Bravura

Восемнадцать месяцев спустя. Всё болело. Орихиме, благодаря своей инстинктивной реакции во время внезапного нападения, удалось обвить вокруг Нелл свою нежную, слегка трясущуюся, руку в попытке её защитить, но Иноуэ знала, что это станет дорогостоящей ошибкой. Поскольку она не смогла поднять золотой щит, Садо-кун оказался перед ней так, чтобы стать её стеной и защитить их двоих от натиска снарядов. Если бы Орихиме могла открыть глаза, то увидела бы то, что уже сказали ей её чувства: Садо-кун серьёзно ранен. Она подозревала, что осколки взрыва ударили её по голове, потому что она никак не могла привести свои мысли в порядок. Реяцу Садо-куна быстро угасала, и даже Урахара-сан, должно быть, находился в смятении, потому что и его реяцу слегка колебалась. А Квинси был... Нет, всё было запутано. У нее кружилась голова, и звучало всё так, как будто она была под водой. Даже её тонко настроенные чувства были бесполезны в её состоянии. Орихиме просто хотела лечь спать; может быть, тогда мир перестал бы кувыркаться вокруг. Она уже собиралась рухнуть вперёд в полную темноту, как вдруг почувствовала, как холодные пальцы решительно приподняли её подбородок, удерживая девушку в сознании. Хватка была сильной и мужественной, и её организм был потрясен этим прикосновением. Орихиме знала эту реяцу. — Поторопись и делай своё дело, мелкая идиотка. Твоя горилла выглядит так, будто прошла через терку для сыра, — глубокий голос насыщал и грохотал в каждом уголке её тела. Узнавание пронзило Орихиме, будто молния, и её глаза сами заставили себя открыться. — Ты…, — затем она осознала его слова: — Ох, нет, Садо-кун! Она отдернула подбородок от его руки и, спотыкаясь, опустилась на колени, заставив замолчать свои протестующие суставы и всё ещё крепко сжимая Нелл в своих руках. Орихиме сдержала рыдание и послала своих исцеляющих фей, отказавшись от обычной котодамы благодаря решимости своего сердца. Чад выглядел как реквизит из фильма ужасов. Раздраженный голос заговорил снова, чуть громче, чем прежде: — Ты точно что-то... какая-то другая, ты в курсе? Я уже думаю, а не покалечить ли тебя самому за то, что ты просто решила меня проигнорить. Она повернулась к своему спасителю. Гриммджоу стоял прямо позади неё, небрежно засунув обе руки в карманы, а на его лице играла гнусная ухмылка. Расстёгнутая рубашка обнажала дыру и жуткий шрам, торчащий откуда-то из-под левого плеча — незаконченная работа Орихиме. Её взгляд блуждал от Гриммджоу к месту битвы, где она заметила Урахару, кропотливо удаляющего осколки рейки со своего плеча. Но она не смогла увидеть Квинси. — Гриммджоу, ты… ты спас нас? — спросила она бывшего Эспаду тихим недоверчивым голосом. Он скривился, а затем сплюнул в сторону. — Не думай слишком много, девка! Это может тебе навредить, — уклонился он. Разум Орихиме изо всех сил пытался осмыслить ситуацию. Её чувства боролись с её инстинктами, неоднозначная история между ними двумя вставала на весы вместе с последним поворотом событий, определяющим угрозу, которую Гриммджоу представлял сейчас. Однако, когда он попытался шагнуть к ней, то внезапно оказался заблокированным водоворотом чёрной ткани. Мир между ними снова расширился, включив в себя третью сторону. Из-под полей полосатой шляпы на Гриммджоу был обращён суровый взгляд. — Извините за опоздание! Надеюсь, я не заставил вас ждать, мистер Арранкар… Гриммджоу, не так ли? — мелодичный голос Урахары резко контрастировал с волнами энергии Джагерджака. Гриммджоу почувствовал явную угрозу. Даже будучи раненным, изгнанный капитан выглядел грозно. Безумная ухмылка расплылась