Superiority

«Мой враг — я сам внутри себя. Внутри меня есть «не я».

***

      Уже какую неделю Чимин не может спокойно спать: его беспокоят странные сны, в которых он видит владыку демонов, и с каждой новой ночью его образ становится всё чётче. Каждое утро по его лицу скатываются крупные капельки слёз, а холодный пот выступает на лбу.       Чимин чувствовал что-то неладное. Его привычная жизнь напоминала теперь кошмар, из которого не удавалось вырваться.       В каждом новом сновидении владыка демонов смотрел на него своими кровавыми глазами, полными огня, ненависти и боли. Казалось, что он звал Чимина, шептал его имя в темноте. И эти слова обжигали душу, оставляя ощущение необъяснимого.       Чимин перешерстил весь интернет в поисках, но так ничего и не нашёл, кроме маленькой статьи. На одном достаточно сомнительном сайте наткнулся на информацию о владыке Чоне.       Там было много строк о нём, о его силах и то, какую власть он держал в своих руках. Но было кое-что ещё: в статье говорилось, что во времена, когда люди только узнали о демонах и пытались с ними воевать, у владыки был возлюбленный.       Его имя в статье не упоминалось. Но говорилось, что именно он был причиной многих войн между миром людей и демонов. Что для владыки тот демон был не просто любовью, а его жизнью. Их души были связаны невидимой нитью, и они чувствовали друг друга на расстоянии, разделяли эмоции и чувства на двоих.       Это поразило Чимина: он никогда не слышал о такой связи между двумя демонами. Но ещё больше был удивлён, когда наткнулся в статье о том, что возлюбленный Чона умер тысячу лет назад. Его убили люди.       И в тот момент Чимин чувствует, как холод пробегает по его спине. Тысяча лет — это ведь целая вечность. Владыка одинок целых десять веков.       — Каково это — быть любимым и потерять эту любовь? — задаётся вопросом Чимин, но ответ найти не может.       Чимину было искренне жаль демона, ведь если всё, что было в статье, правда — он потерял часть себя. И теперь пазл в голове парня сложился: вот почему владыка так ненавидит людей. Вот почему пытается уничтожить их. Вот из-за чего ненавидит.       — Это печально, — шепчет Чимин, смотря на кровавый закат из аудитории.       Он всё чаще вспоминал ту информацию, которую прочёл в статье. Практически постоянно думал о ней. Не мог избавиться от мысли о печальной любви между демонами, о той невидимой нити, что связывала их души.       Чимин представлял, как владыка Чон, потерявший своего возлюбленного, скитался по пустынным просторам своего царства, нереально сильный и одновременно безутешно одинокий.       Он полностью погряз в мыслях о демоне и не мог выкинуть его образ из головы. Чимин не знал, почему его так тянуло к нему. Этому не было объяснений, а спросить у кого-то об этом Чимин не мог. Ведь люди практически ничего не знали о демонах.

Замкнутый круг.

      — Чимин? — толкая друга в плечо, шепчет Юнги, поглядывая на преподавателя.       Чимин вздрагивает, вернувшись в реальность. Он встречается взглядом с Юнги, и тот с легким беспокойством в голосе продолжает:       — Всё окей?       — Да, всё в порядке, — ответил Пак, хотя сам не верил в свои слова. Юнги вопросительно поднял бровь, но настаивать не стал.       Друг заметил, как Чимин изменился за считаные недели. Видно, что тот практически не спал: круги под глазами не сходили с его лица, а глаза постоянно были красными от недосыпа. Похудел настолько сильно, что сквозь кофту можно было увидеть выступающий позвоночник.       Чимин пытается сосредоточиться на занятиях, но мысли о владыке демонов не покидают его. Каждый раз, когда парень закрывает глаза, перед ним возникает мрачный силуэт, полный боли утраты. Ему кажется, что он чувствует скорбь демона, его отчаяние и жажду мести. Чимин лишь вздыхает и качает головой, как будто это поможет очистить свой ум от этих мыслей.       На перемене, ничего не говоря Юнги, Чимин выходит на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Солнце уже садится, заливая мир т1мно-красным светом.

Έλα σε μένα

      Вдруг ему кажется, что он слышит шепот — лёгкий, почти незаметный, но такой знакомый. Это был голос, который звал его.       — Нет, — шепчет он сам себе. — Я не могу. Это всего лишь воображение, — он пытается отогнать мысли, но шёпот всё нарастает, будто бы окутывая его невидимой вуалью.

Έλα σε μένα

      Слова звучит в голове, словно призыв. Чимин закрывает глаза, вдыхая прохладный вечерний воздух, и в этот момент чувствует, как его сердце начинает биться быстрее.       Он открывает глаза и оглядывается в надежде, что рядом окажется хоть кто-то. Но Чимин совершенно один. А небо окрашивается в глубокие оттенки пурпура, и ветер играет с его волосами, словно насмехаясь над ним.

