Katarsis

Не терять равновесие Мне сложно, мне больно, мне страшно, мне весело

Pyrokinesis — Зависимость

      Грохот. — Тебе ведь не нравится этот ошейник. — щелчок. — Так гораздо лучше, не так ли?       Пелена перед ее глазами все никак не могла развеяться. — Кто… — голоса почти не было. — Ты можешь знать меня, как «Все за одного». Это моя причуда. Пойдешь со мной? — перед ней появилось размытое очертание руки. Есть ли смысл? А в отказе? — Хорошая девочка. — это теплое. — Думаешь, причуда той героини, Рэгдолл, полезная? — она перевела взгляд. Высказала безголосое «да». — Поэтому я и решил взять ее себе. — это плохо? Рэгдолл, вроде, хорошая… — Ни с места! Стой, где стоишь! — громкий крик. Низкий мужской голос. Громко… — С тех пор, как мое тело стало таким, я изрядно потерял в силе. — Яги-сан был бы рад… — Ты хочешь избавиться от своей причуды? — избавиться? Я не думаю… моя причуда нормальная. Я бы не… — Как скажешь. Так или иначе, иллюзии не мой профиль. — они остановились. — Оставайся здесь. — снова холодно… — Томура только-только начал думать своей головой и проявлять лидерские качества. Я бы попросил вас не мешать мальчику развиваться… Ну что ж, покончим с этим. — взрыв прямо перед ними… — Ха, как и ожидалось от героя номер четыре Топ Джинса! Я-то думал, что взорвал их всех! Но ты сумел вытянуть их за одежду в последний момент. Твой анализ ситуации… техника… у тебя потрясающие рефлексы! — с кем он разговаривает? Топ Джинс?.. Почему я ничего не вижу… — Твоя причуда… не подходит характеру Томуры. — Угх! Воняет, как дерьмо… Что это за байда?! — знакомый… — Извини, Бакугоу. — продолжил мужчина. — А?! Михо?! — сзади него начали появляться злодеи. — Опять неудача, да, Томура? Но не надо печалиться. Ты можешь попробовать снова. Я даже вернул твоих товарищей для тебя. И приволок этого мальчишку. Ты ведь выделяешь его, как «важную фигуру». Можешь пробовать сколько угодно раз. Ведь поэтому я здесь. Все это… ради тебя.       Фигуры перед глазами Михо постепенно начали приобретать очертания. — Судя по всему, он все же направляется сюда… — Я заставлю тебя заплатить! Все за одного!!! — лицо Михо обдул ветер. Это же Яги-сан… — Убьешь меня снова, Всесильный?! — еще несколько звуков крушения. Когда это прекратится? — Да ладно, это было слишком медленно. У тебя заняло тридцать секунд добраться до этого места с того момента, как я призвал Ному… Ты ослаб, Всесильный. — Ты не лучше. Может скажешь, к чему эта маска?! И когда твоя шея успела отрастить завод?! Небось дышать уже без него не можешь! Я не повторю ошибки, сделанной пять лет назад, Все за одного. Я верну Юного Бакугоу! И в этот раз, я гарантирую, что засажу тебя за решетку, вместе с твоим Альянсом злодеев! — Вот как… — немного скучающим голосом начал злодей. — Я тоже многое собрался сделать. Как и ты. Но кое-кого ты забыл. Девчонка. Прямо за мной. Которая имеет большое значение в моих будущих планах. — его рука неестественно выросла и брызнула кровью. Всемогущий был отправлен в полет. — Всесильный!!! — Не волнуйся, он не умрет от такого пустяка. — ответил Все за одного. Михо наконец смогла рассмотреть этого человека, стоящего в метре перед ней. Высокий в черном костюме со странной маской и необычной конструкции вокруг его шеи. Так вот о чем говорил Яги-сан… — И кстати… Уходи отсюда, Томура. Прихвати с собой товарищей. Черный туман, переправь всех. — необычные отросты из его рук вонзились в тело телепортатора, после чего появился большой портал. Принудительная активация причуды?.. — Теперь уходите. — Но как же вы, учитель…       Издалека раздался грохот. Снова Всемогущий. Если в этот раз его удар будет сильнее, то меня может задеть… — Томура, всегда помни о том, что тебе есть, куда расти. — беловолосая фигура девушки мгновенно отпрыгнула в сторону злодеев. В эту же секунду там продолжили сражение двое противоположностей. — Это бессмысленно… — тихо прошептала Михо, оглядываясь вокруг. — Хватайте наши «важные фигуры» и идем. — спохватился Томура. — Вот черт… опять двадцать пять… — Нет. — Кацуки растворился в красной дымке. Шигараки резко оглянулся на иллюзионистку. Та даже не подняла голову, все также бессмысленно смотря в землю. — Это не самые лучшие карты, Шигараки. Извини. — сказала она и сама исчезла.

