Not a Soldier Yet (Еще не солдат)

После этого дня Аонунг стал проводить много времени с лесными на’ви. Нетейам приходит на каждое занятие воодушевленный. Он отстал от Ло’ака и Кири — у них больше не было проблем с дыханием или ездой на илу. И они теперь не так быстро устают. Пока Цирея уделила внимание Ло’аку и Кири, Аонунг отвел Нетейама немного дальше от остальных — туда, где вода больше не могла донести их разговор до остальных. С такого расстояния Нетейам все еще слышит смех Тук, пока она играет со своим илу. Его уши уловили голос Кири, игриво подшучивающей над Ло’аком, пока Цирея хихикает рядом с ними. Оба парня стоят в воде по плечи. Нетейам заплел свои волосы в одну косу, отдельно от той, что с цахейлу. Несколько коротких прядей свободно свисают, обрамляя его лицо, с них капают маленькие капельки воды. — Лесной мальчик. — М? — Ты слушаешь? — Конечно, — вздыхает Нетейам, заглушая шум вокруг них. Он медленно опускается на колени в воду. Ему кажется, что он спит. Ло’ак уже прошел испытание с ракушкой — Нетейам не знает, есть ли у этого название — и был на пути к тому, чтобы стать полноценным членом клана Меткайина. Цирея оказалась прекрасным учителем. Она заботлива и терпелива. Аонунг же не совсем такой. Однако, Нетейам заметил, что его грубые касания прекратились. Он не знает, что изменилось, но Аонунг больше не оскорбляет его и не пытается затевать драки с тех пор, как спас его от тех двоих. Аонунг проплывает перед ним, переворачиваясь на живот и вытягивая ноги за спину. Нетейам стоит коленями на дне, вокруг него расплываются волосы. — Что ты делаешь? — вопросительно кивает Аонунг, нахмурив брови. Он встает на колени перед Нетейамом, потянувшись к его волосам и убрал их за плечи. Нетейам улыбается, уголки его глаз прищурились: — Наслаждаюсь водой, рыбьи губки. Со стороны Аонунга раздался смех: — Тебе нужно учиться. — Интересно, — застенчиво ухмыльнулся Нетеям. — Можешь меня научить? Аонунг в замешательстве нахмурил брови. Он пытается учить Нетейама уже несколько недель. Месяцы даже — его младшая сестра родится со дня на день. Аонунг закатывает глаза, хватая лесного за руку, поднимая ее над водой. — Что ты имеешь в виду? — спрашивает он, расширив глаза. — Я пытаюсь учить тебя с тех пор, как ты здесь. — И ты преуспел в этом? — Нетейам фыркнул, смаргивая слезы. Он смотрит на их сцепленные руки и тихонько усмехается, поднимая их выше. — Ты пытаешься научить меня или ухаживать за мной? Аонунг резко выдыхает, смущенно поджимая уши. Он отводит взгляд, отпуская руку Нетейама и не замечая, как тот пытается до нее дотянуться. Аонунг скрещивает руки на груди, выпятив нижнюю губу: — Я не пытаюсь ухаживать за тобой. Не говори глупостей. — Действительно, — промычал Нетейам, делая вид, что интересуется ясным небом над ними. — Я сглупил… Ты даже никогда раньше не называл меня по имени. Ты хоть знаешь, что это такое? Глаза Аонунга метнулись к Нетейаму, на чьем лице мелькнуло недоверие. Меткайинец открывает рот: — Да, у меня есть… — Нет, — обрывает его Нетейам, грустно улыбаясь. — Но все в порядке, я тоже. Аонунг понял, что Нетейам прав. Раньше они никогда не называли друг друга по имени. Закатив глаза, он жестом зовет того следовать за собой, ныряя под воду. После этого их урок протекал спокойно, Аонунг обучал Нетейама различным методам плавания, пытаясь найти тот, который ему лучше подходит. Они оставались там до захода солнца. Аонунг заметил, что Нетейам, кажется, привязался к нему. Оматикайя практически не отлипал от него. Рифовый подумал: а не потому ли это, что никто другой не проявил к нему доброты, кроме Аонунга и его сестры? Он надеется, что его мысли ошибочны, потому что они полоснули его сердце болью, которую он никогда раньше не испытывал. Постепенно до Аонунга дошло, что Нетейам просто напуганный парень, убегающий от войны. Он любит маленькие красивые вещицы — Аонунг часто ловит его, когда он собирает ракушки в сумку во время уроков дайвинга. Меткайинец недоумевает, для чего они ему нужны. Вскоре после этого, на его вопросы ответы нашлись сами — Нейтири начала носить самое красивое ожерелье, которое когда-либо видел Аонунг. Он слышал, как меткайинские женщины в деревне с благоговением