ничего знать не стоит. — Ладно, пельмени так пельмени, я против ничего не имею, Слава.

Музыченко перевел взгляд в сторону, резко о чем-то задумавшись, а после направился куда-то скрываясь с глаз сосредоточенного на покупках Славы. Все таки Макаров отвлекся, осознав, что Юры рядом с ним уже не было. Куда он исчез? Кажется его придется искать среди толпы людей.

Продолжение следует…