A bosom friend

      — КОГО СДЕЛАТЬ?! — Сюэ Ян подался вперёд и в порыве бьющего ключом шока хотел встать, но руки приятеля вовремя крепко удержали его на месте.       После объявления правил первого этапа англичанин пребывал не то что вахуи, но втрихуи, осознав, с чем ему придётся столкнуться.       — Не нужно так кричать, — Не Хуайсан сложил брови домиком, скрыв половину лица веером и скромно отведя глаза. — Я могу понять, что вам не нравится, но переделывать концепцию конкурса сейчас как-то…       — Ну что ты, ха-ха, — шлепком прикрыв рот Яну, произнёс Вэй Ин и нервно похихикал. — Мой непутёвый дружок не это имел в виду. Он всего лишь немного озадачен, потому что немного стесняется.       — Правда?       — Коне-е-ечно, — сощурившись и неловко улыбнувшись, протянул Вэй Усянь, как обычно делал, когда врал кому-то в лицо.       — В таком случае косплей мема, который достался вам и вашим партнёрам, не такая уж неудачная идея? — казалось, в светлых зрачках ведущего появились звёздочки надежды и радости.       — А по-моему очень даже забавно, — Сяо Синчэнь быстрым движением поправил сползающие очки, отчего тонкая блестящая цепочка издала тихий звон.       Сюэ Ян обернулся и с полными немого осуждения и невыразимого цензурными словами чувства подставы со стороны так называемого соулмейта зыркнул на парня в белой водолазке.       Ты должен был бороться со злом, а не примкнуть к нему!!!       — В таком случае, — тут же Не Хуайсан поднёс микрофон ближе ко рту, отчего звук стал чище и громче, — первый этап Soulmate Challenge начинается! Но мы понимаем, что нельзя забывать об учёбе, а потому для того, чтобы сделать косплей картинки, вам даётся аж целая неделя! Желаю всем успехов!       Вэй Усянь был до жути доволен происходящим: во-первых, он будет общаться с холодным красавчиком, а во-вторых, он увидит этого холодного красавчика в образе Губки Боба, а потому у них появится общее фото в знак начала их дружбы.       Однако его горячо уважаемый одногруппник чувствовал себя настолько подавленным, что не чувствовал уже ничего.       Тем не менее, при выходе из аудитории Ян встрепенулся и со скоростью крыски зажал Синчэня в углу. Такого с последним ещё никогда не происходило, потому он смутился, что выразилось погорячевшими щеками, когда стройная нога обозлившегося студента закабедонила его у стенки.       — Слышь, мы с тобой не особо знакомы, но КАК ТЫ МОГ?! Ты должен был по взгляду понять мои чувства, мы соулмейты или кто?       — Почему ты злишься, mon cher ami? — слегка заикаясь, спросил Сяо Синчень. Он по-прежнему был немного ошарашен внезапным действием нового знакомого.       Сюэ Ян потерял дар речи.       — Знаешь, как-тебя-там-Сяо, я не вижу тебя в образе вот этой вот хуйни с ручками, — англичанин вытянул перед собой картинку мема «Так блэт» и криво ухмыльнулся, ожидая, что же в ответ выдаст его новоиспечённый соулмейт.       Из-за того, что Синчэнь был на пару сантиметров выше Сюэ Яна, последнему пришлось слегка запрокидывать голову, чтобы смотреть на оппонента. В этот момент парень казался французу маленькой злой собачкой, а потому тот в душе умилился, совсем не обратив внимание на недовольство однокурсника.       — Конечно же, повторять фотографию буду не я.       Ещё и издевается!       — Староста, взгляни, — взмахом руки юноша в очках подозвал своего прятеля, который недалеко от них о чём-то увлечённо беседовал с Вэй Ином (хотя больше похоже на то, что Вэй Усянь говорил с кивающей стенкой). — Разве я похож на эту птицу?       Из-за спины Лань Ванцзи вылезла наглая мордашка любопытствующего брата Вэя, который тоже проверил, чем же там тыкает в лицо своему партнёру Ян.       — Ого, слили фотки Сюэ Яна, когда А-Яо забывает про домашку, а тот весь вечер над ней сидел? — Вэй Усяня пробрало на смех. — Правда, ты обычно говоришь при этом не «Так блэт», а «Так нахуй», но лицо вылитое, отвечаю.       — Вэй Ин, какая же ты всё-таки сволочь, а, — парень уже почти прыгнул на хихикающего юношу, надеясь схватить его за ворот, однако первого за локоть остановил Сяо Синчэнь, а перед вторым стеной возвышался парень с белым тату на лбу.       Студенты с французского направления устало вздохнули. Как так вышло, что эти двое оказались батарейками энерджайзер? Хотя нет, другой вопрос. Почему они вообще дружат? Они будто две змейки, плюющиеся ядом друг в друга — неужели и такая дружба бывает?       — Короче, — подвёл итог Сюэ Ян, издав упрямый «Хн!» и скрестив руки на груди, — я не буду фотографироваться в образе этой поеботы, и вы меня не уговорите, понятно?!       — Да брось, братан, — цокнул Вэй Усянь, оперевшись о плечо молча наблюдавшего за происходящим Лань Ванцзи. — Нам с Лань Чжанем вообще придётся подбирать образ под Губку Боба и Патрика. Тебе хотя бы делать ничего не надо.       — Спасибо, утешил.       — Ну, а если серьёзно, то я вообще не представляю, как такой статный молодой человек будет смотреться в подтяжках, — несмотря на слова, выражение лица студента говорило совершенно о другом: в данный момент он не только активно рисовал в голове столь занимательную картину, но и с нетерпением ждал увидеть её воочию. Потерев подбородок, Вэй Ин единожды гоготнул, заставив соулмейта сглотнуть.       — Ты же помнишь, что мы сейчас обо мне говорили, да?       — О, точно, я забыл, что ты есть. Так как насчёт не просто попурри конфет, но и купона в кондитерскую на два десерта бесплатно за то, что ты пройдешь челлендж до конца? — Вэй Усяню доставляло особое удовольствие заставлять Сюэ Яна делать то, чего он не хочет, ведь друг так смешно всегда нехотя что-то выполнял. Особенно домашку по английскому.       — Do you know what corruption and bribing are? — Ян наигранно осуждающе закатил глаза.       — Три?       — Повторяю, ты меня не заставишь.       — Ч… Четыре десерта? — если он хочет больше, то кошелёк Вэй Ина точно не потянет такие расходы.       Повисло трёхсекундное молчание, во время которого мозг Сюэ Яна был подобен Энигме, расшифровывающей новый код и с гулким шумом рассчитывающей возможные варианты исхода событий. Казалось, трое юношей почти слышали лязг шестерёнок и роторов.       — Сяо Синчэнь? — сквозь зубы процедил англичанин, вынужденно ухмыляясь.       — Да?       — Когда ты свободен на неделе?

