Источник. Врата теней

Осторожно ступая по коридорам крепости Мактота, Филипп старался не привлекать к себе внимания. Было раннее утро, половина дворца еще спало, но юноша знал, что сейчас, на самом верху, под круглой крышей, проходит совещание. Как всегда, его, Руфа и Эфи туда не пригласили. Фил уже с этим смирился, к тому же, в число не приглашенных вошел и Лиам, что не могло не радовать. Однако такое положение дел сыграло только на руку сумеречному и его друзьям. Конечно, было грустно, что Галиб не будет присутствовать при том, что они задумали, но деваться не куда, принц не отпускает от себя Истинного ни на шаг. Филипп скучал по Галибу, да и по Арису. Прожив бок о бок шестнадцать лет, они не могли представить жизни друг без друга, а теперь… Комната некроманта. Юноша толкнул дверь. Конечно же, никто ничего запирать не собирался, так как и замков в гостевых комнатах Мактота не было. В принципе, Каэль мог наложить какое-то запирающее заклинание, но его не было. Скользнув внутрь, сумеречный огляделся. Кровать аккуратно заправлена, на ней лежит серая футболка с длинными рукавами. Такие выдали им всем, чтобы было во что переодеться, пока костюмы Путников приводятся в порядок. Круглый столик прибран, ничего нет. Филипп кинулся к прикроватной тумбе. Ничего, чисто. О том, что тут ночевал кто-то, свидетельствовала только эта футболка. Сумеречный цыкнул и нахмурился. Ему нужна хоть какая-то вещь Каэля. Хоть что-то, что может хранить его тепло и энергию. По крайней мере, так сказал Лиам. Глаза, сами собой, уткнулись в серую ткань на красном покрывале. Фил взял футболку и поднес ее к лицу. Тепло и запах брюнета сладким медом разлились по венам, когда сумеречный глубоко вдохнул. Он зарылся носом в ткань и прикрыл глаза, вспоминая тот момент в гостином номере Каскона. И, хотя Каэль не давал надежды на какие-то отношения, юноша верил, что тот передумает, поэтому в его голове точно созрел план, брать некроманта измором. К тому же, все равно деваться брюнету было не куда. Только его кровь служила пищей для Фила, поэтому они не могли на долгое время разлучаться. Понимая, что сейчас фантазии, вспыхнувшие в голове от запаха, поднимут все желание, Фил поспешил убрать футболку от лица. Нельзя терять ни минуты. Совещание закончится, и старшие спустятся вниз. Еще раз глянув на свою находку, сумеречный решил, что она подойдет. Как никак, а Каэль должен был проспать в этой футболке всю ночь и она еще хранит его тепло, значит, может подойти. Скомкав серую ткань, юноша запихнул ее под свою футболку и, так же тихо, выскользнул из комнаты. Коридоры крепости еще тонули в полутьме. Зажигать факелы в темных уголках никто не решался, так как все ждали, что из окон хлынет солнечный свет, который только начал окрашивать Серое поле в оранжевый цвет. Казалось, что вместе с путешественниками, в Эльён из Норвена проникла прохлада. Ночи теперь покрылись небольшим морозом, который таял на рассвете. - Ну что ты так долго? – возмутился Руфус, когда Филипп вошел в их совместную комнату, в которой они останавливались в прошлый раз. - А у него ничего и нет, - вытаскивая серую ткань из-под футболки, ответил друг. – Вот, только это нашел. Конечно, не прям его личная штука, но, по крайней мере, пахнет Каэлем. - Фетишист, - хихикнула Эфи. - Ой, а ты-то нашла что-то в комнате Роберта? - Не поверишь, - и она указала на точно такую же футболку, лежащую на полу перед подростками. Все четверо собрались в большой комнате с диваном и столом, за которым, в прошлый раз, рисовал Диамид. Лиам, сидевший лицом к двери, положил перед собой две веточки розмарина и поставил бутылку с какой-то жидкостью. - Что будем делать, если кто-то войдет? – посмотрел на друзей Руфус, когда Фил сел напротив фейри и протянул ему футболку некроманта. - Скажем, что вызываем