Игра наваждений

Госпожа Погосян не сводила с Анны темных непроницаемых глаз. Понять, что она думает, было невозможно. Это смущало и мешало говорить. Все же Анна взяла себя в руки и изложила ту самую мысль, ради которой она заставила городовых найти нужный адрес, заехала домой и вот теперь призывала на помощь всю свою решимость. - Я прошу вас принять у меня эти деньги. Если их недостаточно, я привезу еще, сколько скажете. Только возьмите. - Госпожа Штольман, - наконец разомкнула губы хозяйка. – Присаживайтесь. Она величественным жестом указала на кресло. Дождавшись, чтобы гостья приняла приглашение, расположилась на кушетке напротив. - Могу я поинтересоваться причиной вашего сегодняшнего визита? - Простите? - Что подвигло вас на это предложение? Анна прикусила губу. Она не знала, нужно ли посвящать чужого человека в свою щекотливую ситуацию. И ведь не только свою! Речь шла о чести ее мужа. - Для чего вам это знать? – Анна спохватилась, что вышло грубовато, но было поздно. Глаза госпожи Погосян сверкнули гневом. - Чтобы понять, почему вы вдруг решили оскорбить меня: по собственному недомыслию или по чьей-то воле! Анна вспыхнула. - Почему же сразу оскорбить?! - А вы не понимаете? Неужели вам ни в семье, ни в гимназии не объясняли, что нельзя принять подарок, сделанный от всего сердца, а потом предлагать за него деньги?! Это унизительно и бесчестно! Анна была готова вспылить и уйти, но… Яков. Не было иного пути обелить его. - Я допустила ошибку. Мне нельзя было принимать ваш подарок. - И вы только сейчас это поняли? – сарказм в голосе госпожи Погосян сделал бы честь штольмановскому. - Мне сегодня это объяснили, - Анна сдерживалась, как могла. - В таком случае, вы можете выбросить подарок. - Не могу. У меня его больше нет. Госпожа Погосян замолчала. Анна поняла, что придется сказать больше. - Госпожа Погосян, ваша благодарность была неверно истолкована. Это выглядело так, будто моему мужу через меня дали взятку, - эти слова дались так трудно, что у нее перехватило горло. – Я и не знала, что… Говорить дальше было решительно невозможно. - И теперь вы хотите заплатить мне, чтобы я забыла о подарке? - Что вы такое говорите! Я всего лишь хочу поступить, как того требует закон, - выплатить вам двойную стоимость. Госпожа Погосян усмехнулась. - Вам не кажется, что своими действиями вы подтверждаете, что мой подарок – мзда вашему мужу? Анна покраснела еще неистовей, хотя больше, казалось, было невозможно. - Если бы я хоть на мгновение подумала, что вы пришли с целью подкупить, а не отблагодарить моего мужа, я бы выгнала вас из своего дома! Но я не сведуща в юридических тонкостях и даже не заподозрила, что кто-то мог понять вас именно так. В глазах госпожи Погосян появилось странное выражение, однако Анна уже не обращала на это внимания. - Я думала, вы счастливы, что у вас появился защитник, который противостоит злу, и хотите помочь нам в этой борьбе. Ваш подарок стал мне оберегом. Вероятно, что и украли его именно поэтому. Хозяйка вдруг подняла руку и приложила палец к губам. - Вот что, Анна Викторовна, не будем об этом. Я приму ваши деньги и выдам расписку за сегодняшнее число, что вы полностью расплатились за украшение. Но знайте – именно вы правильно поняли предназначение аревахача, а не те, кто обвиняет вашего мужа и нас в столь бесчестном деле, как взятка. Анна немедленно захотела расспросить госпожу Погосян подробнее, но та лишь покачала головой, не желая продолжать очевидно опасный разговор.