Альфонс

Тусклый свет омрачает кабинет офиса, погружая его в приятную полутемень. В тишине слышно только тиканье стрелки часов, отбивающей каждую секунду. Тэхён злится и нервничает, ведь каждый тик бьёт по вискам. Сегодня у него встреча с инвестором, от которого зависит его дело. Дело, которому он посвятил свою молодость, вложил в него все деньги, свои нервы, кровь и плоть. У него свой автомобильный салон, а теперь он хочет открыть ещё и автомастерскую с различным сервисом. Но для этого он уже несколько месяцев ведёт переговоры с одним гадким стариком. По-другому этого Чхве не назвать — сколько уже палки в колеса вставляет. Всё никак не может удостовериться во всём, придирается к каждому пункту. Тэхён лично составлял каждую строчку этих чёртовых договоров, а также отправлял их на проверку лучшим юристам. И никак. Этот старый хрен мурыжит Кима, нервы треплет. Сегодня они должны окончательно поставить все точки. И Тэхён даже не удивится, если он просто возьмёт и откажется спонсировать это мероприятие. Вот серьёзно. Сам Тэхён такие расходы не потянет. Да, у него неплохой, даже приличный, доход, но открывать такой большой проект без внешних вложений — трудно. Да и есть одна пиявка, которая около ног вертится да в затылок тяжело дышит, кровь и нервы Тэхёна бесстыдно пьёт. Он как раз хотел зайти сегодня перед тем, как мужчина отправится на встречу. Чонгук опаздывает, хотя раньше приходил заведомо раньше. Хочется уже начать панику, беспокоиться, если бы не достаточно зрелый возраст. Молодому студенту Тэхёна двадцать один год, он высокий и подтянутый, с чётко выраженными мышцами. У Тэхёна жилки стынут только от упоминания студента, всегда находится в приятном предвкушении перед их встречами. Сейчас же они уже около года живут вместе, если у Тэхёна есть время утром, то он отвозит Чонгука в университет. Чонгук не стесняется целовать Тэхёна при одногруппниках или проявлять знаки внимания. Приходит к нему в офис как к себе домой, общается с его сотрудниками, особенно, сдружился с Юнги, бывшим одноклассником Тэхёна. Юнги милашка, как говорит сам Чон, постоянно над ним подшучивает, несмотря на разницу в возрасте. Тэхёна вот эта самая разница очень тревожила в начале их пути. Познакомились достаточно банально два года назад, Чонгук — безработный молодой студент был в активном поиске заработка и на глаза ему попалось объявление с вакансией консультанта в автосервисе. Из требований — полноценный рабочий день, и знание машин, в крайнем случае выучить абсолютно весь справочник, предлагаемый руководством. Летняя подработка для Чонгука обернулась настоящей любовью и привязанностью к одному одинокому взрослому мужчине. Девятнадцатилетний Чон и двадцатисемилетний Ким. Чонгук уболтал какого-то клиента на очень крупный заказ, и Тэхён решил лично познакомиться с этой звездой, которую обсуждает даже Юнги за кофе с сотрудницами. Искра промелькнула сразу, но вот принять эту симпатию, а в последствии влюблённость, Тэхён смог не сразу. Его очень страшила разница в возрасте, напрягали их статусные неравенства, реакция общества. Всё-таки консервативная Корея — не для гомосексуальных отношений. Как примут это его родители или близкие самого Чонгука? В конце концов, как изменится его репутация в бизнесе? Он избегал молодого парня, не уволил, но бегал от него, прятался в своём автосалоне по всем углам. Отсиживался на втором этаже в своём офисе, зарываясь в бумажки. Перед своим увольнением Чонгук начал активно наступать. Как оказалось, рабочий день Тэхена длился на пару часов дольше, поэтому младшему