домового, - усмехнулась Эфилия. - Если что, в Норвене они существуют, - покосился на девушку Лиам. - Вот, тем более, - махнула головой та. – Ты оттуда и знаешь, как вызывать домовых. - Я шаман, я общаюсь с духами умерших, - нахмурился юноша. - Тогда как ты собрался связываться с Арисом? – напрягся Филипп. – Или он все же… - Нет, он живой, - успокоил его фейри. – Если бы был мертвым, нам бы не пришлось проводить ритуал. Души я и так вижу, могу обратиться к ним без подручных средств. Но Источник жив, и мне нужно заглянуть в мир мертвых, где он сейчас находится. Никто не стал переспрашивать, почему шаман называет Междумирье миром мертвых, так как Фил уже предупредил своих друзей. Идея установить связь с Арисом возникла у подростков после того, как те заметили, случайно, метку на руке куратора. Тот, явно пытался ее скрывать, все время следя за тем, чтобы рукав не задирался. Но от зорких, молодых глаз, особенно от глаз сумеречного, это нельзя было скрыть. Почему Роберт им ничего не рассказывает, они не понимали. Более того, Филипп считал, что он, на правах брата, должен первым узнать, что творится с Арисом. Галиб молчал, и сумеречный хотел верить, что тот тоже ничего не знает, а не скрывает от него какую-то информацию. Сам Фил обратился к Лиаму, вспоминая их разговор, когда он нес Каэля от деревни фейри к их временной стоянке. Тот согласился, но предупредил, что опыта у него не так уж много, поэтому может выйти совсем не то, что нужно. - Но, так как мы все же ищем живого, то ничего страшного не должно случиться, - натянуто улыбнулся шаман. Сложив две футболки друг на друга, при этом футболку Врона положив сверху, Лиам взял две веточки розмарина и растер их в ладонях. То, что получилось, он размазал по серой ткани и выплеснул немного прозрачной жидкости с зеленым оттенком из бутылки, стоявшей подле него. - Так, еще раз, ни Роберт, ни Каэль не почувствуют этого? - ткнула пальцем в перепачканные футболки старших Эфилия. - Ни сколько, - заверил Лиам. - А эти твари из Меж… Мира мертвых не вылезут? – прищурился Руфус. - Я не открываю портал, - тяжело вздохнув, принялся еще раз объяснять фейри. – Я просто…. Ну, загляну в окошко. Если ваш Арис очень силен, он, конечно, может пробить завесу миров и дать физический ответ, но это будем знать только мы. Ни Роберт, ни Каэль вообще ничего не узнают. Подростки напряглись. Они понимали, что сейчас такое время, когда самовольные действия могут причинить вред не только им, но и всем миру. Они прекрасно понимали степень ответственности, что это всё не игрушки, что, хоть их и не зовут на совещания, но дают опасные задания, значит, они играют важную роль в том, что сейчас происходит. Тем не менее, любопытство и азарт, присуще этому возрасту, ни куда не делись. - Приступим, - Лиам сделал большой глоток из той же бутылки, фыркнул и, откашлявшись, положил правую ладонь на футболки. – Прошу вести себя тихо, - «бросил» он присутствующим, прикрыв глаза. Три пары внимательных глаз вперились в шамана. Напряжение, тугой нитью, обволокло всех четверых. Тишина лилась звоном в ушах. Кто-то прошел мимо их комнаты, стуча тяжелыми сапогами, но подростки даже не шелохнулись. Казалось, даже дыхание все четверых стало тише, сердца замедлили ход. Звон. Ваза на столе разлетелась на мелкие кусочки. Трое вздрогнули и обернулись, смотря на рассыпавшиеся осколки по столу. Эфи прижала ладонь ко рту, чтобы не закричать от страха. Руфус тяжело сглотнул, ощущая, как немеют руки и ноги. Зрачки Филиппа превратились в узкие вертикальные щелки. - Он…. Он пытается пробиться, - прошептал еле слышно Лиам, не открывая глаз. - Кто? – тоже шепотом спросил Руф, но фейри ему не ответил. Его ладонь с растопыренными тонкими пальцами, лежавшая на серой ткани, начала трястись. Вены вздулись. Сумеречный, неосознанно, потянулся