***

Следующий день.       Машина с двумя учителями подъехала к дому Мидории. — Уверен, что сам справишься? — спросил Айзава, сидя в машине. — Да! — Тошинори показал большой палец. — И кстати, а ты сейчас к кому поедешь? — послышался тяжелый выдох. — Катарашису… — Она точно там будет? — нахмурился мужчина. — У меня нет другого выбора. Она скрывалась весь вчерашний день. Удивлен, как она еще не устала использовать причуду. — они замолчали на пару секунд. — Я надеюсь, что справлюсь. — Удачи тебе, Айзава.       …       Выйдя из машины, он наткнулся на… совершенно обычный дом. В новостях его показывали как место преступления. Все было обмотано желтыми лентами. Трупы. Они не могли свернуть всю работу за один день. Похоже, Михо постаралась. Аккуратно шагая по земле, чтобы не споткнуться о невидимый объект, Айзава зашел в дом, притворив за собой дверь. Из коридора послышался смех. Несколько голосов? Он поспешил дальше, пройдя прямо, завернул налево… Что? — Айзава-сенсей! — Михо с счастливой улыбкой обернулась на него. В ее руках находился противень с печеньем. — Как мило, что вы решили прийти в гости. Вы ведь помните, как понравились моей семье? Они рады увидеть вас снова, только гляньте. — он перевел взгляд левее на обеденный стол… за которым сидели четыре ребенка. Те, которых он впервые встретил в госпитали ЮЭй, когда они пришли навестить Михо. Те, которые были объявлены мертвыми в новостях. — Катарашису?.. — Ах да, скоро с работы должны вернуться родители! — весело сказала девушка, выкладывая печенье на тарелку. Когда все печенья были выложены, противень исчез из ее рук. — Они будут очень рады увидеть, что учителя ЮЭй так заботятся о своих учениках. — все дети начали поедать печенье с непритворным удовольствием на лице. — Не хотите попробовать? — она стояла с широко распахнутыми глазами, переглядываясь то на учителя, то на печенье. — Катарашису. Что происходит? — у Айзавы начала болеть голова. Михо использовала свою причуду, чтобы создать это? — О чем это вы? — она наклонила голову, изображая непонимание. — Они ведь мертвы. — Айзава не хотел этого говорить. Он точно хотел сказать не это. Михо уставилась на него бессмысленно пустым взглядом. — О чем вы? — настойчиво гнула свою палку девушка. В комнате послышался легкий запах сигаретного дыма. И гнили. — Катарашису, я понимаю, тебе тяжело. — он подошел ближе на пару шагов. — Но это не выход. — Еще какой выход. — она быстро перестала притворяться. Использование причуды вытягивает последние силы. — Это все реально. Они живые и могут чувствовать. Я не контролирую каждое их движение. Все, что с ними происходит, — их собственный выбор. — руки Михо мелко, почти незаметно задрожали. — Это иллюзия. — Айзава нахмурился. — Нет. Это достаточно реально, чтобы перестать быть иллюзией. — ее дыхание стало нервным. — Но если ты продолжишь поддерживать ее, ты умрешь. — Зато счастливая. — пульс участился. Она была на грани. — Это не счастье… Ты знаешь, что они мертвы… Ты не будешь счастлива… — он услышал сдавленный всхлип. Иллюзия начала распадаться. Темная пыльная комната, пропахшая кровью. За столом сидят собранные трупы членов семьи, которые уже начали разлагаться. Она тащила свою мертвую родню, только для той иллюзии? Вокруг витает серый дым, а на полу валяются недокуренные сигареты. И Михо сидит у стены, рыдая. — Да откуда… — всхлип. — откуда