All for the boy

Федералы были безжалостны. Они просили повторять Нила свою историю снова и снова, расспрашивая его о все новых и новых подробностях. К полудню воскресенья Эндрю мог бы рассказать эту историю сам. ФБР не выпускало их из поля зрения, но Эндрю не возражал, потому что они наконец-то вбили в свои головы, что куда бы Нил не пошел, Эндрю все равно последует за ним. Единственное, куда ему не позволили пройти, это кабинет врача, но Эндрю позволил им, потому что это не заняло слишком много времени. Они даже подготовили им спальное место. Нил, казалось, быстро засыпал, и блондин не мог винить его в этом. Все это, должно быть, эмоционально истощало парня, и даже Эндрю умудрился вздремнуть пару часов, слишком измученный предыдущей бессонной ночью, но просыпался каждые тридцать минут, тяжело дыша и проверяя, на месте ли ещё Нил. Джостен больше никогда не исчезал, и он терпеливо переносил присутствие Эндрю абсолютно везде. Блондин подозревал, что он не то чтобы этим недоволен, но пока не хотел быть слишком поспешным в своих выводах. Нил рассказывал ФБР все, и Эндрю впитывал это как губка. Они начали допрос с вопросов о Лоле, Натане, его правой руке, телефонного звонка, а Нил бросал им как можно больше имён. Почти так же важно, как кто умер, так это то, кто смог выжить. Оттуда они перешли на детство Нила и все связанные с ним ужасные вещи. После того, как они почти буквально перерыли его память в поисках воспоминаний о людях его отца и известных происшествиях, они перешли к местонахождениям Нила на протяжении семи лет между Балтимором и Милпортом. Джостен рассказывал им шаг за шагом о каждом фальшивом имени и доме, не упоминая только тех, кто был связан с матерью, которая, по-видимому, была главной причиной того, что Нил все время выживал. Конечно же. Не имея нормального инстинкта самосохранения, Эндрю должен был понимать, что Нил бы скорее попал в медвежий капкан, спасая какого-то котёнка, застрявшего на дереве, если бы не Мэри Веснински, она же и Хэтфорд. Женщина, казалось, защищала своего сына так яростно, как только могла, но это все ещё не было похоже на идеальные отношения матери и сына, и Эндрю понял, почему Нилу никогда раньше не позволяли раскрывать определенные стороны своей личности. Никто бы не смог целоваться с парнями, если бы рядом с тобой постоянно была твоя кровожадная мафиозная мать. Нил рассказал, где именно люди отца догнали их, места, где появлялся сам Натан и остановился на смерти матери. Нилу потребовалось много сил, чтобы объяснить, где он закопал её останки после того, как сжёг её вместе с машиной. Джостен коротко упомянул своего дядю и объяснил, почему бы он не остался в безопасности даже в криминальном круге Стюарта, и агенты, похоже, из-за этого сделали ему поблажку. Нил больше не был просто сыном Натана. Он был просто молодым парнем со своей моралью и историей. Федералы, похоже, наконец-то поняли это. Дважды в воскресенье снова поднимали вопрос о программе по защите свидетелей, но Нил оба раза отказывался. Он дал им все, что нужно было для раскрытия дела, и он был готов дать показания ещё раз, если они смогут посадить кого-то из людей Натана за решетку. А до тех пор, он хотел оставаться там, где он есть. Если они зачислят его в программу против его воли, он просто сорвётся с поводка и побежит обратно в Пальметто. Эндрю объяснил, что Лисы никогда не позволят Нилу тихо исчезнуть. Они бы подняли шум и привлекли всю прессу в округе, пока кто-нибудь не выдал бы его. Мать Рене позаботилась бы об этом. Агенты называли их эгоистичными и безрассудными, но Эндрю и Нил стояли на своем. Наконец, агент Браунинг швырнул перед ними несколько заявок. Первая была официальным запросом о смене имени, вторая и третья — для паспорта и водительских прав, а последняя — для переоформления карты социального обеспечения. Заявки уже были заполнены наполовину. — Считай это личным контрактом