приходилось ещё ждать, чтобы подловить босса. Он пытался не сильно напирать, но увидеть красные щеки красивого мужчины было главным приоритетом. В свой последний рабочий день Чон пришёл с красивым букетом цветов и в костюме — так он не выглядел даже на собеседовании, как отозвался Юнги. Чонгук настойчиво приглашал на свидание, а Тэхён букет принял, но после этого сразу подписал приказ об увольнении студента и выставил его за дверь, отдавая его трудовую книжку. Мин смеялся на ребячество Тэхëна, и всё прикалывался, что скоро у него появится сахарная молодая детка. — Сахарным папочкой станешь, — тихо смеётся Юнги, когда они сидят на обеде. А Тэхён кинул в него листик салата, краснея безбожно. — Не говори чушь, он молодой пацан без мозгов, куда ему отношения со мной, мне тридцать через пару лет, а ему двадцати ещё нет, гулять и гулять, — закрывает щеки, постукивая по ним холодными пальцами. — Косточки твои старые разомнет своими мышцами. Придавит тебя своими секси-вайбами, — шепчет шутливо Юнги, и хрустит огурчиком, Тэхён же на него замахивается не на шутку. Но Мин перехватывает руку, щекочет запястье. Невольно мужчина представляет, как этот Чонгук прижимает Тэхёна к любой поверхности и ещё больше заливается алым. Он не думал, что вот так будет думать о молодом мальчишке. А Чонгук, после того, как вышел на учёбу, стал меньше уделять времени похождениям за Кимом, но старался хотя бы два раза в неделю приходить в офис болтать с Юнги и выцеплять Тэхёна. Флиртует да приносит разные вкусности мужчине, разводит его на чай с принесенными им кексами. А через пару месяцев разводит не только на чай. Тэхён был в тот день на взводе из-за ошибки сотрудницы в отчёте. Рвал и метал, вымещал злость на всех, кого видел, а потом пришёл этот пацан и буквально уволок подальше от чужих глаз. Закрыл плотно за ними дверь и хищно стрелял глазами, толкаясь языком во внутреннюю сторону щеки. — Что ты себе позволяешь? — рычит, не сдерживаясь, у него там кипит всё полным ходом, а он тут прохлаждается с малявкой. Чонгук подозрительно улыбнулся, что больше походило на оскал, и тем не менее, он подошёл ближе, заставляя Тэхёна попятиться назад, падая на кожаный стул. — Папочка Тэхёни слишком много думает, расслабься, — Чонгук, расставляя свои руки на подлокотники, шептал в горячее ушко и облизнул ушную раковину, а напоследок улыбнулся ещё ярче — словно довольный сытый лев на солнце. Вытянутыми руками мужчина пытался отодвигать этот непробиваемый бульдозер, щëки нещадно жгло, а влажность от слюны в ухе, наоборот, холодила. Он смотрел на студента большими глазами, упираясь ладонями тому в грудь, а тот и не против — плечи расправил как кенгуру, являя свои мышцы. Если есть что показывать, стесняться не нужно. — Ты откуда такой похабщины набрался? — шипит змеёй, щипая сосок парня, заставляя его ойкнуть и сконфузиться. Чувства такта и приличия не хватает этому Чону. — Твой миленький друг поделился твоими фетишами, — потирает пострадавший сосок, ведь щекочет, зараза. Орлиного взора с мужчины не сводит. — Ну так что, папочка, успокоился? — Он это наврал! Нашёл, кого слушать, — отрицает, краснеет и медовые очи прячет. Ноги сами по себе сводятся, приятно трутся друг о дружку, сжимая чувствительный член между собой, что не ускользает от студента. Чонгук без стеснения кладёт тёплые ладони на худые ляжки мужчины, что запакованы в атласную ткань. Сжимает складочки на внутренней стороне, ухмыляется, когда видит закусившего несколько пальцев Тэхёна — стон громкий сдержать пытается. Он безнаказанно поднимает руки