бы тебе знать… — так тихо, что Айзава еле смог разобрать ее слова. Подойдя к ней, он присел на пол и молча начал ждать. Лицо Михо трудно было разглядеть, но если постараться, то это возможно. Впалые щеки, синяки под глазами, искусанные губы, мокрые дорожки слез, которые все еще текли из ее глаз. Она выглядела так, будто бы рыдала весь день без перерыва. И как она умудрилась использовать причуду в таком состоянии? — Катарашису? — аккуратно позвал он. Безрезультатно. — Михо? — короткий взгляд. — Я не смогу тебя утешить. Это вне моих сил. Когда у меня умер близкий мне человек, я закрылся ото всех на множество дней… Но я не могу позволить тебе сделать то же самое, потому что я твой учитель. Так что давай сейчас мы вместе поедем хотя бы в мою квартиру и там уже продолжим. Хорошо? — он протянул ей руку. Спустя пару секунд Михо слабо протянула свою руку в ответ. Тонкие и холодные пальцы обхватили широкую теплую ладонь Айзавы. Тепло… — Спасибо, Михо. — он помог ей подняться, после чего сели в машину и поехали дальше от этого дома.       …       Кошка. Черная кошка в квартире Айзавы сидела напротив Михо, укутавшейся в любезно предложенный ей плед. Сидела и смотрела на то, как девушка бесшумно плачет. Она уже даже не всхлипывала. Будто бы сил совсем не осталось. Послышались шаги по паркету. Айзава принес тарелку с тамагояки и отдал в руки Михо. — Поешь хотя бы немного. Не хотелось бы снова вести тебя к Исцеляющей девочке. — она отрешенно кивнула. Айзава слегка разочарованно выдохнул. Совсем ничего не помогает. — Ты еще собираешься продолжать учиться в ЮЭй? — спросил он один из самых важных вопросов сейчас. Михо даже не посмотрела на него, сосредоточив крохи своего внимания на кошке перед ней. Заторможенно она кивнула, если так можно назвать опустившуюся на пару сантиметров вниз голову. — Тогда я должен сказать, что теперь ученики ЮЭй будут жить в общежитии при здании школы. Ты не против? — Михо вернула голову вверх и снова опустила вниз, слабо кивнув. Только сейчас ее взгляд перешел на тарелку тамагояки в ее руках. Она взяла один рулет палочками и откусила маленькую его часть. Для такого небольшого куска она жевала его слишком долго, после с трудом проглотила. Следующий кусок был чуть ли не меньше предыдущего. Айзава не очень хотел приписывать такую реакцию своим кулинарным навыкам. Это все из-за состояния Михо. — Тогда есть один юридический момент. Сейчас ты во всеуслышание объявлена сиротой. — аккуратно начал он. — Так что надо что-то сделать с твоей юридической недееспособностью. Либо опекунство, либо эмансипация. У тебя есть какие-то мысли на этот счет? — снова тишина. Михо безразлично продолжила есть и плакать. Все это время она не останавливаясь плакала. И Айзава не знает, что ему с этим сделать… — Хорошо. Тогда я оформлю опеку. — не успел он отойти от дивана, как перед его лицом, прямо в воздухе, появился сияющий красным документ. Документ об удочерении Катарашису Михо. — Михо… — он тяжело выдохнул, — Я могу сам оформить документы. Тебе не нужно использовать свою причуду ради этого. И я не хочу спрашивать, откуда ты знаешь, как должны выглядеть документы об оформлении опеки… — он развернулся обратно к своей ученице и посмотрел на Михо с грустной заботой. — Просто будь здесь, когда я вернусь. — он положил свою руку на ее голову, пару раз погладив, после чего развернулся и ушел.