с нами, — как всегда раздражённо произнес Браунинг. Он подождал, пока Нил посмотрит на него, прежде чем продолжить. — Как только ты подпишешь это, мы запустим процесс внедрения Нила Джостена как реально существующего, полноправного члена общества. Это значит, что ты больше не должен убегать и можешь попасть под уголовное преследование за использование поддельных документов. Ты останешься Нилом Джостеном до конца жизни. Ты не сможешь передумать. Если ты закажешь чашечку латте, представившись другим именем, будут серьёзные последствия. — Ручку, — сказал Нил, без колебаний протягивая забинтованую руку. Когда Браунинг не сдвинулся с места, он повторил ещё раз. — Я понял. Дайте мне уже ручку, я подпишу. Браунинг кинул её на поверхность стола. Эндрю перехватил её прежде, чем та успела упасть с края, и передал её Нилу. Джостен быстро поставил свое имя на нужных полях и вернул документы. Браунинг передал их кому-то другому и уставился на стол, плотно заваленный бумагами. — Думаю, мы закончили, — наконец сказал Браунинг. — Если появятся дополнительные вопросы, мы дадим вам знать. — Не сомневаюсь, — согласился Нил и поднялся на ноги, потягиваясь. Парень выглядел измученным, и нескольких украденных часов сна, которые достались им, было далеко не достаточно. — Стетсон вас подбросит, — кинул Браунинг, когда Нил опустил руки, и Эндрю взглянул на массивного агента с каменным лицом, которого они уже видели несколько раз за день. Всегда молчит и с выражением, близким к отвращению. Он взглянул на них и повел к своей машине. Нил сидел на заднем сидении с Эндрю. Его забинтованные пальцы нервно играли с бинтами на лице. Миньярд отвесил ему слабый подзатыльник, проигнорировав хмурый взгляд Джостена. Глупый. Стетсон проводил их наверх в гостиничный номер, где их ждали Эбби и Ваймак, выглядящие такими же измученными, как и парни. Ваймак быстро осмотрел их взглядом на наличие повреждений, а затем повернулся к Стетсону, когда не нашел ничего достаточно тревожного. — Подбросите меня до автобуса? — он дождался кивка, а затем махнул Эндрю и Нилу, чтобы те устраивались поудобнее. — Скоро вернусь. А пока решайте, останемся или сразу поедем. Он закрыл за собой дверь. Нил все время оставался настороже, и расслабился только после того, как звуки обоих мужчин перестали быть слышны. Эндрю подумал, что по нему, скорее всего, ползают демоны прошлой ночи. Даже если Нил привык к ножам, выстрелам, пережить такую пытку и уйти без ментальных травм невозможно. Эндрю решил, что в какой-то момент попытается заставить Нила пойти на встречу с Бетси. Эбби села посередине одной из кроватей и протянула руки к Нилу, когда он отвернулся от двери. — Позволь мне осмотреть тебя, — тихо попросила она, и Эндрю напрягся, но позволил это сделать. Они были одни. Эбби не могла отобрать у него Нила, и его внутренняя паника по поводу Джостена тоже медленно утихала. Может быть, дело в том, что он подписал документы, чтобы официально называться Нилом, или в часах признаний друг другу, или, может быть, Эндрю просто слишком устал, чтобы сопротивляться. Нил не мог перебраться к ней через кровать, не используя руки, поэтому стянул ногами обувь и встал на матрас. Он сделал пару неустойчивых шагов по направлению к Эбби и сел раньше, чем успел потерять равновесие. Эндрю доверял ей достаточно, чтобы не забирать Нила, но ему все ещё нужно было убедиться, что она не причинит ему вреда, поэтому Миньярд сел у Джостена за спиной, сев боком на кровати. Он был достаточно близко, чтобы почувствовать тепло Нила и взглянул через его плечо, чтобы увидеть реакцию Эбби. Джостен положил на стол пакет с антибиотиками, чтобы Эбби могла взять их, если они понадобятся, но на ночном столике стояла и так хорошо укомплектованная выездная аптечка Лис. Переставив свою аптечку ближе, Эбби потянулась к бинтам на лице Нила. Пока она работала, её лицо было печальным, но она держала рот на