Саша..?

Люся никогда эту боль не забудет, Школьники—самые токсичные люди И через 30 лет в грязное зеркало глядя, Она разрыдается вспомня слова школьных гадин Саша очнулся в своей комнате. Странно ведь вчера он в приступе панической атаки выбежал на улицу, хотел дойти до круглосуточного, но перед ним была аптека, он посмотрел на неë, а потом... А что, собственно было потом? Он это помнил размыто. Помнил как бежал куда-то, потом достал телефон, позвонил... Кому же он позвонил? Этого он не помнил, помнил что потом отключился. Кстати, а из-за чего вообще была такая атака, что он шарахнулся от аптеки? Саша задумался, а потом его затрясло. Вспомнил.. У него началась истерика. Но тут зашëл Миша. —Ох, Сашенька, ты уже очнулся? —Миша был в красной футболке трусах и фартуке —Погоди-ка, что с тобой?—Москва начал волноваться Саша молчал. Его трясло. Он не мог выдавить из себя ни слова. —Саша! Ты меня слышишь? —Мишу конкретно начало трясти, но Саша упорно не слышал его, в голове был только звон. Мише пришлось дать ему пощëчину чтобы тот услышал его. Саша встряхнул головой и посмотрел на первого. —Саша, ты меня слышишь? — лëгкий кивок и дрожащие губы—Отлично,—Миша выдохнул,—Тогда объясни мне, что с тобой происходит? —в глазах было видно переживание —Я снова его видел... —Кого? Берлин? —Нет.. Себя.. —глаза снова наполнились слезами —Какого именно себя? —И-из.. —губы предательски задрожали—из 19-ого века—из глаз полились слëзы, щëку жгло —Ох, чудо ты моë—Миша улыбнулся, хотя внутри метался в панике. Что делать? Как быть? Как его успокоить и не навредить ещë больше? Но ведь кто-то из них должен не терять самообладание? Так? —Чего ты боишься? Смотри Варшавы нет, ты прекрасен, я люблю тебя. Всë же хорошо. —Н-нет, ты врëшь! Всë плохо! Я ужасающе худой! Ты боишься меня! Меня будут осуждать! —Саша резко встал с кровати, подошëл к столу и начал искать лезвие, шепча—Надо снять стресс! Не кому довериться. Я один.—продолжал он, рыская по комнате, Миша же всë это проводил вопросительным взглядом. Что он ищет? —Да где же эти чëртовы лезвия?! —выкрикнул Саша, но тут, к нему будто пришло осознание что он не в 19,а в 21 веке, и что его любят таким, он сам любит себя таким. Сказать что Москва был в шоке, ничего сказать. Как он не уследил? Что произошло? Как допустил это? Опять... Но его вопросы в голове прервал всхлип и робкий голос. —Миш.. —Саша посмотрел заплаканными глазами из которых продолжали литься слёзы, посмотрел в глаза Михаила. В них была паника. А в глазах Питера—отчаяние—Скажи, —он усмехнулся— я урод? Столицу это не на шутку взбесило. Он взял Сашу за плечи, поднял и почти силой потащил к зеркалу в ванной. Почему, человек, которому он каждый божий день пишет что любит его, считает себя уродом? Неужели он делает недостаточно? Вопросы роем вились у него в голове. Но они подошли к зеркалу, и он заставил Сашу посмотреть в него, при этом повысив голос говорил: —Посмотри на себя, посмотри! —Москва злился, но не на Сашу. На себя.—Видишь? Как думаешь, я бы смог встречаться с уродом? А любить его? —Москва перешëл на крик. Саша съëжился. —Правильно! НЕТ!.. —ему не дали договорить —Ну так брось меня, если не любишь! —крикнул Саша и убежал рыдая на кухню Только сейчас Миша понял что на творил. Он накричал на дорогого ему человека, когда тому нужна была помощь и поддержка. Столица выбежал из ванной, и с криком "Саша!" кинулся на кухню. Вышеупомянутый "Саша" сейчас заваривал чай с ромашкой. Миша подошëл к нему сзади и обнял, а потом сказал: —Сашенька, я тебя очень люблю и не хочу бросать. Я просто хотел сказать, что ты очень, слышишь, очень красивый! Я не хочу тебя потерять. Пожалуйста. —у столицы полились слëзы от страха потерять то, что ему дорого. Молчание. Такое комфортное молчание. Спокойствие. Такое желанное спокойствие. —Миш... —М? —Чайник вскипел. Миша не хотя отцепился от Саши и сел за стол. Культурная столица налил чай и тоже сел за стол. Так они просидели минут 5 в тишине. Но вдруг раздался поворот ключа в двери и голос Дениса. —Пап, привет—он снял обувь и прошëл в кухню. Москва напрягся и сжал кулаки. Мурино не очень хорошо к нему относился из-за рассказов отца в 90-х о том, что было на протяжении 20-го века. В итоге, перед Денисом открылась такая картина:Его отец с заплаканным лицом,а Московский сидит напротив и сжимает кулаки. Младший вспомнил всë, что рассказывал отец о первой половине 20-го века и подумал, что история повторилась. Да и у его отца на щеке след пощëчины. Он быстро сложил 2+2 и набросился на столицу. Он бил его по лицу и кричал. —Как тебе такое, а?! Говнюк, опять на отца руку поднял?! А если тебе так?! —он был в гневе— Тогда у него не было защиты, но сейчас! Я тебе глаза на зад натяну, подонок! — пока он произносил свою пламенную речь, Саша кое-как оттащил его от Миши. Прижал к себе и прошептал. — Заря моя северная, никто никого не бил, просто... —он задумался подбирая слова —Опять паническая атака..? —он выдохнул в плечо отца —Да... —Но ведь... Чаще всего ты либо сам, либо со мной нормально справлялся. Что произошло,что тебе понадобилось позвонить столице посреди рабочей недели?Какова причина на этот раз? —Понимаешь... —Саша замялся, ему неприятно об этом вспоминать. Он выдохнул и сказал только 2 слова, потому что знал, что если скажет больше—опять разрыдается—19 век.— и замолк. В течении 10 минут слышалось только Мишино чертыхание, возня, и попытки остановить кровь. Но потом, Денис пробурчал отцу в плечо: —Если этот мудак тебя ещë, хоть раз, ударит—говори мне, я ему ебало набью. Саша улыбнулся,и, продолжая поглаживать сына по голове прошептал: —Хорошо...