Всепоглощение

Лес Добродушия. Воздух влажен настолько, что стоит вечный туман. Деревья, возвышающие свои стволы над головами, щекочат кончиками листвы вату облаков. Нескончаемое количество фруктов бросалось в глаза, отчего те разбегались, разглядывая каждый вид плодов. В самом сердце этого «рая на земле» возвышался ствол величественного древа, что, являлся пристанищем народа «Божьего благословения», как они себя прозвали. Внешность живущих там людей была сравнима с ангельской: длинные белые волосы, кожа словно снег, ярко голубые глаза, заостренные уши и высокое стройное тело. Все были такими. Почти все. Основные черты сохранены: глаза цвета морской волны, заостренные ушки и молочная кожа, но волосы были словно смоль. Невысокий, темный и такой «другой», Рей был пятном на на этой нежной картине. Замысловатые узоры, цветом совпадая со шрамами, украшали крепкое тело юноши. Густая растрепанная прическа с двумя свисающими косами на висках и вечная улыбка, словно маленький упавший лучик солнца, одаряла окружающих. Но его не приняли, что очевидно. Учитывая его внешность, народ, прозвавший себя так самодовольно, не желал, чтобы какой-то мальчишка портил картину великого и прекрасного «Божьего благословения», поэтому, по достижению тринадцатилетия юноши, созвали совет глав Стола Господнего суда, пригласив Рея для вынесения приговора. Круглая комната в середине древа с высокими ступенями вдоль стен, что служили стульями для приглашенных. У инби ровно в середине пять кресел с искусно вырезанными цветами, на которых восседали остроухие мужчины в белых одеждах. Они прозвали себя Карателями. Неуверенно пройдя вдоль гостей, брюнет присел на табурет в центре помещения, растерянно посылая улыбку судьям. Руки ребенка судорожно вцепились в края стульчика, а в глазах сверкало невинное непонимание происходящего. Холодный взгляд пятерых вершителей детской судьбы пронзал насквозь Рея, заставляя табун мурашек выгрызать дороги на коже ребенка. Человек в центе, чьи одежды выглядели наиболее богато, нежели его коллег, прокашлялся в кулак, приступая к заготовленной речи. — Сегодня мы все — Мужчина развел руки, обращая взгляд в зал, голос его был мягок- собрались здесь для решения нашей общей проблемы и устранения неполадки, что портила наш величественный народ своим существованием-тональность сменилась на враждемную и зрачки сузились, словно меч разрезая брюнета—Рей. Думаю, ты сам понимаешь, по какой причине сидишь на этом жалком табурете…—перекрестив руки на груди, глава суда поднялся с места. — мы все приняли решение: Ты будешь изгнан. Если тебе важна причина, то глянь же на свои волосы. Твоя мать предала наш народ, за что и поплатилась. Слова о матушке словно внесли хороший удар по голове, заставляя пелену отчаяния развеяться, доказывая, что происходящее совершенно не является сном или галлюцинацией. Дрожащие детские ручки до хруста вжали подушечки пальцев в табурет. Воздух не мог пробиться в легкие, заставляя их хозяина усиленно фильтровать кислород сквозь зубы. Наполненные слезами глаза обратились к главе суда с немым вопросом, зная о нежелании Карателя расставлять все на свои полочки перед ребенком. — У тебя неделя на подготовку. После чего ты обязан покинуть нас, либо нам придётся прибегнуть к более агрессивным мерам. — прикланив голову пред гостями суда, Вершитель судьбы присел на свое кресло, кивая охраняющим вход людям. Те в свою очередь проделывают пару шагов к позорному табурету, сдирая ребенка и волоча прочь из помещения…