Έλα σε μένα

      — Я не сумасшедший, — произносит Чимин, хотя сам не верит уже в свои слова. Ведь чувствует, что уже стоит на краю, и ещё чуть-чуть и «привет, белые стены».       Он медленно шагает по тротуару, не видя дороги, пытается убежать от самого себя как можно дальше, а шёпот всё ещё звучит в его голове.       Ноги сами приводят к озеру, где в воде отражаются последние лучи солнца. Чимин присаживается на берегу, его дыхание становится всё более частым, а сердце всё громче отбивает свой ритм. Он понимает, что это не просто бред: внутреннее чутьё подсказывает ему, что все те мысли и желания узнать создания ночи получше, а особенно о владыке Чоне, и эти сны, шёпот на языке, который он не понимал — случились с ним не просто так.

Или же он просто хотел в это верить.

      Чимин смотрит на поверхность воды, которая мягко колеблется, словно откликаясь на его присутствие. Он видит своё отражение: исхудавшее лицо, впалые щёки и испуганные глаза. Ему страшно, ведь он не понимает, что происходит, что творится с ним.       Чимин переводит свой взгляд вдаль, на горизонт, где солнце медленно прячется , уступая место луне, и его мысли снова обращаются к демону. Он должен найти причину и понять, что его связывает с ним, ведь если всё так и продолжится — Пак потеряет самого себя, просто сойдя с ума.

***

      — Владыка, — Намджун ступает по каменным ступеням. — Вы уверены в этом решении? — идёт вслед за Чонгуком.       — А почему бы и нет? — отвечает демон, продолжая свой путь широкими шагами по саду внутри дворца.       Чонгук любит это место, ведь за долгие годы в одиночестве сад оставался любимым воспоминанием. То, что продолжало связывать его с Чимином.       Сад внутри дворца был воистину произведением искусства, где каждая деталь говорила о величии и утончённом вкусе его создателя.       Мягкий зелёный ковер травы мягко касается укоренившихся в земле многолетников, а величественные деревья, высокие, как небеса, создают тени, позволяя солнечным лучам пробиваться сквозь листву в виде золотистых пятен на земле. В центре сада красуется искусный фонтан, где струи воды искрятся в лучах солнца.       Чонгук, ступая по извивающейся дорожке, слышит, как лёгкий ветерок шепчет между листьями, наполняя воздух ароматом цветов. Здесь цвели розы всех оттенков и сортов: от глубоких пурпурных до нежных белых, олицетворяя красоту и силу.       — Они стремятся к миру с нами любой ценой, — Чонгук проводит рукой по бархатистым лепесткам алой розы. — Я подарю им этот мир, — сжимает бутон в ладони, выбрасывая в сторону изможденные лепестки. — Но ненадолго.       — Зачем вам человек? — наблюдает за Чонгуком Намджун. — Что вы сделаете с ним, когда поймёте, что время настало?       — Зачем? — оборачивается демон лицом к соратнику. — Перед тем, как положить конец человеческой расе, я хочу подарить им надежду, — спокойно отвечает Чонгук. — Один человек — одна надежда.       — Хотите поиграть с людьми? — подходя ближе к Чонгуку, спрашивает Намджун. — А ты не боишься последствий? Мы ведем с ними войны не одно столетие, и люди сейчас и те, которые были раньше, очень отличаются, — Намджун переходит на неформальный тон: его интуиция подсказывала, что дело может обернуться для них не так гладко, как того хотел Чонгук. — Что, если всё это сыграет против нас?       — Я осознаю риски, — спокойно отвечает Чонгук. — Но именно в этом и есть суть. Мы должны показать им, что мир не даётся просто так. Пусть они поймут, что за каждый шаг к нам придётся заплатить цену.       — Ты играешь с огнём, — произносит Намджун, начиная ощущать напряжение в воздухе между ними.       — Я хаос, — усмехается Чонгук. — И в этом хаосе я найду порядок. Мы не можем позволить себе слабость. Я сделаю всё, чтобы мои враги запомнили: на одной чаше весов будет их жизнь, на другой — тот мир, который они искали.       — Ты мне что-то недоговариваешь, Чонгук, — мужчина смотрит на своего господина. — Мы можем обойтись и без этого человека, которого ты хочешь привести во дворец, — пристально смотрит в глаза демона. — Кого ты ищешь среди людей?       — Я чувствую его, — шепчет Чонгук, не уворачиваясь от вопроса. Ведь знал, что тот всегда раскусит его.       — Кого?       — Чимина…       — Чимина? — переспрашивает Намджун: его голос стал тихим, словно имя, произнесённое вслух, было забыто, но не исчезло. — Этого не…       — Да, этого не может быть, — отворачиваясь от Намджуна, Чонгук переводит свой взгляд на сиреневый закат. — Мне приснился он. Говорил, что рядом, просил найти его, и это всё не просто сны, ведь… — вновь смотрится на соратника, видя в чужих глазах лёгкий ужас, страх и надежду. — Моё сердце вновь бьётся, Намджун.