Какой же ты узкий!

Утром Арсений спустился в подвал, когда Антон уже очнулся. — Ну что, котик! Я соскучился уже! Смотри что принес, — он показал парню чёрный кожаный ремень и положил его вместе с тюбиком смазки на столик. Антон посмотрел на орудия его будущей пытки и нервно сглотнул. Сердце забилось быстрее, а на ладонях появилась испарина. — Бедняжка! Штанишки натянуть не смог, ручки то сцеплены! — с милой язвительной улыбкой пролепетал Арсений. Но подойдя ближе к парню он жёстко приказал: — Раком вставай! Буду продолжать твоё воспитание. Мамка же не научила тебя уважать старших. Антон опустил глаза. Ему было больно вспоминать о родителях, ведь это единственные родные люди. Но даже им, наверняка было плевать, где их сын и что с ним делают. На глаза навернулись слезы. — Я сказал, раком вставай! — ещё раз рявкнул Арсений и взял ремень со столика. Антон тяжело вздохнул и принял коленно-локтевую позу. — Умница, — похвалил Арсений и взглянул на ягодицы Антона. Его член в штанах возбужденно вздрогнул, — если будешь орать, то получишь вдвойне, — предупредил он. Но немного подумав, сказал, — а хотя, ори сколько влезет. Мне нравятся твои крики. Антон покраснел. «Только маньяков могут возбуждать крики человека которому больно» — подумал тот, но свист ремня, а затем жгучая боль в ягодицах, выбили все мысли из головы. — Амм! — тихо процедил Антон и сжал кулаки так, что ногти впились в кожу, оставляя после себя полумесяцы. — Кричи громче, сука! — сквозь зубы прошипел Арсений и замахнулся ещё раз. Удар был сильнее предыдущего, поэтому из рта Антона раздался крик, — о дааа! — довольный эмоцией парня, улыбнулся тот, — это за то, что старшим язвишь! — и замахнулся с силой третий раз. Удар получился с оттягом по коже, а поэтому отставил натёртость и жгучую боль. — Больно! — прокричал Антон, закидывая голову назад и сцепив крепко зубы. — Это хорошо, что больно. Значит надолго запомнишь! — четвёртый удар был ещё сильнее, но тоже с оттягом. — Аааай! — срывая голос вопил Антон. Ярко-красные полосы украшали ягодицы парня. А Арсений, положив ремень на стол, любовался проделанной работой. Чтобы добавить Антону больше болезненных ощущений, он положил ладони на горящие ягодицы парня и сжал кожу. — Хватит прошу! — молил парень, и по его щекам потекли слёзы. На удивление член мальчика принял стоячие положение. Видимо, тело реагировало совсем иначе, чем разум. — Да, ты прав. Хватит прелюдий, а то мне надоело уже, — согласился Арсений и расстегнул ширинку своих штанов. Он взял презерватив из заднего кармана и открыл упаковку. Антон старался не дышать, прислушиваясь к тому, что делал мужчина. Тот стянул с себя штаны с бельем и раскатал презерватив по колом стоящему члену. — Ну что ж, — сказал Арсений и взял со столика смазку, налил на руку и, закрыв тюбик, бросил его на пол. Обильно смазав пальцы, мужчина стал проталкивать один из них в анальное отверстие мальчика. Слушая рваные вздохи, Арсений проник сначала на две фаланги. Слегка прощупав нежные тёплые стенки, он толкнулся глубже. Затем добавил второй палец и, нащупав простату, слегка на неё надавил. Антон прогнулся в спине и чтобы заглушить стон, закусил губу. Мужчина заметил молчание, что ему совсем не понравилось. Он хотел криков и мольб, а поэтому вынул пальцы из отверстия и, потянувшись, взял уже напряжённый член Антона в свою руку. – Ммм, — простонал Антон и тут же в мыслях разозлился на себя за то, что не смог сдержать стон. Арсений улыбнулся. Эта реакция ему понравилась, хоть и не совсем его удовлетворила. Тогда он отодвинул крайнюю плоть и обнажил головку. Затем несильно, но ощутимо сжал член мальчика, наблюдая за его реакцией. Тот сжал руки, царапая себя ногтями. Закусил губу и прокусил её до крови. Во рту образовался металлический отвратительный вкус. Мужчина сначала медленно двигал рукой по его члену, ощущая под своими пальцами каждую набухшую венку, затем постепенно начал наращивать темп. Он вошёл во вкус и шлёпнул мальчика по красным ягодицам, после чего снова вошёл пальцами в его дырочку и надавил на простату. На сей раз Антон протяжно простонал и руки внезапно подкосились, но удержали своего владельца на локтях. Член начал содрогаться, пребывая на пике разрядки. Антона пробивала дрожь, словно от электрошока. И вот, когда мальчик уже был готов излиться на пол, Арсений вытащил пальцы из ануса, передавил ими у основания члена, а большим пальцем другой руки закрыл уретру. — На меня смотреть! — рявкнул мужчина так злобно, что ослушаться было себе дороже. Мужчина хотел видеть реакцию