Не так плох, как кажется

1 апреля, 1002 год ПИЛ. 06:12. Премьер-министр Сомбра. Кантерлот. Вокзал. Я стоял на платформе, чувствуя, как холодный утренний ветер Кантерлота треплет мою гриву. Всё ещё привыкаю к этому телу, к этим копытам, которые иногда кажутся чужими. Поезд уже ждал: блестящий, с королевскими гербами Эквестрии на боках, пар от локомотива клубился в воздухе, смешиваясь с запахом металла и свежего снега, который принёс ночной мороз. Это был не тот простой состав, на котором мы приехали вчера; этот был специальным, для принцесс и их свиты. Провожающие собрались толпой: Селестия стояла впереди, величественная, как всегда, с лёгкой улыбкой, которая едва ли не доходила до глаз. Рядом — Луна, её взгляд на мне был холодным, пронизывающим. Военные в золотых доспехах выстроились в шеренгу, их копыта стучали по платформе в унисон, создавая ритм, от которого у меня мурашки бежали по спине. А за ними — журналисты. Десятки их, с блокнотами, фотоаппаратами и теми странными магическими устройствами, которые фиксируют слова. Вспышки магических ламп ослепляли, вопросы сыпались градом, но Селестия подняла копыто, и все замолкли. — Дорогие друзья, — начала она. Её голос был тёплым, как солнечный свет звезды, которую она только что подняла. — Сегодня мы провожаем принцессу Кейденс и её супруга, капитана Шайнинг Армора, в их новый дом — Кристальную империю. Это не просто путешествие; это начало новой эры. Эры мира, процветания и единства. Эквестрия всегда будет рядом, поддерживая наших братьев и сестёр на севере. Она повернулась к Кейденс, обняла её крылом. Кейденс улыбнулась, но я заметил, как её глаза нервно блеснули. Шайнинг Армор стоял рядом, прямой, как копьё, его доспехи блестели. А я… я стоял чуть позади, в тени. Никто не обнимал меня. Никто не говорил о моей роли в этой «новой эре». Журналисты перешёптывались, их взгляды скользили по мне, как по чему-то опасному, что лучше не трогать. Один из них, тот же серый пегас из «North Beacon», что вчера задал вопрос, поднял копыто. — Принцесса Селестия! А что насчёт премьер-министра Сомбры? Он тоже едет? Не боитесь ли вы, что его присутствие вызовет беспорядки в империи? Селестия не дрогнула. Её улыбка стала чуть шире. — Премьер-министр Сомбра — часть нового правительства. Он знает империю лучше многих и будет работать на благо её народа. Мы верим во вторые шансы, господин Сноуфолл. Эквестрия всегда верила. Луна фыркнула тихо, но я услышал. Её глаза встретились с моими, и в них была не злость — скорее, предупреждение. «Не оступись», — говорили они. Я кивнул ей, стараясь выглядеть уверенно, но внутри всё сжималось. Я — не Сомбра. Я вообще из другого мира. Но это и не старый я. Старый я умер в парке от пули. Новый я проснулся в этом теле. Но для них я тиран. Селестия махнула копытом, и военные отсалютовали. Гудок поезда разорвал воздух. Кейденс и Шайнинг Армор шагнули в вагон первыми. Я последовал за ними, чувствуя на спине взгляды толпы. Вспышки фотоаппаратов слепили, вопросы летели: «Сомбра, вы раскаиваетесь?» «Что вы скажете кристальным пони?» Я не стал отвечать. Просто вошёл в вагон и сел у окна. Поезд тронулся. Кантерлот поплыл назад: белые башни, золотые крыши, флаги Эквестрии. Селестия стояла на платформе, махая крылом. Луна просто смотрела. Журналисты разбегались, наверное, уже строчат статьи: «Тиран возвращается домой» или что-то в этом роде. Я вздохнул, опустив голову. «Домой». Для Сомбры — да. Для меня это всё чужой мир, чужое тело… чужая вина. 1 апреля, 1002 год ПИЛ. 12:17. Премьер-министр Сомбра. Поезд Кантерлот — Кристальная империя. Вагон был уютным: мягкие сиденья, столик с фруктами и чаем, окна с тяжёлыми шторами. Кейденс сидела напротив, Шайнинг — рядом с ней, его копыто лежало на её. Они перешёптывались, иногда смеялись тихо. Я чувствовал себя третьим лишним. — Сомбра? — Кейденс повернулась ко мне, её голос был мягким. — Ты в порядке? Ты молчишь с самого отъезда. Я поднял голову, заставил себя улыбнуться. — Просто… думаю. О том, что нас ждёт в империи. Кристальные пони… они помнят меня. Не как премьер-министра. Как… — Как тирана, — закончил Шайнинг Армор, его тон был ровным, но в глазах мелькнуло что-то ещё. — Да, помнят. И не все поверят в твоё «изменение». Будут протесты. Возможно, хуже. Кейденс толкнула его копытом. — Шайни! Не пугай его. Сомбра, мы с тобой. Мы объясним. Покажем, что ты изменился. Кристальное сердце почувствовало это — оно не лжёт. Я кивнул, но