замке. Закончив, она начала разматывать бинты с правой руки Нила. На этом моменте Эндрю придвинулся ближе, потому что не осмелился даже гадать, какие раны скрывались за такими перебинтованными руками. Не после того дня, как Нил согнулся пополам, пытаясь помешать федералам направить на Эндрю пистолет. Чем больше Эбби разматывала его руки, тем более потрясенным становилось её лицо. Порезы от ножей и следы ожогов покрывали почти все его руки, как будто нанося рисунок на кожу Нила. Эндрю знал, что это сделала с ним Лола, и если бы она ещё была жива, Эндрю был бы уже в пути, чтобы вырезать ей кишки и вонзить кулак глубоко ей в грудную клетку, чтобы сжать все ещё бьющееся сердце так сильно, что оно превратилось бы в кровавое месиво. Но к счастью для неё, она уже была мертва, так что Эндрю только напрягся, а Эбби переместилась к запястьям Нила. Предплечья блондина почти горели при виде них. — Господи, Нил, — не выдержала Эбби, и Джостен посмотрел вниз. Наверное, он тоже впервые увидел последствия. Он разодрал свои запястья об наручники так, что ещё даже не появилась корка. Красный. Ярко-красный на фоне старых, уже белых шрамов от Рико. Нил боролся. Эндрю мог поклясться, что слышит его крики у себя в голове. А может, это он сам так кричал в подушку в детстве. Он не мог сказать. Джостен повернул руку и посмотрел на свои обоженные костяшки пальцев. Каждый из них с идеально круглым ожогом, красные и слабо кровоточащие. Пальцы Нила дрожали, но он все равно сжал обе руки в кулаки. Он проверял, работают ли они ещё, потому что, судя по всему, не должны. И все же, он крепко сжимал их, бледный, как полотно, с выражением агонии на лице. У него все ещё была хватка, и он знал, что парень думает сейчас об Экси. Он все ещё мог играть, и это было для него самым важным. После всего, что они с ним сделали, они не забрали у него то, что он любил больше всего. Эндрю ненавидел его за то, что он думал о какой-то дурацкой клюшке в такой момент, но он не осмеливался думать о том, что было бы с Нилом если бы он больше не мог играть. Но Джостен не выглядел облегченным. Наоборот - он выглядел испуганным и его дыхание стало поверхностным. Когда он начал задыхаться, Эндрю не мог на это смотреть. Он положил руку на шею Нила и опустил его голову между колен, заставляя того отвести взгляд от своих рук. Нил все ещё боролся за каждый вздох, и хватка Эндрю стала крепче Он был с ним. Прямо здесь. Я понял тебя. Я понял тебя. Повторял Эндрю про себя, надеясь, что его присутствие придаст Нилу сил. — Всё позади, всё закончилось, — успокаивающе напомнила Эбби, мягко проводя пальцами по волосам. — Всё кончено. С тобой всё будет хорошо. Мы рядом. Нил дышал. Вдох-выдох-вдох. Слишком поверхностно, чтобы достичь лёгких, и слишком быстро, чтобы принести ему хоть какую-то пользу. Он снова согнул пальцы, и корочка, которая немного образовалась на его ожогах, лопнула. Нила трясло даже, когда он прикасался к нему, и Эндрю чувствовал себя беспомощным. Нет. Он отказывался снова чувствовать себя беспомощным. Он не мог. Ему нужно было позаботиться о Ниле, о беспомощности не могло быть и речи. — Прекрати, —приказал ему Эндрю за неимением лучших вариантов, и Нил икнул. Этого было достаточно, чтобы его бешеное дыхание прервалось и парень глубоко вздохнул. Да. Хорошо. Дыхание важно́. Эндрю все ещё держал руку на шее Нила, но только наблюдал, как его плечи вздымались и опускались все в более и более ровном и медленном темпе. Хорошо. Через мгновение Джостен расслабился и откинулся на плечо Эндрю. Он не возражал против его веса. Миньярд перестал задаваться вопросом, может ли хоть что-нибудь, что сделает Нил, спровоцировать его. С каждым днём он сомневался в этом всё больше. Так он держал парня за шею, а его спина упиралась в него, пока Эбби продолжала свою работу. Нил оглянулся на него, но Эндрю не ответил на взгляд, он просто позволил ему смотреть, и взгляд