выше, блуждает по мягкому животу, пальцами дразнит впадинку пупка под рубашкой. Мужчина взрослый его с ума сводит, порождает новые, ранее неизвестные чувства. А ещё играет азарт и интерес. — Ты мило реагируешь. Может папочка позовёт на рамен? — Чонгук без зазрения совести размещает блудливые ладони на двух чужих ягодицах. Играет бровями, уверенный в себе, слушает тяжёлое дыхание напротив, наблюдает как колени Тэхёна соединяются и трутся. Он двигает за задницу мужчину ближе к себе, заставляя раздвинуть бёдра по обе стороны от его ног. Парень всё также стоит склонившись, на колени не опускается. — Совсем бесстрашный? — низкий бархатный голос впервые дал осечку, позоря своего обладателя перед молодым пацаном. И чего только себе Чонгук позволяет, молоко на губах не обсохло, а он взрослых мужиков за жопы хватает. — Отпустил немедленно. Хваткие руки безуспешно пытается от себя оторвать, да только студент сильнее мяско сжимает, Тэхён дёргается, непонятные импульсы прошлись по телу. Ещё немного, и этот малолетка победит. Член стоит на двенадцать, головка неприятно упирается в тугую бляшку ремня, раздражается от жёсткого металла, натирая нежную кожу на головке. Чёрные глаза так и палят немигаемо, Кима уже потряхивает от возбуждения, да и сам Чонгук был возбужден — немного вспотел, а зрачки расширялись от каждого сокращения пальцев на Тэхëновой заднице. Как угораздило взрослого мужика так вляпаться в малолетку, ещё и лапали именно его, на рамен зовут — к нему же! Стыд какой! Убьёт он этого Мин Юнги за всё! И за сплетни, и за поощрения малолетнего извращенца, и за… — Папочка, — обращает внимание на себя Чонгук, а Тэхён сглатывает, дышит горячим воздухом, в котором витают нотки чужого парфюма. Не горького, а сладкого, такой подходит именно Чонгуку. — О чём задумался? Неужели о том, как мы будем варить рамен? Не волнуйся, я спец в этом. Сначала шуршащие обёртку снимем, — руками проводит по рубашке и брюкам, дергая пуговицы и ремень. — поставим вариться водичку, чтобы жар убил все микробы, — проводит по задней части брюк с небольшим нажимом, пальцами упирается во впадинку между ягодиц как позволяют брюки, вскидывая в играющем жесте одну бровь, — закинем туда все овощи и приправки, — аккуратно целует коленку, поглаживая бедро в опасной близости от паха, — и, наконец, саму лапшу отправим в воду, чтобы разбухала, насыщалась ароматным бульоном, — он накрывает ладонью твёрдый член Тэхёна, слегка массирует двумя пальцами головку сквозь брюки. Тэхён накрывает узкими ладонями лицо, тихо скуля от обычного рецепта, прекрасно понимая весь подтекст. Он дёргается от настойчивой стимуляции и кончает в брюки от пары щелбанов по головке. Этого не ожидали оба, мужчине стыдно, а Чонгук, видно, очень доволен собой. — Ну так что, папочка, едем? — наконец освобождает Кима от своей близости, помогая собрать ноги в кучу и подняться. Они одного роста, поэтому Тэхёну удобно закинуть руку ему за голову, держась за плечи. — Обещай, что мне не поплохеет от твоего рамена, и мои ноги будут функционировать, — включает строгого директора, хотя понимает, что уже заведомо проиграл молодому студенту. — И мы выйдем через другую дверь, не хочу, чтобы меня кто-то видел в таком состоянии. Водить умеешь? — Папочка уже позволяет садиться за руль своей машинки? — благополучно игнорирует первую часть, но слушается и ведёт его через чёрный выход. Демонстрирует горделиво водительские права, которые вытащил из внутреннего кармана своей джинсовки. — Ладно, малыш, только попробуй разбить мою машину или попасть в аварию, в