к кинжалу в голенище. Если что-то сейчас прорвется из Междумирья, он попытается моментально дать отпор. Тем не менее, он не мог отвести глаз от руки Лиама. Еще перед тем, как отправиться на поиски необходимых предметов, Фил поинтересовался, почему нужны вещи именно Роберта и Каэля. - Ваш куратор - Проводник, его энергия облегчит мне переход в тот мир. А у некроманта я хочу позаимствовать немного силы. Я сам не особо опытен в этом плане, не так часто заглядываю в гости к мертвым. В основном это они приходят ко мне. А Каэль, все же, совершил туда целое длительное путешествие с целью выучить их язык и техники. Это дает очень мощную энергию. Внезапно, Эфилия взвизгнула и обернулась. - Ты чего? – охрипшим голосом, весь бледный, спросил Руф. Он и так, в последнее время, после похорон матери, не отличался здоровым цветом лица. Осунулся, исчез блеск из глаз. Зато все выражение стало жестче, казалось, он повзрослел еще больше. - Вы не слышали? - белая как полотно, повернулась к парням девушка. Два огромных синих глаза казались еще ярче на перепуганном лице. - Что мы должны были слышать? – нахмурился Фил. - Арис, - Эфилия приложил ладонь к левому уху. – Он сейчас прошептал мое имя. - Ты уверена? - Да. Я четко услышала его голос. - Может, он хочет что-то передать нам? – растерянно смотрел на друзей Руф. - Потише, - поднял руку Филипп, видя, что Лиам трясет головой и что-то бормочет. Сумеречный наклонился к фейри, пытаясь понять хоть какое-то слово. - Имяимяимяимяимя…., - безостановочно твердил тот, не открывая глаз и опустив голову. - Чье имя? – прошептал Филип. - Тень…. Черная тень не пускает меня… к нему…. Закрывает…имя… мне надо знать ее имя…. Все трое переглянулись. - Черная тень? – вытянулось лицо у Руфуса. – Там полно теней. - Но у тварей Междумирья нет имен, - ежась, прошептала Эфилия, в голове которой еще звенел шёпот друга. Филип склонил голову на бок и прищурился. Затем в его глазах вспыхнул огонек понимания. - Венсио, - еще ниже склонившись к Лиаму, четко проговорил сумеречный. – Венсио Авер. Шаман перестал трясти головой и затих. Снова тишина, никто не шелохнулся. Фил отодвинулся, не сводя пристального взгляда с Лиама. В груди что-то торжествовало. Не смотря на то, что он не совсем хорошо относился к Венсу, может, даже, ревновал в какой-то степени к нему брата, но сейчас он был счастлив, что тот жив и находится рядом с Арисом. Надо будет, все же, все рассказать Галибу. Тот проникся терпением и пониманием к вампиру, еще до их похищения Густафом. - Ай! – громко вскрикнул Лиам и одернул руку. На ладони красовался глубоки порез, из которого хлынул кровь на серую ткань футболок. - Что это? – снова прохрипел Руфус. Ничего острого рядом не наблюдалось, как шаман мог поранить свою ладонь? - Я за бинтами, - вскочила на ноги девушка и кинулась в соседнюю комнату, где находились их кровати. Лиам смотрел на свою ладонь остекленевшим взглядом, голубые глаза покрылись мутной пленкой, будто он видел что-то иное перед собой. - Что ты видел? – тихо спросил Фил. Он устал от напряжения. Казалось, еще немного, и он схватит фейри и начнет его трясти, чтобы тот пришел в себя. Тот же, молча закатал рукав своей кофты и, обмакнув два пальца не раненой руки в своей крови, начал чертить от своего запястья к локтю линии, сплетая их в косу. - Арис…, - выдохнул Руфус, понимая, что именно рисует шаман. - Изумруды, - не сводя взгляда со своего творения, тихо проговорил Лиам. – Я видел два изумруда.. Его глаза. Светлые длинные волосы… - Длинные? – вытаращился на Фила Руф, но тот даже не пошевелился, внимательно слушая все, что говорит фейри. - Только глаза и волосы… Рядом тень с острыми клыками и длинными черными волосами. - Так, у них там нет парикмахера, - снова пробубнил Руфус. - Они как инь и янь, - шаман начал рисовать