***

      — Я бля буду, это не день, а какая-то пизда, как обычно, — с трудом волоча ноги, двое парней плюхнулись на свои кровати в общажной комнате.       — Согласен…       — Ебаный в рот, пацаны! — в комнату англичан в глухим стуком двери вошёл приятель в домашнем сиреневом комбинезоне.       — Чэн-Чэн, Христа ради, не кричи, я чертовски устал, — Сюэ Ян накрылся подушкой.       — Чё у тебя, братишка?       — Профессор Не у меня, вот что…       — Неужели Не Минцзюэ решил наконец взять тебя к себе домой? — саркастически посмеялся Вэй Усянь, закинув ногу на ногу. — Судя по твоим рассказам, в последнее время он всё больше стал обращать на тебя внимание.       — Сто процентов запал, а дома зовёт тебя своим сынулей, — подхватил Ян.       — Доржётесь сейчас, — угрожающим тоном проворчал Цзян Чэн, в ярости кинув свой рюкзак в угол. Несмотря на то, что комната немца была на следующем этаже, парень чувствовал себя как дома, когда приходил к друзьям. Более того, они часто вместе выпивали и сплетничали, как лучшие подружки из старшей школы. Наверное, потому, что сосед Цзян Чэна по комнате был немногословен и часто где-то пропадал.       — Тогда я не понимаю, что ещё могло произойти. Ну, давай угадаю, — на секунду Вэй Ин задумался. — Может он наоборот стал больше к тебе придираться, потому что хочет отчислить?       — Зачем этому мужику надо отчислять Чэн-Чэна? Наша фиолетовая феечка каждый день на домашку тратит 100500 часов, ещё и умудряется в студсовете ебашить, — Сюэ Ян высунул голову из-под подушки и начал лениво стягивать одежду, чтобы сменить её на любимую растянутую футболку и спортивки с носочками с рисунком кексов.       — Почему я феечка? — едва слышно вставил субъект разговора, и его никто не услышал.       — Чёрт, а ведь и правда. Если Цзян Чэна отчислят, немецкое направление потеряет свой мизинец, несущий 50% силы ладони…       — Я сейчас не понял, это подъёб? — полураздетый Ян обернулся, заметив, как Цзян Чэн и Вэй Ин дали друг другу пять, снова напомнив товарищу, как он в прошлом году сломал свой мизинец, когда на спор с Вэй Усянем бежал спиной вперёд, но уебался о скамейку и полетел назад. Неправильное приземление стоило ему нескольких ушибов и чрезвычайно ноющего пальца. По крайней мере, сломал он только мизинец, а не всю руку.       — Жизнь такова и больше некакова, — кивнул Чэн-Чэн, перестав хрипло хихикать и сделав серьёзное лицо.       — Смирись.       — Я вам ещё припомню, сучары, — надеялся Сюэ Ян. — Так что там у тебя, трудяжка наш? Не Минцзюэ в итоге чё сделал? Может, э… Нихуя? Скажи, что он просто рофлил над тобой, и мы закончим.       — Если бы он рофлил, я бы над ним посмеялся. Как видишь, я не смеюсь. Он, кстати, рофлить не умеет, — снова вспомнив причину своего прихода, студент потёр точку между бровей. — Как вы помните, наша староста недавно отчислилась — как же я её, блять, понимаю — и её место осталось вакантным, так сказать.       — И?       — Этот мужик сделал старостой МЕНЯ!!! — Цзян Чэн закрыл лицо руками, словно дева, обиженная на публике, и застонал от разочарования. — Какое плохое зло я ему сделал?!       — Н-да, ушлёпок…       — Я не ощущаю в твоём голосе сопереживания, Вэй Ин, — нахмурился парень с пучком на голове, завязанным пурпурной резинкой. — Я, весь такой протестующий, обратился: «Профессор Не, это сейчас шутка была?», а он мне: «Что такое шутка?» Тут я понимаю, что мне пизда, но решаю не сдаваться. На следующем занятии я ему: «Профессор, мне кажется, Вэнь Цин на это место подойдёт лучше. Почему бы Вам не спросить её?» И знаете, что он мне ответил?       — Что?       — Кхм, — Цзян Чэн прокашлялся, сделав голос грубее, и состроил кирпичное лицо, сведя брови у переносицы, — «Вэнь Цин ответственна и трудолюбива, кроме того, она на хорошем счету у преподавателей нашей кафедры. Однако эта девушка работает у матери в больнице, а потому я не смогу давать ей поручения, чтобы получить полный отчёт вовремя. Вы правда считаете, что я её не спрашивал?» ВЭНЬ ЦИН РАБОТАЕТ, КАРЛ! В рот мне ноги, знали бы вы, как же я прожигал её взглядом на парах и мысленно хуесосил оставшийся день, А ВЕДЬ ОНА МНЕ ПО ФАКТУ НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛА!       — Чэн-Чэн, ты…       — Я чувствую себя говном, понимаете?!       — Хочешь честную реакцию, братан? — лениво проговорил Ян, а получив кивок, продолжил. — В этой ситуации ты реально говно.       — Так и знал, чуйка меня не подводит.       — Успокойся, Цзян Чэн, — прыснув, шутливо пихнул его в бок Вэй Усянь. — Быть старостой не так плохо. Наша староста Мянь-Мянь вполне довольна жизнью: А-Яо ей поблажки на экзаменах делает.       — Нет, Вэй Ин, ты не понимаешь. Может на вас и снисходит манна небесная, но немецкое направление — это буквально «через терни к звёздам», а когда ты вроде прошёл терновник, то звёзд там, оказывается, нет нихуя!       — Лошара, а чё ты туда поступил-то вообще? — ухмыльнулся Сюэ Ян, обнажив клычки. — Пошёл бы с нами на английский. Я бы сказал easy-peasy lemon squeezy, но у нас, к сожалению, из всего выражения только lemon squeezy и остался. Зато препод забавный, не то, что Не Минцзюэ.       — Ну, немецкий прикольный просто.       В комнате повисла гробовая тишина. Показалось, где-то за шкафом ползают тараканчики. Из коридора послышался злой женский мат: «Какого лешего бухаешь ты, а убираю за тобой я?!» Из полуоткрытого окна подул лёгкий весенний ветерок и заголосила птичка.       Ситуация сюр.       Сюэ Ян и Вэй Ин не могли понять: Цзян Чен мазохист или да?       — Немецкий прикольный, а вот препод нет, не пяльтесь на меня, как на придурошного, идиоты.       — Ох, Цзян Чэн. На самом деле, ты крутой парень, — Вэй Усянь, не поднимаясь с кровати, почти перетёк на пол и, когда ему удалось, доползти до друга, погладил того по голове. — Я уверен, что ты справишься со всеми сложностями на своём пути. В своей жизни я не видал ещё таких трудолюбивых и серьёзных парней. Cheer up, dude!       — Правда? — от этой речи вечно хмурое лицо Чэн-Чэна смягчилось, и тот посмотрел в улыбающиеся глаза друга. — Значит, мне не нужно бросать универ?       — Конечно, нет! Постарайся! — англичанин сжал кулак в поддерживающем жесте. — Хотя бы ради того, чтобы твоя матушка с тебя кожу не содрала — я не горю желанием видеть твои внутренности, — с прежней ухмылкой и спокойным голосом произнёс парень.       — Я знал, что здесь есть какой-то подвох.       Тогда Сюэ Яна-то и прорвало. Каждый раз при упоминании своей успешной, но строгой матери, фанатик сиреневых оттенков закатывал глаза, ощущая на своих плечах груз ответственности перед этой замечательной женщиной. Хотя, будем честны, чаще всего эта ответственность больше казалась страхом.       Однако Яну до истерики нравилось смотреть на это — видимо, в нём всё-таки дремали маниакальные замашки.       Полежав немного рядом с Вэй Ином на полу среди комнаты и отдохнув, Цзян Чэн хотел было пойти к себе заниматься домашкой, но остановился у двери.       — Кстати, вы же в этом семестре хотели вид физры сменить?       — Ну, типа, — буркнул полусонный Ян. — Тренажёрка у меня уже в печёнках сидит — заебался.       — Я тоже. Участвовать на соревнованиях по волейболу так утомительно. Случайно не знаешь, есть ли что-нибудь попроще, но с физической нагрузкой? — Вэй Ин присел на полу, с интересом взглянув на новоиспечённого старосту немецкой группы.       — Откуда я добуду такую информацию?       — Эм, волшебным образом? Ты же всё умеешь.       — Бля, я вам не фея-крёст… А, так вот почему я фиолетовая фея, — обречённо вздохнул Цзян Чэн. — На самом деле, я занимаюсь на лёгкой атлетике. Соревнования там проходят редко, а упражнения в основном силовые, на растяжку да на выносливость. Думаю, вам может подойти, — Чэн-Чэн повёл плечами и вышел, даже не попрощавшись. А зачем прощаться? Всё равно под одной крышей живут.       Как только в комнате осталось двое, Вэй Ин снова перебрался на свою половину, уютно устроившись в тёплой постельке сразу после переодевания в красно-чёрную пижаму.       — Будешь делать сегодня домашку? — спросил Вэй Усянь у соседа. — Мне так взападло, честное слово.       — Мне тоже, поэтому в пизду её, — Сюэ Ян отвернулся к стене и громко зевнул. — Всё равно завтра нет ни английского, ни древнеанглийского, ни литературы, на которые надо что-то делать. Завтра что вообще, кстати говоря?       — Hold on a sec, bro, — Вэй Ин заглянул в документ с новым расписанием на телефоне. — Завтра физкультура, хуйня, хуйня, окно и… Блять.       — Что там?       — Я совсем забыл, что в этом семестре у нас новый предмет…       — Ну?       — Страшное слово на Ф, чел. Мы с тобой ёбнемся на экзамене, зуб даю.       — На Ф? Ты мне тут загадки не загадывай, — насупившись, шикнул Сюэ Ян.       — В общем, философия завтра. Лекция. После физры…       — Ебать. Мой. Хуй. Ну ладно, значит, нам суждено умереть молодыми. Пойду поплачу в подушку, — Сюэ Ян махнул рукой и закрыл глаза. Усталость обуяла всё тело, и студент решил вздремнуть — have a cat nap, как говорят обессиленные англичане с лингвистического факультета.       Когда сосед по комнате заснул, Вэй Усянь ещё немного початился со знакомыми и пошарил в соцсетях. И в этот момент на телефон пришло уведомление с его электронной почты с приложенным к сообщению файлом:

Спасибо, что приняли участие в SOULMATE CHALLENGE!

Мы заботимся о наших участниках, а потому для прогрессивного взаимодействия с Вашим партнёром высылаем вам анкету Вашего соулмейта, где Вы сможете узнать о нём чуточку больше. Вашу анкету также получит партнёр.

~Желаем успешного первого этапа конкурса~

{Ваш студсовет факультета искусств и дизайна}