на лице Арранкара. — Я не причиню вреда маленькой принцессе, ублюдок. Уйди с дороги, — прорычал он. Урахара расплвчато улыбнулся, но схватился за рукоять Бенихиме. Как только его мускулы напряглись, чтобы вытащить её, он почувствовал, как на спину легла нежная рука. — Все в порядке, Урахара-сан. Со мной всё будет хорошо. Бывший синигами шокировано посмотрел на девушку позади, но быстро пришел в себя. После короткого колебания, во время которого он прикидывал все возможные варианты, Киске выпрямился и отошел в сторону, добавив красочное: — Конечно, Иноуэ-сан! Отдаляясь, он не сводил с Арранкара ястребиного взгляда. Орихиме снова заговорила первой. — Спасибо, Гриммджоу, — просто сказала она, низко кланяясь. И даже стоя прямо, она едва достигала его широких плеч. Орихиме крепко вцепилась во всё ещё находящуюся у неё на руках Нелл, пребывающую в бессознательном состоянии. Когда девушка отвлеклась от своей любезности, глаза Гриммджоу сузились, глядя на крошечную арранкарку, прежде чем он поднял взгляд на лицо Иноуэ. Он изучал её какое-то время, прежде чем заговорить. — Да ну, я был бы дерьмовым королём, если бы позволил одному из своих лучших поданных поджариться на собственном заднем дворе. Что-то в девушке растаяло от его почти игривого тона. Его голос предавал свирепый взгляд. Орихиме собралась с духом и мягко поддразнила Арранкара: — Я думаю, что вы оставили задние ворота открытыми, ваше величество. Вы впускаете сюда некоторых опасных существ. Её желудок затрепетал, когда она увидела, как призрак улыбки изогнул его губы, прежде чем он снова продолжил разговор. — То, что ты сказала. Тогда. Ты всё ещё думаешь также? Орихиме увидела, как Урахара-сан оживился после слов Гриммджоу. Её не мог не позабавить оппортунизм* владельца магазинчика. Она сделала настолько серьезное выражение лица, насколько смогла, и направила его на бывшего Эспаду. — Я исцелила тебя тогда, чтобы ты мог стать королем, да, — ответила она прерывисто. Девушка не очень хорошо разбиралась в дипломатии, но подозревала, что Арранкар такой же. — Я бы сделала это снова, если бы мне пришлось, — добавила она. Ярко-голубые глаза Гриммджоу сузились. По мере того, как напряжение нарастало, Урахара воспользовался возможностью, чтобы вмешаться. — Звучит так, будто у вас двоих была какая-то договоренность... Могу я предположить? – он развернул веер, закрывая нижнюю половину лица, когда девушка и Арранкар повернулись, с разной степенью дружелюбности смирив его взглядом. — Ты хочешь стать королем Уэко Мундо, верно? — Гриммджоу никак не отреагировал, поэтому Киске продолжил: — А ты, — повернулся он к Орихиме, — хочешь помочь этому случиться, да? Она не могла сдержать румянец, вспыхнувший на ее щеках: — Нет-нет, Урахара-сан, не то чтобы я… — затараторив в своей привычной манере, Иноуэ быстро сдалась и слегка кивнула ему. Взгляд бывшего синигами задержался на Орихиме, проследив, как она неловко сместила вес с одной ноги на другую. Растущее внимание со стороны обоих мужчин заставило её нервничать. Она не могла представить, что владельцу магазинчика пришло в голову, —а точно ли он истолковал её мотивы верно? Урахара еще некоторое время рассматривал её, прежде чем громко захлопнуть веер в миллиметрах от своего лица. Орихиме испуганно дёрнулась; у Гриммджоу же не дрогнула ни одна мускула. — Я много раз был виновен в том, что слишком недооценивал вас, Иноуэ-сан. У вас гораздо больший потенциал для хитрости, чем я когда-либо мог себе представить. Девушка побледнела, прежде чем снова покраснеть от такого комплимента, в то время как Урахара направил свою улыбку на