Джостена превратился из наполненного ужаса в мягкий и нежный. Когда Эбби наполовину закончила с его левой рукой, вернулся Ваймак. Эндрю пришлось встать, чтобы открыть ему дверь, но потом он сразу же вернулся и оперся плечом на спину Нила, предлагая свою поддержку. Ваймак замер между кроватями, оценивающим взглядом засмотревшись на травмы. Тренер был в ярости, но изо всех сил старался не показывать это Джостену. — На ночь остаёмся здесь? — твердо спросил Ваймак. — Я ненавижу Балтимор, — отозвался Нил. — Мы можем уехать? Кивнув, Ваймак перевёл взгляд на Эбби: — Сколько тебе ещё нужно времени? — Минут десять, — прикинула Эбби. — К тому времени как все соберутся, точно закончим. — Тогда пойду собирать ребят, — сказал Ваймак и перевёл взгляд на Нила. — Они не будут мучить тебя в дороге. — Я пообещал им ответы, — напомнил Нил, явно чувствуя себя виноватым. — Автобус — не место для таких разговоров. Два ряда от твоего кресла - и они уже тебя не услышат. Переговорить в раздевалке намного проще. Поспите по дороге на стадион, а потом ты сможешь нормально всё им рассказать в спокойной, знакомой обстановке. — Мой ключ на комоде, — напомнила Эбби. Тренер взял ключ, забрал свои документы и ушел за Лисами. Эбби закончила промывать и забинтовывать раны Нила, а они с Эндрю ждали, пока она снова не упакует свою сумку. Джостен проглотил несколько обезболивающих на сухую, прежде чем отдать ей свои медикаменты. Автобус ждал их внизу с открытой дверью и включенным светом. Когда они подошли, Мэтт как раз закидывал последнюю сумку в багажный отсек. — Я оставил свои вещи в Нью-Йорке, — признался Нил, и прежде, чем Эндрю успел сказать, чтобы он перестал вести себя глупо, Эбби заговорила. — Эндрю нашёл их, пока мы искали тебя. Когда полиция всех разогнала, сумку оттащило аж к четвёртому входу. Вещи немного потрепало, но по крайней мере всё на месте. Мэтт захлопнул дверь багажника, подёргал ручки, убедившись в надёжности замков, и окинул Нила взглядом. — Эй… — начал он. — Тренер пообещал нам поклясться, что мы не будем трогать в тебя в дороге, но… ты в порядке? — Миньярд хотел ударить его по лицу. Что это за тупой вопрос? Тебе кажется, что он в порядке, Бойд? — Нет, — честно ответил Джостен, к удивлению Эндрю. — Но когда-нибудь обязательно буду. Они вошли в автобус и обнаружили, что Лисы сидят по одному. Ники, Аарон и Кевин сидели прямо за старшекурсниками, хотя обычно между ними всегда оставался промежуток. Эндрю задавался вопросом, было ли новое размещение его семьи связано с тем, чтобы дать пространство Нилу, или с видимой напряжённостью между ними и Эндрю. Ники посылал ему слегка обеспокоенные взгляды, Аарон полностью его игнорировал, а Кевин все ещё был слишком напуган, чтобы находиться рядом с ним. Эндрю направился к своему обычному месту в самом конце, а Нил последовал за ним, сев рядом с Эндрю и оставив между ним и остальными Лисами расстояние в два кресла. Джостен ещё некоторое время крутился в кресле, прежде чем нашел сносное положение для езды. Эндрю время от времени дремал, но так и не заснул, все ещё слишком беспокоясь о том, чтобы потерять Нила из виду. Парень, похоже, тоже не отдыхал, и, когда они наконец добрались до Лисьей Башни, он выглядел истощенным. Темные круги под его глазами добавились к и без того разбитому виду, заставив Эндрю хотеть прижаться ещё ближе к нему. Нил выглядел таким хрупким, как будто мог сломаться в любую минуту, поэтому Эндрю нужно было убедиться, что он будет рядом, чтобы собрать его по кусочкам, если потребуется. Теперь Нил был его ответственностью. Честно говоря, он был ею с самого начала. Ещё с тех пор, как он дал ему немного правды в квартире Ваймака. Нил был его, и хотя Эндрю не хотел признавать важность этого, он, наконец, дорос до понимания того, что Нил делал с поводком и дёрганьем за него. Эндрю тоже стал принадлежать ему. Это было не так однобоко, как хотелось бы