поверх косы значок равновесия мужского и женского начала. – Вместе, у одного не вижу глаз, и все что выше рта, у другого не вижу все, что ниже глаз. И… дракон. - Катарсис, - дрожь пробежала по телу сумеречного. - Дракон… белоснежный, с изумрудными глазами и острыми клыками. Он их порождение…., - Лиам склонил голову на бок, продолжая смотреть на кровавые рисунки на своей руке, которые стекали по бледной коже и разбивались об пол. – Нет, он хранитель того мира, он страж, он был там изначально. Это их создали по образу и подобию его. Тут в комнату влетела Эфилия с бинтами и баночкой спирта в руке. Сев на свое место, она вопросительно посмотрел на Филиппа, как бы спрашивая разрешения, можно ли шамана трогать или еще рано. - Что он хотел передать нам? – голос сумеречного перешел на тихий хрип, горло жгло новой жаждой. Волнение забрало все силы, Фил понимал, что ему нужен будет потом Каэль. Лиам поднял взгляд на девушку. Та затаила дыхание. - У тебя там что-то есть, - указал на небольшой поясной мешочек фейри, где Эфи хранила магические ингредиенты. - Там? – опуская бинт и бутылочку спирта на пол, ошарашенно прошептала та. - Да, - голос шамана становился все тише и слабее. – Что-то, что принадлежит ему. Эфилия развязала этот мешочек и перевернула его. На ее ладошку выпала короткая серебряная цепочка с мелкими звеньями. - Это же браслет Ариса, - нахмурился Филипп. – Откуда он у тебя? - Я совсем забыла, - виновато посмотрел на него Эфи. – Когда Венса и Ариса похитили, когда ты валялся в лазарете, я ходила мимо руин Академии и нашла его. Я помнила, что это принадлежит Арису, что его ему подарил мистер Орвин, чтобы кошмары не мучили вашего брата. Я хотела тебе и Галибу рассказать, но потом нас вызвал мистер Хебберт и понеслось. - Он хочет, чтобы ты надела его и не снимала, - выдохнул фейри и опустил руку. Выдохнув, юноша тут же зашипел от боли. - Блин, вот это он меня полоснул, - уже ясным взглядом смотрел на свои раны Лиам. – Это что за художество? - Это тебя надо спросить, ты рисовал, - хмыкнул Руф. Эфилия, быстро надев серебряную цепочку, принялась обрабатывать рану шамана. - Кто полоснул? – внимательно смотря на движение тонких рук девушки, спросил сумеречный. - Тень, - глянул на него Лиам. – Я видел черную тень с клыками и длинными черными волосами. - Вот, мы выяснили, что в Междумирье нет парикмахерских, - скрестил руки на груди Руфус. – Оба приедут лохматые. - Что это? – смотря, как Эфи стирает кровавую косу, прошептал фейри. - Метка, - ответил Фил. – Черная тень, это вампир-полукровка, которого тоже создал Аритрут. Сын королевы вампиров. Он ушел с Арисом в Междумирье, но прежде он нанес ему эту метку, в надежде защитить от своего сумасшедшего дяди, который их обоих и похитил. - А чего он тогда меня ударил? – нахмурился шаман. - Этого я не знаю, - буркнул сумеречный. – Мы с ним не особо ладили. - Наверное, он защищает Ариса, - улыбнулась Эфи и стала перебинтовывать руку Лиама. - Как это теперь объяснить старшим? – указал глазами на рану фейри, Руф. - Да придумаю что-нибудь, - отмахнулся тот. – Это все пустяки, меня волнует другое. Трое подростков испуганно уставились на шамана. - Арис стал очень сильным, как и этот вампир. Дракон, хранитель мира мертвых, он оберегает их. Он ждет нашей команды, чтобы можно было выйти из Врат, но связаться теперь можно только через Роберта. Арис просил не подглядывать за ними, это опасно. Он сам свяжется. - Получается, мы должны все рассказать? – побледнела Эфилия. Фейри хмуро глянул на Филиппа. Тот серьезно смотрел на окровавленные рубашки на полу. - Нет, мы ничего не будем говорить. Арис нас не сдаст. Но нужно держаться рядом с Робертом. И про то, что сейчас было, ни слова старшим. Они знают что делают. Раз Арис не просил их остановить или торопить, значит так и надо.