***

Следующий день.       Медленным шагом Айзава вышел из академии, чтобы встретить своих учеников. За ним шла причина его медлительности. Михо, все еще находящаяся внутри своей меланхолии, будто бы забыла слово «скорость». Но это нормально. Он готов терпеть это сколько угодно, пока она не собирается умереть в собственном мире иллюзий. Вскоре они остановились перед толпой подростков. — Сперва, класс 1-А… сразу хочу отметить самое важное — все вы снова собрались здесь в полном здравии. — Михо! — послышался раздраженный голос Бакугоу, выходящего вперед. Это был лишь вопрос времени, когда они ее заметят… Айзава вскинул руку, прикрывая ученицу. — Не стоит, Бакугоу. — он помотал головой, предупреждающе глянув на всех остальных учеников. Он ясно понимал их тревогу за одноклассницу. Она выглядела очень плохо, даже если Айзава помог ей. Стояла, одиноко сгорбившись. Опустив взгляд в землю, она совсем не реагировала на людей вокруг нее. Будто бы просто тело без души… Айзава же ее видел. И он не хочет, чтобы она снова лила слезы здесь при всех или, что еще хуже, билась в истерике.       Кацуки, нахмурившись, все же отошел назад. Взгляд учителя смягчился. — Взаимно, сенсей. Я рада, что вы снова с нами. — прервала мрачную атмосферу Тсую. — Я думала, что вы можете не вернуться, после той пресс-конференции. Было очень грустно. — Мне тоже. — поддержала ее Урарака. — Сам такого не ожидал. — благодарный взгляд Айзавы теперь был адресован этим двоим. Им очень хорошо удалось отвлечь внимание от Михо. — Ну… там много воды утекло, это точно. Ладно, сейчас я расскажу вам все, что нужно будет знать о жилом комплексе. Но перед этим еще кое-что… План летнего лагеря заключался в том, чтобы по его окончании вам могли выдать «временные геройские лицензии». Но обучение завершено не было. Так почему вы ведете себя так, словно они у вас уже есть? Я собираюсь сказать нечто очень важное, слушайте внимательно. Тодороки, Киришима, Мидория, Яойорозу, Иида. Вы были в тот самый вечер в том самом месте. И сами разрешили себе провести операцию по спасению Бакугоу и Михо. — все мгновенно напряглись. — Судя по всему, ваши одноклассники осознают серьезность проступка на который вы пошли. С учетом обстоятельств, на все были закрыты глаза, но вот что я скажу… Если бы не отставка Всемогущего… За исключением Бакугоу, Михо, Джиро и Хагакуре, весь остальной класс я бы исключил в качестве наказания. Для пяти нарушителей причина очевидна. Но остальные одиннадцать учеников знали про их план и ничего не попытались с этим сделать. Этому нет оправданий. Вы предали наше доверие. С этого момента, сделайте одолжение, следуйте установленным правилам и ведите себя соответственно… Вот и разобрались! А теперь нацепили улыбки на лицо, вперед и с песней! — издевательски протянул Айзава, разворачиваясь к школе и Михо. Та подняла на него мертвый взгляд. Сердце предательски сжалось, то ли от жалости, то ли от страха. Глаза Михо все еще имели особый эффект, созданный ее причудой, а сейчас, не выражающие эмоций, они влияли сильнее, чем когда-либо. Айзава выдохнул. За его спиной слышались странные звуки учеников. Опять, наверное, устроили какой-то фарс. Михо, проскребя подошвой об пол, тоже повернулась в сторону академии и медленно зашагала. — Эхх… Идемте. — обратился он к остальным детям. — На каждый класс отводится отдельное здание. Мальчики и девочки расположены в разных крылах. Правое для девочек, левое для мальчиков. Также первый этаж общий для всех. Столовая, ванная и прачечная, все здесь. — Как тут все просторно и красиво! Просторно и красиво! И диванчики! — Тут даже есть внутренний двор! — Это ж натуральный особняк…       «Они довольно быстро вернулись к позитивному настроению.» — подумал Айзава, переводя взгляд на сидящую на диване Михо. Ей он это все уже показывал, так что она выразила желание остаться здесь на предстоящую мини-экскурсию. Вернулся Айзава к ней уже один. — Думаешь сидеть здесь и дальше? Они ведь придут, после того, как разложат вещи. И меня рядом не будет. — голова Михо немного повернулась. Сегодня реакций уже больше, чем все то, чего он добился за вчерашний день. — Не думаю, что каждый из них будет достаточно тактичным. Так что ты можешь вернуться в комнату? — предложил он. Малейшие движения головы туда и обратно ответили на его вопрос. — Или со мной? — Михо положила руки по бокам от себя и слабо оттолкнулась от дивана. Это было молчаливым согласием. Вместе они вышли из общежития и пошли в сторону здания для учителей.       … — Голодна? — спросил он, заходя в небольшую квартиру. Местом пришлось поскупиться, но зато меньше общественного. Личные кухни и ванные комнаты в каждой квартире. И роботизированный присмотр за домашними животными. Айзаве очень полезно. К Михо, едва переступившей порог квартиры, подбегает черная кошка сенсея. Девушка посмотрела на кошку и показала на нее пальцем. В голове Айзавы пронеслись несколько мыслей, что она может иметь ввиду, но остановился он на том, какое у кошки имя, — Тофу. — это было тем, что спрашивала Михо. После ответа она вернула руку на место и прошла вглубь квартиры. Когда она села на диван, вокруг нее появился плед. И снова она пользуется своей способностью просто так. Айзава подошел ближе. — Может собу? — Михо перевела на него безразличный взгляд. Сейчас для нее это значило согласие.       Спустя пару минут по квартире разносился запах свежесваренной гречневой лапши. Когда Айзава собирался слить бульон, перед ним возникла иллюзорная надпись «горячее», так что он отнес собу вместе с горячим бульоном сразу в гостиную. Михо оставалась в той же позе, только теперь перед ней снова сидела черная кошка. — Ты можешь сказать хотя бы слово вслух? Меня сильно волнует твое состояние. Ты ходишь будто мертвая и совсем не отвечаешь. Так что я никак не могу узнать про твои настоящие чувства… — он замолчал, передавая тарелку с собой в руки девушки. — Пожалуйста, Михо. Как ты себя чувствуешь? — пару секунд висело липкое молчание. Герой уже почти отчаялся, как услышал тихий-тихий голос. — Плохо. — ответила Михо, начиная есть горячую лапшу. Он радостно выдохнул. — Спасибо тебе, Михо. Я рад, что ты не отказалась от общения. Тогда ответь мне на еще один вопрос. Последний. Ты справишься с этим сама? Или мне стоит записать тебя к психотерапевту? — молчание затянулось на еще более долгое время. Но в этот раз Айзава был готов ждать сколько угодно. — Не… смогу… — прошептала Михо. — Тогда я постараюсь найти специалиста, ты не против? — отрицания не последовало, так что Айзава пошел обратно на кухню за своей порцией собы. Они ели в разных комнатах, потому что Михо уходила в другую или накладывала иллюзию невидимости, если он садился рядом. Наверное, еще были свежи воспоминания о том ее «последнем ужине с семьей». Так что теперь он не пытался составить ей компанию за приемами пищи.       Когда он зашел обратно в гостиную, Михо там уже не было. Иллюзорная надпись «спасибо» исчезла сразу после того, как он ее увидел.

***

POV Михо

      Если я вернусь обратно в общежитие, то обязательно кого-то встречу. Не хочу их видеть. Алые искры перенесли меня за пределы территории ЮЭй. Темные улицы с неизвестными мне людьми. Разве людей всегда было так много. И они все сторонятся меня?.. — Извините, леди? Разве вы не Катарашису Михо? Ученица из ЮЭй, недавно похищенная. — я уставилась на неизвестного мне прохожего пустым взглядом. Ааа, так вот чего они так пялятся… Я прошла мимо него. Иллюзии самостоятельно внушили ему и всем остальным интересующимся, что ничего не происходило. Цвет моих волос изменился на каштановый. Не думаю, что так меня смогут узнать.       Что было впереди, я не знала. Я совсем не разбиралась в этих местностях. Причуда перенесла меня в неизвестные места? Такое возможно? — Не подскажите, здесь неподалеку есть какой-нибудь бар или ночной клуб? — пришлось спросить у еще одного неизвестного человека, лицо которого я даже разглядеть не смогла. Оно было размазано в моих глазах. — А, да. Идите прямо до перекрестка, потом налево и до того момента, как увидите яркую вывеску. Вы поймете. — Благодарю. — хороший молодой человек. Не думала, что такие, как он, ходят в такие места. Хотя… я никогда и не думала, что сама в такое пойду…       Спустя пару минут я добралась до этого места — вывеска, и правда, была заметная. Родной цвет волос можно было вернуть. Не думаю, что в баре меня кто-нибудь узнает. Вошла внутрь, села у барной стойки и кинула бармену несколько крупных купюр. — На все чего-нибудь крепкого, — подняв взгляд, заказала я. Никаких возражений со стороны работника не последовало. Похоже, эффект моих глаз действительно стал хуже. А то на вид крепкий и сильный мужчина, а так пугается какой-то малолетки с черными глазами. Хотя… неважно… — Ваш напиток. — разбираться, что там было, я не стала. Выпила залпом. — Еще.       