Эндрю, но где-то на полпути он перестал это отрицать. Он пообещал дать ему все, что угодно, и Нил был здесь, чтобы выполнить свою часть сделки. Эндрю позаботится об этом. Даже если это означало встать на пути у мафии. Ваймак заглушил двигатель, и наружу вывалились Лисы. Мэтт взял сумку Нила, а Дэн хмуро посмотрела на парня, когда тот попытался отобрать у неё поднос с кофе. Они вошли внутрь и устроились в гостиной. Дэн, Рене и Элисон раздавали напитки. Ваймак наполнил пакет всеми видами закусок, от пончиков до чипсов, и поставил его на стол, чтобы все могли до него добраться. Ники вытащил оттуда протеиновый батончик и передал его Нилу. Джостен попытался открыть обёртку и зашипел сквозь стиснутые зубы. Эндрю хотелось закатить глаза от того, насколько он идиот. Да. Теперь это мой идиот. Подумал он про себя, когда взял у него батончик, разорвал обёртку одним движением и передал в ожидающие руки Нила. Кевин наклонился вперёд, чтобы посмотреть через Миньярда на Нила. Он говорил на тихом, но настойчивом французском. Джостен отвечал спокойно, но явно не был заинтересован в разговоре с Кевином. Высокий нападающий с беспокойством указывал на свою татуировку. Эндрю не совсем понимал, о чем речь, но французское «нет» было таким же ясным, как и английское, поэтому он положил руку на плечо Кевина и толкнул того назад. Нападающий бросил на него свирепый взгляд, но быстро вспомнил про синяки у себя на шее и стушевался. Ваймак сел самым последним, а все взгляды были прикованы к Нилу. Они терпеливо ждали, когда Джостен расскажет им обо всем, как делал это для ФБР прошлой ночью. Эндрю откинулся на спинку дивана и позволил парню говорить. Лисы молча слушали и принимали все, что Нил мог предложить, пока не пришло время задавать вопросы. — Ты сказал, что твой дядя попытается провести переговоры с Кенго. Что, если переговоры пройдут неудачно? Нил не стал тратить время на то, чтобы смягчить свой ответ: — Они от меня избавятся, — дрожь пробежала по спине Эндрю. Нет. Нет, они не могут. — Ты ведь несерьёзно? — встревоженно уточнил Мэтт. — Я проблема, — пояснил Джостен, — достаточно опасная даже в лучшие дни. И абсолютно непростительная, если Кенго умрёт. Морияма не могут позволить себе такой неконтролируемой утечки, особенно при переходе власти. — И когда ты узнаешь о результатах? — спросила Дэн. — Дядя Стюарт сказал, что свяжется со мной, когда всё закончится. — Не беспокойся, — вклинился Ники с неудачной попыткой подбодрить.— Эндрю защитит тебя, — он улыбнулся и взглянул на блондина, хотя улыбка не коснулась его глаз. Да. Да, именно так. Он сразится с любыми препятствиями на своем пути или умрет, попытавшись. Это не имеет значения. Кевин бросил на него испуганный взгляд. — Это Морияма, Ники. Это не Рико, не хозяин и даже не отец Нила. Эндрю не сможет… — Да знаю я, — раздражённо перебил его Хэммик. — Просто заткнись уже. В комнате повисло неприятное, напряжённое молчание. Ваймак посмотрел на них и добавил: — Ещё один момент: если пресса до сих пор не разузнала всех деталей, то в скором времени они обязательно это сделают. Браунинг сказал мне, что им пришлось постараться, чтобы скрыть твоё имя, но если кто-то проследил за нами из больницы до отеля, то они сами догадаются. Неважно, что автобуса поблизости не было; если они заметили хотя бы одного из нас около или внутри гостиницы, это неизбежно приведёт к тебе. То, как ты выглядишь, — тренер указал рукой на своё лицо, — само по себе является ответом, в котором они нуждаются. ФБР могут попросить их принять во внимание вопрос твоей безопасности, учитывая, что ты отказался от помощи федералов, но я не думаю, что журналисты действительно прислушаются. Лучше заранее реши, что ты хочешь им рассказать и где проведёшь черту. — Вообще, лучше сразу дать им ответы, которые они хотят, — вмешалась Элисон, по себе зная, каково это, иметь дело со стервятникам из прессы. — Если ты хотя бы