бараний рог сверну, — Тэхёну стало легче в машине под влиянием кондиционера, он поставил навигатор прямиком до своей квартиры, закусывая губы и предвкушая сегодняшний вечер. Тогда Чонгук продемонстрировал все свои умения готовки, и в душе, и в спальне. На утро сделал полноценный завтрак, готовить, как оказалось, тоже умеет. И это не рамен, на удивление. Членом засранец работает также хорошо. Тэхёна распирало от его нежности и ухаживаний, он сдался под этими ласками и настроем. Ноги на утро было не собрать, а задний проход тянуло и жгло как не сядь, как не повернись, за это мужчина наподдавал одному молодому индивиду подзатыльников. Но ночь очень понравилась, а особенно то, что Чонгук не прекратил свои визиты в офис — также отвлекал Юнги от работы, и дарил цветочки и конфеты их боссу. Когда дело дошло до выяснения отношений, то они обговорили, что встречаются, и точка. И понеслось — Чонгук стал позволять себе больше вольностей, но не переходил невидимые рамки, чтобы не причинять Тэхëну неудобств. Они бегали год от общаги студента до Тэхëновой квартиры. От совместных поездок на машине класса люкс перемещались до посиделок в маке, на которые приглашал Чонгук и сам оплачивал. Тэхён через полгода такой связи стал дарить дорогие подарки, доверил ключи от второй машины. А на годовщину отношений отдал дубликат ключей от квартиры. Наедине с этим студентом Ким не чувствовал себя боссом, который следит за каждой мелочью, он ощущал себя любимым человеком, и его окрыляли мысли, что у него сильный парень, который не страшится носить его на руках по мосту влюблённых. Целовать перед тем, как выйдет из машины и отправится на скучные пары, взять за руку, пока идут до того же супермаркета. Он дарит мужчине всего себя без остатка, и вот, два года уже позади, а малолетний парень ещё больше возмужал. Тэхёна не волнует теперь, что думают люди в офисе, ведь почти все — это сотрудники, которые с ним с основания его дела. И Чонгук им очень импонирует, до сих пор у него с Юнги есть темы, которые можно обсуждать хоть каждый день. Не наговорились за два года. *** Тэхён ждёт Чонгука давно, через два часа уже встреча с инвестором, а его студент обещал прийти час назад. Нехорошие мысли пытается сразу отмести, Чонгук ведь предупредил бы, если возникли проблемы. Дверь наконец открывается, показывая молодого запыхавшегося парня. Тот хмурит густые брови, пытается отдышаться. Сканирующий взгляд Тэхёна блуждает по родному лицу, немного румяному от бега и спешки. Он выглядит сногсшибательно — когда Тэхён доверил ему карточку и установил месячный лимит, то Чонгук оторвался на шмотках, терроризируя своей альфа-самец-аурой всех вокруг. Чёрные высокие ботинки на толстой подошве стали фаворитом среди всей обуви Чонгука, у него есть они на каждый сезон, а эта чёрная кожанка, не скрывающая крепкой спины и больших сильных рук, сводила с ума, и вдобавок джинсы скинни, что сидят в облипку, демонстрируют каждую выступающую мышцу массивного бедра. Да, самец Тэхёну достался буйный, красивый, пышущий жаром, молодой и полный энергии. — Задержался, извини, — Тэхён наблюдает, как парень небрежно скидывает с себя кожаную куртку прямо на пол, оставаясь только в чёрной футболке. Тэхён закусывает губу, хмуря брови, не позволяет цепким рукам приблизиться, ждёт причины столь огромной задержки, — Препод зверь, не ставил зачёт до конца, пришлось полчаса сидеть другой билет рассказывать ещё, — морщится студент от воспоминания буквально двадцатимунутной давности, — Папочка, не расстраивайся, я уже тут. Чонгук аккуратно целует