недоверчивого Гриммджоу: — Я присоединяюсь к Иноуэ-сан и благодарю вас за вашу помощь с Квинси, — он махнул рукой в сторону, и Орихиме тут же почувствовала подступающую тошноту, когда наконец увидела резню, которую устроил их спаситель. — Кажется, вы отплатили ей за услугу, но теперь и я у вас в долгу, — он сделал паузу, чтобы донести до Гриммджоу смысл сказанного. Киске Урахара был проницательным человеком и на этот раз он стремился помочь Орихиме достичь цели. Он был честен, когда говорил, насколько впечатлен ею. А его разум продолжал погоню за планом. — Возможно, я мог бы выдвинуть вам своё предложение. Если вы поможете нам в битве с этими квинси, и если вы сохраните своё... перемирие с Иноуэ-сан, то я лично подам петицию в Общество душ с просьбой узаконить ваше положение. Как только вы докажете, что достаточно сильны, чтобы сохранить его, конечно. Орихиме ахнула, и даже почти позабытый Чад зашевелился под золотым сиянием её целительного купола. — Вероятно, я уже не занимаю того же положения, что раньше, но думаю, с уверенностью можно сказать, что моё слово там воспримется довольно серьезно. И раз уж Иноуэ-сан на вашей стороне… никто не будет оспаривать ваши требования. Орихиме посмотрела на Гриммджоу и удивилась, как всё это могло произойти так быстро. Арранкар, надо отдать ему должное, ещё не успел никак отреагировать внешне. Сейчас Гриммджоу был сильнее. Последние полтора года он провел в боях и пиршествах, естественным образом восстанавливая свою мощь там, где способности Орихиме сделать этого не успели. Уничтожение Хогьёку означало, что он мог продолжать эволюционировать и больше не был связан его необычной силой. Он станет королём — никто не откажет ему в этом, но если кто-то другой займется неизбежной бюрократией, это станет благословением. И если эта девушка согласится помочь ему в долгосрочной перспективе... Его взгляд встретился со взглядом Орихиме: — Что скажешь, девчонка? Хочешь быть на моей стороне? Она снова почувствовала бабочек в животе, когда жестокая ухмылка скользнула под белоснежным фрагментом челюсти Гриммджоу. Опасные звериные зубы теперь больше походили на улыбку, чем на постоянный оскал, с которым она всегда их ассоциировала. Орихиме затаила дыхание, обдумывая своё решение, но… кого она обманывала? Она приняла это решение восемнадцать месяцев назад, находясь на похожем поле боя. — Твои амбиции не выходят за пределы Уэко Мундо? — проверяла девушка. Джагерджак усмехнулся: — Что я буду делать со всеми этими скучными людишками или с этими неженками из Общества душ? — И ты будешь контролировать пустых? Он пожал плечами: — Иногда, я думаю. Тех, которых я не ем сам. Орихиме знала, что он шутит только наполовину. Она кивнула один раз рассеянно, а затем еще раз с большей уверенностью. — Тогда, да. Я буду, — во рту у неё пересохло от этого заявления, поэтому она облизнула губы. — Я помогу тебе стать королем. Его ухмылка расплылась в мрачности, и Орихиме почувствовала, как ветер зашевелился от легкого всплеска его реяцу. Урахара слегка покачал головой, но Гриммджоу проигнорировал его движение, будучи полностью увлечённым Иноуэ. — Тогда я полагаю, что отныне мы в этом всём… вместе, так? — его недолгая демонстрация себя завершилась, когда он отвернулся от девушки и направился к ближайшему скалистому выступу. — Мне намного больше нравится вот так, когда мяч на твоей стороне корта**, цыпочка. Не могу же я существовать, думая о том, что ты чего-то от меня ждешь, а? Сердце Орихиме было переполнено, когда с этими словами Гриммджоу сел, устроился на скале поудобнее и навсегда стал частью её жизни.