частично удовлетворишь их любопытство, они не станут упорствовать и прибегать к более радикальным методам. Кроме того, пресса следит за переменчивым общественным интересом. Рано или поздно что-то их отвлечёт. — Общую аудиторию - да, — согласилась Дэн, — но фанаты экси запомнят об этом надолго. Они растиражируют информацию среди других команд, и те будут говорить о тебе всё, что вздумается. Будет типа нашего первого курса, только похуже. — Если только мы не найдём что-нибудь поинтереснее моей истории, — задумался Нил, и Эндрю уставился на него. — Это что, например? — уточнил Мэтт. — Такую историю сложно чем-то затмить, — потому что, действительно, что может быть интересней, чем сын серийного убийцы, играющий в такой команде Экси, как Лисы. Джостен наклонился вперёд и искоса посмотрел на Кевина. Он говорил с ним по-французски, и какой бы козырь ни был у мальчика в рукаве, нападающему он явно не нравился. Губы Кевина сжались в неодобрительную линию, и Эндрю перевел взгляд между ними. Невероятно. Подумал он, потому что как, черт возьми, им двоим удалось утаить от него ещё один секрет. Они обменялись ещё несколькими предложениями на французском, и теперь Эндрю был полон решимости овладеть этими языком. Казалось, что он постоянно упускает какую-то важную информацию. — Кевин перетянет часть внимания на себя. Он расскажет, кто его отец, — сказал наконец Нил по-английски, и блондин уставился на него. Это было новостью. С каких это пор у Кевина появилась такая информация? — Постой, так ты знаешь? — удивлённо спросил Ники у Дэя. — Случайно узнал, — осторожно заговорил Кевин с напряжением в голосе. — Мама писала об этом хозяину, когда поняла, что беременна. Я выкрал письмо из его дома и спрятал на стадионе пару лет назад. — А я выкрал его из Эвермора, — добавил Нил, пожав плечами в ответ на поражённый взгляд Кевина. — Жан показывал мне, где оно. И я забрал его, чтобы побудить тебя к действию. — Так кто он? — заинтересовалась Дэн. — Расскажу после того, как свяжусь с ним, — качнул головой Кевин. — Он заслуживает предупреждения, — Интересно. Очень интересно. Он разберётся с Кевином в другой раз. Рене посмотрела на Нила и уточнила: — Мы можем ещё чем-нибудь помочь, Нил? — Всё, в чём я нуждался, вы уже сделали. Вы позволили мне остаться, — Рене мило улыбнулась в ответ. Дэн встала, пересекла комнату и аккуратно обняла Джостена. Эндрю напрягся, но сдерживал себя. Это была просто команда. Они бы не причинили ему вреда. Все нормально. Когда она отпустила его, вся поза Нила заметно расслабилась. Они забрали его обратно. Он снова был Лисом. — Пойдём. Сегодня был долгий день, и нам пора бы с ним попрощаться. Поспим, а утром на свежую голову решим, как быть дальше. Может, даже устроим совместный завтрак или типа того. Звучит неплохо? — с нежностью спросила его Уайлдс. — Звучит здорово, — согласился Нил, и все Лисы засобирались. Эбби протянула ему пакет с лекарствами. — Давай я осмотрю тебя завтра ещё раз? И будь аккуратен, когда соберёшься принять душ. По возможности заверни руки во что-нибудь. Если мыло попадёт на свежие ожоги, будет очень неприятно. Нил кивнул, в последний раз взглянул на Ваймака и последовал за своими товарищами по команде. Эндрю открыл замки своей машины, а Ники открыл перед Нилом пассажирскую дверь. Джостен забрался внутрь, но не стал пристёгиваться. Как только все его конечности были в машине, Ники захлопнул дверь и сел сзади. Старшекурсники залезли в грузовик Мэтта, и Бойд выехал вслед за Эндрю. Блондин решил, что ему наплевать на кого-либо, и если потребуется, он будет спать у двери Нила. Он не мог оставить его. Ещё нет. Почему-то казалось, что он был не единственным, кто боялся выпускать Джостена из поля зрения, потому что все Лисы претендовали на комнату Нила и Мэтта. Они отодвинули кровати, а девушки принесли запасные одеяла. Они устраивали ночёвку. Эндрю отнёсся к затее с подозрением, но