за ушком, Тэхён это позволяет и с пониманием кивает, Чон рассказывал о своей предстоящей непростой сессии, ведь автомат только один намечается из шести экзаменов. Первое время ему было странно слышать «папочка» в свой адрес, он говорил, что Юнги это правда выдумал, чтобы, скорее всего, позлить Кима. Но Чонгуку, похоже, понравилась эта игра, а Тэхён реально заводится с пол оборота, стоит чуть развязнее поработать языком. Спинка стула еле слышно скрипит, когда Чонгук отодвигает его от стола вместе со своим мужчиной. Тэхён собирался утром при нём, студент помнит даже синее бельё, которое надел старший. Чон оставляет одну руку на спинке кресла, а вторую кладёт на стол, закрывая таким образом пути отступления. Воздух в помещении становится горячее, они сверлят друг друга глазами, не отдавая никому преимущество. — Как малыш будет извиняться за своё опоздание и за то, что заставил меня волноваться? Даже сообщение маленькое не отправил, — длинные пальцы Тэхёна тянутся к вороту футболки на парне и он резко дёргает его на себя, оставляя между их лицами пару сантиметров. Шумно дыша через нос, Чонгук невесомо проходится губами по линии челюсти мужчины, вбирая его запах кожи, аккуратно лижет в уголок губ. Тэхён меняется в лице, переключаясь в режим «директора», леденящий взгляд не несёт ничего хорошего. Лучше поскорее его задобрить и успокоить. Вот так незаметно старший забирает главенство, взглядом опуская студента на колени. Расставляет ноги в широких брюках и подпирает лицо кулаком, облокачиваясь на подлокотник. С замиранием сердца, Чонгук скользит глазами по прекрасному существу перед ним, покорно склоняет голову, сжимает его щиколотки, поглаживая выступающие косточки. Тэхён кивает на свою ширинку, закусывает губу, вскидывая пах вверх. — Давай, малыш, нужно немного поработать как ты умеешь, — глубокий бархат отдавал звоном в ушах младшего, его мужчина выглядел чертовски сексуально, доминантно. Чонгук сглатывает ком слюны, когда Тэхён проходится кончиком языка по своим засохшим губам, придавая им блеска. — Как хочешь, папочка, — он принимает правила игры, целует чувствительное бедро сквозь ткань, комкая штанину в ладони. Поднимает глаза на мужчину, смотрит из-под чёлки, любуется видом снизу вверх. Чонгук обхватывает худые щиколотки, щекочет нежную кожу своими чуть шершавыми пальцами и поднимается вверх, насколько позволяет широкий крой брюк. Тэхён тяжело выдыхает, но так же следит, томно закусывая щëки изнутри. А Чонгук поднимается выше, впивается в сочные бёдра, носом зарываясь в ямку около собачки брюк. Поднимает бесстыдные ошалелые глаза, не отрываясь, зубами ловко освобождает пуговицу из петельки, заляпывая всё слюнями. И также быстро опускает бегунок вниз. Помогает себе руками приспустить штаны, хочется хихикнуть — на Тэхёне те же синие трусики, из-под резинки которых выглядывает багровая головка члена. Тэхёна начинает потряхивать, он напрягает бёдра, поднимая ноги на носочки в лакированных туфлях. — Папочка уже такой твёрдый, — дует на головку, а у Тэхёна ножки сводятся, он впивается обеими руками в подлокотники, вжимаясь спиной в кресло. Маленькая капелька выступила, привлекая своим насыщенным белым цветом и лёгкой полупрозрачностью. Чонгук зверьком скалится, слизывает предэякулят, снова дуя на головку. Его мужчина скулит, пальчики сжимает до белых костяшек. — Хватит играть, возьми в рот нормально, — отдышавшись, гортанно говорит Ким, хватая мальчишку за волосы и пододвигая к своему члену. Чонгук обиженно сопит носом, но вбирает кончик члена, обводит его языком со