И снова. И снова. И снова. — Не много ли? — немного осмелев, спросил бармен. Я отчаянно усмехнулась. — Да ладно, по мне что ли не видно? — Видно-видно. — сдавшись, он налил еще один стакан, заменив шар льда внутри него. После этого шота я на пару минут остановилась, решив перекусить. Мне дали что-то вроде чипсов. Вкуса я почти не почувствовала. — Хей, Мамору, — знакомый голос… — А что это за мелочь пьет? Кого-то напоминает. — хриплый голос разнесся справа от меня. Это был Даби. — Стоп, так это все же ты? — удивлен. Хорошо. Они меня не искали. По крайней мере, он. Я коротко глянула на него. Последующая попытка встать из-за бара не увенчалась успехом. Он надавил мне на плечо, вернув обратно. — Хей, ты так легко не уйдешь. — Даби, что происходит? — злодей оглянулся на бармена и усмехнулся. — Ничего, Мамору. Просто это одна моя давняя знакомая. — вокруг нас двоих все потемнело, я стояла напротив него в двух метрах. Мне совсем не нужно, чтобы кто-то что-то заметил. Особенно то, как я общаюсь с членом Лиги в каком-то странном баре. — Что тебе нужно? — тихо спросила я, приготовившись подавлять сопротивление. — Вау, я и забыл, что у тебя есть причуда. Мне от тебя — особо ничего. Есть кое-что, что нужно от тебя Тайоши. — я дернулась на его словах. Все в глазах размыло.       Слезы. Снова слезы. Одно упоминание Тайоши портит всю выстроенную уверенность. Алкоголь все-таки не помогает. Делает только хуже. — А Тайоши рассказывала совсем наоборот. Будто бы ты никогда не плачешь и всегда улыбаешься. — … — Черт, да перестань ты! — … — Это уже начинает раздражать. — в его голосе появилась злоба. Он зажег в своей руке синее пламя и начал подходить ко мне, но среагировать я не хотела, да и не могла. Я будто отключилась от тела. Только видела то же, что и оно, но управлять не получалось.       Ожидаемого ожога не последовало. Лишь одинокий выдох передо мной. — Она действительно переборщила. Не думаю, что если бы моей целью было сделать сестру счастливой, я бы стал убивать ее семью, — он на некоторое время замолчал. — Но перестань сопли разводить уже! Лучше это все равно не сделает. — я даже почти последовала этим словам. Малое движение руками. Я вновь смогла контролировать свое тело и начала утирать текущие слезы. Спустя минуту я уже могла ровно дышать, будто бы не была в шаге от истерики только что. — Наконец-то… — Ты… — Заткнись. — он перевел на меня безразличный взгляд. — Я делаю это не из жалости к тебе. — Когда не в обществе сумасшедших, ведешь себя нормально, — все еще шепотом сказала я. Даби на мгновение замер, но быстро вернулся в разговор. — Атмосфера располагает. Тем более где-то там Мамору, и мне не сильно хочется слушать лекции о серой морали. Так что приходится сдерживаться. — Ты знаком с этим барменом? — Когда мы с… жили на свалке, он иногда угощал нас напитками и закусками за убийство плохих парней. Если продолжишь задавать вопросы, я изменю свое мнение и сожгу тебя, — пригрозил он. — И убери уже свою причуду, как там тебя. — Михо. — темнота вокруг нас спала. Бармен Мамору больше ни о чем не спрашивал, лишь подавая нам желанные напитки. — Что ты сделал, когда тебе стало плохо? — спросила я, заглушая свой голос для всех остальных, кроме Даби. Он злодей. Злодеями не становятся просто так. У него должен был быть подобный момент. Долгое время он не отвечал, после чего усмехнулся, глядя на меня. — Покрасил волосы в черный. — мои губы мелко дернулись, выдавая что-то вроде «ха». Это точно звучало очень жалко. — До скорого, Мамору, — он встал из-за стула. — Уже? — У меня не так много свободного времени, Михо, — он с иронией произнес мое имя. — Так что пока. — я в ответ ничего не сказала.       Покрасить волосы?