Грешная Россия Матушка

      В библиотеке лишь шелест страниц и постоянное раздражённое шиканье библиотекарши отвлекало Гарри и Рона от бодрого обсуждения странного мужчины. Гермиона тем временем пыталась отыскать учебники.       — Молодые люди! Я сколько вам еще замечаний должна сделать, чтобы вы поняли, что в библиотеке разговаривать запрещено?       — Да всё, всё! Видимо, библиотекарши во всём мире одинаковы, — с раздражением пробубнил Рон, и тут же на стол рядом с ним упала увесистая стопка книг.       — Да хватит вам! Мы в другой стране, и никаких приспешников Сами-знаете-кого тут быть не может! — Гермиона приземлилась на стул рядом.       — Это ты так думаешь! Ты вообще видела его взгляд?       — Нет, — Грейнджер пожала плечами, — меня консультировала девушка.       — Вот!       — Рон! Это работает не так!       — Хорошо! Тогда что за линии рисовали нам какие-то?       — Я откуда знаю? Я спрашивала, мне сказали, что это строго конфиденциальная информация и что только те, кто отучился на мастеров или их помощников обладают такими знаниями.       — Больше похоже на какую-то секту, — скептически заметил Рон.       — Ой, не начинай! Зато смотри, как здорово! Учебники покупать не надо. Просто взять в библиотеке и в конце года сдать. Это же такая экономия. И экологично, между прочим. А еще…       — А еще вы олухи. — Гарри был готов слушать трехчасовую лекцию об экологии, экономии и фактах о Колдовстворце, которые успела нарыть Гермиона, лишь бы не минутный разговор с Малфоем. — Что, Уизли, паранойя развилась? Так иди к мамочке под юбку и поплачь об этом! Или тебе лучше под юбкой гр… Грейнджер?       В одно мгновенье Малфой был прижат Роном к стеллажу. На долю секунды, Гарри готов был поклясться, его лицо искривилось в страхе, затем в простое удивление, и в итоге губы его растянулись в усмешке. Подлой, противной. Мерзкой.       — Попробуй, Уизли, или кишка тонка?       — Рон! Он специально провоцирует тебя! Не ведись на его уловки! — Попыталась возвать Рона к разуму, но с каждой секундой усмешка Малфоя становилась шире, что распылило Рона еще больше.       Дыхание становилось все тяжелей, хватка — сильней. Рон едва сдерживался, чтоб не задушить Драко. Он был в гневе: кровь прилила к его голове, руки дрожали. И вот, когда улыбка Малфоя стала слишком широкой, а Рона трясло целиком, раздался грохот — Малфой столкнул с полки несколько книг.       — Ой, — наигранно и самодовольно произнес он, когда посмотрел вниз на книги. Их страницы были слишком ветхие, потрёпанными и не готовые пережить падение, порвались и разлетелись в разные стороны.       — Что там опять за шум?!       — Мадам! Как хорошо, что вы здесь! — Драко выбрался из ослабевшей хватки отвлекшегося Рона. — Это Уизли, мой друг! Он накинулся на меня без причины! Ничего не объяснив! И смахнул книги с полки! А я… не смог поймать их из-за того, что он не давал мне даже двигаться! Простите… Я… Могу как-то все исправить, я…       Малфой путался в словах, запинался, играл жертву. Пока троица впала в оцепенение от его наглости, библиотекарша пыталась его успокоить.       — Ну тише, тише! Кто из вас Уизли?!       — Он все врёт, — попыталась восстановить справедливость Гермиона, но взгляд библиотекарши отрезал дальнейшую речь.       — Молчать! Уизли, вроде бы хорошая девочка с виду, а на самом деле кто?       — Я Грейнджер, мадам…       — Тьфу! Мозги мне тут пудрите! Амерекашки чёртовы! — Максимально презрительный тон резко сменился на ласковый и успокаивающий, от которого Гарри захотелось проблеваться — Кто из них Уизли, мой дорогой?       — Этот, — Малфой ткнул пальцем в всё ещё трясущегося от гнева, возмущения Рона. — Но не стоит… Может, я что-то сделал не так и…       — Надо-надо, мой мальчик! Как тебя зовут? Какой класс? Я тебя запишу. Бедный мой, надеюсь, он не успел нанести тебе вреда? А вы чего?! Наказаны будете вы все!       — Это несправедливо! — Гарри вышел из оцепенения, защищая свою и друзей невинность.       — Хотите двойную дозу наказания? Вам и так расплачиваться за порчу школьного имущества.       Повисло молчание. Друзья смотрели на Малфоя и новую знакомую с возмущением и ненавистью, Драко на них с торжествующей улыбкой, а библиотекарша прожигала взглядом.       — Я сообщу вашим классным руководителям, что вы сделали. А теперь на выход!       Рон моментально развернулся, но Гермиона его отдёрнула.       — Учебники, Рон…       — Ага, они понадобяться мне, когда я в следующий раз встречу Малфоя! — саркастически выдохнув, Рон взял свою стопку учебников и понес их на выход к библиотеке.       — Так! Это что такое! Сначала устроил не пойми что, а теперь решил незаметно своровать учебники? А ну быстро на подпись! Вот вандалы! Ну что за поколение!       — ДА БЛЯТЬ!       Рон не выдержал, ругаясь, подошёл к столу библиотекарши, кинул учебники на стол, взял перо и, чуть не разорвав пергамент, накалякал мало похожую на себя подпись. Библиотекарша запричитала:       — Ой, сердце, ой… Что ж творится-то. В святом месте такое… Свят, свят, свят. Что за поколение, что за вандалы, Господи… — Крестилась она.       Гарри, боясь попасться под горячую руку библиотекарши, поспешил встать в очередь за красным и раздраженным другом. Гермиона встала за ними.       На выходе Гарри, погруженный в свои мысли, не заметив Анну Сотникову, столкнулся с ней. Гарри, пробубнив нечто похожее на «прости», поднял глаза и встретился с колючим, янтарным взглядом девушки. В эту же секунду боль вспыхнула в шраме так, что Гарри схватился за лоб двумя руками. В глазах потемнело, в ушах звенело.       — Гарри! Что с тобой?       Рон дружески положил руку Поттеру на плечо. Гарри оглянулся, Анны нигде не было, зато был Дмитрий, быстрым шагом направляющегося сюда. Рон заторопил Гарри и Гермиону, но было поздно.       — Мисс Грейнджер!       — Дмитрий?       — Рад, что встретил вас! — Воронцов коснулся руки Гермионы, провел своей до её запястья, поклонился и поцеловал кисть.       Ошарашенная Гермиона смотрела на него с выпученными глазами. Рон был похож на чайник, будто сейчас у него пойдет пар из ушей.       — Не составите ли вы мне компанию? Мне хотелось прогуляться по школе. Я расскажу о ней, буду вашим проводником, если пожелаете.       — Дмитрий, было бы здорово!       — Тогда предлагаю начать нашу экскурсию прямо сейчас! Чем быстрее начнем, тем больше увидите! Если у вас нет планов, конечно же.       — Из дел только учебники донести до гос… до палаты       — О, конечно! Прошу простить мне свою дурную голову! Давайте книги сюда! — Воронцов взял стопку книг из рук Гермионы, в которой были явно не только учебники — Пойдёмте, я вас провожу. У вас все равно пока нет кольца, а мы в одной палате.       Дмитрий увёл оглядывающуюся на друзей со смущённой улыбкой Гермиону.       Теперь уже Гарри похлопал сжавшего кулаки Рона.       — Пошли.       Гермиону мальчики не видели с того самого момента и теперь ждали её на ужине. За это время друзья окончательно убили надежды на хорошие отношения со Степаном, а Степан лишился, кажется, надежд на нормальных соседей: Рон ходил по комнате раздражая Степана, но игнорировал его возмущения и проклятья что он шептал.       — «Не составите ли вы мне компанию?» Тьфу!       — Может, хватит вышагивать, Уизли? Или ты решил прорубить тропу до Китая? — процедил Степан, не отрываясь от страницы и был благополучно проигнорирован.       Гарри сидел на кровати Рона и время от времени касался горящего, пульсирующего шрама, смотря в пустоту.       — Видел этого Воронцова? Он Гермиону чуть ли не на руках унес! «О, мисс Грейнджер, позвольте мне ваши книги!» — передразнил он, корча романтические гримасы.       Степан закатил глаза и, бормоча что-то про «идиотов-иностранцев», схватил книгу и вышел, хлопнув дверью.       А теперь он сидел за самым дальним столом от них.       В трапезной было шумно. Все болтали, обсуждали что-то. Иногда Гарри ловил на себе чьи-то взгляды. Желудок Рона повторял утренний концерт.       Внезапно двери распахнулись, и в зал влетело множество лебедей, каждый из которых держал в клюве красное полотно. Лишь позже Гарри понял, что это были скатерти.       Лебеди грациозно парили над головами учеников, их белоснежные крылья сверкали в свете свечей. Внезапно они начали снижаться, и каждый из них аккуратно опускал на столы длинную скатерть, превращая простые деревянные поверхности в настоящие произведения искусства. Гарри с удивлением наблюдал за воздушным танцем птиц. Скатерти были изготовлены из тончайшего шёлка, украшенного золотой вышивкой, которая переливалась при движении.       Лебеди еще немного покружили над головами учеников и скрылись за теми же дверьми. Голоса стихли, и Хозяйка поднялась с пустым кубком в руке.       — Да будет пир на весь мир! — произнесла она, и бокал тут же наполнился напитком, по-видимому, вином. Хозяйка поднесла его к губам и, закрыв глаза, с явным наслаждением отпила.       На столах появились разные, незнакомые ятства.       Рон, всё ещё багровый от ярости, впился вилкой в стейк, будто это было сердце Малфоя. Или Дмитрия.       — «Может я что-то сделал не так?» — бубнил он, размазывая масло по хлебу. — Родился!       У Гарри появилось за время ожидания Гермионы новое развлечение: он угадывал про кого говорит Рон. «Это про Малфоя» — мысленно записал он себе в голове ещё один бал.        — «Буду вашим проводником» Тьфу! Да она его, как пёсика, на поводке водит!       «А это про Дмитрия» — успел только подумать Поттер, как на скамейку рядом с ним упала Гермиона, что несколько минут сидела за столом, где были друзья Дмитрия и он сам.       — Всем привет!       Рон фыркнул, демонстратируя своё недовольство.       — Рон? Что случилось?        — Ничего! Абсолютно ничего! — кинув вилку на тарелку и вознося руки к потолку саркастически ответил он. — Ничего не случилось! Только этот твой придурок! — его несчастная вилка указала на Дмитрия, который через три стола поднимал бокал в сторону Гермионы. — Смотри, сейчас начнёт серенады орать!       Не успела Гермиона ответить, как недалеко прокатился смех. Малфой, уже обзавёдшийся друзьями, указывал взглядом на их компанию. Его усмешка была острее ножа.       — Смотри, — ткнул Гарри локтем в Рона, — они точно что-то замышляют.       Гермиона вздохнула, отодвигая от себя тарелку с курицей.       — Может, хватит искать врагов? Мы здесь, чтобы учиться, а не решать ваши детские разборки.       — Детские? — Рон вскочил, едва не опрокинув кувшин с красной жидкостью. — Он чуть не подставил нас под исключение!       — Рон, сядь, — Гарри потянул его за рукав, чувствуя, как шрам вспыхивает в такт его сердцу. За спиной Рона… было что-то огромное, бесформенное, дышащее холодом.       — Лучше посмотрите туда! — Развеяла галлюцинацию Гермиона, на что Гарри выдохнул.       — И что же мы, по-твоему, там увидим? — Рон сложил руки и принял расслабленную позу.       — Видишь того человека? — Гермиона указала на сурового с виду мужчину, худощавого с шрамами по лицу. Гарри он показался смутно знакомым.       — Это Кощей Бессмертный!       — Кто?       — Его очень долго преследовали. Он даже был заключен в Азкабане!       — И этого психа взяли в преподаватели?! — Воскликнул Рон громче нужного, из-за чего привлек к себе внимание.       — Он потом спас целый народ! За ним потом ещё следили, конечно, а потом простили. Но на нём до сих пор кандалы из невидимого железа.       — Да? Что-то не видно!       — Ну конечно не видно, Рон! Они же из невидимого железа! — Гермиона сделала акцент на предпоследнем слове.       — Ты сказала, бессмертный?       — Да, кажется за это его и схватили. Ну, что бессмертным стал, с помощью тёмной магии.       — А… Волан-де-Морт? Как думаешь, он получил своё бессмертие также как и Кощей?       — Может… но я в любом случае не знаю ничего об этом, если оно и есть в библиотеке, то точно в запретной секции.       — Значит… — протянул Рон.       — Надо разузнать у него — продолжил Гарри и кивнул в сторону Бессмертного преподавателя, на что Гермиона закатила глаза.       — Вот только как? Мы что, просто подойдём к нему и спросим: «Извините, не подскажете, как Волан-де-Морт стал бессмертным? А то мы тут боремся с ним, понимаете ли…»       Вдруг тело Гарри покрылось мурашками, подняв глаза он столкнулся со взглядом Кощея. Разом шрам разразился болью, помутнело в глазах, приступ тошноты.       — Гарри! — Воскликнула Гермиона, заметив состояние друга       — Всё в… всё в порядке…       Боль ушла также быстро, как и пришла. Оглянувшись, Поттер не заметил Кощея, лишь его пустой стул. Но его взгляд… словно остался там. Гарри отодвинул от себя еду, аппетит пропал, было тошно от одного только её запаха.       — Может тебе в лазарет? Ты какой-то бледный…       — Так и знал, что с этой едой что-то не так!       — Всё со мной нормально. — попытался отмахнуться Поттер, но рыжий приятель с головой погрузился в обсуждение местной кухни.       Вот, например, я понятия не имею, что это такое! — Рон махнул рукой в сторону большого круглого блюда. На нём действительно было что-то странное. Фиолетовая куча непонятно чего совершенно точно не выглядела аппетитно. Затем он указал пальцем на что-то шевелящееся. Можно было рассмотреть кусочки мяса в этой массе — а к такому даже приближаться страшно!       — Может, какие-нибудь народные блюда? — неуверенно предположила Гермиона и тут же взяла себя в руки. — А вообще, Рональд, тебе стоит уважительнее относиться к чужой культуре и традициям.       — Ну да, — парень закатил глаза. — Тебе-то твой Дмитрий уже всё, наверное, рассказал.       — Ребята, перестаньте, — попытка примирения была благополучно проигнорирована.       — При чём здесь это? — Грейнджер шипела точно раздраконенная кобра. — Он просто помогает привыкнуть к непривычным условиям.       — Нам нужно держаться вместе, а ты всё время пытаешься отдалиться от нас. Гарри, скажи, я прав? — Уизли очевидно рассчитывал на полную поддержку Избранного, но вопреки его ожиданиям Поттер в спор вступать не хотел.       — Рон… — начал Гарри, но его прервало появление ярко-красного урагана по имени Вероника.       — Чего шумим? — Русская одним своим появлением сумела разрядить обстановку. — Гарри, я тебя весь день искала!       — Правда? Зачем? — Волосы Вероники, как показалось Гарри, приобрели другой оттенок и стали выдавать смущение, которое почти не отразилось на её лице.       — Ну… это уже не так важно. Так что за шум, гам здесь был?       — Не волнуйся, всё в порядке, — улыбнулась Гермиона. — Вот еду обсуждали. Не скажешь, что это?       — Это? — серьёзно взглянула на непонятное блюдо Абросова. — Селёдка под шубой.       — Что, прости? — Гарри подумал, что переводчик ошибся.       — Ну, — девушка уселась рядом с англичанами. — Это рыба такая, а сверху овощи. Морковь и свёкла.       — А название почему такое странное? — Рон усмехнулся.       — Ну так придумали. — Пожала плечами в ответ и продолжила просвещать иностранцев русской кухней. — Это холодец, застывший мясной бульон. А это…       Поттер тяжело вздохнул, дальше будет тяжело. Очень тяжело.