всех сторон, дышит глубоко через нос. Проделывает несколько фрикций, расслабляя мужчину и тот отпускает чужую шевелюру, откидывая голову назад, беззвучно стонет на каждый более глубокий толчок. Чонгук отстраняется через пару движений, заставляя Тэхёна снова негодовать. Ким блестит глазами, хмуря брови, и не понимает зачем его малыш отодвигает нижнюю полку, там Тэхён ничего не хранит. Но какого было удивление старшего, когда Чонгук вытащил какую-то ткань и тюбик смазки. — Малыш? — хрипит Тэхён, ежась от прохлады около члена, приподнимает ляжки, чтобы меньше тёрлись. Младший играет бровями, сладко облизываясь. Он опускает штаны и трусы Тэхёна ещё ниже, голая попа соприкасается с кожаным сиденьем кресла, материал неприятно скрипит и липнет к потной коже. Чонгук обхватывает мужчину со спины, наваливая на себя и стелет под него ткань в несколько слоёв, и обратно опускает, точно не хочет, чтобы что-то испачкалось. Грязь на рабочем месте его мужчина не терпит. Тэхён упирается руками в чужие напряжённые плечи, глазами требуя ответ и пояснение. Хотя член прижимается к низу живота и жаждет внимание и разрядку. — Всё хорошо, папочка, побудешь для меня немного послушным, — то, что Чонгук принял правила игры Тэхёна, не значит, что не добавит своих. Он за бёдра пододвигает мужчину ближе к себе, приподнимая ягодицы, мнет чувствительную кожу и целует в багровую головку. Тэхён хмурится ещё сильнее, но откидывается на спинку кресла, полностью доверяя себя парню, он же не сделает ему зла, только удовольствие, и за два с небольшим года отношений студент доказывает это каждый день. Теснота и влажность рта заставляют покрыться мурашками, ляжки Тэхёна импульсивно потряхивает, он слышит щелчок от бутылька смазки и по его рецепторам сразу бьёт ненавязчивый запах сладкого персика. Он снова ощущает пустоту, и стонет от тёплых поцелуев в живот, Чонгук очерчивает губами около пупка, проходясь по нему языком, словно кот лижет гладкий чувствительный лобок, Тэхён сгибается ближе к Чонгуку, упираясь руками в его спину. Отрывает ноги от пола, беря в захват чужую голову, душит бёдрами от надвигающегося оргазма. Чон насильно опускает Тэхёновы ноги и раздвигает насколько позволяют спущенные брюки. Всё это время он грел смазку в своей ладони, влажные пальцы проходятся по сжимающемуся проходу, смазывают, пачкая и мошонку. Чонгук дразнит дырочку, царапая коротким ногтем, Тэхён дёргается от каждого шороха в свою крепость. Чонгук слегка прикусывает нежную кожу под головкой, а Тэхён вовремя кусает ребро ладони, глуша громкий писк. — Папочка такой милый, расслабься, позволь сделать тебе хорошо, — Чонгук, не дожидаясь ответа, заглатывает член почти полностью, и в тот же момент пропихивает палец на одну фалангу. Тэхён пытается разжать мышцы, но не выходит, он на грани удовольствия, которое Чонгук походу не скоро ему организует. Планирует подольше издеваться над хёном. Не спеша, он делает ещё несколько движений головой, сплевывает на головку и опускается к мошонке, лижет шовчик, свободной рукой придерживает рубашку Тэхёна, чтобы не испачкалась. Он уже полностью погрузил палец в обволакивающую тесноту, проходится по чувствительным стеночкам, гладит и водит ногтем. Тэхён взвизгивает тихо от таких манипуляций. — Возьми в рот, не могу больше, давай, малыш, не зли, — Тэхён от вороха эмоций снова хватает Чонгука за волосы, не отпускает, натягивает на член и сжимается вокруг пальца, к которому нахально протискивается второй. Они начинают негласную борьбу, Тэхён берёт Чонгука за затылок, опускается на пятки и начинает