перешептывались о нем, задаваясь вопросом, сделал ли его Джейк или это подарок от жены оло’эйктана в знак дружбы и принятия. Аонунг узнал несколько ракушек, вспомнив, как видел их в нежных руках Нетейама. Он никогда не думал, что этот парень может сделать что-то настолько красивое без особых усилий. Именно тогда в сердце меткайинца поселилось глубокое сожаление о своем прежнем жестоком поведении. Аонунг изо всех сил пытается принять, что он мучил такую ​​нежную душу — человека, который видел войну, видел смерть. — Теперь ты не обращаешь внимания, — слегка смеется Нетейам, махнув рукой перед лицом Аонунга. Тот медленно кивнул. Они стоят на коленях на берегу, Аонунг рисует на песке фигуры — формы разных морских существ — объясняя, что из себя представляет каждое из них. — Новое ожерелье твоей мамы красивое… — как и ты. Губы Нетейама раскрылись в безмолвном вздохе: — Ой… — Что? Я не называл твою маму красивой, только ожерелье. Откуда оно? Нетейам смущенно почесал затылок: — Я сделал его. Оно не идеально, я это знаю, но я… Аонунг наклонился вперед, прижимаясь губами к губам Нетейама. Тот резко отстраняется — в его глазах плещется такая сильная боль, что Аонунг чувствует, как весь воздух покидает его легкие. Ему кажется, будто его окунули в ледяную воду. — Нет, ты тоже… — Нетейам спешно поднимается, но Аонунг мягко хватает его за запястье, заставляя замереть на одном колене. — Что ты имеешь в виду? — он умоляюще смотрит. — Я тоже что? Нетейам ищет во взгляде Аонунга ответы на вопросы, неизвестные меткайинцу. Аонунг качает головой, сбитый с толку и напуганный тем, что каким-то образом причинил боль Нетейаму, сам того не желая. — Нетейам, извини, если это тебя задело. Я не хотел. Прежде, чем Аонунг успел заговорить дальше, плачущий Нетейам заставил его замолчать. Слезы брызнули из его глаз, когда он отдернул руку, вставая, и сделал несколько шагов назад, учащенно и прерывисто дыша. Аонунг поднимается на ноги, протянув к нему руку, но прежде, чем он успел дотронуться до него, Нетейам побежал. — Аонунг, что происходит? — спрашивает Цирея, торопливо приближаясь. Она с Тук и Кири делала браслеты неподалеку, пока не заметила происходящее между ними. Кири стоит рядом с ней, широко раскрыв глаза, полные беспокойства: — Что ты сделал? — зашипела она с такой яростью, что Аонунг отступил на шаг. — Я ничего не сделал… — Брехня! — оборвала она его, хватая за косу. Цирея ахнула, прикрывая рот рукой: — Кири, не надо. Но лесная не обратила внимания на девушку, которая взяла Тук за руку и поспешно повела девочку к маруи Салли, последовав за Кири, которая тащит за собой Аонунга с намерением заставить его признаться в том, что случилось с ними, Джейку и Нейтири. Нетейам наблюдает за ними издалека, его сердце бешено колотится, а глаза покраснели от внезапного всплеска эмоций. Он прикусил губу и собрался было уйти, как вдруг его грубо хватают. Ослепленный внезапной яростью, он взмахнул кулаком, костяшки пальцев попали прямо в чью-то челюсть. Это был О’экви. Нетейам зашипел, оскалив зубы и дико размахивая хвостом за спиной. О’экви потянулся к нему, целясь, как всегда, в его косу, но Нетейам оказался быстрее, подпитываемый неконтролируемой яростью. Он бросается на О’экви, толкая его на землю и снова впечатал свой кулак в лицо парня. Послышался треск и сдавленный крик. Нетейам схватил меткайинца за горло, наблюдая, как тот сплевывает кровь в сторону. О’экви шипит на него — Нетейам выбил один из его клыков. Лесной на’ви наклоняется, оказываясь с ним лицом к лицу. — Если ты не оставишь меня в покое, потеряешь не только свой зуб, — предупреждает его Нетейам. О’экви оказался зажат ногами лесного по обе стороны от его бедер, что блокирует любое движение, которое мог бы сделать старший парень. Нетейам сжимает его горло так же, как его собственное сжимали больше раз, чем он мог сосчитать. О’экви схватил его за запястье, пытаясь освободиться, но безуспешно. Его ноги бешено дергаются, хвост зажат под спиной. — Ты меня понял? — зашипел на него Нетейам, скаля клыки. — Да… — прохрипел его мучитель, несколько раз постукивая по руке, пытаясь сигнализировать о своих намерениях. О’экви сдался. Нетейам отпускает его, поднимаясь, и молча уходит.