на лице мальчика. Антон открыл глаза и разочарованно посмотрел на мужчину. Сердце стучало как бешеное, намереваясь выскочить из груди. — А что ты думал, так просто позволю тебе кончить? — с усмешкой спросил Арсений, ехидно и пошло улыбаясь, — здесь я решаю, что тебе делать и когда кончать! — с этими словами он разжал руку, освободив член. Из него вытекла одна крохотная капля спермы. Парень тяжело вздохнул и отвернулся от мужчины, потупив взгляд в пол. Арсений не желал останавливаться и снова начал дрочить Антону. Теперь движения рукой были на много быстрее и придавали больше ощущений. По телу парня бежали мурашки, содрогая каждую мышцу. Сердце возобновило бешеный ритм, дыхание не успевало за ним. Антон стонал уже не сдерживаясь. — Хочешь кончить? Попроси меня и я позволю, — приказал Арсений и, снова войдя пальцами в анальное отверстие, надавил на простату. Антон вскричал: — Прошу вас, разрешите… — Проси ещё! — обычных слов Арсению было мало, — стони! Я хочу видеть, как тебе приятно, и как ты хочешь этого! — Умоляю вас! — простонал Антон, так как снова спину обдало холодом и член в последний раз вздрогнув, излился на пол белой жидкостью. Мужчина выдавил остатки спермы, несколько раз подведя крайнюю плоть к головке, а затем резко вошёл в парня членом. Арсений сжал горло мальчика и стал наращивать грубые толчки. С каждым движением Антон резко выдыхал и краснел. Боль ещё присутствовала, но приятные ощущения внутри притупляли её и глушили. Хриплые стоны стали вырываться из груди парня и тело снова вздрогнуло. Шлепая рукой по свежим красным полосам, Арсений вколачивался в податливое юное тело и сильнее сжимал горло Антону, тот начал жадно вдыхать воздух. Мужчина почувствовал движение кадыка под своей ладонью и убрал руку. Тот вмиг сделал глубокий вдох, а Арсений с гортанным рыком излился в парня. Задержавшись внутри, уже не совсем узкой дырочки на пол минуты, он вышел из него. Сняв презерватив и бросив его к двери, чтобы потом забрать, сказал: — Вставай, в душ пойдешь. Не первой свежести уже. Антон непонимающе взглянул на мужчину. С какой такой радости он отведёт его в душ? Ведь даже дома, ради экономии воды, родители позволяли мыться, в лучшем случае два раза в неделю. В остальные дни он промокал водой интимные места, чтобы убрать запах пота. Ему очень хотелось в душ и такая щедрость от этого чудовища его обрадовала. Собрав все силы в кулак, Антон встал на ноги. Арсений тем временем вытер остатки удовольствия со своего члена и оделся, а потом отстегнул руки Антона от цепи. — Только без фокусов! Иначе, ты знаешь! — предупредил Арсений, — снимай одежду и возьми её с собой. Пойдешь до ванной голым, понятно?! — Антон одобрительно кивнул и поспешно выполнил просьбу. Собрав вещи в кучу, с облегчённым вздохом, он последовал за ним. Босые ноги шлёпали по бетонному полу. Неуверенная, вялая походка заставляла Антона идти, опираясь на стену. Мужчина открыл дверь ванной и жёстко сказал: — У тебя пятнадцать минут. Не вздумай утопиться, дверь я оставлю открытой. Сбежать тоже не получится, я всё увижу! Вещи свои вонючие кидай в машинку. На ночь дам тебе свои старые штаны и кофту, всё равно выбросить хотел. Но пригодилось, как видишь. На утро наденешь своё! Усёк? Парень судорожно закивал и залез в ванную. Белая, чистая, гладкая поверхность сразу заставляла расслабиться. Но Антон не мог. Ягодицы саднило от избиений. Руки, истёртые в кровь, сводило в запястьях. Тело плохо отвечало на импульсы мозга. Ему хотелось плакать. Ему было жалко себя. Ему было больно. Парень включил тёплую воду, сел на колени, так как пятая точка горела от любого прикосновения, и подставил под душ голову. Капельки быстро сбегали по дрожащему телу и согревали своей нежностью. Это единственное, что успокаивало мальчика. Намыливая волосы ароматным шампунем, он закрыл глаза. Арсений тихо заглянул в ванную и увидел, как тот с наслаждением моется. Как трепетно относится к воде, впитывая её в себя как губка. Хрупкое, худое тело уже не дрожало. Рёбра неестественно проступали сквозь кожу. Под одеждой этого не было заметно. Мужчину на минуту посетила мысль сочувствия и жалости, но отбросив их в сторону и снова надев маску маньяка, он вышел из ванной. Арсений сказал себе: «Надо его всё же покормить, а то от истощения сдохнет. И… обойдемся завтра без ударов. Поиграем в другие игрушки», ехидная улыбка проскользнула на его лице. А от пошлых воображений о другом виде развлечения над мальчиком, ему стало приятно на душе. Хотелось дождаться следующего дня и воплотить все его фантазии.