двигать бёдрами, трахая чужую глотку в поисках разрядки. Его взгляд опускается на чужую ширинку, член Чонгука стоит не слабее. Парня потряхивает, вены на шее вздулись и лоб вспотел. Капелька пота тянется вниз по виску к щеке и Тэхён смахивает её пальцем, погружая его в рот — солёная. Чонгук же двигает интенсивно пальцами внутри своего мужчины, каждый раз гордится собой, когда Тэхёна подбрасывает в кресле от импульса. Особенно в груди разливается тепло, когда внутри Тэхёна громко хлюпает, а тот насаживается активнее на напряжённые пальцы. Чонгук стимулирует простату уже тремя, выбивая хриплые стоны из Кима. — Да, стони, малыш, — сглатывает Тэхён, прикрывая глаза, когда сильнее вбивается в разработанное горло пацана, а тот скулит от напора, на уголках глаз его скапливаются слезы и безбожно красные щеки выглядят так красиво. Тэхён кончает, не закусив руку, скорее всего его стон удовольствия слышал весь этаж, но так хорошо ему давно не было, играл фактор необычного места и времени — разгар рабочего дня. Чонгук задерживает дыхание, собирая каждую белесую капельку с опадающего члена и сглатывает, даже не морщится. Свободной рукой собирает с уголков губ чужую сперму и тоже глотает с пошлым чмоком. Его вторая рука всё также в анусе Тэхёна стимулирует подушечками чувствительные точки, продлевая оргазм мужчине. Ким судорожно дышит, его живот подрагивает, он не может терпеть такую сладкую пытку. — Малыш, вытащи, не могу больше, — он пытается отстранить руку парня от себя, но тот только четвертый палец добавляет, сильнее вбиваясь. Это причиняет больное удовольствие, Тэхён даже не может понять, прекратить это или дождаться, когда Чонгуку надоест. — Шшш, папочка, ты был, очень шумным, может стоит тебя проучить? — Чон утирает свои слезы, и перехватывает обе ладони Кима, укладывая их на его животе. Он так же трётся внутри прохода, давит на простату, наслаждается скулежом сверху, Тэхён отворачивается, его плечи подрагивают, и живот конвульсивно сжимается. Чонгук отпускает его руки и давит на мягкий животик, переходя на складочки боков. Тэхён стесняется этого, ведь работа не позволяет заниматься собой стопроцентно, как Чонгуку, который после учебы и в зал бежит, и в магазины, и к нему в офис — всё успевает, словно у него 25/8. Когда же Тэхён после работы домой к любимому и иногда на выходных выбирается с друзьями и старыми знакомыми. Чонгуку же нравится тело старшего, что и говорит каждый день, доказывает, вот такими мокрыми поцелуями и жаркими касаниями. Оставляет бело-красные полосы на боках любимого и парочку засосов около лобка. Тэхён чувствует фейерверки внутри живота, нега обволакивает всё тело, а разум туманится. Чонгук перестаёт двигать пальцами внутри, просто держит их, оставляя дырочку открытой. Осторожно вытаскивает один за другим, щипает проход, который не до конца сокращается, смеётся с этого и размашисто лижет по дырочке, пару раз шлёпает мокрые ягодицы. Тэхён после коротких шлепков наконец приходит в себя, не видя жидкости на животе, постыдно воет. Кошмар, этот пацан только своими пальцами довел его до сухого оргазма, и сейчас точно лыбится своей кроличьей улыбкой. — Папочка очень вкусный, что кушал утром Тэхёни? — издевается младший, пока всё из той же тумбочки достаёт и влажные салфетки. Тэхён упорно молчит, отворачиваясь, пока наблюдает за тем как Чонгук сначала вытирает свои руки, а потом новыми салфетками собирает всю грязь и смазку с тела Тэхёна. Ким обсасывает нижнюю губу, господи, у него такой парень идеальный, и за что достался — непонятно. Сексуальный