внутри сомневался. Сердце почувствовало? Оно чуть не разорвало меня на куски. Если бы не заклинание, не Элементы… Я бы исчез. Снова умер. Вспомнил ту боль — как будто тело таяло, а внутри что-то кричало. «Не хочу исчезать». Чьё это было желание? Наверное, всё же моё, а не Сомбры. — Спасибо, принцесса, — сказал я тихо. — Я… ценю. Но Шайнинг прав. Я должен быть готов. Если они не примут меня — я уйду. Не хочу быть причиной раздора. Шайнинг хмыкнул, но не возразил. Он смотрел в окно, где мелькали холмы и леса Эквестрии. Поезд мчался на север, пейзаж менялся: зелень уступала снегу, деревья редели. Холод пробирался сквозь окна, и я невольно поёжился. В этом теле я чувствовал холод острее. — Расскажи о своих планах, — предложила Кейденс, пытаясь разрядить атмосферу. — Ты говорил, хочешь развивать империю. Что именно ты планируешь делать? Я задумался. В моём мире я был… кем? Обычным человеком, работал, читал книги по истории и стратегии. Здесь это могло пригодиться. — Сначала — экономика. Кристальные пони сильны в магии кристаллов. Мы можем торговать ими с Эквестрией: для артефактов, строительства, даже медицины. Построить фабрики, школы. Затем армия. Не для войн, для защиты. Мы не можем надеяться только на Эквестрию. И… культура. Фестивали, чтобы помнить хорошее, а не только плохое. Шайнинг кивнул, впервые с интересом. — Звучит разумно. Но армия — моя забота. Тысяча лет прошло, империя отстала. Нам нужны реформы. Мы поговорили ещё час: о планах, о рисках. Кейденс улыбалась, Шайнинг спорил, но диалог шёл конструктивно. Впервые я почувствовал себя не узником, а частью команды. Но в глубине души я знал: это в поезде. В империи всё изменится. За окном снег стал гуще. Мы приближались. 1 апреля, 1002 год ПИЛ. 15:32. Премьер-министр Сомбра. Кристальная империя. Вокзал. Поезд остановился с шипением. Двери открылись, и холодный ветер ударил в лицо. Снаружи — толпа. Кристальные пони, блестящие, как драгоценные камни: синие, розовые, зелёные. Они махали флажками Эквестрии и кричали: «Принцесса Кейденс! Добро пожаловать!». Кейденс вышла первой, Шайнинг за ней. Толпа взорвалась аплодисментами. Цветы летели под копыта, дети визжали от радости. Кейденс улыбалась, махала крылом, Шайнинг салютовал. Они шли вперёд, окружённые любовью. Я вышел последним. И тишина накрыла меня, как снежный ком. Взгляды. Холодные, враждебные. Кто-то отвернулся, кто-то зашептал: «Это он… Сомбра…». Ребёнок спрятался за матерью. Ни цветов, ни криков. Только гнев и страх. Я шёл позади, стараясь не смотреть в глаза. Копыта казались тяжёлыми. «Я не Сомбра, — повторял я про себя. — Я — не он». Вспомнился мультик: Сомбра-тень, пугающий всех. Теперь это я. Мы шли по главной улице к замку. Кейденс и Шайнинг впереди, я — в десяти шагах сзади. Нас сопровождал эскорт гвардейцев. Толпа расступалась перед принцессой, но когда подходил я — сжималась, бормотала. «Убийца… Проклятие…». Один старый пони плюнул в мою сторону. Гвардеец предупредил его взглядом. Кейденс оглянулась, её глаза были полны сочувствия. — Держись, Сомбра. Они привыкнут. Я кивнул, но внутри кипело. Не гнев — вина. Я не делал этого, это делал прошлый владелец тела, — значит, делал я. Понемногу проявлялись воспоминания. Фрагментами: крики, цепи, тьма… Это были чужие воспоминания, но теперь они и мои тоже. Замок сиял впереди, Кристальное сердце пульсировало посередине. Толпа у входа была гуще: делегации, чиновники, простые пони. Кейденс начала речь: о единстве, о будущем. Аплодисменты. Затем представила меня. — Премьер-министр Сомбра будет работать с нами. Молчание. Затем — гул. «Нет! Уберите его!». Кто-то крикнул: «Он убил Аморе!». Толпа заволновалась. Гвардейцы напряглись. Я шагнул вперёд, мой голос слегка дрожал. — Я… понимаю ваш гнев. Я не жду прощения. Но дайте мне шанс доказать… Я не успел договорить. Что-то блеснуло в толпе. Магия? Вспышка света ударила меня. Боль пронзила бок. Я упал, мир вокруг меня поплыл. Крики. Хаос. Кейденс что-то кричит, Шайнинг выкрикивает приказы. Тьма начала накрывать. Снова. Как в парке. Я потерял сознание.

***

Equestria Daily: «Покушение на премьер-министра Сомбру в Кристальной империи: принцесса Кейденс назвала инцидент «трагическим недоразумением». Canterlot Times: «Неизвестный напал на премьер-министра Сомбру во время церемонии прибытия — о состоянии министра неизвестно». North Beacon: «Тиран едва не стал мучеником: покушение на премьера или акт народного возмездия?».