Not a Soldier Yet (Еще не солдат)

Нетейам медленно подходит к своей матери, нарезающей какой-то странный фрукт, которого он никогда раньше в своей жизни не видел. — Мам, наступит ли день или что-то типа того, когда маруи будет пустовать, потому что все заняты? Нейтири замирает, уставившись на него широко раскрытыми глазами, а затем тихонько начинает хихикать; она хватает его за руку, тянет вниз и садится рядом: — Ты хотел бы провести время наедине с Аонунгом? Нетейам краснеет и кивает. Он осторожно скрещивает ноги, радуясь тому, что колени больше не болят при каждом его малейшем движении. По крайней мере, физически он выздоравливает. — Да, хочу. Мне, также, нужен твой совет. Нейтири игриво усмехается, пихая его локтем: — Совет? В каком совете нуждается мой старший сын? — Ах, — Нетейам выдыхает, смущение наполняет его, растекаясь по венам. — Эм… Аонунг всегда… Он единственный… Нейтири успокаивающе кладет ладонь на разгоряченную щеку своего сына: — Успокойся, ма’Нетейам. Не бойся осуждения. Не от меня. Молодой на’ви медленно кивает, отводя взгляд; его хвост взметнулся у него за спиной, прежде чем успокоиться, обернувшись вокруг его талии. Нейтири знает, что ее сын новичок в том, как все это работает, и она хочет убедиться, что ему комфортно говорить об этом. Она сама едва ли заговорила бы об этом первой, всегда ожидая, что он придет к ней, как она и предполагала. Именно таким Нетейа был всегда. — Хорошо, — он глубоко вздыхает. — Я думаю, что Аонунг всегда делает больше всего работы, когда мы соединяемся. Я тоже хочу помочь ему, но я не знаю, как мы должны делать это. Нейтири наблюдает за своим сыном, пока он говорит, и в ее глазах горит восхищение. Закончив нарезать фрукты, она откладывает нож в сторону, предложив кусочек ему. Нетейам берет его и подносит к носу, чтобы понюхать иностранную штуковину забавного цвета. Нейтири рассмеялась, с нежностью качая головой, вспоминая все случаи, когда его сын делал точно то же самое в детстве. Нетейам осторожно откусывает кусочек. Кажется, вкус его удовлетворил. Нейтири протягивает ему еще один: — Ты можешь попросить его лечь на спину. Таким образом, ты сможешь сесть на него верхом. Это действительно лучший способ сделать это. Ты можешь делать это лицом к нему или спиной. Мне говорили, что мужчинам так нравится в любом случае. Парень кивает, пытаясь представить это в своей голове: — Я думаю, мне следует подождать с этим. Я чувствую, что от этого у меня заболят колени. — Умный выбор, — ухмыльнулась Нейтири, продолжая протягивать ему кусочки фруктов. Нетейам каждый раз берет кусочки из ее рук, немного пораженный вкусом. — Есть ли другие вещи, которые делают другие? — Во время спаривания? — уточняет Нейтири, на ее лице нет даже намека на смущение. Он только кивает. — Есть много вещей, которые ты можешь сделать со своей парой, ма’Нетейам. Ты же знаешь, что ты не единственный, кто может использовать свой рот для удовольствия. Аонунг мог бы сделать то же самое. — О, Эйва, — раздается голос, звучащий совершенно потрясённо. — Я не могу поверить, что продолжаю слышать твои разговоры об этом, братан, — Ло’ак заходит в маруи, мокрый насквозь и тяжело дышащий. — Пожалуйста, мама, пожалей мои уши и позволь мне остаться внутри. Нетейам тихо рассмеялся, когда их мать бросила Ло’аку кусочек фрукта. Тот этого не заметил, в результате чего фрукт шлёпнулся ему в лоб, а красноватая жидкость потекла по носу.

***

— Пап? — Нетейам подходит, вставая рядом со своим отцом; Джейк любуется закатом, чистя свое ружье. — Да, мой мальчик? — Как ты думаешь, мы когда-нибудь сможем спасти Паука? — Младший садится рядом с ним, зарываясь пальцами ног в мягкий пляжный песок. Джейк замирает, поворачиваясь к нему лицом. Он откладывает пистолет в сторону и позволяет сыну прижаться к нему. Подняв руку мучина начинает перебирать косички сына. — Он сильный парень, я уверен, что в тот момент, когда у нас появится хоть малейший шанс заполучить его, он поймет и вырвется на свободу. — Что, если мы никогда этого не сделаем, и они просто заберут его навсегда? — спрашивает Нетейам, поджав губы. Джейк тяжело вздыхает и усадивает сына к себе на колени. В этот момент бывшего морского пехотинца не волнует, что его сын уже взрослый, состоявшийся мужчина. Нетейам всегда был его малышом, его первым ребенком. Джейк одинаково любит всех своих детей, но прямо сейчас старший сын нуждаеися в дополнительной доли любви и внимания, чтобы оправиться от своего прошлого. Джейк готов дать это ему, не задавая никаких вопросов. — Этого никогда не случится. Даже если бы они забрали его на Землю, я бы все равно отправился за ним, чтобы вернуть его домой. — Мама не видит в нем члена нашей семьи. Джейк качает головой, пряди волос падают на его сильные плечи. — Боюсь, она никогда не изменит свое мнение. Но Паук важен для вас, ребята, и она это понимает.

***

Нетейам проводил время со своим отцом, несколько часов прогуливаясь по пляжу, пока не заметил беседующих Аонунга и Ло’ака. Сбитый с толку, он направился к своей паре и брату, попрощавшись с отцом. Джейк рассмеялся, позабавившись этой сценой, а затем забрал свой пистолет и отправился домой. Нетейам останавливается рядом со своим братом, склонив голову в безмолвном вопросе. Оба парня поворачиваются к нему, так же удивленные его появлением, как и он сам, увидев, что они ведут приличную беседу, ни разу не попытавшись придушить друг друга. — Что вы двое делаете? Ло’ак фыркнул, скрестив руки на груди: — Просто обсуждаем будущие дела с будущим зятем. — Технически, он уже твой зять, Ло’ак. Это не будущие дела. Они — настоящее, — Нетейам прислонился к дереву, копируя взгляд Аонунга, который наблюдает за ними, совершенно сбитый с толку перебрасываемыми английскими фразами. Рот младшего приоткрылся, как будто только сейчас до него дошло что-то: — Святое дерьмо, братан. Аонунг — твой муж?! Почему я не понял этого раньше? Рифовый закатил глаза, наконец-то уловив суть разговора между двумя братьями: — Я не знаю, что это за штука с си-йа-ть… — он тщательно выговаривал слово, прекрасно понимая, что все исковеркал. — Но я рад, что ты понял, что твой брат действительно мой муж, skxawng.