бог, и на тело Аполлон, в меру грубый и очень нежный, заботливый; домашнюю работу всю взял на себя и готовит, и стирает, и убирает. Хозяюшка, вот только трахает тоже он, но Тэхён не против, ему без разницы как получать удовольствие, тем более, Чонгук делает головокружительные минеты, это, пожалуй, его главное достоинство. Минус один всё же есть — он безработный, и малость альфонс, но знает меру, и сначала потратит всю свою стипендию, а уже потом принимается за деньги своего мужчины. Тэхён и тут не против, плохого тоже ничего нет. Когда Чонгук хочет натянуть на мужчину его трусы и штаны, тот почему-то останавливает, заливаясь краской. — Что такое, папочка? — удивляется Чонгук, вроде весь уже чистенький, пахнет лавандой от салфеток. Но препятствует. Чонгук хмурится, а потом понимает в чем дело, когда слышит хлюпанье в дырочке, которая нервно сжимается, как и её хозяин. — Понял, мне и там тебя почистить, а, папочка? Стереть бы эту грязную ухмылочку с чужого лица, да не выйдет. Чонгук по-хозяйски разводит дрожащие ножки, поднимает под коленями вверх, опрокидывая Тэхёна в кресле, теперь ягодицы на общее обозрение Чонгука и дырочка очень хорошо видна. Чон чмокает в промежность, одной рукой гладит мошонку, успокаивая. Берёт несколько салфеток и сухими пальцами проскальзывает внутрь, собирает смазку изнутри и обтирает о приготовленные салфетки, и так по кругу несколько раз. Пока там не стало более менее не влажно. Ещё на последок протирает ягодицы, оставляя на них запах лаванды, задирает ноги ещё выше, которые с неудобным положением штанов причиняют Тэхену дискомфорт, но Чон упорно оставляет несколько поцелуев на ямочках под поясницей. Гладит чужую спину, помогая подняться, Тэхён морщится от боли, всё-таки не так молод как раньше так сгибаться, тянет всё. Он обмякает в кресле, позволяя Чонгуку взять на себя всю заботу. Когда штаны застёгнуты на последнюю пуговичку, то Тэхён перемещается на руках Чонгука на диван, около стола. Чонгук же убирает весь бедлам около чужого рабочего места. — Малыш, тебе член скоро ширинку пробьёт, иди сюда, — подаёт голос Тэхён, когда видит, что работа Чонгука закончена. — Тебе идти на встречу через полчаса, я справлюсь тут, а ты сходи до Юнги и попроси у него сменную рубашку, эта вся, как сказать, пропахла, — парень подходит к мужчине, оставляя нежный поцелуй сначала на виске, а затем чувственный на губах, не углублял, лишь чмокнул. И Тэхён ценит такую заботу, он уже и забыл об этом козле Чхве. — Если этот маразматик не согласится, ну и хрен с ним, сам накопишь или там другой мешок с деньгами найдешь, этот мужик не единственный, задницу ему лизать не надо, не твоя же. Тэхён на последнюю фразу ударяет Чонгука по плечу, но соглашается кивком головы. Да, Ким Тэхён, повезло тебе. А пацан то уже не пацан. Настоящий молодой мужчина. Это звание он заслуживает, и это мужчина Тэхёна, с этими сладкими мыслями Тэхён притягивает Чонгука к себе и ещё целует, перебирает губами его, облизывает нижнюю. Они обмениваются слюнями, не считая это чем-то отвратительным, наоборот, интимно очень. С последним чмоком, Тэхён отстраняется и тихонько покидает кабинет, оставляя Чонгука одного. И Чон ведь прав, как бы эта встреча не прошла сегодня, итог у Тэхёна будет один — он откроет автосервис с мистером Чхве или без. Найдутся ещё люди, готовые вложиться в прибыльное дело. А Тэхён улыбается, точно кот, который и правда наелся чувствами от своей любви и сейчас, окрылённый, спешит в кабинет Юнги переодеваться, и точно схлопочет от него пару шуточек Ну, как будто он против.