позволил этому случиться из-за того, что происходило на лице Нила. Он смотрел на них с такой нежностью и благодарностью, которую Миньярд ещё никогда не видел. Эндрю никогда не отнял бы у него этого. Блондин вернулся за своей компанией в комнату, чтобы переодеться и взять подушки. — Итак… — Ники бросил на него взгляд. — Все это время ты ничего не сказал нам, — Эндрю предпочел проигнорировать это. — Эндрю. Мы гордимся тобой, — Ники немного приблизился к нему. — И теперь я понимаю, почему ты не хотел, чтобы я был рядом с Нилом. Я не виню тебя. Он закуска, — Эндрю развернулся на каблуках, и Ники чуть не наткнулся на него. Блондин нахмурил брови и пожалел, что до сих пор не забрал свои ножи у тренера. — Эй, Эй… — нервно улыбнулся Ники. — Я просто шучу. Нил весь твой. — Пожалуйста, перестаньте торговаться им так, как будто он домашний скот, — Кевин выглядел недовольным. — Ты знаешь, что собираешься сделать его жизнь намного сложнее, да? — Дэй уставился на него, как будто именно он заставил Нила играть не за ту команду. — Аарон посмотрел на них, взял подушку и молча вышел из комнаты. — Прекрати, Кевин! — Хэммик нахмурился. — Не похоже, чтобы они выбирали быть геями. Боже, ты звучишь так, как будто это что-то неправильное! — Я не это имел в виду, но ты же знаешь, каковы люди. Когда это выяснится… — Эндрю ушел в ванну и оставил их приглушенный разговор за дверью, чтобы переодеться. Блондин оперся руками на раковину и задумался, сколько ещё продлится этот день. Он так устал. — Все, что я хочу сказать, Ники, это то, что когда мы начали этот сезон, Нил говорил, что не качается, а теперь он внезапно стал геем. — Он не внезапно стал геем! Я же говорил тебе, что он гей с тех пор, как он приехал сюда, — возразил Ники. — Ты ужасный человек, Кевин. Мальчик чуть не умер из-за того, что вы вдвоем играли в секреты, а ты даже не можешь позволить ему хотя бы это? Ты слышал его. Если его дядя не сможет заключить сделку с этой чертовой мафией, они его прикончат. Кто знает, как долго Нил может пробыть с нами? — Кевин молчал, а Эндрю смотрел на свое отражение в зеркале. В этот раз, Ники был прав. Эндрю был так сосредоточен на возвращении Нила, что даже не думал о том, что будет, если Стюарт не сможет заключить сделку с Морияма. Нил представлял для них угрозу в любом случае, и не имело значения, сколько Эндрю будет пытаться бороться. Если они захотят, чтобы он исчез, он исчезнет. Нилу не могло везти все время. — Пусть у него будет хотя бы это. Забудь о его карьере Экси, которую он не мог иметь, или имеет сейчас, и думай о нем как о мальчике, который в своей несчастной жизни не делал ничего, кроме бегства. Ты слушаешь, Кевин? — тишина, которая указывала на то, что Дэй задумался, но через мгновение Ники продолжил. — Я знаю, что эта игра значит все для вас обоих, но, учитывая вероятность того, что у Нила осталось не так много времени, не подрезай ему крылья. Если он выбрал Эндрю, а Эндрю, очевидно, выбрал его, пусть так и будет. Пусть они будут друг у друга, — голос Ники дрожал, как будто он вот-вот расплачется. — А что, если он выживает? — спросил Кевин достаточно тихо, чтобы Эндрю не услышал его из-за двери. — Мы побеспокоимся об этом позже, — сказал Хэммик, вздыхая. — А теперь бери пижаму и идём к Нилу. Мы нужны ему. Эндрю натянул свои спортивные штаны, вышел из ванной и, взяв подушку, снова отправился в комнату Нила. Все они спали на полу, а Нил был в центре. Никто не смог бы добраться до него, когда его вот так окружили Лисы. Джостен, казалось, чувствовал себя в безопасности, и усталость быстро накатила на него. Его веки закрылись после нескольких минут пристального взгляда Эндрю в глаза, и вскоре его дыхание выровнялось. Он заснул. Эндрю ещё долго не закрывал глаза и просто наблюдал, как тот дышит. Он не знал, сколько у них было времени, но он будет впитывать каждую секунду и хранить её в своем сердце всегда. Нил.